К истокам.

      Тихий вечер опустился на сонно мерцающий уличными огнями вдали небольшой городок. Его окраины были, словно измазанные густым, отдающим мерзким рыбным запахом, соусом, состоящим из нефтяных отходов, рыбьей требухи и гнилых водорослей. Близость моря напоминала о себе резким свежим бризом, время от времени, разгонявшим застоявшийся смрад узких, грязных улочек. Поближе к центру, улицы становились чище, ухоженее и богаче, с претензией на роскошь - здесь проживали в основном высококвалифицированные специалисты-нефтяники, менеджеры, заместители директора, инженеры.       В это время суток было безлюдно: только что толпа рабочих местного нефтеперерабатывающего завода, чьи закопченные трубы виднелись вдали, скрылись за массивными воротами предприятия, а сменившиеся работники, уже разошлись по домах, и начали с нетерпением поглощать горячую стряпню, приготовленную их заботливыми женами. Дети в этом забытом селении, тоже не шатались без дела: парни постарше выходили на ночь в море, а младшие дети, сразу после уроков, шли помогать своим матерям управляться с домашними хлопотами. Поэтому, никто и не заметил, троих появившихся словно из воздуха людей.       - Ого! Это обычно всегда так происходит? - Удивился молодой человек, едва устояв на ногах, и удивленно осмотрелся по сторонам. - Чудесно... Только что были в Корнуэле, а теперь в Африке, за секунду! В Англии не было таких контрастов!       - Африка? - Девушка тоже удивилась. Ей раньше не приходилось перемещать на такие огромные расстояния группу людей. Она не знала, что даже способна это сделать.       - Да, мис...Гермиона, - запнулся парень, - мы в Гадамесе, точнее в его пригороде. Отсюда мы поднимемся ближе к спальному району в центре и постараемся никому не попасться на глаза.       - Фу!!! Эд, пошли, здесь плохо пахнет! - Капризно сморщил нос Вилли. Вонь, густым ароматом, поднимаясь от соседней пристани, где, двое молодых африканцев, выливали непонятного цвета жижу прямо под ноги горожан, ударила в нос даже привыкшему к подобным ароматам армейскому ветерану. Гермиона с трудом сдержала рвотный позыв.       - Пошли, а то боюсь и меня на долго не хватит, - ободряюще сжав, холодные пальцы мис Грейджер, которая другой рукой держала доверчиво льнущего Вилли, парень торопливо зашагал вверх по улице.

***

      Старая, обшарпанная дверь, с облупившейся краской, чернела грязным пятном на фоне такой же облупленной грязно-белой стены. Гермиона с некой опаской оглянулась по сторонам - от долгого перенапряжения, в тени углов мерещилась всякая чертовщина, а сладко посапывающий на плече Вилли (он скоро устал и устроил брату настоящую истерику, поэтому, они с Эдмундом, по очереди несли мальчика на руках всю дорогу), заставлял и ее время от времени клевать носом. Эд, поднял руку и трижды постучал. Гулкая тишина прервалась торопливыми шагами и скрежетом дверных ключей. Узкая полоса света, упала на лицо парня, и тут же у него на плече повисла невысокого роста девушка, с копной иссиня-черных волос.       - Братишка! - Полузадушено пискнула девушка, оказавшись в крепких объятиях Эдмунда.       - Боже! Трикс! - Он счастливо засмеялся и закружил сестру. С души будто упал камень.       Гермиона моментально проснувшись, недоуменно созерцала развернувшуюся у нее на глазах сцену. В груди зародилось непреодолимое желание оказаться за несколько тысяч километров в своем маленьком, но таком уютном домике, вновь увидеть своих родителей, вдохнуть аромат свежеиспеченного мамой пирога... Оно оказалось очень сильным. Была бы ее воля.... Гермиона сама не знала что на нее нашло. В одночасье тоска по дому, сжала ее сердце очень сильно, и непрошеные слезы заструились по лицу. Она очнулась от того, что Эдмунд тряхнул ее за плечи. Вилли перекочевал на руки сестры, где затих, осыпанный ласками. Встревоженный взгляд парня немного отрезвил ее, но тревога только усилилась.       - Что происходит, Гермиона?       - Я...мои родные... - Девушка, теперь даже не сомневалась в том, что это все так не просто. Как она могла быть столь беспечной! Ведь, Том Редл знал об ихних интригах. То письмо не просто так пришло в момент, когда она была в поместье Стаффордов....Кроме их самого умного и изворотливого врага никто не мог так играть! - Простите, но я должна!       - Что?!.. - Попытался было остановить девушку парень, но хлопок аппарации стал ему ответом.       - Так она..! Она! Исчезла! - Широко раскрытые глаза сестры, заставил его затолкать ее с лестничной клетки в небольшую, но уютную квартиру и усадив ее на диван начать свой непростой рассказ.

