За закрытыми дверями

Его здесь нет, но он все равно не желал отпускать из-под своего надзора. Тень Ким Чонина следовала за мной целый день, или он парень просто издевался, играя словами?! Забыл ли он свою обиду или наоборот желает отомстить? Я шумно выдохнула, выйдя на улицу, осмотрелась по сторонам и чуть ли не бегом направилась в общежитие. За мной будто волки гнались. Сознавая, что спастись все равно не получится, все же бежала, надеясь найти защиту хоть где-то на несколько часов. Чжи Чон, так не может долго продолжаться... Автор. Поздняя ночь темнее жгучего черного взгляда. Он стоит у своего дома и смотрит перед собой, пытаясь ухватить взглядом знакомую тень. Его волосы, взлохмаченные ветром, с каждым порывом причудливо опускаются на лицо, и ему постоянно приходится убирать их со лба. Каждый раз поднимая руку, он чувствует едва уловимый запах сладкого кофе, к которому так чувствительна стала Чжи Чон. Он догадывался, что девушка воспринимала любые эмоции, любое действие, вкус и запах теперь гораздо сильнее, чем раньше. Он считал это странным, но интересным. Однако пока что Ким просто стоял, окутанный холодными потоками ветра. Его любимый белый свитер, что прятался под бежевым тренчем, совсем не грел, зато мягко прилегал к коже. Чонин вдруг засмеялся от внезапной мысли, возникшей в его голове. - Почему я думаю, что она должна вернуться сегодня? - произнес он вслух. - Я же не велел ей приходить... Осознав свою маленькую ошибку, потеряв призрачную надежду увидеть перед собой Чжи Чон, он развернулся и вернулся в свою квартиру. Здесь та же тьма, но она тяжелее, гуще, чернее, здесь ужасная тишина и запах, уже не сладкий, но горький. Кай включает свет, несколько минут стоит осматривая пустую квартиру. Все, как всегда, он один, без лишних глаз, без репортеров, фанаток, людей, которые, очарованные им, сходят с ума. Они ведь победили его, заставили притворяться ангелочком, не оставили шанса быть хотя бы немного неидеальным... Раньше здесь Кай чувствовал себя спокойно, но сегодня этого чувства не было. - Как странно, - снова произнес он, - кажется, я скучаю по одному милому личику. Непривычно, непонятно. В его жизни было много эмоций, которые он слишком ярко воспринял, слишком много пропустил через себя раньше и, кажется, перегорел. Свалившаяся слава окончательно лишила его возможности испытывать искренние эмоции. Он давно забыл, как это. Всё настоящее отводилось только его миру - миру, где он танцевал. И вот появляется эта Чжи Чон, неожиданно, непонятно зачем и непонятно для чего, но она становится забавой для него. Ким Чонин наливает горячий горький чай, непривычный для него напиток, и садится на диван. Прикрывая глаза с еле заметной улыбкой, которую никто еще не видел ни на экране, ни на обложке журнала, он вспоминает девушку. Каю нравилось, как она танцевала, как отдавалась порывам музыки и своих эмоций. Девчонка слишком ярко горела каждый день с самого прослушивания, когда он впервые заметил ее. Наверное, демоны всегда находят наивные светлые души, которые не пытаются прятаться от опасностей. Он хвалил ее, даже пару раз приглашал в кафе, чтобы посмотреть в сияющие глаза, пропитанные светом и неестественным блеском. Он забыл, что и его глаза когда-то сверкали также, но теперь ему это казалось обманчивым. А, может, Чонин и правда стал демоном, которому нужно питаться такими светлыми натурами, забирать их внутреннюю силу себе. Шло время, парень даже начал ненавидеть девчонку за ее влюбленные сияющие глаза, но это чувство быстро прошло. Каю часто было скучно, потому что танцевал он не так часто, как снимался, давал интервью, фотографировался и участвовал в шоу. Парень просто подошел к своему менеджеру после очередного загруженного дня и, глядя в глаза, попросил дать ему стажером Чжи Чон. Только