Хрустальное сердце короля

              Трандуил замер в длительном раздумье. Его «поводырь» давно уже не смотрел на горизонт, да там никого и не было. Небольшой конный отряд во главе с бойким молодым полководцем проследовал к выходу из крепости, за ним тянулось несколько повозок. Знать, Дерус не обманул дочку. У тех и впрямь задание. Хотя король догадывался, какое. Городок потихоньку оживал. Солнце поднималось все выше, но голубь словно спал. Он давно уже сидел, не шевелясь, как, словом, и Владыка Лихолесья. Казалось, на него сегодня даже венец давил и, восседая на своем резном троне с непокрытой головой, он прибывал в состоянии полнейшей апатии. И можно было предположить, что, если вдруг внезапно объявят войну, он не сразу соберется мыслями как действовать. Он даже ни сразу услышал звонкий крик, доносящийся из комнаты, где спал Леголас. То вопила Дана… Голубь сел на подоконник. — Я хотела его потрогать, а он схватил меня за руку, — взахлеб объясняла она пожилой тучной служанке — Мэлди, прибывшей в гостевую раньше всех. — Ну и чего орешь? Это ж все-таки не покойник… — Она подошла к кровати, вытирая руки об передник, и присела на край. Эльф открыл глаза. В комнате повисло молчание. Казалось, все онемели, а Дана и вовсе замерла недвижима. Спустя некоторое время, женщина все же нашлась с вопросом: — Ты помнишь свое имя? Кто ты? — Леголас, — хрипло ответил тот, — сын Трандуила… — И, поняв, что обе не в курсе, кто это, добавил: — Из Лихолесья. — Далеко забрался, — промямлила Дана. — Так я пошла к князю? — Ступай, — отмахнулась Мэлди. — У тебя есть семья? Наверное, о тебе беспокоятся? Есть кому послать весточку? — Только отец… Но к тому времени, как весточка до него дойдет, я успею сложить голову на другом конце света. Мэлди помогла эльфу облачиться в одежду, более пригодную для присутствия посторонних, и с ложки накормила куриным бульоном. Миловидная внешность паренька заставила ее вспомнить о двух подрастающих дочерях, и она старалась угодить ему. Тяжелые мужские шаги Леголас заслышал еще издали, и когда тот, кто их издавал, оказался у его кровати, не удивился. — Ну, здравствуй, Леголас, сын Трандуила… Милорд… Так ведь? Я не ошибаюсь? Эльф окинул того изучающим взглядом. Среднего роста. Волосы темные, почти черные, с редкими прядями седины. Аккуратно выстриженная бородка и усы. Одежды простые, но видно, что принадлежат господину. Даже не задавая вопросов, он уже давно понял, что находится в замке одного из местных князьков и вот, хозяин сам явился, услышав от служанки его имя… ан нет, скорее, имя отца. Принц не простой вояка, он достоин личного визита. Ну, а Дерус, совсем недавно мечтающий избавиться от парня, теперь смотрел на него заинтересованно, с опаской. Кто решится обидеть сына лесного короля? — И нет, и да, — смело ответил гость. — Я — сын Владыки Лихолесья — короля Трандуила, но я не принц, потому, обращайтесь ко мне просто по имени. — Сын короля, но не принц? Как интересно. — Дерус сел на стул напротив, закинув ногу на ногу, призывно глядя на эльфа, и этим очень напомнил ему отца. — Корона мне не по размеру. Я выбрал судьбу воина, — объяснил тот. — Так ты в наших краях не по велению своего Владыки? — Поверьте, его давно не беспокоят такие мелочи, как разбежавшиеся по всему Средеземью орки. Я здесь по своей инициативе, как и мой отряд. Среди нас нет наемников. Мы все сплотились, желая покончить с этой нечистью по зову долга и велению собственного сердца. — Исчерпывающе. Дерус поджал губы и взглянул на служанку в стороне. Та развела руки, давая понять, что не осведомила эльфа о последствиях его последнего боя. — Ты не в курсе, что весь твой отряд полег в долине… Так ведь? — Он не видел смысла жалеть и готовить, сам когда-то был воином. Глаза Леголаса расширились: — Мы несли потери, но… Как весь? Гимли? Левис? Грей? Мелдир? Нет. Я не верю… — На шею словно лег стальной обруч, стало тяжело дышать. Лица боевых товарищей пронеслись пред его взором, сменяя друг друга, заставляя зажмуриться от внезапной боли в груди. — Я не вру тебе. Погибли все. Разве что, несколько орков все же ушли в леса. Тебя привезли почти бездыханного. Мы думали, что ты последуешь за своими друзьями, — признал князь. — Но ты крепче, чем кажешься. — Где я нахожусь? — прошептал Леголас, начиная ощущать, как отчаяние накрывает его с головой. — Крепость Дэдмуш на востоке Средиземья. — Как я попал сюда? Меня кто-то привез. Кто? — Тяжело дыша. — Это не важно. — Важно! Я хочу знать! — Он поднял взгляд на мужчину. Дерус долго смотрел, взвешивая, стоит ли открывать ему правду об Эверин. Тот факт, что юноша оказался принцем, хоть и не желающим утруждать себя обязанностями правителя, несколько размыл его планы, навевая сомнения, но тот решил все же придерживаться выбранного курса. Что проку от странствующего эльфа?  — Мои люди. — Девушка… — Какая девушка? — Приподняв в изумлении брови, спросил князь. — За мной ухаживала девушка… молодая. Русые волосы. Большие глаза… — Видя реакцию князя, Леголас начал сомневаться — не виденье ли к нему приходило. Дерус хитро прищурился и потянулся рукой к Мэлди. Та подошла к хозяину. — Вот, это она — твоя спасительница. Тот окинул взглядом улыбающуюся женщину, никак не походящую на ту, что пела ему песни и гладила по голове. — это не она, — решительно, но с сомнением в душе сказал эльф. — Вот как? Странно, да… Нам в предсмертных видениях всегда являются прекрасные девы, а как очнешься, оказывается, что старый приятель, колдуя над твоей раной, кряхтит и плюется сквозь выбитые зубы, — иронично улыбаясь, объяснил мужчина. «Час от часу не легче» — подумал Леголас, полагая, что это может быть правдой. — Видишь ли, мальчик, твои видения естественны. Вот если бы тебе волосатый мужик почудился… — Я давно не мальчик, — одернул его Леголас, понимая, что надменные речи князя его задевают. — Поверьте, я намного старше вас. Тот рассмеялся: — Мальчишка… такой же как все. Ветряный и взбалмошный. — Да что вы можете обо мне знать? — расстроенный известием о гибели друзей, он позволил себе грубо огрызнуться, но казалось, хозяина это не смутило. — Например то, что вы — принц, выходит не такой смелый, раз побоялись взять на себя ответственность за народ и, пользуясь дарованным вам бессмертием, оставили ее тяжким грузом на отцовских плечах, а сами носитесь по Средиземью с клинком наперевес, наивно полагая, что без вашего вмешательства орки поработят полмира. — Дерус хотел знать истинную причину ухода эльфа из дома и не разыскивают ли его. В конце-концов добрые связи никто не отменял и сейчас он мог ими обзавестись, оказав услугу королю. — Не пытайтесь обвинить меня в трусости. Это не мой порок, — уже спокойнее ответил Леголас. — Тогда почему ты оставил свое королевство? — Я не хотел быть таким, как он… — Эльф еще недостаточно окреп, и допрос начал его тяготить и изматывать. — Как отец. — Так стал бы другим. Кто мешал тебе в этом? — Другим? А нужен ли лесному королевству другой? — Он словно размышлял вслух. — Его любят и боятся с одинаковой силой. Он и холод, и огонь. Величественный и недосягаемый для всех… и для меня тоже. Король! Он не мог родиться никем другим… А по мне, лучше быть хорошим воином, чем плохим королем. — Да, вижу, любовью он тебя не избаловал. — Дерус начал понимать, что трещина между этими двумя слишком существенна, чтобы искать выгоду в знакомстве с бродячим принцем. — Почему вы мучаете меня? — шепотом спросил эльф, ощущая слабость. Князь это заметил. Давить на еще неокрепшего ему не хотелось. — Затем, что вы — мальчишки, порой ввязываетесь в драки, уходите в походы, принимаете участие в битвах, гонимые мыслями о призрачной славе … погибаете. И даже не отдаете себе отчета в том, что вместе с вами гибнем мы. Так скажи мне, эльф… Как жить после этого? — Вы кого-то потеряли, — догадался Леголас. — Да, сына, — спокойным тоном ответил Дерус. — И знаешь, даже горько… от того, что учил храбрости и отваге, от того, что сам сделал ему первый меч, от того, что с улыбкой провожал на войну… от того, что жив в то время, как его уже нет… — Князь резко встал, выдернув себя из пучины сожалений: — Поправляйся. Я не стану тебя больше донимать нравоучениями. — Я хотел бы уйти, — промолвил гость и пояснил: — мы — эльфы — гораздо быстрее восстанавливаемся. — Ты просто не знаешь, сколько недель провел в этой комнате. Поверь, ты переоцениваешь собственную силу… Ну, как знаешь. Не мне учить того, кто старше по рангу и возрасту, — он улыбнулся юноше. — Спасибо вам за помощь… за все… — Не за что. Только не думай, что сегодня сможешь уйти. Даю тебе сутки, чтобы более-менее окрепнуть… Мои слуги в твоем распоряжении. Твои вещи мы сберегли… А завтра утром уходит торговый обоз в соседний городок. Можешь поехать с ними. Как пожелаешь. И Дерус покинул комнату, в душе довольный, что все так вышло. Конечно, поутру паренек уйдет. Кто захочет оставаться под крышей недовольно шипящего господина. А дочка вернется лишь к вечеру. Вот все и решилось. За ним покои покинула Мэлди. Леголас зажмурил глаза. Когда он стал таким наивным, что предположил, будто простые фермеры, озлобленные после сожжения их жилищ и гибели родных, смогут достойно противостоять исчадиям Врага? И хотя их собственный отряд был не многим меньше отряда орков, настоящих воинов, закаленных в боях и умеющих сражаться было не более трех десятков. Он привел их на смерть… всех, а сам выжил. Принца начало трясти от осознания ошибки, которую совершил. Эльфы, те, что присоединились к нему, когда он покидал Лихолесье. Гномы — весельчаки и грубияны, они пошли вслед за Гимли, присоединившись к его небольшому отряду. Все лежат в долине. Боль и сожаление охватили эльфа, как вдруг, он поднял глаза, в упор глядя на белого голубя, сидящего на подоконнике. В душе что-то дрогнуло. Как завороженный он смотрел на птицу, не понимая, чем она его так привлекла. А в это время на него так же пристально смотрели глаза лесного короля… Еще одно мгновение и голубь исчез, словно и не было. Леголас протер глаза и снова откинулся на подушки. В голове сверкнуло что-то на грани догадки и погасло, как падающая звезда, так и не разгоревшись в предположение. А белый голубь был теперь свободен. И просто летел куда-то вперед, на встречу солнцу, удаляясь все дальше и дальше.