Олени лучше, чем люди

9 февраля 1837, Арренделл       

Дорогой друг Нильс,

       Не перестаю благодарить тебя, за то, что научил меня грамоте. Это мое первое письмо, и как я рад, что могу написать его без стольких ошибок! Я первый раз отсылаю его и я счастлив, если оно попало к тебе. Если ты сейчас читаешь это письмо, это значит, что я сделал все правильно. Я стараюсь быть красноречивым, чтобы твои родственники не стыдились, найдя его. Как твое здоровье? И здоровье твоих братьев? И как твоя память? Вспомнил ли ты все о себе или все ещё мучаешься? Сейчас наступили самые суровые морозы. Я пока не поставляю лёд вельможам, всем и так от холода спасаться надо! Это хорошо, что я пока могу не работать, потому что мне будет легче на первых порах пережить разлуку с тобой. Тролли соорудили мне хижину, из которой я в данный момент пишу. К счастью, там не очень холодно. Морковка закончилась и Свен глодал сегодня корни сосен. Добрые люди дают мне еду. Как бы мне хотелось оказаться у старины Карла! Но он не впускает меня. Я понимаю, почему. У него пятеро детей, которых он едва прокармливает. А ещё, кто-то сказал ему, что я — Выборка. То есть, сын троллей. Будь у меня настоящие родители, такого бы не случилось. Я не могу понять, что худого в том, что я — Выборка? Почему люди смотрят на твой род, а не на твои качества? Я пытаюсь быть добрым ко всем, может, они увидят это. Но разве мне не повезло? Я понимаю язык животных, я вынослив и силён, я тесно связан с природой и могу жить без проблем, где попадётся. Не все обладают такими дарами. Почему же меня презирают за то, что я — принц троллей, а не Арренделла? Принцы, богачи — все они изнежены, ленивы и поспать на сырой земле не могут, не имея потом жар! Чтобы окружающие могли понять, что я понимаю язык оленей, я рассказываю все, что говорит Свен. Отношение ко мне не изменилось, а разговоры со Свеном начали входить у меня в привычку. Он понимает меня гораздо лучше людей. Сейчас мой друг лежит рядом со мной и греет своим телом. На днях я встретил принцессу Анну. Она прогуливалась по ярмарке и была очень печальна. Она тоже грустит о твоём отъезде. Девушка была добра ко мне и купила мне пончик. Но она даже не вспомнила мое имя. Я расспросил Её Высочеству про Эльзу, но она лишь отмахивалась. Всех терзает любопытство о таинственной красавице, спрятанной за семью замками — то есть, Эльза, но мы с тобой видели её. Ничего особенного, так ведь? И почему она скрывается от других? Помнишь, как ты яблоки у неё под носом воровал, а она не рассказывала? Хорошая она, правда? Но тем не менее, она вышла и соизволила написать нам ответ на наше письмо. Наверное, воображает, что мы её не заметили. Помнишь, мы весь сад обыскали, а потом нас-таки охрана заметила? Чудом убежали. Они удвоили охрану, а все из-за нас! Хорошо, что Её Высочество Анна впускала нас в сад, чтобы играть с нами. Только я узнал её, Эльзы, возраст — это я смог выпытать у принцессы Анны. Ей восемнадцать. Но принцесса очень обижается, когда я про Эльзу для тебя спрашиваю. По-моему, ты ей понравился. А ты вспомнил, сколько тебе лет? Мне кажется, что ты все-таки младше Эльзы, иначе не мог бы так весело играть с Анной. Я встретил Ларса вчера. Его вид меня очень расстроил. Он пьянствует и просит милостыню на выпивку. Но я понимаю его. В такой холод собачий, коньяк — то, что нужно. Сейчас дую на руки. Чернила замерзают. В такой мороз не помешал бы дом. Большой дом, с камином и коврами. Но к счастью, тут рядом гейзеры, поэтому от холода не помру. А ты же живёшь в доме? Я думаю, пойти на шахту работать. Или угольщиком. Шахтерам дают квартиру. Но работа опасная, понимаю. Колеблюсь. Но тогда точно хватит на морковку, молоко и хлеб и немного на выпивку. Ты, наверное, удивляешься, что я столько о выпивке пишу, но если бы ты тут был, только об этом и думал. Согреться хочется. Замерзаю, как собака. До сих пор помню, как мы к доктору добирались. Я тебе жизнью обязан, понимаешь? Хотя мы столько раз друг друга спасали… Поэтому я не забуду тебя, Нильс, никогда. Я лазил утром по горам. Глядя на виды деревушек и лесов, открывающееся перед моими глазами, я всегда думаю, насколько же зима красива и жестока! Представь эту картину: высота, от которой дух захватывает, ты висишь на склоне и чувствуешь, как ветер обдувает тебя, но держишься крепко. А внизу — ковёр зелёный, белый! И домики деревянные раскиданы, а из труб дымок идёт. Весной и летом там вообще красота — наверху — зима, а внизу — лето зелёным ковром раскинулось! Конечно, красиво говорить начнёшь! Знаешь, а прямо сейчас небо не спит! Северное сияние! Я гляжу на эти «огненные пляски небес» — как ты это называл, и так пафосно, фу! — на звёзды, и вспоминаю о тебе. Как мы вместе лежали в траве в лесу, не обращая внимания на холод и глядели на небо! Как это красиво! И в такие моменты я даже радуюсь, что живу так близко с природой. Я же богач! И мое богатство не сравниться ни с чем. Богачи не могут видеть сквозь потолки богатых домов сияние! Ты конечно, многое упускаешь, живя где-то на юге. Как там — где ты живёшь?       

Жду твоего ответа! С наилучшими пожеланиями, Твой друг, Кристофф Бьоргман.