Первый

Я помню тот день, когда впервые в своей жизни вернулась домой пьяная. Бабушка с дедом наверняка навсегда запомнили ту ночь. Но главное, что никто не спросил почему я это сделала. Все только констатировали факт: "Она напилась!" Мне было четырнадцать и я хотела умереть. Родители в то время находились в другой стране, так что мои действия практически никем не ограничивались. В тот день я, как обычно, отправилась в школу, а после уроков - в ближайшую аптеку. Купила пачку снотворного - 40 таблеток. Тридцать восемь приняла пока шла пешком домой к бабушке, где я временно проживала. По приходу отправила лучшей подруге и своему "парню" сообщения, в которых рассказала им о своем намерении покончить с собой. Затем я выключила звук на мобильном и легла умирать. Проснувшись через пару часов я не обнаружила ни малейших изменений в своем самочувствии, чем была немного огорчена. Взяв в руки телефон (который оповестил меня о большом количестве непринятых вызовов), я позвонила Л. и предложила прогуляться. Время и место встречи были назначены (вот ведь интересная вещь - я тогда даже не задумывалась о том, что чувствовали мои друзья...) В запасе еще имелось достаточно времени, поэтому я снова отправилась в привокзальную аптеку. На этот раз я попросила у продавца "что-нибудь от сердца" или "от давления", не помню точно, что именно Затем, получив желаемое, я направилась на встречу. Через некоторое время я уже мило болтала с одноклассницей-подругой о всякой ерунде. Позже к нам присоединился и мой, на тот момент, так называемый "бойфренд", которого я уговорила купить мне коктейль (что-то среднее между пивом и вином по крепости). Когда я обрела желанную банку, я высыпала содержимое картонной коробочки себе в руку и начала медленно, с чувством и расстановкой, глотать одну за другой маленькие белые таблетки, запивая их алкогольным напитком. Не помню, сколько я тогда их приняла,. Кажется, около восемнадцати. Я до сих пор помню то спокойствие, которое сопровождало меня весь тот теплый весенний день. Я была готова. Хотела умереть, уйти в другой мир, исчезнуть с лица земли. Мне не нужно было думать о аде и рае, о Боге и дьяволе. Я была эгоистичным, уставшим, не видевшим смысла в своем существовании, подростком. Смерть казалась мне другом, братом, чем-то, в чьих объятиях с желала оказаться как можно скорее. Сейчас меня удивляет то состояние, в котором я пребывала тогда. Да, я грустила, смеялась, существовала, но одной своей частью я уже была в другом мире. В мире без боли и страданий, без лжи и печали, без обязанностей и обещаний, без осужения и неоправданных ожиданийю Я была готова.( Как же я себе завидую сейчас). Но никто из родных так и не спросил меня, почему я тогда пришла домой в нетрезвом состоянии. Никого не интересовало, что я чувствовала. Важен был лишь сам факт: "Ей четырнадцать, а она напилась, тварь!"