***

      Приглушенный, мягкий свет падал на песочный ковер, заставляя тени от предметов принимать причудливые очертания. Часы тихо тикали, навевая дрему. На диване, укрытые легким пледом, мирно сопели Вилли и Трис. Молодой мужчина, сидел в кресле и нервно крутил в пальцах длинную неказистую деревяшку, гордо именуемой Гермионой волшебной палочкой. Прошло уже несколько часов, с того момента, как ее хозяйка, исчезла прямо на глазах у ошарашенного семейства.       Мужчина вздохнул. Он прекрасно осознавал, то что происходило между ними... Девушка запала ему в душу. Сама того не сознавая, она привязывала его к себе. Ее милая улыбка, заставляла каждый раз его сердце биться сильнее, ее внутренняя сила, покоряла его разум, и чем больше времени они проводили вместе, тем яснее он понимал,что должен сделать все, чтобы прекратить эти зарождающееся отношения. Между ними была огромная пропасть, и преодолеть ее у них не было шанса.       - Упрямое сердце, - горько прошептал парень.Прижав руку к груди, он ощущал быстрые сильные удары этого упрямого, не желающего слушать разум, органа. Он все понимал, но не мог. Все естество бунтовало, не желало отказываться от желаемого. - Это нужно сделать, пока... она не стала мне необходимой, как воздух....       - Ты влюбился брат. Влюбился в волшебницу. - Трис тихо, чтобы не разбудить младшего, осторожно опустила ноги на мягкий ворс ковра.       - А, - обреченно махнул рукой парень и отхлебнул виски из стакана, что стоял на журнальном столике, - тоже не спишь...       - Так ничего и не скажешь? - Девушка была озадачена. Семейная легенда со смертью родителей начала обретать все более зловещие формы.       - А что говорить, Трис? - Отчаяние пробилось сквозь постоянную невозмутимость брата: - Наша мама погибла при странных обстоятельствах, мать Вилли и нашего отца убили взбесившиеся колдуны, я на крючке у старого мага, меня шантажирует еще один маг, и я - Охотник, влюбился в волшебницу!       - Ого! Как..емко, однако, - пробормотала девушка. Она внимательно всмотрелась в лицо брата. Тот откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Заостренные скулы, покрылись легкой щетиной, четко очерченные губы потрескались, под глазами залегли тени. Это была слабая тень ее всегда неунывающего веселого старшего братца.       - Брат, а что если все эта муть с пророчеством и легенда, просто страшилки, которые при правильной подаче сыграют плохую шутку, только и всего? Кто знает, что на самом деле собой являет проклятие? - Трис отчаянно хотела верить в свои слова.       - Нет, сестра, я проверял. Это правда. Совпадение более двух раз, это уже закономерность.. А тут больше сотни совпадений...       - Хорошо, а что если вы с...       - Нет! - Резко вскинулся Эдмунд, - даже не продолжай! Я ни за что на это не пойду! И никем рисковать не буду. Это проклятие...оно слишком могущественное. Я не хочу, чтобы мои дети пережили то, что пережили мы...       - Ладно... - девушка сделала вид, что отступила. - Но выход должен быть! Мы найдем его! И даже не думай, что сам справишься этим!       - Спасибо тебе, Трис, - благодарная улыбка коснулась губ парня. Он допил виски и хотел еще что-то добавить, как вдруг, легкий стук в входную дверь, заставил их замереть друг против друга. Робкий стук повторился. Дав сигнал сестре быть наготове, мужчина осторожно подошел к двери. Он осторожно, стараясь не дышать, глянул в глазок и почувствовал огромное облегчение пополам с раздражением.       