Две стороны одной медали.

Снова утро. И снова эти ублюдки. — Поднимайся живо! Тупая ты шлюха, — орал один из них. Я встаю с жесткой кровати и меня тут же хватают за волосы. — Как не живая, честное слово. Ну ничего, сейчас мы тебя оживим, — сказал второй мужик и затем тут же ударяет меня по носу. Ну класс. У меня скоро будет фиолетовая гематома во все лицо. Хоть бы передышку что ли давали, чертовы уроды! Каждое чертово утро меня будят именно таким образом. Не знаю, может это мой врач-психиатр сказал поступать со мной именно таким образом? Все равно, мне плевать! Пусть делают со мной все что хотят. — У тебя на сегодня назначено свидание. Но ты же ведь не против, если пойдешь на него с маленьким фонарем под глазом, ведь так? — Мне поебать. — Старые привычки не покидают, так Нурс? Я оборачиваюсь как мне кажется на незнакомый голос и уже затем вижу его. Этого человека. — Что тебе здесь надо? А хотя знаешь — не говори. Мне… — Не продолжай. Не хочу слышать очередной мат из твоих уст. — Тебе напомнить кое-что? — Как хочешь. — Ты обещал уйти из моей жизни, навсегда. — Я помню, но я не мог поступить иначе, когда услышал об этих слухах. — Может просветишь? — съязвила я. — Про то, что ты хотела убить себя, и что после ты отключила чувства. Видимо это были не слухи, — сказав это, парень начал таращиться на мои руки. — Как ты могла так поступить со мной, Нура? Ты же знала, как мне плохо тогда было и как чертовски мне трудно было отворачиваться от тебя в тот момент. Когда ты так нуждалась в моей помощи. — Для чего ты здесь? — перебила я Магнуссона. — Хочу вернуть тебя прежнюю. — Оу, у тебя все равно ничего не выйдет. Я здесь нахожусь уже 3 месяц, и как у меня нет чувств, уже прошло громадное количество времени, если ты умеешь конечно считать, Вильгельм. — Даже его, ты уже произносишь иначе. — Как же чертовски жаль что мне все равно, не так ли красавчик? — подмигнула я одному из амбалов. — Заткнись шлюха, а иначе… Далее последовал удар. Это Вильям ударил того чувака, а затем завязалась драка. Лишь я и второй мужик стояли в сторонке и наблюдали за всем этим со стороны. — Не смей ее так называть при мне слышишь? Она не достойна этого звания. — Ну все сопляк, ты сам напросился. Еще последовало кучу ударов, пока эти оба не выдохлись и решили со всем покончить. — Знаешь, а плевать. Я все равно не увижу уже больше ее наглой рожи, так что все о’кей. — Ага, на этом и закончим, — продолжил Вильям. — Это вы оба о чем? — А так ты не в курсе, малышка? Ты будешь у меня на попечении, пока наконец не одумаешься и не включишь их. — А как же моя мама? Как она на это отреагировала? — Она не знает об этом. Так что собирайся, ты едешь со мной, Сатре. — О, как это мило, ты снова зовешь меня по фамилии. — Ага, смотри не описайся от радости только. — Не обещаю, в твоей машине я могу сделать это с радостью. — О нет, спасибо, иначе тогда ты пойдешь пешком, а лучше побежишь прикованной к машине. — Было бы забавно. — Я тоже так считаю, малышка, — подмигивает он мне. — О боже, меня сейчас стошнит. — Это ненависть? — Нет, просто похуистическое отношение к тебе такое. — Зря я спросил. Может ты уже перестанешь так говорить. Вполне же можно обходиться без мата. — А может ты уже перестанешь ныть? Как хочу, так и говорю, понятно? И я тебя не просила отсюда вызволять. — Ох ну да, лучше бы ты осталась с ними и терпела каждый новый день новые избиения так? — Мне похуй. Где и с кем быть. Я все еще не вижу смысла в жизни. Так что может дружок будешь за мной получше наблюдать, а то мало ли — умру, а ты и не заметишь. А лучше может сам меня переедешь колесиками своей тачки, как тогда проехал… — Пожалуйста прекрати. Мне жаль, ясно? Я все еще не могу простить себя за тот случай. Мне снятся кошмары каждую ночь. — Бедный Вильям. А может давай лучше я по тебе проедусь? И все твои мучения тут же исчезнут. — Ну уж нет, спасибо, я буду лучше поддерживаться своего плана, и попытаюсь спасти тебя. — Как хочешь, обаяшка. Мое дело предложить. — Ага, а теперь давай пожалуйста молча, а то еще не выпустят тебя из психушки. — Или примут тебя вместо меня? — Что? — Что? — Ты невыносима! — Ага. Есть у кого учиться.