Солнце Султанского Гарема

Двери внезапно открылись и в покои матери наследника вошёл Султан Саске. Служанки охраняющие покои тут же сели и склонились в почтительном поклоне, низко опуская головы. Быстро сориентировавшись, Сакура вместе со своей служанкой — Карин сделали тоже самое. Обведя всех взглядом и остановившись на взволнованной султанше, Саске ровно встал, расправил плечи и так и не произнося ни слова продолжил ждать. Резавшая тишина, нарушаемая дыханием послужила сигналом. Прекрасно поняв, что молодой правитель процветающий страны желает вести беседу лишь с Сакурой, красноволосая Хатун показав жестом руки что стоит оставить их одних. Ещё раз почтительно поклонилась и, вместе со служанками вышла за дверь. Чёрные агатовые глаза медленно скользили по изгибам молодой омеги, подмечая немного впалые скулы, опухшие красные глаза, явно раздражённые из-за постоянного трения и ладони, на которых была чуть свезена кожа, а костяшки сильно выделялись на чистой молочной коже. Саске смотрел на молодую девушку с минуту, заставляя её всё сильнее нервничать и накручивать себя. Откинув со лба мешающею челку, наследник правящей династии прищурился и наконец заговорил: — Кто ты? — тихо произнёс брюнет, о чего Харуно вздрогнула и, подняв глаза, встретилась лишь с откровенным презрением и безразличной холодностью. — Ты не моя Султанша. Прежнею Сакуру-султан я совсем не узнаю. Скажи, как в тебя вселился этот дьявол? Сакура не находилось что ответить, ведь в своём проступке она ни капли не раскаивалась, а наоборот, считала правильной мерой наказания. Она ненавидела блондина с первого его появления во дворце, ведь среди всех остальных рабынь и рабов он мог с неё тягаться, хоть сама Сакура этого и не признавала до конца. Ей было страшно, ведь если с появлением мало знакомого ей омеги во дворце хоть что-то поменяется, она может подорвать свой авторитет и растерять всё то, что так долго добивалась. А сейчас, стоя перед Учихой, который может в одночасье решить всю её судьбу, она не могла и слово вымолвить, продолжая с болью в глазах смотреть на повелителя. — Мой повелитель... — поняв, что хорошим это не кончится, зеленоглазая принцесса попыталась взять ситуацию в свои руки, но даже начать ей не дали. — Да как ты посмела поднять руку на мой гарем, на моего наложника? На самое сокровенное! — с горечью произносил брюнет, ведь он так давно знал розоволосую омегу, так давно и так долго считал её своей истинной, так любил её. И всё что сейчас происходило, просто потрясало его. — Отныне тебя, твой голос, даже твою тень видеть не хочу. — слова, словно раскалённый до предела клинок, буквально разрезали изнутри сердце зеленоглазой девушки. — Мой Султан, прошу вас! — взмолилась Сакура. — Я не хочу слышать твой голос. — даже в такие моменты Саске не терял самообладание и говорил холодно и отстранёно. — Что ты с нами сотворила. — уже шепча добавил молодой правитель. По нежной щечке скатилась слеза. Да, Сакура понимала что медленно отдаляется от своего света. — Сакура, ты убила нас.