ее. - Боже, Кай... давай просто наймем помощников. Понимаешь, что с этими потенциальными звездами много мороки, а Чжи уже включили в группу, - ответил менеджер. - Но ей все равно придется пару месяцев побыть стажером, почему бы не со мной?! - пожал плечами Кай, улыбаясь. - Вот девчонка, не зря за тобой бегала все время... Получит такой пиар! Чонин, ты просто нереальный человек, если хочешь ей помочь просто так. Ты святой что ли? - Чжи Чон, - еще раз повторил парень. - Хорошо, хорошо, она будет счастлива. Ким так не думал, он опустил взгляд, скрывая дьявольские огоньки в глазах, и улыбался в предвкушении. Каю так было интересно, насколько девчонка отличается от других фанаток, насколько ее слова "ты мой идеал" правдивы, выдержат ли ее чувства правдивую реальность. Впрочем в какой-то момент ему так понравилось забавляться с ней, что он зашел немного дальше, чем хотел. Черта дозволенности с каждым днем становилась все дальше от ее фигурки, а девочка делала шаги вперед. Кай хотел, если не настоящей любви, но хотя бы зависимости от него. Хотя бы один человек должен был быть в его плену полностью - не в плену очарования, восхищения и красоты, а в тисках горячих пальцев, в его личном огне. Чонин до сих пор не понимал, зачем все делал, но ему хотелось продолжать. Он... раньше боялся разделить свою тьму с другими, теперь же, когда свет в глазах Чжи потух, он не хотел ее отпускать. Нет, Чонин не демон. Кай просто многогранен: в нем есть Бог, требующий поклонения, есть Дьявол, что забирает души людей, и есть зверь, который делает его неоправданно жестоким... Парень резко открыл глаза, будто проснувшись от своих воспоминаний. У него было всего три часа на сон до новой фотосессии в модном журнале, но он не мог уснуть этой ночью. Его не терзала вина за жестокость, его даже отпустила скука, только спать все равно не хотелось. Чонин встал и посмотрел на царящий в доме беспорядок после той ночи. - Чжи Чон, почему же с тобой всегда так выходит? - сам у себя спросил Кай, наступая на битое стекло, блестящее на полу. - Эта девчонка злит меня... Он вспомнил эту девчачью группу, вспомнил Пака. Бесят. - Ты ведь можешь меня радовать, Чон,- улыбнулся Кай своей детской непосредственной улыбкой, поднимая осколок, на котором засохла кровь девушки. Он долго смотрел на стекляшку и улыбался, пока вновь не кинул ее вниз... И, правда, почему Кай надеялся, что она вернется после своего побега? Хорошо, что он купил ей кофе в знак прощения за ее опрометчивый поступок. Он уже готов выслушать и принять ее извинения... Чжи Чон. Он подарил мне свою милость. Кай оставил меня в покое не только на день, но и на ночь. Никаких кошмаров, видений, дурацкого чувства, что за тобой следят. Я вздохнула с облегчением даже утром, когда подставила свое лицо утреннему солнцу. На всякий случай прислушалась к внутренним ощущениям, но интуиция молчала, страх спокойно спал в глубине создания. Неужели так просто? Даже, если я открою окно, меня не захватит запах сладкой карамели?! С недоверием я шла по улице, направляясь в учебный корпус и вглядываясь в лицо прохожих. Среди них не было Ким Чонина, не было его и среди людей в лифте, даже в нашем зале не было его. Телефон молчал. Кажется, демон наигрался, перегрелся и занялся своими делами, оставив куклу в покое. Я снова вздохнула, чувствуя свободу... У Чанёля шли занятия, поэтому мне приходилось все отрабатывать одной, включив музыку на телефоне. Сегодня было во много раз легче жить. Даже с Ченом я снова смеялась, заглянула на репетицию к Сухо и танцевала под звуки его голоса, изобретая танец на ходу. - Ты словно батарейка, - посмеялся Чунмён, прислоняясь к колонне, стоящей у пианино. - Откуда столько энергии, Чон? У тебя появилось много свободного времени? - Просто сегодня светит солнце, - ответила я, присаживаясь на