Шерсть седой овцы

Две недели лечения казались для меня адом. Дикий жар, чувство голода и бесконечная ненависть ко всему и вся сводили меня с ума. Сквозь зубы и боль, не говоря уже про вечно нарастающее безумие и гнев, я пытался перетерпеть эти невыносимые пытки. И под конец второй недели, когда я уже не мог терпеть лица Хэнни, вечного кормления молоком и… чувств, которые я пытался перетерпеть изо дня в день… Вот тогда то я и вылечился. Под утро я, как обычно, вымыл своё лицо водой, и самые первые капли, попавшие мне на язык, заставили меня скривить лицо, оставив после себя ржавый привкус. Это заставило меня замереть в удивлении. Я, как каннибал, не должен чувствовать вкуса! Я давно забыл, что такое "чувство вкуса" (в обоих смыслах)! И только я осознал это – тело моё мигом направилось в Мастерскую! Нырнуло в сундуки, выискивая в самых дальних углах хоть что-то съедобное! Яблоки, овощи, мясо… Всё, что можно было назвать пищей! Я всё ещё боялся есть яблоки. Мне не хотелось надкусывать дьявольский плод, превращающийся в раскалённый металл во рту. Мой страх пришлось проглотить. Дрожащим рукам пришлось сжать яблоко, впиваясь в него ногтями, дабы не уронить на пол. И только я надкусил этот проклятый фрукт, зажмурив глаза… ничего не произошло. Язык не сгорал, горло не заливалось жгучей кислотой… Я… выздоровел! Вся еда, которую я мог найти в Мастерской, направлялась прямиком в мой бездонный рот. Я набивал свой живот мясом, фруктами и овощами, даже передохнуть не успевая. Я даже не замечал стоящей рядом Макс, наблюдающей за моими попытками набить свой живот едой и широко раскрывшей глаза в удивлении. Никогда ещё я не был так рад мясу и овощам, и эта радость к еде не исчезала целую неделю. Ну а что вы хотели? Если бы вас кормили одним лишь грудным молоком целый месяц – вы бы точно не держали рот закрытым при виде жаренного мяса или картофеля. Вот и я… не сдерживался. После того, как я вылечился от своей "болезни" - весь мир словно изменился в моих глазах. И нет, я всё ещё оставался собой. Люди всё ещё казались для меня дерьмом на дороге, а серость мира вокруг меня не заполнялась красками. Я имею в виду… как бы это объяснить… случаи, которые я только во снах своих мог увидеть. Моя жизнь менялась только из-за этих случаев. И одним из них был переезд Хэнни. Да! Эта мерзопакостная извращенка покинула мой дом сразу и забрала своего котофея Оцелота, только я начал питаться нормальной пищей! Довелось мне заявить о своём состоянии Мастерс, и Хэнни моментально решила переехать к ней! Вон и прочь с моих глаз! И в доме моём она появлялась только под конец недели, забегая с Мастерс ко мне на огонёк! Я… ух… если бы моё счастье было огнём – я бы спалил им весь мир! Вот, как рад я был! Ещё одним случаем стало новое, усовершенствованное лекарство Мастерс, предназначенное для Макс и только для Макс. Точнее… употреблять это лекарство должен был я, и способ лечения Макс никак не отличался от предыдущего. Единственный плюс нового лекарства в том, что мне не приходится кормить эту ненасытную девицу три раза в день. Да и сам эффект после лекарства более благоприятный для нас обоих. Лечение, может, и замедлилось, но Макс теперь была более сдержана и спокойна. Словно… с ней ничего и не происходило вовсе. Вот так мы, собственно и зажили. Макс и я начали медленно читать кулинарные книги, обновлять дом и создавать всяческие пристройки, ходить в шахту за ресурсами… В общем – заниматься делами. И всегда вместе. В шахту – вместе, в лес – вместе… Читаем вместе, рыбачим в месте, спим и просыпаемся вместе. Подобную иллюзию родства нельзя назвать странной или необычной, особенно когда Макс обращается ко мне как: «Папа», во всех возможных склонениях и оборотах. Вот только эта иллюзия рушится буквально на глазах, когда дело доходит до лечения. Когда кроткая и умилительная девица раскрывает свой рот с румянцем на лице, начиная выпрашивать и поглощать своё лекарство, не упуская и капли. Это даже стало локальным анекдотом среди моих… друзей: - «Ну как там твои… "отношения" с Макс, а?» - Марко буквально усмехался надо мной, растягивая едва заметную улыбку и подмигивая мне левым глазом. Только он переступил порог моего дома, и эта шутка моментально вылетела из его губ. От подобных слов не только Макс начинала смущаться и отводить взгляд в сторону пола… «Вот укусит какой-нибудь гнилой поползень твою любимую Хэнни, начнёшь лечить её – я тоже над тобой посмеюсь, белобрысый ты крендель», - вместо того, чтобы дать Марко в глаз, я решил ударить его словами. Ударить в его самое больное и самое нежное место. Улыбку с его довольной рожи я не смыл, но вот стыдом он залился. И только я продолжал выражать своё недовольство по этому поводу: – «Да и что я могу поделать, скажи мне? Это, пока что, единственный нормальный метод. Не самый… цивилизованный, но всяко лучше того, что мне предлагали». Тут Марко не мог со мной поспорить. Он своими собственными глазами видел, что творила Макс (не говоря уже про меня), неделями раннее. Марко пришлось убрать разговоры на эту тему в сторону, принимая на себя довольно серьёзный и важный вопрос, грубо вылетевший из моего рта: - «Что ты там от меня хотел?» «Ну, мне то от тебя, чувак, ничего не нужно. А вот Рику…» - все его мысли и слова испарились прямо в его голове, как только на столе оказались две тарелки с жаренным мясом. Никогда ещё ему не приходилось обедать у меня в гостях. Обычно я предлагаю пиво и только пиво, а тут херак – мясо! Есть чему удивиться. Макс положила тарелки с мясом прямо у нас перед носом, с улыбкой оглядев нас обоих. Мясо было ещё тёплым и прожаренным до хрустящей корочки. Даже соусом каким-то приправлено! У меня даже было ощущение, что эта девица заранее готовилась к встрече гостей! Что она схоронила это блюдо где-то поблизости, выжидая нужного момента! Она… даже не поленилась аккуратно написать на салфетках: «Приятного аппетита»! Пока я, отблагодарив эту озорную повариху довольным взглядом и лёгкими поглаживаниями по голове, собирался поглощать своё блюдо – Марко показывал свои, давно как исчезнувшие, джентельменские манеры. Точнее, он пытался проявить эти манеры, засовывая край своего платка за воротник. Он даже пытался отрезать кусок мяса ножом и вилкой (И ножом, И вилкой.), медленно вспоминая всё, что он хотел сказать мне минутами раннее: - «Рик узнал о твоём выздоровлении пару дней назад и решил напомнить тебе о каком-то… обещании, или что-то вроде этого». «А фто уа уаму… О-о! Ну жа, он пвошил межа жажлянут к жему, как жольто уа февнущ ф новму», - то, что мой рот был полностью набит горячей и сочной говядиной, никак не мешало мне высказывать своё мнение и мысли. И разговаривал я с Марко на обычных тонах, даже не проглатывая мясных кусочков в своём рту. Может, он не совсем понимал мою речь, или даже довольствовался видом разжёванного мяса, вылетающего из моего рта, словно свинцовая дробь из дробовика, но… Что поделать? Старые привычки каннибала всё ещё остались при мне. Как только я проглотил всё, что когда-то было на тарелке – разговор продолжился: - «Не знаю, зачем он меня попросил об этом, но