Двери открылись так быстро, что Гермиона не успела даже вскрикнуть от неожиданности.       - Еще раз такое выкинешь - сломаю твою деревяшку, к чертям собачим!!! - Тихо, но оттого более внушительно пророкотал Эдмунд. Девушка, сначала виновато опустила голову, но услышав окончание фразы - возмущенно вскинулась и поджав губы с вызовом вперила взгляд в разгневанное лицо парня. Мгновение они стояли в гнетущей тишине, сверля друг друга взглядами. В ледяной синеве что-то сломалось, Эдмунд, заведомо знал, что проиграет в гляделки этим нахальным в своей честности глазам, и первым отведя взгляд, схватил ее за руку и затащил гостью в прихожую.       Положение спасла Трис. Подскочив к гостье, она потянула ее за руку по направлению в ванную:       - Мы заждались тебя! Идем, я покажу тебе наши удобства, где что находится, а то от моего братца не дождешься! Ты Гермиона? Меня зовут Трис. Вообще-то мое полное имя Беллатриса, но я предпочитаю, когда меня называют так.       - Очень приятно, - сковано произнесла девушка. Она была шокированная яростью, исходившей от своего как она считала друга. И уже задумалась над тем, что зря вернулась сюда. Но друзья нуждались в ее помощи. И она не собиралась позволить чувству обиды поставить под угрозу жизни Гарри и Рона.       - Слушай, Гермиона, - Трис придержав, девушку за руку, приблизила свое симпатичное личико и извиняющимся тоном зашептала: - Не сердись на моего брата, ладно? Эд не зол на тебя, он просто очень сильно волновался. Ты в прямом смысле исчезла, успев только упомянуть родителей и мы не знали, что думать...       Зеленые глаза хитро прищурились:       - Никогда не видела, чтобы Эд так сильно переживал. Бедный, даже глаз не сомкнул.       Девушка недоуменно уставилась на Трис.       - Это из-за меня?! Ох, я...поступила необдуманно... Простите, я...       - Ай, брось! - Нетерпеливо перебила девушка оправдания Гермионы, - я понимаю, тебя...Родители-это святое. Ну да ладно, - заморгала девушка подозрительно блестящими глазами, - я пойду, ты тут умывайся, вот моя пижма, она чистая.       Закрыв двери ведущие в спальню, Трис зажала рот рукой, опасаясь, что ее рыдания может кто-то услышать. После смерти отца и ставшей им матерью его второй жены, Дианы, Трис, никогда не позволяла себе проявлять чувства на людях. Она привыкла маскировать боль под ослепительной улыбкой, сдерживаемые чувства она выпускала лишь когда была наедине с собой. Но сейчас, их гостья сама того не ведая, задела тщательно скрываемую струну в душе извечной оптимистки, коей всегда была Трис, и она не смогла сдержать слезы.       После трагической смерти родителей, на юную леди Стаффорд свалились все взрослые обьязаности. Она училась на выпускном курсе колледжа и проходила практику на местном нефтеперерабатывающем заводе. Но случившаяся трагедия, заставила взять на себя и хлопоты по младшему брату, которого они с Эдом вынуждены были перевести в ту же элитную школу, которую когда-то закончил сам лорд Стаффорд, и уладить трудности с оформлением наследства. Последний месяц Трис моталась с Гадамеса в Лондон и назад по несколько раз в неделю, у нее даже не оставалось времени на банальный сон и еду. Она сильно вымоталась. Теперь они с братом должны были со всем справляться сами. К этому привыкнуть было трудно и эмоции часто подводили Трис, когда та оставалась наедине с собой.