***

Открыв резные двери, Султан вошёл в покои своей матери. Час был уже поздний, поэтому сидя на стуле Валиде смотрелась в зеркало и аккуратано расчёсывала волосы, попутно смазывая их укрепляющим и ароматическим маслом. Она явно готовилась ко сну и не ждала гостей, поэтому приход Саске её сильно удивил. — Валиде. — чуть склонив голову, султан поприветствовал любимую матушку. — Добро пожаловать, сынок, что случилось? — женщине средних лет было не впервой видеть сына таким серьёзным, но чтобы настолько... Для этого должен был быть весомый повод. — Валиде, знаешь, новости у меня плохие. — подумав и решив не ходить вокруг да около, падишах приступил к основной цели своего вечернего визита. — Не знаю, что-то случилось? Скажи, я тоже буду знать. Это связано с твоим грядущим походом? — вспоминая как в последние дни усердно работает её сынок, Микото ещё сильнее забеспокоилась. — В поход мы выйдем скоро, проблем нет. Моя главная проблема — Сакура. Услышав имя любимой невестки Микото была очень удивленна и обеспокоена. Поняв по взгляду что обычного намёка не достаточно, Саске продолжил: — Матушка, не откладывай это на завтра. Как только Мадара приедет, он останется со мной. А её одну вышлите в старый дворец в Беязите. Я не хочу, чтобы она была в моём дворце. Я не хочу даже в лицо её смотреть. — явно сдерживая злобу, говорил член правящего рода. — Сынок, ты с ума сошёл? Разве так можно? Сакура-Хасеки-султан — мать твоего Наследника. Это позор на всю Империю. Это не соотносится ни с правом, ни с законами, ни с материнством. — возмущалась Султанша. — По закону после того, что она сделала, я ей голову отрубить должен! — стараясь сдерживаться, султан стиснул зубы и тихо продолжал: — Я этого не сделал. Но рядом со мной и следа её не будет. Она понесёт наказание! Это — моё слово! Не желая больше ничего объяснять и слушать, Саске покинул покои матери.

***

— Ты в порядке? Что-то болит? — заботливо спрашивал брюнет, сидя на кровати рядом со своим любимым и аккуратно держа его за руку. — Ты пришёл, и боль прошла. — улыбнувшись уголками губ, ответил Наруто. — Пройдёт, солнышко, всё пройдёт. Не расстраивайся. Поверь, теперь с твоей головы даже волосок не упадёт. — уверял Саске. — Ты — лучшее лекарство. Не уходи, не оставляй меня. Когда тебя нет, есть только боль и страдания. Положив палец к губам, показывая что надо замолчать, Султан мягко улыбнулся. — Всё закончилось уже, не утомляйся, я за тобой поухаживаю, я излечу это прекрасное личико. Поспи пока. Слегка кивнув, Узумаки прикрыл глаза и зарылся поглубже в одеяло. Ещё раз посмотрев на любимого, Султан поднялся и уже было хотел отправится на балкон, но его остановил едва слышимый шепот. — Я люблю тебя. — уже находясь в дрёме, говорил блондин, переворачиваясь на другой бок. — И я тебя малыш, и я тебя. — Саске аккуратно поцеловал Наруто в лоб и отправился на совет с пашой.

***

В полумраке горели свечи, еле отдавая тени предметов. Шторы были раскрыты на полную, невзирая на далеко не детский час. Султан сидел на кровати застеленной алым шёлком и аккуратно гладил своего наложника по голове. Открылись узорчатые двери и в покои юного правителя вошёл главный визирь и его правая рука — Кабуто-паша. Поклонившись, он начал говорить: — Повелитель, пришла лекарша, чтобы осмотреть больного. Не отрывая взгляда от пола, Султан ответил: — Сейчас он спит, давай не будем его будить. Пусть уходит, понадобится, мы её позовем. Ещё раз поклонившись, визирь отправился к дверям чтобы выполнить приказ, но прямо около них, его окликнул Падишах. — Кабуто, отправь её и выходи на террасу. Кивнув, паша вышел из покоев, оставляя Саске в тревожных и полных смятением мыслях.