мне не особо хочется пятиться обратно в Мегаполис и разглядывать его вялую, серую морду». «И я того же мнения, чувак. Вот только меня слегка настораживает его… серьёзность. Он недавно умудрился объявить очередное собрание Советов, не запланировав даты. Плюс попросил меня доложить о твоём приходе, если ты всё же… придёшь». – Марко поделился со мной своим мнением и информацией, воспользовавшись образовавшейся паузой для пробы мяса. И, судя по его лицу и неспешному движению нижней челюсти – ему нравилось блюдо Макс. Это было видно по его расслабленному лицу и прикрытым векам. Девица едва-едва сдерживала свою безумную радость, ёрзая на стуле и потягиваясь к моей ладони, выпрашивая заслуженной похвалы. «Это всё круто, странно, забавно и тому подобное, но ты меня никак переубедил. Я всё ещё не вижу причины переться к Рику в Дом Советов и нервы себе трепать по чёрт-знает-какой причине», - я высказал своё мнение. Без издержек и тайн. Я не хотел идти обратно в Мегаполис без особой на то причины. Марко же… Он не должен был создавать эту причину. Это Рик зовёт меня к себе, а не Марко. Но попытку он всё же сделал: - «Это касается "прошлого" тебя, если ты… понял намёк. Я бы сам тебе рассказал, о чём он хочет поговорить, но мне лучше молчать. У меня на собрании тоже будет что сказать, как и Соломке или Маусу. Так что не один только Рик хочет с тобой поболтать, чувак… Смекаешь?» Я задумался после его слов. Хорошенько задумался. Приобнял Макс одной рукой, позволил ей прижаться щекой к моему плечу и нырнул пальцами в её шелковистые волосы, разглядывая пустую тарелку. Марко был прав: Рик просто так меня звать к себе не будет. Да и заявлял он о своём разговоре со мной ещё до того, как я… как бы это сказать… стал подопытной крысой Мастерс. Ещё до того, как я принял решение и согласился на эксперименты. Я даже вспомнил небольшую, но довольно интересную деталь: Я сам попросил его об этом. Не знаю как, когда и зачем… но попросил. Плюс нам с Макс было бы неплохо доставить некоторые дополнительные материалы в мой магазин, дабы Соломка с Марко не травили мою душу в лишний раз своим появлением. Думал я… недолго. Переглянулся пару раз, то с Макс, то с Марко, стараясь предугадать тему разговора. Взвешивал плюсы и минусы, "Да" и "Нет", хорошее и плохое. В итоге: я заставил себя согласиться. Конечно, я согласился не сразу. Для начала я хотел узнать: «Рику не будут мешать лишние уши? Или же мне одному приходить?» - Это первое, что меня волновало. Я знаю, что Макс не маленькая девочка в подгузниках. Она может позаботиться о себе… Но мне неохота оставлять её одну. Даже когда Макс написала мне в своей книжке: «Можешь идти без меня и не волноваться по пустякам» - мой вопрос продолжал витать в воздухе. И моя причина взять её с собой была не единственной. Помимо её нестабильного состояния и лекарств, которые в любую минуту могут превратить её в озлобленную пантеру, мне хотелось… убедиться в том, что меня не заведут в ловушку. Я всё ещё не доверял Рику, знаете ли. «Ну, я не думаю что всё настолько уж серьёзно. Макс тоже может чего о тебе узнает. Вполне неплохая возможность рассказать о тебе в деталях, скажем так». – Раз уж Марко соглашался с моим решением, то и опасаться мне было нечего. Даже Макс была рада такому предложению. Очень уж она была заинтригована… историями обо мне. И пока Макс давала своё согласие, спокойно кивая и растягивая улыбку, я разглядывал календарь на стене, выдав тихое: - «Завтра. После того как Макс… э… помогу». Я нисколько не соскучился по Мегаполису. Вид огромных, серых стен и неистовый ор сирены… Все звуки и очертания этого долбанного города давно успели въесться в мой мозг. Вновь Мегаполис встречал меня с распахнутыми вратами. Вновь стражи проклинали моё существования, убегая обратно на свои посты с разочарованными и злыми лицами. И знаете… Меня это уже задолбало. Только я встретил Маусера у контрольно-пропускного пункта, толкнув Макс в его сторону и сожрав яблоко прямо на его глазах – меня потянуло к сирене. Не спрашивая разрешения и не внимая предупреждениям стражников, я забирался на стены и продвигался к механизму сирены, даже не косясь в сторону удивлённых стражей, стоящих у меня на пути. По пути к механизму я отобрал меч у одного из них… и моментально начал рубить и колотить механизм этим самым, мать его, мечом! На проводки и частички рубить! Я должен был сделать это давным-давно! Я эту хреновину создал – я её и снесу! Только сирена заглохла, издав свой последний, предсмертный писк – стражи вздохнули с облегчением. Ну а я, словно ничего и не происходило, направился к Дому Советов, наслаждаясь получившейся тишиной. В Доме Советов нас с Макс встретила целая компания из знакомых и незнакомых мне людей. На первом этаже нас встречали, в основном, стражники да разнорабочие, выполняющие поручения "сверху". Ну а на Втором этаже, прямо в офисе Рика, меня встретил весь, мать его, Дом Советов. То бишь Соломка, Маус, Марко и, конечно же, любимый всеми Рик. За его столом так же сидели Мастерс с Хэнни, выпучив на меня свои глазёнки. Не знаю, что они забыли в офисе Рика, но моему виду они более чем рады. «Здравствуй, Гоул. Рад тебя видеть». – Ничего нового от Рика я не услышал. Всё то же приветствие, все те же слова. И по его строгому, бледному личику можно видеть, что он совсем не рад меня видеть. Это меня… слегка выбешивало. – «Я слегка удивлён тому, что ты так сразу согласи-». «Может ты всё же свернёшь свою театральную постановку и перейдёшь СРАЗУ К ДЕЛУ?!» - с такой простотой, яростью и гневным тоном я и прервал речь этого бледнокожего вампира-недоноска. Грубо, громко, но эффективно. Сразу же, стараясь успокоить себя и не сорваться на этого идиота Рика, я показал пальцем на сидящую рядом с ним «Мисс Му» и её ассистентку-извращенку, спросив его без издержек: - «И что эти ведьмы тут забыли?» «Мы все пришли сюда по делу! У них свои дела, у тебя – свои! Тебя вообще сюда никто не звал! Вылечился – вот и молодец!» - Рик повысил свой тон. Как и обычно. Я уже давно заметил, что при каждое встрече с ним, я слетаю с рельс и лечу прямо на него, высекая на нём свой гнев даже по самым тупым причинам. Потом он затыкается, его спокойная натура испаряется, мы начинаем орать друг на друга… и так по кругу. Вот только сегодня, в отличии от всех остальных встреч, Рик не успокаивался. Около минуты мы кидались друг в друга оскорблениями, проклиная друг друга во всём, что можно. Что из-за Рика я прошёл сквозь муки и «самый настоящий, мать его, Ад», что он паскуда и тварь… В общем, всё что приходило в наши головы – безостановочно вылетало наружу. Мы были готовы ринуться друг на друга в первые же секунды и выплеснуть свою внутреннюю злость кулаками и криками, если бы в наш разговор не вмешались: - «Либо вы затыкаетесь, либо я раздаю вам по зубам! Обоим!» – Суда не постеснялась вмешаться. Встать между нами и окинуть нас недовольным взглядом, отталкивая руками в сторону. Она стала эдаким барьером для нас с Риком, а Макс, Маус, Мастерс и Марко стали нашими оковами. Пока нас держали за руки, стараясь усмирить и успокоить, не давая