подоконник и вдыхая свежий воздух. На несколько минут мы замолчали до тех пор, пока не заметила пристального заинтересованного взгляда Чунмёна. - Что такое? На мне паук? - Боже, Чон, если бы я тебе такое сказал, ты бы выпрыгнула в окно, - посмеялся Ким, смеясь и садясь рядом. - Мне вот интересно, почему ты ходишь в свитере и длинных штанах, как будто на улице зима. Не жарко, Чжи? - Эмм... не хочу загорать, для выступления нужна белая кожа, - отвела взгляд, дабы не выдать свою маленькую ложь. Но Сухо, кажется, почувствовал. - Ладно, Ким, ладно. Мне просто нужно похудеть! Чанёль жалуется, что меня невозможно поднять и даже его накаченные руки не справляются с моим телом... Кстати, Чанёль должен прийти через несколько минут. Мне пора бежать. Чунмён улыбнулся, кивнул, но я уже сорвалась с места. Невиданное воодушевление охватывало меня с самого утра. Кажется, что сегодня все будет по-другому, все получится, наш танец сможет немного сиять. Даже Чондэ понравилось то, как я исполнила свою партию, осталось только отработать с Чаном. В зале парня еще не было, поэтому мое тело спокойно растянулось на полу, чувствуя исходящий от него холодок сквозь ткань одежды, что прилипла к моей коже. От отдыха меня отвлекла трель телефонного звонка. Конечно, я знала, что это не может быть Ким. Ведь он никогда не звонил... Ким Чонин. Меня поймали в собственную ловушку. Впервые за все время работы мне придумали фотосессию в образе... плохого парня. Полнейший отморозок, аморальный тип, не щадящий других, эгоист, сексуальный до безумия мудак. Именно так объяснила мне концепцию стильная леди с красной прядью в волосах и сигаретой в тонких пальцах, увешанных массивными металлическими кольцами. Она в предвкушении смотрела на меня уверенным взглядом, хоть все отговаривали ее от такого парня как я. - Нет. Это не обсуждается. Редактор здесь я, не лезть в мою работу, не мешайте профессионалу действовать... Эта женщина пятидесяти лет явно обладала чутьем или же была слишком расчетливой, предоставив мне брендовую одежду в черных тонах и красную комнату с золотыми украшениями для игры в плохиша. Я мог их красиво показать, но ей нужно было показать историю, будто все это золото и шмотки Ким Чонин "заработал" у этой ачжумы или попросту ограбил казино. Но я стоял перед камерой, понимая, что мне предлагают показать истинную сущность. Не могу. Слишком долго врал, учась скрывать свои чувства. - Что же происходит? - смотрит женщина, и впервые ее глаза выражают удивление. Потому что перед ней стоит один человек, а на снимке другой. - Не понимаю, почему так... Неужели я просчиталась? Мне нужен перерыв и бренди. Сложно сломать стену изнутри, сложно играть, когда ты такой и есть. Хочется злиться, рвать и метать, но я вынужден спокойно положить куртку на железный стул, неспешно пройтись по коридору, хрустя пальцами рук, чтобы мирно вернуться обратно под свет софитов. Все шепчутся за спиной. Все, конечно, на моей стороне. Я слишком хороший..."Кто же дает их милому Киму такие роли?" "Зачем так мучить человека?" "Он и так делает невозможное. Фотографии хорошие, что вы еще хотите?" А я только скриплю зубами, пытаясь скрыть раздражение. - Директор Хан Бён, - подхожу я к старику директору, - у меня к вам одна просьба. - Ты хочешь отказаться от съемки? Я все пойму, Чонин, даже не... - Нет. Дело в другом. Чжи Чон. Запыхалась от бега, будто мне сообщили, что горит мой родной дом. Это было эмоциональное потрясение. Снова. Я слышала только шуршание моих кроссовок, когда неслась по коридору, распихивая всех людей в стороны. Задыхалась, хватая ртом воздух, и уговаривала себя не плакать по такой дурацкой причине. Всего лишь накричали...еще можно успеть все исправить...