***

      Гермиона тихо выскользнула из ванной. За окном царила глухая ночь. В квартире было достаточно темно, лишь призрачный свет падал из приоткрытых дверей кухни. Стараясь не разбудить мальчика, мирно сопевшего в гостиной на диване, девушка толкнула двери на кухню. Быстрый взгляд, который бросил на нее Эдмунд, заставил ее сердце снова сделать кульбит и быстро забиться в груди. На столе стояли чашки с дымящимся какао, и разогретые в микроволновке круасаны. Рядом лежала ее волшебная палочка. Гермиона неотрывно смотрела на мужчину. Было видно он о чем-то думал. Он коснулся кончиками пальцев шероховатой поверхности волшебной палочки. Тихий вдох сорвался из губ Гермионы. Вся правая рука отозвалась мурашками на это действие парня. Он не замечал этого, продолжая вертеть и осматривать диковинный предмет.       - Забавно, что с виду обычная деревяшка, а может вытворять такие фокусы. Ну ладно, извините. Я без спросу ее взял. - Заметив, Гермиону, неотрывно всматривающуюся в него, стушевался парень. - Эм...она странная на ощупь.       Он осторожно, почти нежно, провел пальцами по едва видимых узорах на древесине, отчего девушку снова накрыла приятная дрожь.       "Это странно... - Гермиона не знала, как объяснить свои ощущения. Они были намного приятнее щекотки и нельзя сказать, что ей они не нравились. Скорее наоборот. - Ведь палочка в руках обычного магла не ведет себя подобным образом! Мне нужно будет поискать в школьной библиотеке!"       Заметив реакцию волшебницы, мужчина списал это на волнение от беспокойства. Поэтому, еще раз взглянув на кажущееся ему смутно знакомыми узоры, Эдмунд протянул ее Гермионе.       - Я действительно волновался. Ситуация очень...сложная. - Парень нервно пожевал губами. Я вышел из себя, потому что испугался за вас. Я не могу делать так как вы. Исчезать, а потом появляться... Вы знаете, что мы все под прицелами. И если бы что-то с вами случилось... Я не знал даже с чего начинать поиски. Прошу, не делайте так больше! Трис была права, подумалось Гермионе. Эдмунд действительно испугался за нее. Он переживал...а что если...Нет! Отогнав от себя каверзные мысли, Гермиона осторожно взяла палочку.       - Простите меня... Я не знаю, что на меня нашло. Понимаете, я никогда так не поступаю. В тот миг, желание увидеть родителей, непреодолимой тоской сжало сердце...я не могла, как будто была в тумане...       - Что с родными? - Гермиона напряглась. Она чувствовала потребность рассказать о произошедшем, вот если бы здесь были ее лучшие друзья... Но Эдмунд...Волшебница не знала, как он отнесется к ее истории. Ведь о нем было так мало известно. Загадочный незнакомец. И все же, она решилась.