нам сдвинуться с места – Суда, будучи взбешённой от этих вечных распрей (которые происходили сами по себе), привела нас в норму своим громким, серьёзным тоном и диким недовольством. И под "Успокоила" я подразумеваю оскорбления в грозных тонах, двигающиеся следом за её чистосердечным признанием и мнением о нас: - «Два взрослых парня, а ведёте себя как бабы базарные! Скандалы одни, а толку – ноль! То истеричка удержать себя в поводке не может, то беломордый актёр-драматург не успокаивается никак! Меня бесят выступления Рика, меня бесит негатив Гоула, меня бесит ваши, чтоб вас, проблемы! Ведите себя, как полагает друзьям, или же разбегайтесь по своим ямам и не выползайте из них!» Её слова загнали меня в небольшой ступор. С одной стороны – да, она точно подметила мою негативную натуру (и я не удивлён этому), а с другой… Она назвала меня истеричкой. Макс тоже решила попытаться усмирить меня после слов Суды, написав мне в своей книжке: «Пап, давай потерпим. Дадим Рику сказать то, что он хочет, и уйдём. Я тоже не хочу тут сидеть». И не одна лишь Макс поддерживала меня. Марко и Маус, не говоря уже про разъярённую Соломку, тоже не были фанатами подобных собеседований. Им тоже не хотелось слушать бессмысленные, разведённые водой и пустотой, речи Рика. Но они ведь терпят, верно? «Ты слышал Суду. Не тяни резину». – Я вновь стал подгонять Рика, но в этот раз более сдержанно и тихо. Старался перетерпеть все будущие выходки этого засранца, если они появятся. Рик же… Он успокоился, начнём с этого. Поправил свой костюм, промыл горло стаканом воды, вздохнул пару раз. Может, он опять пытался тянуть резину и тратить моё драгоценное время, но на самом деле он… подготавливался. Что-то серьёзное ждало меня на горизонте. Рик держал свой рот на замке какое-то время. Он молчаливо вышел из офиса, махнув ладонью в сторону двойных дверей, что были рядом с входом в его офис. И все шли за ним. Ждали, пока он откроет дверь ключом, дабы пройти внутрь. Я был единственным (наверное) человеком, не заходившим туда. Я даже не знал, что там, пока Рик не распахнул двери. За дверями была комната. Хотя... это, скорее, походило на зал. Просторный, светлый, с круглым столом в самой середине, на котором стояло шесть разных стульев. Тут либо проводились всяческие собрания и переговоры, либо Рик любит играть в «Короля Артура и рыцарей круглого стола» в своё свободное время. Вскоре он, пройдя к столу, взял один из стульев за ножку и поставил на пол, расположившись на нём поудобнее. Это сделали и Марко, и Маусер, и даже Соломка. Только я и Макс, не говоря уже про Хэнни с Мастерс, выглядывающих из-за угла, оставались стоять на пороге… пока Рик всё же не раскрыл свой рот: - «В Зале Советов собираются только Модераторы и Администраторы, Гоул. Мы никогда не впускаем в зал посторонних, или даже друзей…» «Но по какой-то странной причине ты решил пригласить меня именно сюда и нарушить своё святое правило. Я угадал? В офисе то остаться не вариант, нет? Или же ты сейчас сделаешь для меня исключение и назовёшь меня "особенным", дабы привлечь моё внимание?» - я вновь вклинился меж слов Рика, даже не заметив этого. Да, я обещал терпеть, а Рик обещал не драматизировать и сразу перейти к делу… А он и не драматизировал: - «Если бы ты пришёл один – исключений бы не было», - не знаю, что он хотел этим сказать, но я предвидел подобный ответ. Он всё же делал исключение и пытался показать меня "особенным" человеком среди всех собравшихся. Ничего удивительного. Спустя короткую паузу, осмотрев всех за столом, Рик вновь обратил на меня свой взгляд, приказав мне спокойным тоном: - «Бери свой стул и садись». Мой стул? Что за ересь этот клоун несёт? Откуда у меня стул в Зале Советов? Тут человек может обладать чем-то, если только он сделал это своими руками! Подобный указ можно бы было принять за шутку, если бы каждый, кто сидел за столом, не смотрел на меня с таким серьёзным, пробивающим тело и душу, взглядом. Мне пришлось пройти к столу и стянуть с него стул, схватившись за ножку. На мои глаза сразу попались некоторые особенности этих стульев. У каждого он был разный, отличающийся видом, формами и удобством. У Марко, к примеру, он был элегантным, с лёгкими изгибами и едва заметными узорами. У Соломки – Удобный, с меховой обивкой, высокий табурет. Ну а мне достался ничем не примечательный, обычный стульчик, сделанный из светлого дерева. Сразу видно, сколько времени и сил ушло на этот… барный табурет. Но самым примечательным оказался тот факт, что каждый стул был наименован. На спинках стула (или же где ещё, если у спинки нет и не было) были вырезаны имена «хозяина» стула. На стуле Марко было красиво высечено «Марко», на спинке стула Маусера – «Маусер»… На ножке моего стула тоже было высечено: «Гоул». Высечено грубо и просто. Я так обычно бензопилой на деревьях высекаю. «Спасибо, что потратили все свои силы и время на этот замечательный стул для меня. Лучшего подарка просто не найти». - Это был чистейшей воды сарказм, и я не скрывал этого. Стул выглядел до отвращения простым, а сам факт, что меня пригласили лишь для того, чтобы показать этот сраный стул… Если бы Макс не зашла в зал и не села бы мне на колени – я бы кинул этот чёртов табурет в окно, или даже в лицо кому-нибудь. Я даже шутить не хочу на этот счёт. «Меня тоже бесит этот стул, чувак… но ты сделал его сам, знаешь ли». – Марко смог сбить меня с толку этой фразой. «Я сам его сделал»… Можно подумать, что он подыгрывает Рику, но этот белобрысый, самовлюблённый эгоист даже и не думал шутить. Знает же, что ему за подобные шуточки может в нос влететь. Он же говорил со всей, мать его, серьёзностью. Даже улыбки не натягивал на свою тощую морду. «Каждый, кто входит в Модераторский состав, должен сделать себе стул. Это самая тупая традиция, которую только можно придумать, но ведь с тобой никто не спорил, верно? Ты сказал сделать стул – я сделал стул». – Даже Маусер вписался в эту игру! Рассказывал мне о какой-то… чепухе, которую я заставлял его делать! Я бы посмеялся над этим забавным розыгрышем, если бы ещё и Соломка не вписалась в эту клоунаду! Единственная барышня, которой я более-менее доверял, не скрывая своих нервов и гнева за фальшивыми эмоциями, перевела обычный разговор с Маусером в лёгкий спор: - «По крайней мере, его стул показывает простоту мышления и крепость, а твой показывает лишь твою лень. Тебе несколько раз предлагали сделать стул нормально. И я имею ввиду, "вырезать его из дерева", а не разрубить пару деревяшек мечом и сколотить их вместе». «Всё! Прекращайте! Это было смешно в начале, признаю, но теперь это начинает надоедать!» - Я уже просто не мог сдерживать эмоций в этот момент. Меня начинала бесить не сама "шутка", но время и нервы, которые я трачу на них всех. И что самое хреновое – никто из них не признавался в этом! На меня глядели в удивлении, шоке и лёгком страхе! И пока я разглядывал всех в непонимании, стараясь вытянуть из них хоть какое-то объяснение тому, что сейчас происходит – меня прервала Макс. Она аккуратно толкнула меня в плечо пару раз, заставив обратить на неё внимание. Девица