ведь я уже перед ним. Грудь вздымается, глаза морщатся от вспышки, рот жадно хватает воздух, а сердце внезапно останавливается, потому что Ким Чонин замечает меня. Да, давно не виделись, мой мучитель. Я думала, ты уже забыл и даже (о, ужас) простил за оплошность, а ты всего лишь ждал подходящего случая. - Здравствуй, Ким Чонин, - шепчу губами, поправляя сбившуюся рубашку. - Я здесь. Он кивает, злорадно улыбаясь и неотрывно смотря на меня. По телу проходит волна холода, будто его пальцы прикасаются к коже, а взгляд впивается словно бритва. Его язык жадно облизывает губы, мне кажется, парень даже сдерживает то ли рык, то ли довольное мурлыканье. Он водит пальцами по кожаному дивану, оставляя длинные полосы, вальяжно сидит на нем, откидывая волосы назад. Его глаза - огонь, которым мое тело охвачено с головы до ног. Ему нужна только я. Он давно ждал моего возвращения, ждал с нетерпением, когда я прибегу к нему. Ничего особенного не требуется, ни экзотических фруктов, ни отдельных гримерных, ни кучи денег, всего лишь одна девушка, которая пробуждает в нем демона. И меня начинает бить дрожь, потому что я физически чувствую, что его рука сжимается не на цепи ремня, а на моем запястье... - Что это, детка? - ошеломленно произносит женщина рядом со мной, роняя бокал на пол. - Кажется, мне пора прекращать пить. Я делаю робкий шаг вперед, наступая ногой на осколки и слышу их хруст, похожий на хруст моих костей, когда рука Чонина стискивала мне плечо той ночью. Становится даже страшно продолжать смотреть в его темный затягивающий взгляд. Я знаю, что парень в нескольких метрах от меня и ничего не сделает, но мне чертовски страшно видеть его таким. И не только мне. Все люди на площадке замерли после очередной вспышки, настала мертвая напряженная тишина, что было слышно прерывистое дыхание каждого. - Эй, вроде все отлично. Снято? Мы закончили? - непринужденно спрашивает Чонин, ухмыляясь и озорно подмигивая мне. Но все стоят, как статуи, и неотрывно следят за тем, как их идол по имени Чонин проводит рукой по волосам, снимает куртку и как ни в чем не бывало озорно улыбается. Все стоят, замерев в оцепенении, даже я. Потому что при последней вспышке камеры глаза Кима сияли, как алмазы, а за его спиной стояла странная черная тень, будто с крыльями демона... - Чжи Чон, ты не принесла мне кофе? Так торопилась? - тихонько прошептал Ким, подойдя и слегка наклонившись к моему уху. Наверное, он чувствовал дрожь в моем теле, поэтому немного смягчился. - Не переживай, я понимаю, что ты просто торопилась... Его дыхание коснулось моей кожи, зрачки сразу расширились, а пальцы стиснулись в кулак. Почему же так страшно посмотреть на парня теперь, ведь я так хотела это сделать все эти дни? - Я могу идти? - спрашивает Чонин. - Вам все понравилось, директор? - Да, Ким... Все постепенно отмирают, та модная женщина, что уронила бокал, всматривается в экран монитора и все время переводит взгляд на Кая. Она недоумевает, не понимает, что произошло. Но я знаю эти чувства и знаю такое выражение лица. За эти месяцы, смотря на себя в зеркало, уже изучила каждую черту своего лица, заметила каждое изменение в глазах и жестах, в изгибе губ и глубине дыхания. Я знаю, как меняет людей Ким Чонин. Кажется, сегодня он забрал еще одну душу, поэтому теперь парень так улыбается, стоя рядом со мной и не спеша уходить. Он улыбался, притягательно, обаятельно, изредка поднимая взгляд и переминаясь с ноги на ногу. Мне кажется, Кай хотел засмеяться, но вовремя поджимал губы. Я засмотрелась и сразу не поняла, что уже несколько секунд пялилась на его идеальное лицо. Не понимаю, как это происходит, но он мне нравится до боли в сердце в эту минуту. - Чжи Чон, - произносит бархатным голосом Ким, - спасибо. - Я не могла не прийти, ты же знаешь, - шепчут мои губы. На меня накричал директор, он сказал, что ты злишься Ким, потому что меня нет. Но эти слова остались