Две стороны одной медали.

На самом деле я без понятия сколько всего пути прошла уже. Просто дело в том, что когда мне плохо, я люблю ходить. Очень много ходить. А сейчас мне плохо. Почему он мне блять не поверил? Я же точно видела, Вильям сделал это. Я же ни какая-то там невротичка, верно? Значит, это действительно было. Я черт знает куда направляюсь сейчас. Я просто всего навсего устала и хочу убежать от этих проблем. Свалить куда подальше от этой уебанской жизни. Моя мать мертва. Вильям в коме. И я просто не знаю как должна справляться с этим говном. Именно поэтому я оказываюсь на старом уже давно заброшенном мосте. Он уже давно начал гнить. А под ним, в самом низу, валяются лишь камни. Вода давно уже вся иссякла. Шаг — и все изменится. Больше точно уже не будет боли. И когда я собираюсь сделать этот шаг, появляется он. — Нура, остановись! Ты не должна делать этого. Серьезно? Уже вторая попытка, Сатре. Жизнь тебя точно ничему не учит, — заливисто смеётся Магнуссон. — Что? Как ты здесь оказался? Боже, ты что мёртв? — Нет. Пока нет. Но если ты сделаешь этот шаг, я обязательно умру, — кажется на полном серьезе говорил он. — Но… Я запуталась Вильям. Я не знаю что должна делать. Я не понимаю для чего живу. Мама моя умерла и ты при смерти. — Я всегда буду рядом. Даже не сомневайся. А теперь ты должна вернуться туда. Вернись в больницу Нурс! — и он исчез будто бы и не бывал тут вовсе. После нашего, так называемого разговора, я решила все же вернуться туда. В коридорах больницы как всегда был какой-то кипиш. Врачи то и дело слонялись туда сюда. Медсестры также носились. Я не знала что должна делать, потому отправилась к палате Вильяма. У его двери находился какой-то мужчина. Я видела его впервые. И все это безумно пугало меня. — Вы, Нура? — озадаченно глянул он на меня. — Что? Откуда вы знаете как меня зовут? Кто вы вообще такой? — Я отец Вильяма. — Кто, кто? Отец? Очень смешно! — А я и не шучу. — Тогда где вы были раньше, отец? — Тебя это не должно касаться, мерзавка! Не смей лезть не в свои дела. Ты поняла меня? — явно угрожал мне тот. — Да как вы вообще смеете?! Вильям он в коме, а вы… — Ты и близко не приблизишься к нему, поняла меня? А иначе твоя жизнь станет адом, уж поверь. — Да пошел ты ублюдок! Ты тут ничего не решаешь. Тем более то, что должна ли я тут находиться. — Да я в порошок тебя сотру. Сказал же проваливай отсюда, — и грозно толкнул меня в сторону. Боже мой, да если бы я знала что так все случится не на дюйм бы не пришла сюда и не появилась бы тут. Вот подонок! Всю жизнь где-то проебывал, а тут вдруг решил сыграть роль папочки. Неспроста это все. Ой, неспроста! Нужно обязательно с кем-то это обсудить. А сейчас — меня ждут бумаги по бизнесу моего бывшего видимо уже парня. Ну и характер у его отца конечно…