была удивлена не хуже всех остальных, но по другой причине. На её лице растягивалась улыбка, и она, удерживая раскрытую книжку в своих руках, написала мне в ней: «Ты был Модератором?!» «Нет…». – Ответила ей Соломка спокойным тоном, увидев надпись в книге. Её ответ слегка меня успокоил… но ненадолго. Ей было что добавить: - «Он… чуть больше Администратора, и намного больше простого Модератора. Без него не было бы Совета». Я… запутался. Мне нечего было сказать. Я чувствовал себя рыбой, которую выловили из моря. Я просто шлёпал губами и пытался двигаться. Сделать что-то, сказать что-то. Мне было сложно поверить в то, что я сейчас услышал. Я ничего не знаю о своём прошлом, кроме как: «Я был тем говнюком, что строил всяческие статуи и магазины». И всё! Это все, что я знаю о себе! И ведь все они говорили мне об этом! Марко, Маус, Соломка… Они сами рассказали мне, кто я такой, и что я сделал! Зачем им держать что-то из моего прошлого в секрете?! И зачем говорить мне об этом сейчас?! «Он не верит? Даже после всего этого?» - Мастерс переступила порог комнаты с этими словами, почёсывая свой висок ногтём. Она смотрела, в основном, на Рика. И разговаривала она с натуральным тоном пораженца: - «Похоже… Я ошиблась, Рик. Лекарство не поможет ему в этом.» Всё ясно... Мне всё стало ясно с этого момента. Все эти секретики казались мне до боли подозрительными… и не случайно. Это бы очередной эксперимент, на который я не подписывался! Меня вновь используют "во славу науки!", словно подопытного кролика! Не знаю, что они хотели доказать или сделать со мной, но им удалось таки переступить черту! Я даже не стал высказывать своё недовольство этим кретинам! Это бесполезно! Я просто отодвинул от себя Макс и направился к выходу! Люди и стражники не пытались меня остановить или уговорить остаться! Они даже не смели встать у меня на пути, отходя в сторону! И только Рик, появившись прямо перед выходом из Дома Советов, пытался объясниться передо мною: - «Гоул! Успокойся и выслушай меня! Это очень важная тема, которую просто нельз-» Я не постеснялся дать в глаз этому шарлатану! Вся моя ярость и гнев ушли в один единственный удар, моментально сбивший Рика с ног! Мне было срать на все его "темы", которые он хотел обсудить! У меня не было никакого желания слушать этого мерзавца после такого крупнокалиберного обмана! «Засунь свои театральные постановки себе в жопу, Рик!» - так громко я ещё никогда не разговаривал с людьми. Я буквально ревел, подобно локомотиву товарного поезда, не сдерживая своего пыла и огня. Даже Макс, успевшая добежать до меня и схватить меня за руку, начала вздрагивать от каждого нового слова, выходящего из моего рта. И в этот раз, достигнув своей точки кипения, я уверил его раз и навсегда: - «Ещё раз появишься у меня на глазах – окажешься в гробу, ты… бледнорылая, самовлюблённая, вшивая крыса! Катитесь ко всем чертям! Все вы!» Всё. Я вынул последнюю занозу из своей задницы. Теперь мне не придётся видеть этого ублюдка перед своими глазами, даже если на то будет причина. И я не думаю, что кто-то рискнёт своей шкурой и заставит меня встречаться с этой мразью. Надо же… быть такой свиньёй! Пригласить меня к себе, убедить всех своих товарищей стать частью безупречного театрального акта и заставить меня поверить, что я являюсь частью Модераторского состава! В этом нет ни капли смысла! И я даже гадать на этот счёт не стану, ибо мне глубоко насрать на все эти манипуляции и эксперименты, не говоря уже про моё прошлое! Как только моя нога перешагнёт порог Мегаполиса – я туда не вернусь! Я с корнями закопаюсь внутри своего дома и не вернусь обратно более! Точка! Целый, мать его, день я дрожал от вечно накапливающейся злости. Что бы я ни делал, как бы я не пытался успокоиться… Ничего не помогало! За один день я умудрился построить на пляже небольшую пристань и рыбацкую хатку, забить старых коров, пересадить пшеницу и овощи, вырубить лес неподалёку… но все мои силы и гнев, которые я пытался выплеснуть наружу, возвращались обратно! Я просто не мог остудиться! К счастью, мне удалось успокоиться после хорошего, плотного ужина и крепкого сна. Макс помогла мне с постройкой пристани и рыбацкого домика, а после - отдала свои последние силы на приготовление ужина. Девица пыталась "остудить" меня своим присутствием, и я был благодарен ей за это, не говоря уже про её помощь и… прочую заботу. Даже когда я отправился спать – она присоединилась ко мне, довольно нашёптывая что-то мне на ухо, подобно маленькому питомцу. Пыталась насвистывать какую-то забавную мелодию. Так тихо, как только это возможно. Не успел я закрыть глаза и расслабиться, как руки Макс потянулись за книжкой, быстро положив её на мою грудь и написав на ней: «А может они не врут, пап? Вдруг ты действительно Модератор?» Не знаю, зачем она напомнила мне об этом, но злиться на счёт этого я не стал. Я просто махнул на это рукой, глубоко вздохнул и расслабился. «Мне как-то по барабану», - ответил я ей с медленно выходящей раздражённостью и злостью, прикрыв свои глаза ладонью. – «Я на сто процентов уверен, что Рик просто хочет приковать меня к этому месту. Он врёт. Врёт и не краснеет. Раннее же он сказал нам, что эксперименты с лекарством нам не навредят, верно? А что оказалось на самом деле: мы чуть не лишились рассудка от голода». Мне было что сказать по этому поводу, и Макс решила не ждать подходящей возможности. Пока я высказывал своё мнение и мысли на счёт Рика – она неспешно писала свой следующий вопрос. После она начинала щекотать мой нос кончиками пальцев, стараясь привлечь моё внимание и слегка побаловаться перед сном. И только я убрал ладонь с лица – очередной вопрос ударил меня глаза: «А если, к примеру, он не врал, и ты действительно являешься частью Модераторского состава? Ты был бы рад этому?» «Да не сдался мне их "состав", Макс. Даже если я буду в их рядах – это ничего не изменит. Я решил уйти – я уйду. И хрен меня кто заставит передумать. Я… достаточно натерпелся». – Моё решение никогда не менялось. Если бы я стал членом этого дурдома под названием «Дом Советов», то ничего бы не изменилось. Всё, что у меня появится после этого – очередная пара оков на ногах. Макс уже давно как стала для меня этими оковами, и я не собираюсь ждать очередного момента и возможности освободиться. Я дождусь её полного выздоровления, подорву дом к чертям и уйду. Следующий день был до жути холодным и дождливым. Снаружи лило, как из бочки. Выйди на улицу, на минуту-другую, и ты сразу промокнешь до нитки. Это самый превосходный день для всего дикого и нечистого. Мертвяки буквально наслаждались каждой каплей дождя и не замечали нарастающей тяжести своих рваных одежд и тряпок. Даже если у них в черепушках накапливалась вода – им было абсолютно пофигу. Мне даже пришлось перекрыть подачу напряжения на забор и браться за оружие, ибо мне не хотелось превращать свой двор в смертельную ловушку для себя и Макс. Подобная погода, к сожалению, не стала помехой для моих гостей. Хэнни, будучи тотальной мерзавкой, появилась в моём доме без стука и звука. Эта извращенка предложила мне тарелку салата