невысказанными. - И все же спасибо, Чжи. В этот раз ты бежала в верном направлении, - и его глаза засверкали искрами злости. Я дернулась от этого пронзительно взгляда. Сразу захотелось уйти, куда подальше, скрыться в темном уголке, где не будет этого человека и странных теней за спиной. - Мне надо идти, Чонин, - произнесла я, понимая, что стою здесь непозволительно долго. - У меня ведь тренировка... Сделала шаг, но рука парня резко сжала мою. Уже через секунду губы Кима вновь оказались у моего уха и прошептали: - Бесполезно, Чжи, мне легко тебя найти. Не бегай больше от меня. Его пальцы быстро соскользнули с моего запястья, а сам парень уже стоял в окружении восхищенной публики. Непонятно откуда взялись фанатки, пришли девушки из бухгалтерии, все смотрели на него в образе плохого мальчика и еле сдерживали свои чувства. Он продолжал демонически улыбаться и даже немного язвил, отвечая на вопросы. Теперь его высокомерие стало явным, но никого этого не волновало. Лица людей и их глаза сияли еще сильнее. Коварный Ким, ты раньше был более милосердным, притворяясь ангелочком. Ты скрывал в себе демона, чтобы другие не сошли с ума от тебя сразу? Интересно, а он сам понимает, что будет нравиться им любым? *** Молчание. Злость. Обычная на этот раз. Человеческая. Хлопок дверью, от которого подскакиваю на месте. Резкое прикосновение чужого плеча и пренебрежительное "Хм". - Пак, не срывайся ты так быстро! - кричу вдогонку. Понимаю, что виновата, но у меня есть причины. Неужели нельзя выслушать и понять?! - Да, остановись ты, мать твою, Чанёль! Хватит вести себя так, я не пустое место и не тряпка, которую можно кидать, если что-то не нравится! Парень остановился в коридоре и резко развернулся. Взгляд чернее свинцовых туч, сверкают молнии, он еле сдерживает себя, чтобы не ударить кулаком в стену. Боже, парень так ненавидит меня сейчас. - Прежняя Чон вернулась, чтобы подать голосок? - издевательски произнес он. - Есть встречное предложение, сама остановись и не кидай меня, словно тряпку. А лучше оставь в покое! Он развернулся и ушел, оставив меня одну за закрытой дверью нашего танц-класса. Все как в типичной дораме. Я сидела на полу, играла грустная музыка, а за окном моросил дождь. Сколько драмы, обид, злости, а показать их некому, приходится сидеть и снова разглядывать свое лицо в зеркале. Я думала, на сегодня все "веселые" приключения Чжи Чон закончились, по крайне мере до следующей смс-ки Кая. Но уже через час я стояла в кабинете директора и смотрела на мужчину широко раскрытыми глазами. Молчала, не оправдывалась, потому что просто не верила, надеясь, что сегодняшний день просто сон. - Чжи Чон, я не понимаю тебя совсем, что случилось за последнее время?! - то повышая тон, то, немного смягчаясь, говорил директор, опираясь руками на стол. - Ты пришла к нам такой амбициозной, готовой работать, стараться, ты была примером для всех! Не понимаю, ты думаешь, что уже стала известной и нужной здесь?! Отказываешься от места в группе, ладно... Хотя мне и этого не понять! Я нервно сглотнула, колени уже дрожали. На меня ругается сам директор? За что? За то, что я делала все, как скажет Чонин? - Все эти ваши молодежные оправдания такие глупые, Чжи, нужно думать, когда принимаешь важные решения. Я думал, любовь, все понял, вошел в положение, не стал разбираться и лезть в ваши с Каем дела. Но тут он мне сам звонит и говорит, что ты не выполняешь свои обязанности, что он уже несколько дней не видел тебя. Что это, Чжи Чон? Почему ты так безответственна?! Почему я должен звонить и ругаться, чтобы стажер выполнял свою работу, как надо?! Стажер или забавная игрушка для демона? Но я молчу, потому что мои оправдания звучат слишком безумно. Поверят Каю, а не молоденькой девчонке Чжи. А директор все больше злится, уже ходит кругами вокруг