***

      Оставив ребят недоуменно смотреть на пустое место, где она только-что стояла, Гермиона, очутилась на своей родной улице. Тихий вечер опустился на родной город, который был полной противоположностью видимого ею несколькими секундами ранее Гадамеса. Девушка стояла в тени сквера, расположенного напротив ее дома. Неясная тревога усилилась и Гермиона, воровато оглядевшись, ступила на дорожку ведущую к парадному входу. Волшебница всегда старалась доверять своей интуиции. И сейчас она просто кричала об опасности. Можно конечно наложить на себя дезиллюминационные чары и спокойно себе идти, но, впопыхах, Гермиона забыла палочку. Это еще одна странность. Когда они пробирались сквозь трущобы Гадамеса, Вильяма пришлось взять на руки. Путь был неблизкий и они не могли сесть на автобус или взять такси - при побеге из Стаффорд-холла они забыли взять наличные, а карточкой тут расплатиться можно разве что поближе к центру. Тащить на себе заснувшего Вилли было той еще приятностью и молодые люди несли его поочередно. Гермиона боялась, что она просто может потерять волшебную палочку, попросила Эдмунда временно поносить ее оружие. Теперь она сожалела, что сбежала прямо из-под носа ребят, забыв еще и самое главное оружие волшебника. Теперь надеяться оставалось лишь на свои собственные навыки скаута.       Когда Гермиона подошла поближе, ветер донес едва различимый запах горячего шоколада и маминого фирменного лимонного пирога. Ее родители обнаружились на заднем дворике на открытой террасе - предмете личной гордости отца. Мать сидела в плетеном кресле-качалке, заботливо укрытая пледом, на столике стоял нарезанный пирог и дымящиеся чашки с напитком. Разговор был негромкий, и девушка оставаясь в тени сумерек, сделала еще два шага, чтобы его услышать. Она не могла пояснить себе, почему делала так. Что-то сдерживало ее и Гермиона не могла понять что. Это было странно и глупо. Присмотревшись, девушка безмолвно ахнула: ее мать была в положении. Плед скрывал уже округлившийся живот и девушка ничего не заметила, если бы не отец, который наклонившись поцеловал сначала живот, а потом вовлек в долгий поцелуй супругу.       - Дик, перестань! - Счастливый смех матери резанул по сердцу Гермионы. Всего месяц назад девушка была дома на выходных, но родители ничего не сказали, наоборот, они все тщательно скрывали это от нее. Почему? Что происходит? Задумавшись, она пропустила начало фразы:       - ...лю тебя, ты и малыш - это все, что у меня есть!       - Дик, а что если....если малыш будет таким, как Гермиона? - Страх пронзил все естество матери.       - Нет! Я не позволю! Не позволю им и этого ребенка превратить в монстра! Волшебница отшатнулась. Она не могла поверить своим ушам. Ненависть сочилась в каждом слове отца, его лицо перекосило от страха. Монстр... вот кем ее считают родители. Монстр...       Словно во сне, Гермиона, отшатнулась назад и медленно начала отступать. Она зацепилась за розовый куст и упала, ободрав руки, но быстро поднявшись, наплевав на шум, рванула через аккуратно подстриженный газон к точке аппарации. Только бы успеть! Она не хотела ни видеть, ни слышать тех, кого она еще сегодня считала любящими родителями.       - Гермиона! - Голос матери бил по ушам, заставляя ее усилить бег.       - Герми! Стой!       - Всегда ненавидела, когда меня так называли!       Вот и спасительный сквер. Девушка немного отдышалась и закрыв глаза, представила место, куда хотела переместиться. Топот был все ближе. Гермиона открыла глаза, чтоб в последний раз увидеть встревоженные и напуганные лица ее родителей и аппарировала.