и пару поцелуев в качестве "подарка", но я даже к тарелке не притронулся. Ей самой пришлось давиться своей травой, как и полагается животному, пока я жарил себе очередные куски бекона и картофель в индукционной печи. И Хэнни не была единственной гостьей в моём доме, знаете ли… Спустя время, даже не выжидая ливня, в мой дом вошёл Марко, и его появление полностью свело мою полоумную гостью с катушек. Она моментально прилепилась к своему возлюбленному блондину и начала болтать с ним на различные темы, сев с ним за один стол. А Марко… он не особо сиял хорошим настроением. Человек оставался таким же мрачным, как и погода на улице. И нет, Хэнни не играла в этом никакой роли. Тут вся вина висела на другом человеке, который тоже… собирался навестить меня. Макс начала неистово свистеть спустя пару минут. Обычно она так вызывает меня, или пытается предупредить о чём либо. Девица, подобно певчей птице под грибами ("не самыми хорошими грибами"), громко свистела и прыгала на месте, показывая куда-то вдаль указательным пальцем. «Это Рик…» – Марко заранее знал, кто стоит за дверью, глубоко вздохнув после этой «заметки». Или даже… это блондин и привёл его сюда! Рик шёл за ним следом всё это время! Ругаться на Марко не было времени! Он получит своё, как только я разберусь со своим гостем! Без промедления я схватился за свою бензопилу! Встретил своего гостя с рёвом бензопилы и грозным видом! И, судя по его лицу, ему уже было абсолютно плевать на всё и вся в этом мире! «Я ведь предупреждал тебя, Рикки… Увижу тебя снова – закопаю! Я не шучу на счёт таких вещей… в отличие от тебя, ублюдка!» - Рик никак не реагировал на мой гнев и угрозы, даже когда я махал бензопилой перед его лицом. Он просто стоял, как истукан, на пороге. Пронзал меня своим пустым взглядом, словно ожидая своей смерти… Но я то не такой мудак, как он! Я выслушаю его последние слова, и только потом ударю по крышке гроба! Недолго он молчал. Рик воспользовался своими последними словами с умом. «Знаю, Гоул.» - это всё, что он сказал мне в ответ. Никаких заумных фраз, драматизации… предложений, разведённых до состояния воды… Он просто согласился со мной. Рик лишь выпустил два слова и замолчал, сверкая фингалом под правым глазом. Даже с места сдвинуться не посмел, продолжая стоять под дождём, пока его костюм впитывал в себя каждую упавшую каплю. Я бы даже сказал, что его костюмчик сам стал небольшой тучкой. Ах да… Я не сразу заметил это, но в одной руке он держал… стул. Тот мерзкий стул, оклеймованный моим именем. Один лишь вид этого убогого творения, сделанное каким-то криворуким столяром, заставлял мою кровь закипать. Бледнокожий засранец решил посмеяться надо мной перед смертью! Раз уж так... Я посмеюсь вместе с ним! Буду ржать, как ненормальный, когда начну крошить его на куски! И я не стал сдерживать своей ярости в голосе, направляясь в его сторону с громкими криками: - «Что, пошутить решил, ублюдок? Думаешь, это смешно?! Недостаточно посмеялся надо мной?! Давай, паскуда! Смейся! Смейся, урод бледнокожий! Это ведь, мать твою, смешно!» «Это не шутки, Гоул! Подобные вещи нельзя даже для одноразовых шуточек брать!» - Рик всё же показал свой гнев! Показал свои эмоции! Держал свой табурет за ножки, заводя его за голову! Даже когда он был готов к моим следующим движениям – Рик не терял возможности высказаться, пока на это есть время: - «Все мы думали, что ты хоть что-то вспомнишь! Я хотел помочь тебе, чтоб тебя! Рассказать тебе всё, что ты забыл! Рассказать и извиниться за всё, что я сделал в прошлом! И если бы мне было срать на тебя с высокой колокольни – я бы сюда не пришёл, уж поверь!» Рику удалось купить себе немного времени, заставив меня задуматься. Какая ему с этого выгода, если он расскажет мне о моём истинном прошлом? С чего это я должен ему доверять? Если он солжёт – я этого не узнаю, а подтвердить его слова никто не сможет. У меня нет никаких знакомых, хорошо знающих "прошлого" меня и, при этом, незнакомых с Риком. Этот хитрожопый лис сделал мой выбор чуть проще. Он поставил стул на землю и встал в сторону, стараясь перекричать дождь, гром и рёв бензопилы: - «Если… Если ты не веришь мне – можешь спокойно сломать свой стул! Я уйду, Дом Советов распадётся, и никто не будет тебя тревожить после этого! Ты даже можешь полностью перестать общаться с нами, если тебе так хочется! Никто даже слова не скажет!» Моего решения ждал не только Рик. Мои гости тоже наблюдали за моим следующим ходом, выглянув из-за порога. Даже Макс, широко раскрыв глаза, не могла спокойно смотреть на всё это. Я ведь… могу распилить этот табурет, а вместе с ним и все мои отношения с Судой, Марко, Риком, Маусером… Вот так вот просто мне позволяют уничтожить Дом Советов. Вся сила, крепость и мудрость Модераторского состава… спрятана в одной табуретке. И мне… Эх… Сколько бы раз я не пытался освободить себя от окружающего мира… Отрезать нитки, притягивающие меня к моим друзьям и знакомым… Я всегда приходил к одному и единственному выводу: Я не хочу добежать до конца своего пути в одиночку. Общаться и жить с друзьями - тяжело, но без друзей, как оказалось, это ещё тяжелее. Мне… пришлось заглушить бензопилу и взять стул за ножку, слегка ударив им Рика в плечо. «Заползай, Рикки». – приказал я ему грубым, но тихим тоном, открывая двери в Мастерскую. – «Поболтаем». Я не особо доверял Рику. Я не доверял своему решению, не говоря уже про "правду", которую Рик решил выплеснуть прямо мне в уши. Да и разговор наш нельзя было назвать "разговором". Мы просто сидели за столом в Мастерской и выдували пиво из кружек. Это очень даже хорошо, если так подумать. С одной стороны: я спокойно развязал ему язык после пары кружек "драконьего", а с другой - я слегка успокоился. Мы не хлебали пиво… бочку за бочкой, как это обычно бывает, нет. Пары-тройки кружек нам вполне хватило. И первое, в чём признался Рик – Он долгое время планировал поговорить со мной о моём прошлом и поделиться некоторыми тайнами, когда я избавлюсь от своей… болезни. В основном он надеялся на неизвестное чудо, что позволит мне «вспомнить всё» в момент выздоровления. Это чудо, конечно же, увильнуло от меня. «Тебе слабо было сказать мне это напрямую?» - я не был доволен признанием бледнолицего друга, и я признался ему об этом "напрямую и без загадок". Вместо того чтобы заявить мне о своих планах – он решил устроить какой-то театральный акт. Кто вообще так делает?! Рик – вот кто так делает! «Думаешь, я знал, что ты нихрена не вспомнишь после всего этого… маразма?!» - Я не был удивлён тому, что Рик сразу начал защищать себя и своё имя. Все его ошибки и прочие проколы шли, в основном, в сторону других людей. В этом же случае "козлом отпущения"… а если быть точнее: "коровой отпущения", оказалась Мисс Му: - «Эта дура Мастерс… На словах – "Лев Толстой". Хвастается своим умом и теориями, а на деле же она может похвастаться только другой… "Толстой" частью тела. Хрен бы я чего держал в секрете, если бы она давала хоть какие-то гарантии!» «Вот давай без этого. Мастерс хотя бы признаётся в своих ошибках, в отличие от тебя, клоуна. Да и гарантии