меня и жестикулирует руками в возмущении. - Нечего сказать? Значит, я прав. Снова спустил с рук провинность, всякое бывает, но тут ко мне заходит Чанёль и сообщает, что Чжи Чон нет на тренировке, и это в преддверии конкурса, где вам выступать! Причем это не первый раз! Потом еще оказывается, что и в общежитии ты порой не ночуешь, у меня стопка жалоб от коменданта! Почему за сегодняшний день я так часто слышу жалобы в твой адрес?! - Потому что я виновата, - произношу спокойно, хотя внутри поднимается волна сопротивления. Так складываются обстоятельства. И мне всегда казалось, что события за закрытыми дверями не проникают в реальный мир, но все намного сложнее. - Чем мне это грозит, директор Бён? - Хм, чем... - он тяжело вздохнул и тяжело опустился в свое кожаное кресло. - Если тебе сложно здесь, то лучше уйди быстрее, Чжи Чон. Исключить тебя я не могу, но... закрывать глаза на проступки тоже. Этот год можешь доучиться бесплатно по программе, но в следующем нет, мы должны вкладывать свои деньги в надежных людей. Так что копи деньги, если хочешь остаться. И в виду нарушений режима из общежития тебя выселяют. - Что же мне тогда делать? - ошеломленно произношу я, понимая, что идти некуда. - Я не могу работать, у меня целый день расписан по минутам. Откуда мне взять деньги на обучение?! - Надо было раньше думать, Чжи. Я и так иду на уступки, потому что Кай вступился за тебя. Не забудь поблагодарить парня, ты до сих пор здесь благодаря ему... И тот же взгляд обожания. Чонин их божество и только его слова становятся истиной. Поэтому моя печаль, застывшие слезы в глазах никого не волнуют. Я бреду по коридорам, словно в последний раз, изредка останавливаясь у стен. Удивительно, даже Чанёль сорвался и реализовал свои угрозы. Он не такой добряк, как я думала сначала, видимо, нервы ему сегодня сорвало... - Давай, думай, Чжи Чон, куда тебе идти, - говорю сама себе и направляюсь к нашему танц-залу на автомате, будто еще имею право здесь находится. - Думай, как тебе остаться учиться здесь, а не работать на рисовых полях! Мне некому жаловаться. Стоит позвонить матери, так меня точно вернут в нашу сельскую местность и вместо танцев, вместо легких парящих движений по паркету, ноги будут увязать в земле, а по коже струиться пот от палящего солнца, а не от тренировок. Звонить Чонину странно. Жертва не должна искать укрытия в логове хищника. Обратиться к Минсоку? Но покажется ли ему эта история интересной? Вряд ли, да и не хочется рассказывать об этом, словно читать сценарий дорамы взрослому парню, который как будто бы в детстве не наслушался сказок... - Привет, Чен, - набираю его номер и уже слышу знакомый звонкий голос. - Ты представляешь, меня чуть не исключили... Не сказать, что это был разговор по душам, и я все высказала. Тем не менее Чондэ смог подбодрить меня. Хоть кто-то спросил "все в порядке?" действительно заботясь, а не издеваясь. - Эй, Чжи Чон, не раскисай. Выиграешь грант и останешься в компании, я уверен, что вы займете призовое место. Прости, что не могу приютить у себя, комендант зверь, но... - Чен усмехнулся и все же сказал. - Такая ситуация странная, но только не бей меня при встрече за такое предложение. У Чанёля есть своя квартира. - Да уж, Чондэ, - тоже улыбнулась. - Я последний человек, которого он хочет видеть. Не представляю, что буду делать. Каждый день превращается в удивительный квест, где надо бороться за свою жизнь. Уровни усложняются, злодеев прибавляется, а бонусов никаких нет. Смотрю завороженно на дверь нашего зала, боясь прикоснуться к ручке. Вдруг это в последний раз? Еще одна оплошность, и я окажусь за пределами кампуса без права входить в это здание. Сажусь на пол, подбирая ноги, и думаю. Но в голове какая-то пустота, ни злости, ни сожаления, только изредка вырисовываются глаза