***

Стоя у мраморно-белого балкончика, Учиха смотрел на море, что так спокойно и безмятежно покачивалось и переливалось при свете огромной луны. Вздохнув, он поднял глаза к небу и стал думать обо всём, что происходило с ним за последние дни. О нерадивой невестке, о своем истинном, о шехзаде Мадаре, что вот-вот должен приехать и о грядущем походе. Бесшумно войдя на террасу, паша встал позади Повелителя и стал ждать. — Как же Наруто испугался и настрадался. Даже сейчас когда я его обнимаю, он дрожит, словно воробушек. Как Сакура до такого докатилась? Как она совершила такую глупость, Кабуто? — Любовь иногда бросает в безрассудство, Повелитель, и в итоге может заставить делать нас такие вещи, которые с трудом поддаются описанию и о которых мы можем пожалеть. — благосклонно отвечал слуга, слегка улыбаясь. — Это даже описать невозможно, Якуши. Каждый раз, когда я буду её видеть, я буду вспоминать растерзанное лицо и душу моего Наруто. И я сказал: "Пусть уезжает из этого дворца. Лица её видеть не хочу". Подняв на повелителя удивлённый взгляд, визирь переспросил: — Они уезжают, Повелитель? — Ты говоришь "любовь". Разве любовь может так ослепить людей? Разве заставляет уничтожать соперников с такой злобой? — на это визирь промолчал, а падишах продолжил. — Я такой любви не хочу. Я хочу уважения к любви. — Саске! Саске! — донёсся крик Наруто. Быстро развернувшись, Султан поспешил к омеге, а Якуши так и остался стоять на балкончике. Подойдя к кровати и приподняв кафтан, Султан полностью залез на ложе и приблизился к лицу блондина. — Я здесь, любимый, я здесь.

***

— Да будет Ками-сама милостив и милосерден к нам, в его честь заседание Дивана объявляю открытым. Показав жестом что надо сесть, Султан и сам сев на роскошный, расшитый дорогой тканью диван, продолжил: — Сегодня день, который мы запишем в нашу благословенную историю. Неверный король Венгрии Орочимару вместо того, чтобы заплатить нам дань, прислал нам голову нашего посла-сержанта Фу. Я считаю, что это причина для войны. Я желаю газавата. Почтенные Визири, Паши, Шейхи, как вы считаете? — спросил у присутствующих Саске. — Повелитель, решение, которое мы примем в ответ на то, как поступил неверный Орочимару с сержантом Фу, — правильное. Он нас оскорбил. Он совершил ошибку по отношению Османской Империи и всему нашему народу. — ответил один из шейхов. — Учитель Суйгецу-паша, ты что скажешь? — обратился он к давнему другу. — Повелитель, я всегда говорю, что самые неразумные решения принимаются от злости. Однако я знаю так же, что логику Вы ставите выше злобы. И действуете Вы осознанно. Ваша воля возвысит Империю, Повелитель. — учтиво высказался бета.

***

— Слава Богу, что никто этого позорища не видел. Как ты вообще ввязалась в драку с наложником? Ты — Хасеки-султан. Мать Наследника. Тут тебе Дворец Топкапы. Даже самый большой невежа на такое не способен! — уже который час валиде ходила по покоям Харуно, и отчитывала её. — Я была в печали! Микото злобно и строго посмотрела на омегу. Красные и опухшие от слёз зелёные глаза, трясущиеся руки. Хорошо что хоть причесать смогли. — Матушка, я шла сообщить о потере ребёнка, разделить с Повелителем мою боль, а тут появился он! — истерично пыталась оправдаться Сакура. — Ну, появился, тебе какое дело? Молча пройди мимо. — Я так и делала! Но он начал орать на меня! Вот я и не сдержалась! — уже явно истирила розоволосая. Тут мать султана остановилась и, взглянув в лицо невестке спросила: — Что он кричал? — Я выброшу тебя из этого дворца! Я выгоню Валиде-султан, тебя и твоего сына. Этот дворец будет моим! А вы будите сидеть взаперти в старом дворце! — говорила Сакура. - Хватит! Саске об этом разговоре ничего не должен знать!

***

Лечение было интенсивным и давало свои плоды. Саске нанял самых лучших врачей и лекарш. Уже через два дня Наруто чувствовал себя гораздо лучше. Ссадины и синяки исчезли, цвет кожи принял здоровый оттенок, глаза сразу засияли и расцвела улыбка на губах. У молодого султана было очень много дел. Постоянные собрания выматывали его, но всё свободное от государственных дел время Султан проводил только с Узумаки.