давать она тоже не должна. Эта женщина и так по локоть в науке сидит, знаешь ли. А в науке никаких гарантий нет, и не было». – Никогда бы не подумал, что начну защищать эту "корову науки" Мастерс, особенно перед Риком. Тем не менее, свою точку зрения я высказал, и ему никак не увильнуть от этого. Мастерс хоть что-то сделала для меня, а Рик... лишь губами шлёпает. Но нам было не до этого. Если мы продолжим скрипеть и выяснять "кто прав, а кто виноват" – не доберёмся до самой важной темы. Мне пришлось поставить нас с Риком обратно на рельсы. Быстро и с лёгкостью на губах: - «Давай… прекращай переводить стрелки. Что там ты так сильно хотел мне рассказать?» Зная Рика, я ожидал очередные длинные речи, не ведущие к сути. Он просто начнёт оправдываться и говорить чепуху, никак не относящуюся к теме. Но он меня удивил в этот день. Рик, ломая все стереотипы о себе, прихватил кружку с пивом, сделал лёгкий глоток, и неспешно рассказал мне о моей "прошлой" жизни: - «Я не помню, как давно это было, но тогда тебя ещё не было в рядах Модераторов. Ты не вписывался к нам, и не собирался. Ты лишь бегал по миру, строил легендарные сооружения и хвастался своими умениями. Марко с тобой сдружился к какому-то моменту. Он аж уши нам разъел, рассказывая о твоём характере, достижениях и прочих… особенностях. Как-то раз он познакомил весь Модераторский состав с тобой после постройки Арены и открытия Лиги (нас тогда было шестнадцать), и тогда мы начали всерьёз воспринимать твои таланты. Суда, Марко, Маус, я… и ещё парочка Модераторов с именами Мира и Виз, решили помочь тебе с постройкой некоторых сооружений, которые ты хотел отдать «народу». Города, поселения, общественные сооружения, статуи и так далее и тому подобное… Всё, что ты мог построить – строилось. Мы, в основном, помогали тебе с материалами и показывали людям твои творения. Ну а когда тебя решили принять в наши ряды – Мы принялись за постройку Мегаполиса, магазинов, библиотек и прочих строений, что стоят по сей день. Большинство из них – твои постройки, переведённые на чьё либо имя. Так мы и жили, собственно. Спустя довольно долгое время, на празднике "Звёздная ночь", произошло ЧП. Кто-то заявил о взбешённом "заболевшем", проникнувшем в Метрополис. И что самое страшное – он смог перебить патрулирующих стражников в одиночку. Голыми руками. Мне, Мире и Визу пришлось разбираться с этим самим. Ну а когда мы пришли на место происшествия – там оказался ты. Весь в крови, с мечом в руке, пожирающего какого-то стражника. Вернуть тебе рассудок мы не могли, а положить тебя на землю никто не смог. Визу ты отрубил голову практически моментально, а Мира и я долго не могли с тобой разобраться. Ты укусил её пару раз, и мне пришлось воспользоваться шахтёрским лазером и… застрелить тебя. У меня не было выбора на тот момент. Я не хотел рисковать. Но это ещё не самое страшное, знаешь ли. Твой респавн в северо-западном поселении никто не предвидел. Ты перегрыз там половину всего населения, пока об этом не узнали в Доме Советов. Практически всё поселение пришлось перекрыть и вычищать, а ты оказался за стенами, бледный и окровавленный. Мне пришлось скормить тебе золотое яблоко, а потом и держать тебя на земле с Судой и Марко до самого утра. Маусэр же разбирался с поселением. Ну а потом… Мне пришлось закрыть все спавн-точки, начать чистку Метрополиса и поселений… Модераторы начинали бояться, убегать, помирать… А ты ушёл куда-то с Марко и не вернулся. Вот так вот». Мне было неприятно слышать что-то подобное. Если так подумать – да, это вполне похоже на меня. Бешеный пёс, грызущий всех, от мала до велика… Такой сценарий вполне подходил под прошлые истории. Их, конечно, рассказывал Марко, но какие-то сходства всё же есть. Одна только вещь меня сильно возмутила: «Ты меня убил?!» - эта деталь не на шутку меня всколыхнула. Всю половину своей жизни (ибо другую половину я не помню вообще) я чувствовал себя непобедимым. Меня даже называли "непобедимым", ибо никто и никогда ещё не клал меня на лопатки, перерезая мне горло. А тут бац! – Рик, оказывается, застрелил меня, как собаку дикую. «У меня не было выбора, говорю же! Ты бы целый Метрополис перегрыз, не застрели я тебя!» - Рик поступил… логично, не спорю. Он ставил жизни сотни людей выше моей собственной. Вот только героем его не назовёшь, ведь он облажался, позволив мне возродиться. Вскоре его пыл и гром в голосе исчезли. Рик потух прямо у меня на глазах. Опустил голову, моргая своим забитым глазом и разглядывая стол. Он хотел поделиться… чем-то ещё. Чем-то более важным. И он выплеснул всё сразу, без задержек, с горечью в горле: - «Я… Я ведь не просто так пригласил тебя туда… в зал. Я хотел сказать… точнее… Я хотел признаться во всём этом перед всеми, а потом ещё… и ещё… Извиниться перед тобой. Публично». Он меня удивил. Не на шутку удивил. Рик… Извиняется… За какую-то оплошность, которую я даже не помню. Где это такое видано?! Где это такое слыхано?! Я уже начал думать, что человек окончательно опьянел с четырёх кружек, но в нём всё ещё оставался огромный, гигантский кусок трезвости! Рик не замолчал бы так просто, будь он пьян. Продолжал бы молотить языком и нести чушь, не жалея губ своих. Над нами нависла неловкая, длинная пауза. Я ждал, пока он закончит виктимизировать себя любимого, а Рик – ожидал моего ответа. Только я решил спросить его: «Что ты несёшь?», и Рик моментально обогнал меня меня, продолжая обвинять себя во всех грехах на высоких нотах: - «Я не вру! Не врал и не буду! Я даже не был удивлён твоей ненависти, когда мы вновь встретились! У тебя есть повод ненавидеть меня, ведь я столько всего натворил тогда… в прошлом. Никто этого не скроет, поверь мне… Спроси Суду или Мауса! Они прям… целые листы испишут! Каждый мой грешок раскроют! Я же просто хочу попросить прощения. Если не перед ними, то перед тобой. Мы все… сломались после того дня. То Суда… ходит с кирпичным лицом, то Маус начинает…» Его нытьё и сопли начинали мне надоедать. Мне пришлось схватить его за шиворот, скинуть со стула и окунуть головой в бочку с пивом, что стояла рядом. И я не собирался топить человека в моём бесценном алкоголе! Я просто… устал слушать его. Спустя пару секунд, с ужасом в глазах, Рик вынырнул из бочки. С лёгкой усмешкой я наблюдал за его бледной мордой, с которой стекало тёмное пиво, пока Рик, в недоумении, оглядывал каждую черту моего лица. «Просто захлопни хлебало и молись, чтобы никто, ничего мне не рассказал, Рикки». – На моём языке, да ещё и в таком спокойном тоне… Это означало что-то вроде: «Извинения принимаются». Рик не сразу это понял. Он не сразу увидел моей улыбки, за которыми следовали лёгкие смешки. Этот говнюк, спустя пару секунд, уже сам начинал улыбаться. Может из-за алкоголя, может из-за сложившейся ситуации… Но он меня понял. Даже посмел плеснуть в мою морду пивом из кружки, шире растягивая свою улыбку. Эдакая… дружеская обстановка окружила нас. И раскались бы она до предела – мы бы утопили друг друга в бочках, или даже… ввязались в драку. Дружескую драку. Мы сами того и не заметили, как погода на улице сильно поменялась. Дождь