Последний шанс.

Последний аккорд гармоничной мелодии утонул в скупых аплодисментах. Работники отеля восхищённо, хотя многие даже с нескрываемой завистью, глазели на пару молодых людей, закончивших своё выступление. Шёлковое платье насыщенно-синего цвета струилось по небольшой сцене, и девушка на пару секунд замерла в объятиях парня, дабы поставить финальную точку в их танце. Дарья улыбнулась своему партнёру наимилейшей улыбкой, собираясь покинуть сцену. Но совершенно того не ожидая, она оказалась в его плену. Никита наклонился к ней и наскоро впился в её бархатные и сладкие, словно мёд, губы. Даша почувствовала тёплое дыхание на своём лице, а зал взорвался аплодисментами и одобряющим свистом. Эта пара секунд длилась как вечность, увлекая в свои пучины, но шатенка коснулась плеча парня и легонько оттолкнула мужчину. Его глаза сияли, а губы расплылись в шикарнейшей улыбке, в то время как зал утихомирил свои возгласы и прочий шум. Дарья взглянула в зал: все взгляды были прикованы к ним. Но ей, честно, было плевать. Больше всего её волновало то, что он смотрел. Он прожигал её взглядом насквозь, кажется, готовый раздеть глазами. Он злился. Девушке стало неуютно, когда в его руках со звонким треском разломилась палочка, предназначенная для роллов. Она кинула уничтожающий взгляд на Никиту и спустилась со сцены в зал, подбегая к барной стойке. — Фееричный номер! Надеюсь, следующие номера будут ещё жарче! Уф! — ухмыльнулся внезапно появившийся на сцене Сеня в очередном образе Дмитрия Нагиева, и в зрительском зале послышался дружный хохот. Только он теперь не смеялся. — Дамы и господа, на сцену приглашается наша горячо любимая Яночка! Встречаем! — снова волна аплодисментов, и помещение наполнилось музыкой, напоминающей рок. На сцену вышла полуголая белокурая девушка на высоченных каблуках. — Канаева! — послышался хрипловатый голос рядом с барной стойкой. Она узнает его всегда. Этот неизменный сербский и такой сексуальный акцент. — Что? — будто бы дразня его, спросила девушка, отвернув голову в сторону сцены, только бы не столкнуться с ним взглядом. — Даша, — громко, с трудом сдерживая себя, говорит, — скажи мне, что это сейчас было? — Где? — немного растянула слово Дарья и пожалела об этом. Он сжал кулаки, пряча руки за спину, что не укрылось от её зоркого глаза. — Ты поняла меня, — бурчит. Говорит сквозь, до боли сжатые, зубы. — Павел Аркадьевич, я, если честно, сама ничего не поняла, — замолчала на пару секунд, чувствуя нарастающее напряжение между ними. — Я бы даже не подумала, что он поцелует меня. Опять видит, как он сжимает кулаки и отводит раздражённый взгляд в сторону сцены, где вертится на шесте полуголая, невыносимо мерзкая сейчас, Яна. Молчание затягивается. Он не отводит глаз от сцены, она искоса посматривает на него, не зная, что ещё сказать. В очередной раз косится на мужчину и, тихо выдохнув, разворачивается, чтобы покинуть сие мероприятие. Он делает вид, что ему всё равно. — Пошла она, — звучно выдыхает, зло провожая её взглядом. — Бармен, виски мне.