Такое себе занятие

Небольшая предыстория. Yelqo подошел к лежащей около трупа Джейка Мег. Она была последняя на карте, и ей ничего не оставалось делать, как просто крутиться на месте в ожидании конца игры. И Yelqo выдал фразу, неся ее до крюка: - Бедная, обнимала тут своего... Представь, ты лежишь и знаешь, что у тебя неминуемая смерть. И тут лежит твой... труп твоего друга. Ты просто лежишь и обнимаешь его. Эх... Кто там фанфики пишет? *смешок* Сделайте шип небольшой. Без проблем, бро. - - - - Помогите! - кричит ребенок, цепляясь руками за скользкие камни, пытаясь выбраться, до крови раздирая свои маленькие руки, ломая ногти. Как будто он сейчас может замечать это. Адреналин вытеснил боль, но любезно открыл дверь отчаянью и страху. Мальчик судорожно втягивает влажный воздух ртом, ведь дышать хочется глубоко, ведь не хватает драгоценного кислорода. Мох, за который можно было зацепиться, уже давно содран. Мокрая одежда прилипла к конечностям, которые упрямо отказывались слушаться приказов хозяина. Воды по колено, можно сесть и набраться сил - о том, что он намочится, он не беспокоится, ведь бесконечные падения в мутную жидкость привели к очевидным последствиям. Пальцы выбивают крупную дрожь, расположившись на коленях, пачкая кровью больше участков кожи, чем хотелось бы. Сверху темнеет, а желудок начинает неприятно потягивать из-за нарастающего чувства голода - от физиологии никуда не денешься. Мальчик молит о помощи. Громко, так, чтобы эхо увеличивало мощность его голоса, надеясь на хоть какой-нибудь ответ. Тишина в перерывах между однообразными фразами разбавленна мыслями о худшем и тупой болью в висках. Промерзшее тело отказывается служить по назначению, требует сна, пытается отключиться - но его обладатель знает, что, дав слабину, он тут же погибнет. Но также он понимает, что долго сопротивляться этому он не сможет. Всхлип, тонкие руки сильнее прижали колени к груди. Он не может кричать, он лишь хрипит, а от этого толку мало, хотя энергии уходит много, поэтому ребенок вскоре перестал даже пытаться. Подступающие слезы более нет сил сдерживать. Он обещал отцу быть сильным, он обещал не реветь, ведь горячими солеными каплями горю не поможешь. Но он и не пытался помочь себе этим, это даже не его желание - все с ним сейчас происходит против его воли. Он чувствовал на своей шее чье-то леденящее душу, ровное, уверенное дыхание, и готов был отдать руку на отсечение, если это была не смерть. Клаустрофобия проявилась в самый неподходящий момент, паника мешала сосредоточиться на таких важных, даже необходимых жизненных процессов, как дыхание, или попытки перебороть себя и не упасть в обморок. Ранее не ощущавшаяся боль наконец начала брать сполна того, чего должна была взять. Темнота, громкий стук в ушах, последний сиплый крик. Стенки колодца уже несколько часов как перестали создавать эхо от возгласов мальчика, когда его все же нашли. Все же нашли. Сначала посчитали мертвым, после все же уловили слабый, медленный пульс. Ребенка удалось спасти, заставить его забыть пережитое - нет. - - - Снова это чувство. Никто не придет, никто не заберет, сдохнешь от голода или кровотечения в лучшем случае, в худшем - маньяк добьёт и тебя. Сил немного, можно ползти, но нет смысла - в этом помогает убедится лежащий рядом труп парня с испуганными глазами, открытыми до сих пор, в розовом поло и коротко постриженными светлыми волосами. По сути кусок мяса, но вызывавший гребанный муравейник эмоций, ведь куча мыслей носились по туннелям в сознании, иногда неся в своих жвалах белые продолговатые частицы воспоминаний. И все вместе превращается в жалость - к себе, к нему, к двум остальным. Рядом кирпичная стена - одна из тысяч, находящихся здесь же, в этом пахнущим гнилыми душами и пропитанным последними сиплыми стонами месте. Месте, земля которого давала тебе понять, что в ней же и будут разлагаться твои конечности. Месте, которое проклято тысячами окровавленных губ под тихий, но явно безумный смех убийцы. И в этом месте ему предстояло закончить свой извилистый, бугристый, слишком уж неровный жизненный путь. Глаза Тиана приоткрыты, по ним можно прочитать последние пережитые эмоции - удивление и огорчение. Где испуганный взгляд, где ужас, отчаянье, мольба, где все это? Это немного удивило Елку, если быть до конца откровенным. А если не быть, то большая часть его мыслей была занята вовсе не слишком уж храброй смерти друга, а тем, как он закончит свою жизнь теперь. То, что гибель неминуема - несомненно, он не знает, хорошо это или плохо, однако