перестал заливать крышу моего дома, а ветер дул слабее. Пока я сидел и болтал с Риком, захлёбываясь в пиве – Марко и Хэнни ушли куда-то, совсем забыв о нас. Макс же, всё это время, старалась подслушивать нас. Девица волновалась за нас обоих, пытаясь не внедряться в наш разговор. Но она всё же появилась среди нас, спустя какое-то время, когда мы с Риком успели помириться. Она предложила нам жареной рыбы и хотела узнать, как всё прошло. И раз уж Макс нашла время порыбачить, то и я с Риком… найду время для рыбалки. Я сразу прихватил три удочки, добрался до пристани, разжёг печку в домике и расположился на пристани вместе с Риком. Там-то наш разговор и продолжился. Пока мы болтали и ловили рыбу – Макс забирала наш улов и жарила его в печке, принося готовую рыбу обратно, получая в качестве награды… рассказы от Рика. Она заранее расписывала свои вопросы в книжке, а по приходу – показывала их нам, получая свои заветные ответы. Спустя пять вопросов, набив свои животы рыбой с пивом, мы были готовы отвечать ей на всё, что только можно! Я был готов раскрыть Макс все секреты мира, если она этого захочет! Только эта маленькая "Почемучка" села рядом со мной, болтая ногами и оглядывая меня с улыбкой – её книжка оказалась в моих руках. И, к моему удивлению, я открыл её на плохой странице. На последней заполненной странице. Макс даже пыталась забрать книжку, прикрывая её рукой, но я всё же успел прочитать ненужные мне строки. Вслух: «Пап, я увидела Хэнни и Марко у фермы неподалё… Стоп, что?» - Изначально я был настроен на чтение вопросов… но это был не вопрос. И я не сразу осознал это, позволив Рику внедриться глазами в писания Макс, стараясь найти прочитанные мною фразы. Макс уже начинала закрывать лицо руками, стараясь скрыть свой позор и стыд. Даже я начинал догадываться, зачем она сообщила мне это. Один только Рик, пытаясь шевелить своими крохотными извилинами, не мог понять скрытый смысл этого сообщения: - «У фермы? Они же вроде ушл-» Его моментально перебил громкий стон, пробивший ночную тишину. Это была Хэнни. Я даже не сомневался на этот счёт. Взгляды нашей маленькой компашки медленно повернулись в сторону источника звука, стараясь найти хоть малейшие очертания этих бесстыжих дурней. Никто не скроется от света луны! Макс сразу показала пальцем на двигающиеся очертания людей, спрятавшихся в маленькой роще неподалёку от нас. И она не только видела их, но и слышала их. Девица даже приставила указательный палец к своим губам, приказывая нам закрыть рты, улавливая каждый крохотный писк в тишине и выписывая всё в свою книгу. Нам же с Риком пришлось переводить своё внимание с очертаний на книгу и обратно. После таких фраз, как «Может, потерпишь до дома?», «Я не могу терпеть», «Жамкай меня, всю и везде»… «Они там… Сексом заняться решили?!» - Рик попал в самую точку. Он, конечно, долго думал, но до него таки дошло… спустя минуту чтения. Я бы даже назвал это его личным рекордом. Ещё я ожидал от него предложения вроде: «Нам лучше уйти и не мешать им» или «Нам лучше прогнать их», но он перебил все мои ожидания и поставленные планки о нём, предложив мне с Макс: - «Медленно и тихо отходим к домику. Посмотрим, что у них там происходит». Я не был фанатом подглядываний за полуголыми (или же голыми) людьми, воплощающие в жизнь свои фантазии, в одиночку или вместе. Я не раз наблюдал за "играми" Хэнни, и это не давало мне никакого удовольствия. Макс тоже не была поклонницей подобных развлечений, но она была не против… подглядеть за кем-нибудь, не смотря на разгорающийся стыд и румянец. Рик же показывал себя с совсем иной стороны. Ему было интересно посмотреть на сексуальные отношения Марко и Хэнни со стороны. Он даже был… заинтригован происходящей картиной, подобно критику за просмотром качественного фильма. Нам удалось отойти к рыбацкому домику. Тихо и бесшумно. Спрятаться за стенами и выглянуть из крохотного, слегка прикрытого окошка. Неподалёку от нас располагалась небольшая роща, в которой и пыталась спрятаться наша влюблённая парочка. Ну… не совсем "роща"… Скорее пять дубов с кустиками, что возле забора. Именно там Хэнни и поймала свою жертву. Она прижималась к Марко всем телом, не давая ему сделать и шага вперёд, прижимая его спиной к дереву и впиваясь в его губы своими. И пойманный блондин… поддавался хищному зверю. Позволял себе распускать руки и, в прямом смысле, выжимать из неё сладкие стоны. Иногда ему приходилось останавливаться и оглядываться по сторонам, словно самый настоящий параноик, пока в один момент он не пробубнил что-то вроде: - «О-они же нас...» «Пусть смотрят. Я не против». – Таков был ответ извращенки Хэнни. Ей было абсолютно плевать на всё в мире, не говоря уже про стыд, совесть, или же чистоту имени (своего и Марко). И да, подобная жадность Хэнни приводила Рика в дикое удивление. Он ещё никогда не видел истинную сущность этой развратной девицы… в отличии от нас с Макс. Марко не смог удержать своей одежды на теле. Шаловливые ручки Хэнни буквально смывали с него одежду, не давая ему и единого шанса на сопротивление. Иногда ему приходилась хватать её за ягодицы или грудь и, прижимая её к себе, стараться успокоить её. К сожалению, он лишь сильнее возбуждал развратного демона. Как только их руки начали спускаться ниже пояса – ситуация начала накаляться. Из губ начинали выходить тихие, едва различимые стоны. Они старались возбудить друг-друга, буквально соревнуясь. Или же… Марко сражался с развратной Хэнни. Пытался показать ей, что он тоже что-то умеет. Вот только бедняга Марко мог только палец в дыры загнать, а вот Хэнни… Она знала, как позабавиться с ним. У неё был опыт в этом деле. - «Никогда бы не подумал, что Хэнни будет такой… такой…» «Развратной». – Я угадал слово, которое хотел подобрать Рик, и я не был удивлён его… находке. Мне самому пришлось не раз поменять свой взгляд на эту полоумную овцу после всего, что мне довелось увидеть и пережить. И это он ещё не всё увидел! Они ведь ещё шалят! Ему ещё предстоит увидеть самый смак. Марко пытался взять превосходство в свои руки, но Хэнни для него была слишком настойчивой и жадной. Ему пришлось пойти на крайние меры. В миг, эти двое поменялись местами. В миг, Марко исчез с поля зрения. Сел на колени и спрятался в кустах. Затаившийся Рик уже был готов спросить нас с Макс, убежал ли этот светловолосый извращенец, но следующий, более громкий стон сбил его с толку. «Неужели он… О-он…» - Рик не мог подобрать слов. Он понимал, что происходит, но из-за внезапной реализации он быстро потерял дар речи. Хорошо, что он ещё продолжал говорить шёпотом… «Да. Он вылизывает её вагину. Ну или… другими словами… как же её…» - Я пытался вспомнить более "научное" слово для подобного действия, щёлкая пальцами в раздумьях. Макс поняла меня с первого же слова. Она моментально написала в своей книжке «Кунилингус, папа», и не постеснялась показать мне свою запись. - «Конеликус, да! Не знаю, зачем я решил вспомнить это слово...». «Да тише ты!» - Рик зашипел на меня, подобно змею, и вновь обратил свой взор на сладкую парочку, медленно съедающих друг-друга на