***

      - Тише, Гермиона, - тихо поглаживая вздрагивающие плечики девушки, Эдмунд был вне себя от гнева. Это же до такого надо додуматься! Обозвать родную дочь чудовищем, монстром! - Вы не монстр! Поверьте...Я не встречал более прекрасной девушки чем вы!       - Не врите мне, сэр Эдмунд! - Всхлипывая и дрожа, нашла силы в себе противоречить волшебница, - вы хотите меня успокоить... Благодарю вас....но...я действительно не...нек...некрасива..ик....и..я...       - Так, все! - Резко приподняв заплаканное лицо девушки, парень, мгновение всматривался в заполненные слезами янтарные глаза с крупинками шоколада, длинные ресницы, и наклонившись, нежно коснулся ее губ. Поцелуй получился соленным от пролитых слез, и с привкусом какао, но это лишь придало ему остроты ощущений. Гермиона сначала оторопела, потом несмело ответила. Все отошло на второй план. Пережитые эмоции захлестнули ее с головой, потребность в поддержке, любви и заботе, вылилась в этом поцелуе. Обняв за шею Эда, Гермиона потеряла ощущение времени, ее тонкие пальцы зарылись в его мягкую шевелюру. Эдмунд страстно сжал тонкий девичий стан в обьятиях. Голова кружилась от избытка эмоций, он подсознательно хотел это сделать еще давно, но воспитание и страх все испортить останавливали его. Наконец, когда в легких закончился воздух, молодые люди оторвались друг от друга. Смущение, неловкость зеркально отобразились на их лицах.       - Эди...ты здесь! - Сонный голосок отрезвил ребят и все их внимание переключилось на проснувшегося Вилли, который сначала захотел попить, потом в туалет, потом испугался страшное чудовище. Когда замученный Эдмунд вернулся на кухню, Гермиона уже вовсю черкала в свитке, запасливо захваченного из ее комнаты в Хогвартсе.       - Вот, - деланно серьезным тоном начала вводить мужчину в курс дела Гермиона. - Я просто подумала, что лучше нарисовать схему наших контактов с момента вашего появления с кратким пересказом всех диалогов.       - Это умно...но как вы успели? Всего за полчаса? - Восхищение, отразившееся во взгляде, парня, зажгли румянец на ее щеках.       - Ничего особенного, это прыткопишущее перо. Я усовершенствовала только.       - Что ж...я мало что понимаю, но думаю, вам нужно запатентовать это изобретение. Эм, на чем мы остановились? - И юноша начал изучать свиток. По мере прочтения, его выражение лица становилось все более неспокойным.       - Хм...интересно получается... - Стаффорд поднял голову. - Никто чужой не был в теме, но тем не менее утечка информации есть. Гермиона, - мужчина решительно присел рядом с волшебницей. - Единственный вариант событий, который я сейчас прикину, может вызвать у тебя неприятие. Прошу, послушай до конца. Итак, - Эдмунд вскочил и зашагал по комнате.       - Кто знал о моем появлении? Весь орден Феникса. О моей роли и ваших заданиях? Тоже все, кто был в то время на памятном собрании. И в письмах информации немного...но это позволяет сделать выводы о том, что в ваших рядах завелся стукач. Он знает немного, значит...       - Нет! Это невозможно! - Гермиона не могла поверить, что кто-то из их рядов стал предателем.       - Гермиона, я знаю, как это больно. Но нам нужно вычислить его или ее... Я вполне уверен в вас, мистере Поттере и мистере Уизли, ну и не думаю, что ваш директор в этом замешан. Значит надо искать среди остальных членов Ордена. Начнем с тех, кто был тем вечером в комнате.       - Или сыграть на опережение! - Волшебница воодушевленно посмотрела на напарника. Девушка села на свой любимый конек. - Нам нужно придумать план.       - Да, вы правы. Дамблдор положил на вас миссию искать крестажи. Кстати, что это?       - Крестраж, - не удержалась, чтобы поправить напарника Гермиона, - это предмет, в котором заключена часть души тёмного мага.       - Это возможно? Но как?       - Да, возможно. Существует такой определенный обряд, он темный. Во время него, душа мага расщепляется и остается в этом предмете.       - А зачем?       - Чтобы иметь возможность возродиться снова. Это шаг к бессмертию.       - Это бред. - Эд скептически хмыкнул. - Но ладно, я чужой в вашем мире. Возможно... Сколько крестражей существует?       - Шесть, сэр.       - Ладно. Я думаю, вам нужно присоединиться к вашим друзьям. Вы должны все свое внимание сосредоточить на этих предметах...       - А вы? - Встревожилась Гермиона. - Мистер Стаффорд, Эд...       - Я... Вам это не понравиться. Я долго над этим думал, и... в общем - я должен перетянуть внимание нашего общего врага на себя. Я хочу расстроить планы Редлла. И поэтому нам придется разделиться.       - Нет, это очень опасно! И недопустимо! Нет... - Гермиона уперто тряхнула кудрями.       Девушка держалась из последних сил. После теплого душа и легкого ужина, когда эмоции немного улеглись, Гермиона почувствовала накатившую на нее огромную усталость. Этот день был очень богат на события. И ей нужно было все обдумать. Но сил на это не было. Хотелось просто зарыться в подушки и улететь в обьятия Морфея. Она устало потерла покрасневшие глаза. Эдмунд перевел взгляд на наручные часы: три утра. Времени было в обрез.       - Хорошо, - легко согласился парень, стараясь завершить их спор, понимая, что они оба устали и вряд ли у них получится принять продуктивное решение, - не будем продолжать этот спор. Мы все равно не можем принять такое решение вдвоем. Мы должны посоветоваться с твоими друзьями и с директором школы тоже. Так что, милая Гермиона, думаю, нам пришло время отдохнуть. У нас есть часов пять не больше. Через три часа Трис с Вилли, улетают в наш скандинавский замок, одно из родовых поместий и я... Знаю, это будет трудно, но я хочу на время спрятать также и твоих родителей... Не спеши отвечать, подумай. Спокойных снов, Гермиона.       Молодой лорд, легко сжав руку девушке, кивнул на приготовленное в гостиной раскладное кресло, а сам подвинув вальяжно раскинувшегося брата, устроился там же на диванчике.       Небо окрасилось в яркий тропический рассвет, предвещая еще один жаркий африканский день.