думает об одном - умирать здесь однозначно не хотелось. Однако тут к нему не подходит одетый в костюм официант с меню и не предлагает выбрать то, как, где, когда и с кем он хочет умереть. Однако, сейчас, смотря на ресницы друга, которые теперь будут шевелиться разве что от дуновения ветра, он все больше пропитывался уважением и решимостью принять то, чего уже не избежать, как можно достойней. Приподнявшись на локтях, парень подползает ближе к трупу стримера, но вскоре обессиленно падает. Этого достаточно. Холодные, практически окоченелые пальцы убирают жухлые листья с лица Ками, пока сам Елка думает, чем объяснить этот поступок. Тело уже успело утратить все жизненное тепло, хотя бензопилой по нему прошлись относительно недавно - скорее всего, все дело в необычном месте. Прижать его к себе - не самая удачная идея, ведь вместо ожидаемой мнимой помощи парень получил лишь еще больше холода и грязи. Зато так было несколько спокойней, почему-то не осталось страха, лишь ожидание, как будто высматриваешь автобус на остановке. Сердцебиение участилось, Елка почувствовал противный запах свежей крови, которая, скорее всего, медленно стекала с молота на увядшую траву. Буквально на секунду замешкавшись, маньяк с силой разорвал тела стримеров, и, небрежно кинув еще живого парня себе на плечо, быстрым, уверенным шагом понес его в подвал. - Помогите... - тихая фраза все же сорвалась с белых, уже почти лишённых жизни губ. - - - Елка проснулся от рефлекторного движения собственного тела, а когда полностью отошел от такого яркого сна, понял, что сидит на кровати. Было непередаваемо жарко, скорее всего, он вспотел. Нервный, слишком частый пульс не думал сбавлять обороты, что доставляло определенный дискомфорт, однако сейчас парню до него не было дела. Быстрый взгляд на часы, и он понял, что в любом случае поспать ему не удалось бы. Веки, как и голова, слишком тяжелые, но эти ощущения не впервой - остается надеяться, что на этот раз энергетик поможет. Босые ноги коснулись прохладного пола, контраст немного отрезвил ото сна. В квартире темно, но он знает ее лучше, чем себя - дойти до кухни и включить свет уже там не составило никакого труда. Любимая кружка Ками спустя несколько минут наполняется чаем со специфичными, но богатыми витаминами добавками. Пара таблеток, капсула и шприц в одной руке, емкость в другой, и вскоре снова осторожные шаги по темноте, слегка рассеянной недавно включенным светом. Открывать дверь неудобно, но приходится - чудом сумел не разлить жидкость. Каждый раз чудом. Сон Тиана тоже беспокойный, видно по сведенным к переносице бровям. Его губы иногда двигаются, и стример не может понять - он лишь дышит или что-то шепчет во сне. Кружка наконец занимает излюбленное место на прикроватном столике, отмеченное парой мутных, липких кругов. Легкий толчок заставляет светловолосого парня тут же проснуться - скорее всего, из-за болезни. - Лекарства, - коротко говорит Елка, ведь все еще боится, что эмоции, полученные после сна могут обернуться в неровную интонацию в голосе и выдать его с головой. Впрочем, страх не беспричинный. Слов не надо, сочувственного взгляда Ками достаточно, однако лишь для самого Елки. - Опять? - почти шепотом спрашивает стример, морщась от, наверное, слишком резко вошедшей под кожу иголки. - Прости, - заметив это, отвечает ему парень. Виновато, но без опаски увидеть осуждение в глазах собеседника, взглянул на него. Не хотелось продолжать разговор, но Тиан явно ждал ответа. - Да. - Где на этот раз? - Поместье Макмиллан. "Я знаю, что твой растерянный взгляд обоснован. Но мы оба знаем, что я не могу управлять своим сознанием во время сна" - проносится в голове у Елки. - Там было что-то еще, верно? - спустя несколько мгновений весьма неловкого молчания, все же произносит светловолосый парень. Елка недовольно закусывает губу, но врать смысла не видит. Параллельно прикладывает руку ко лбу друга - снова горячий. - Там был ты. И ты был мертв, - судя по его интонации, разговор продолжать явно не стоило. - Запей таблетки чаем и допей его, пожалуйста. Лучше, пока он теплый. Парень встал, собираясь выходить из комнаты Ками, однако своевременно, хоть и неожиданно, вспоминает еще кое-что. - И не обожги язык, - теплый взгляд в сторону больного, на что тот отвечает ухмылкой. - Хорошо, - Тиан как будто хотел ответить что-то язвительное, но передумал. Видимо, не хотел рушить момент внезапно нахлынувшего домашнего уюта, смешанного с запахом чая с примесью химикатов и горьковатого привкуса таблеток во рту.