десерт. Ему, скорее, было интересно смотреть то, что происходит между мужчиной и женщиной, нежели запоминать научные термины и мудрёные фразочки. Это… хоть что-то говорит о его интересах и складе ума. Мы не могли увидеть Марко среди кустов и деревьев, но его действия были большим показателем его стараний. И его старания заставляли Хэнни извиваться и стонать. Она буквально впивалась оголённой спиной в древесную кору, двигаясь то вверх, то вниз, периодически сжимая свою грудь и покусывая губы. Я даже смог заметить, как она приподняла левую ногу, словно обхватывая ей голову Марко. Эта развратная девица буквально заставляла своего блондина-любовника доставлять ей удовольствие. Даже приказала ему «использовать руки», высвобождая из себя ещё больше сладких стонов с каждой новой секундой. Всё это выглядело так… странно, что Макс начинала смотреть не на них, а на меня. И смотрела она с недовольным, жалобным взглядом. Отчётливым румянцем, поджимающимися губами и блестящими глазами. И смотрела она на меня так… довольно долго. «Даже не думай об этом». – Я… медленно начинал понимать, что хотела от меня Макс. У неё руки сами начинали тянуться к поджимающимся коленкам, выдавая её истинные намерения и пошлые мысли. Мне пришлось поставить её на колени, схватить за руки и постараться успокоить, если это возможно. Мы только смотрим. И ничего более. Стоны Хэнни начали затихать спустя какое-то время. Она начала уставать… или же она успела достичь оргазма. С опьянённой улыбкой она рассматривала Марко, вжимающегося в её живот лицом, стараясь перевести дыхание и закапываясь пальцами в его волосы. Я даже мог прочитать по губам что-то вроде: «Хороший мальчик», и только потом мы вновь смогли увидеть лицо этого извращенца, затаившегося в кустах. Марко выглядел уставшим, но довольным. Всё его лицо сверкало при лунном свете, показывая всё обилие сока, которое он смог на себя принять. Он даже давал Хэнни лизнуть его щёку пару раз. Это выглядело отвратительно, но на этом они не закончили. Извращённая и возбуждённая хищница превратилась в послушную зверюшку, нашёптывая Хэнни что-то на ухо с искривлённой улыбкой на лице. Клянусь, я мог увидеть, как Хэнни покрывалась краской. Как она начинала подгибать колени и тянуться к своей шее. Одна лишь Макс могла прочитать Марко по губам и расшифровать его шёпот для нас с Риком, но только её руки дотянулись до книжки – я моментально прижал эту книжку к её груди, не давая ей её раскрыть. «Что? Что они собираются делать теперь?» - в отличии от меня – Рику хотелось узнать всё в подробностях. Он жадно оглядывал Макс и меня, ожидая хоть какой-то подсказки. Извращённый наблюдатель хотел представить возможную картину в своей голове. Единственное, чем я ему мог помочь, это тихо прошептать: - «Сейчас сам всё увидишь». Следующий их шаг был довольно очевидным. После столь долгих ласк, Хэнни наверняка захочет перейти к десерту. И я оказался прав. Не прошло и секунды, как она обхватила дерево руками, виляя своей задницей прямо перед глазами у Марко. Тут можно сразу сказать: «Сейчас Марко начнёт её пердолить», но что-то пошло не так. Блондин замешкался, и Хэнни взяла над ним контроль. Прижала его к дереву и взяла контроль на себя, массируя его член в руках и подготавливая к очередным "играм". После пары ласковых слов и поцелуев, она развернулась к нему спиной и начала… эм… Мне будет сложно назвать это "танцем". Хэнни, скорее, тёрлась об него спиной, как медведь о дерево. Обхватывала половой орган своего любимца, разместив его меж своих ног и медленно извивалась, довольно улыбаясь ему. Только после подобной "подготовки" - Хэнни начала переходить к серьёзному делу. Она раздвинула перед марко свои ягодицы, провела внутрь себя своего любимого кормильца и начала развлекаться, практически задавливая Марко своей талией. На этот счёт… ни у кого из нас не было слов. Мы лишь вслушивались в сладкие стоны, громкие, влажные шлепки, вскрики, писки и прочие звуки, выворачивающие мои кишки наружу. Развратная дьяволица сама наслаждалась своей наградой. Двигала своей талией и вводила в себя половой орган своего возлюбленного, выжимая из него сладкие, тихие вздохи. Хэнни же не сдерживалась. Развратная девица всячески дразнила и соблазняла Марко грязными фразочками и хихиканьем, то развлекая его круговыми движениями талии, то вжимаясь и вбиваясь в него со всей возможной силой. Она даже позволила себе выпрямиться и обхватить шею Марко, продолжая двигаться на нём. Кто знает, что испытывал бедняга в этот момент, но спустя какое-то время он сам вжал Хэнни в кору дерева, начиная беспощадно насиловать её. Для доминированной суккубы это было как раз тем моментом, который она так долго ждала. Ей уже было плевать на всё вокруг. Она просто начинала стонать и кричать, подбадривая своего насильника громкими стонами и криками типа: «Отлупи меня!», «Да, мой милый!», «Насаживай меня на свой рельефный кол!» и «Заполняй мои внутренности до тех пор, пока мой животик не порвётся от обилия твоей густой, горячей спермы!». На последней фразе у меня быстро пропало желание смотреть на этот ужас. Луна уже висела над нашими головами, Рик забыл, как моргать, а Макс начала принимать окрас помидора. Я уже был готов махнуть на всё рукой и пойти спать, но вот Рик и Макс… Они быстро схватили меня за запястье и потянули обратно, не давая мне уйти. А ещё они смотрели на меня с широко раскрытыми глазами, подобно настоящим безумцам, грозно прошептав мне (Макс же просто шевелила губами, повторяя слова Рика): - «Они ещё не закончили!» Мне пришлось наблюдать за этими кроликами ещё несколько минут, подставляя свои уши под удары пошлых и грязных слов. К моему счастью – они не тянули с этим. Марко, спустя долгое время, достаточно наслушавшись криков и стонов своей любимой Хэнни, схватил её за шею и прижал к дереву, начиная ещё сильнее и грознее вбиваться в её задницу своим "колышком". И каждый подобный удар высекал из бедной Хэнни очень протяжные крики, к которым она подмешивала громкие «Да!» и ласковый смех. Вскоре она просто обнимала дерево дрожащими руками, стараясь удержаться на ногах, пока Марко, довольный проведённым вечером, наблюдал за ней с усталой улыбкой. Наблюдал за тем, как из её щелей вытекает всё, что он в неё успел вылить. Даже подразнил её оставшимися каплями на кончиках пальцев, заставляя обсасывать его пальцы и вылизывать всё, что он предлагал ей. Вот ТУТ УЖЕ смотреть было не на что. Рик начал аплодировать подобному шоу, а я, схватив Макс за руку, начал прокрадываться к своему дому. В задницу всё это. В задницу этого идиота. Меня там не было, я ничего не видел, я никого не знаю. Рик показал себя самым настоящим джентльменом… и идиотом. Он был настолько щедр, что помог Марко и Хэнни добраться до дома и одеться. Как он ещё в глаз не получил за подобную помощь? И да, он не постеснялся вернуться обратно и попрощаться со мной, поблагодарив меня за столь интересный вечер. И только я закрыл двери в дом, вернувшись в спальню – мне пришлось попросить у Макс об одолжении: - «Напомни мне в следующий раз не предлагать Рику пиво. И вообще… не приглашать его в гости».