Безумие на двоих

      Это оказался самый цветной и странный глюк из всех, что только могли бы быть.       – Леви, посмотри, ты выше! — Ханджи звонко захохотала и прокрутилась вокруг себя.       Он наклонился, чуть прищурился, внимательнее её разглядывая. Нет, ошибки не было.       – Очкастая, какого хера происходит? – сам Леви энтузиазма Ханджи не разделял. Он во многих ситуациях мог сохранять спокойствие и невозмутимость, но происходящее сейчас было уж слишком странным.       Ханджи манерно положила руку себе на бедро и подмигнула ему, после снова рассмеявшись.       — Как — что происходит? Кажется, сбылась твоя главная эротическая фантазия!       — Что? — Леви в недоумении изогнул бровь и чуть отстранился.       — Ой. Я перепутала? — Ханджи изобразила удивление и попыталась невинно улыбнуться. Вышло скорее дьявольски. — Главная — это там, где ты меня связал и душишь?       — Кажется, у меня бред, — кивнув в подтверждение своих мыслей, Леви выпрямился и внимательнее осмотрел место, где они находились. Светлое помещение, стен не видно — куда ни глянь, лишь высокие растения, которые он никогда раньше не встречал. Все они были покрыты яркими цветами, аромат которых ненавязчиво заполнял всё пространство. Едва ощутимый, приятно сладкий. — Точно, так и есть.       — Эй, Леви! — Ханджи ловко забралась по листьям выше, оказавшись на уровне его глаз. — А знаешь, что это за цветы?..       Поток её речи был настолько быстрым и бесполезным, что Леви даже не пытался его воспринимать. Ему не были интересны род и семейство растения, длительность цветения и влияние пыльцы на психику. Делая вид, что слушает, он предпочёл внимательнее рассмотреть наряд Ханджи.       Ему сразу бросилась в глаза его необычность. Слишком открыто. Для повседневной носки — почти непристойно. Короткая юбка вызывающе оголяла длинные ноги, что обычно прятались в брюки. А то, что с натяжкой можно было назвать топом, прикрывало лишь грудь. Которая стала будто бы больше.       И шрамы с тела пропали. Леви прекрасно помнил, сколько их было и где они находились. На животе, предплечье, сквозной через рёбра. Большие и едва заметные, все они были свидетелями постоянной борьбы. И доказательствами того, что Ханджи смогла преодолеть все трудности и выжить. Теперь же, когда её кожа была абсолютно чистой и гладкой, Леви не мог отделаться от чувства, что происходящее до одури неправильно.       А эти полупрозрачные отростки за спиной, которые то и дело шевелились... Сами по себе, или от её постоянного движения?       Леви осторожно взял Ханджи двумя пальцами за плечи и поднял, разворачивая. Она протестующе вскрикнула, но вырываться благоразумно не стала.       Крылья-лепестки скрывались под одеждой, и Леви не мог сказать, была ли это лишь часть костюма или они действительно росли из её спины. Раздевать учёную ради удовлетворения своего любопытства он не стал. Это было бы уже в её стиле.       Поставив Ханджи обратно на растение и проигнорировав беззлобную ругань в свою сторону, Леви прошёлся по помещению. Цветы вокруг казались абсолютно идентичными. Ханджи прыгала следом за ним с листа на лист, не желая оставаться в одиночестве, и продолжала настойчиво что-то рассказывать.       — Не хочешь оставить меня в покое? — покосившись на женщину, предложил Леви. Та в ответ рассмеялась, едва удержавшись на качнувшемся листе.       — Не-а. Ведь тогда мне будет скучно.       — Вот как. Тебе надо было предположить ещё кое-что.       — А? — Ханджи, рукой удерживаясь за черешок верхнего листа, подалась вперёд. — Ты о чём?       — Если бы у меня были эротические фантазии, связанные с тобой, одной из них точно была бы та, где ты молчишь.       Ханджи усмехнулась... И промолчала. Леви фыркнул и пошёл дальше, краем глаза заметив, что преследование продолжилось.       Что-то ему подсказывало, что тишина будет недолгой.       И пускай внешне Хаджи изменилась довольно ощутимо, взгляд её оставался прежним. Разве что не хватало блеска стёкол очков. Такой привычный, родной... Взгляд чокнутой маньячки, которая без зазрения совести готова вскрыть любого, чтобы утолить своё любопытство. И повезло тем, кто был чуть подвижнее и изворотливее, чем она сама. Ханджи часто шутила, что не будь Леви таким маленьким, она бы поймала его и хорошенько изучила. Он не воспринимал её слова всерьёз, но иногда мысленно радовался, что спит достаточно чутко, чтобы услышать чужие шаги. Так можно было успеть морально подготовиться к ночному визиту Ханджи с очередной идиотской идеей.       Сделав ещё несколько шагов под пристальным взглядом, Леви остановился. Как и ожидалось, молчала она недолго. И шум от неё рос с каждой секундой, проникая в уши и разъедая мозг. Невыносимо, хочешь или нет, долго терпеть не сможешь и поддашься.       Леви крепко зажмурился на несколько секунд, лишь после этого повернув голову на звук и открыв глаза.       – Леви. Леви. Ну Ле-еви!       Ханджи стояла рядом, чуть склонившись, сияя улыбкой.       – Отойди, – он нахмурился. – Чего тебе?       Ханджи насмешливо фыркнула, выпрямляясь.       – Когда я попросила тебя представить, что будет, если ты станешь титаном, не думала, что ты настолько погрязнешь в мыслях. Ну, и как оно? Сколько людей съел?       Леви покачал головой.       – Нисколько, я вообще о другом думал. Только одну назойливую мошку прихлопнул.       — Во-от как. Долго ты.       — Что? — Леви моргнул несколько раз и непонимающе посмотрел на собеседницу.       — Долго прихлопывал, — серьёзным тоном пояснила Ханджи. Губы её, впрочем, были растянуты в широкую самодовольную улыбку. — Или ты у нас только что покрупнее горазд молниеносно уничтожать? По идее, раз ты такой маленький, то и небольшие объекты проще устранять должно быть. Разве нет? — она задумчиво постучала пальцем по губам и качнулась на каблуках, после чего убрала руки в карманы халата.       — Заткнись, что за чушь ты несёшь? — Леви устало вздохнул. Ханджи продолжила болтать.       «Возможно, — подумал он. — Было бы лучше, будь она маленькой».       Леви посмотрел на Ханджи, активно жестикулирующую, изображая разницу в размерах.       «Определённо. Накрыть её коробкой, чтоб не шумела, и спокойно сразу стало бы».       Рассказывать Ханджи, что её болтовня нагнала сон, притом невообразимо странный, Леви не стал.