Чонина с демоническим блеском. С чего все началось? С того момента, когда я подскочила к нему с выражением восхищения или когда согласилась пойти в кафе?! И когда восхищение переросло в странную зависимость? - Хм, - где-то в стороне, а потом громче. - ХМ. Я очнулась и подняла глаза на парня, стоящего рядом. Оказывается, Пак был в зале все это время, а теперь собрался домой. Я кивнула ему, но звуков удаляющихся шагов не услышала. Более того парень скинул рюкзак и сел рядом со мной, щелкая костяшками пальцев. - Я не думал, что тебя могут отчислить из-за этого. - Меня не отчислили, Чан, - повернула голову и, глядя в карие теплые глаза, произнесла. - Только отругали, погрозили и выкинули из общаги. Но тут даже не в тебе дело, можешь передать это своей совести, чтобы она и дальше спокойно себе спала...Чонин тоже пожаловался. - Кай? - глаза Чанёля так сильно распахнулись, что он стал похож на ребенка, впервые увидевшего бульдозер.- Он пожаловался на тебя? - Так невероятно? - Ну да... Впрочем, я понимаю, ты и его вывела из себя своим поведением. Иногда ты просто невыносима, даже когда молчишь, - признается Чанёль, хотя это мнение давно мне известно. - Я был очень зол на тебя, ты мне как будто специально портишь жизнь каждый день. Выступать моя мечта, а ты, Чжи, вечно на ней топчешься. Сегодня я просто не выдержал такого отношения к себе. Я усмехаюсь, нервно поправляю выбившуюся прядку волос. Так странно, сижу с парнем ненавидящим меня, слушаю очередную порцию гадостей в свой адрес, но не хочу ругаться снова. Да и Пак тоже хорош, не кидается в меня камнями и не плюется, а сидит спокойно и с полуулыбкой на губах признается в своей ненависти. - Сегодня я ждала тренировку, но мне позвонили и вызвали на площадку, - говорю, зная заранее, что меня не поймут. - Я не могу не прийти, когда меня зовут. - Потому что это хваленный Ким Чонин. - Да, Пак, потому что это Чонин, - Только в моем случае это имя имеет немного иное значение, чем для других людей. - Я не собиралась сегодня сбегать, этот конкурс важен и для меня, Чанёль. Мечты есть и у меня, так что убери с них свои длинные ноги. - Какой извращенец поставил нас в пару? - со смешком произнес Чанёль после моих слов. Это так странно и нелогично. Еще несколько часов назад он в своих мыслях кипятил мое тело в горячей смоле и жаждал возмездия за свои разбившиеся ожидания, еще несколько минут назад я сама злилась за эту жалобу обидевшегося мальчика, но теперь мы смеемся. Первый раз за все время нашего знакомства. И этот тихий, но вполне искренний смех делает свое дело. Я произношу то, что не должна была: - Мне негде спать, Пак. Можно переночевать у тебя? И смех прекращается. Глаза Чанёля расширяются еще сильнее, будто ребенок увидел уже целых два бульдозера. Понимаю, рано начинать дружбу после первого спокойного разговора на коридорном полу. - Мы даже не хорошие знакомые, Чон. Я подпортил тебе денек, но ты больная на голову, если думаешь, что я пущу тебя в свой дом... Чан ухмыльнулся, поднялся с пола и, бросив раздраженный взгляд, уткнулся в свой смартфон. - Думаешь, я потопчусь там, как и на твоих мечтах? - произнесла я, смотря в спину парня. - Подпортил денек? Чанёль, мне ночевать негде! - Ты сама виновата, Чон, - злобно произнес Пак, оборачиваясь на несколько секунд. - Моя злость вполне оправдана. Я только шумно выдохнула, пытаясь прожечь взглядом темно-зеленое худи парня, который уходил. Видно, его еще больше разозлили мои слова и временное перемирие закончилось. Он забросил рюкзак на плечо, достал наушники и, верно, включил музыку погромче, чтобы отвлечься от своих мыслей. Я тоже ненавижу тебя, Пак. Это взаимно. - Черт возьми! - ругается парень, ударяет рукой в стену и оборачивается ко мне. Я вижу его карий взволнованный взгляд и потом слышу резкое. - Пойдем, Чжи Чон.