Гора Снежного Лиса

По заснеженным густым лесам, среди черных силуэтов голых деревьев, мелькая, мчался всадник на призванном магическом скакуне темного цвета. Обито Учиха, или, как его часто называл Мадара-сан, Тоби, спешил в главную резиденцию своего клана, находящуюся в Синей Лощине. Обито не знал причины такого неожиданного приказа, но понимал всю серьезность и ответственность собственной миссии, пусть она и заключалась всего лишь в подготовке к Малому Совету. Даже на магическом жеребце вампиру клана Учиха пришлось добираться почти два дня до самого поместья. Пологие холмы сменились резкими каменными взгорками, так же усыпанными снегом. В землях кицунэ и близлежащих лесах зимы всегда были снежными и морозными. Вскоре поместье после приезда Обито уже гудело. Слуги тщательно все убирали, хотя чистота всегда соблюдалась в стенах домов Учиха. Тоби внутренне гордился тем, что ему приказали проследить за всеми приготовлениями и поэтому старался выполнить свое поручение как можно лучше. На третий день после появления Обито в клановом замке из столицы вернулся Изуна Учиха со свитой и своей семьей. А еще через день с отрядом вампиров клана, бывших на границе и участвовавших в карательных действиях, прибыл и Мадара-сан. Представители клана, находившиеся в это зимнее время в особняке, были несколько взбудоражены новостями о приезде самых древнейших вампиров клана, а особенно – Мадары-сама, давно уже не появлявшегося дома. Вампиры Учиха с некоторым нетерпением ожидали, что произойдет нечто необычное, и терялись в догадках. Мадара не посчитал нужным затягивать назначенную им же встречу, и ночью произошло Малое Собрание старейшин клана. Фактически же на этом собрании присутствовали лишь Мадара, его младший брат Изуна и Фугаку, сын Изуны. Мадара желал обсудить дела пока только в узком кругу, наличие большого количества вампиров, пусть и старейшин своего клана, пока не входило в его планы. - Что произошло, брат? – поинтересовался Изуна, как только двери малого зала были закрыты, а на стены опустился магический полог тишины, призванный самим Мадарой. – Отчего такая спешка? - Изуна, разве усиление влияния Сенджу не достойная причина моей обеспокоенности? – чуть прохладно риторически поинтересовался Мадара, на что Изуна лишь тяжело, хоть и тихо вздохнул. Старший из братьев перевел в этот момент свой колкий взгляд на племянника. – Фугаку, расскажи мне все, что происходило в замке кицунэ, когда ты там был в качестве посла. Во всех даже незначительных на твой взгляд мелочах и подробностях. Фугаку, чувствуя витавшее в воздухе напряжение, тут же исполнил приказ-просьбу главы клана. Мадара слушал внимательно, не перебивая, но как только племянник замолчал, древний вампир стал задавать уточняющие вопросы. К концу этого пристрастного допроса Фугаку уже сожалел о том, что вообще находился в свое время в замке Кьюби. Впрочем, свои мысли и чувства он постарался скрыть как можно глубже. Наконец, в зале повисла тишина. Фугаку тут же воспользовался возможностью промочить пересохшее горло чаем, уже давно остывшим, если бы не особый состав фарфора, насыщенного магией. Изуна молчал, не вмешиваясь в беседу, а точнее допрос своего сына. Он тоже пришел к определенным выводам, узнав о союзе Сенджу и Кьюби, но младшего из братьев эта весть не так сильно взволновала, как Мадару. - Интересно… – тихо сказал, наконец, хоть что-то Мадара, до этого ушедший в раздумья. – Так ты говоришь, что у Курамы-сана есть сын, и он как-то оказался связан с моими внуками… Что же, все оказалось не настолько плачевно, как я предполагал. – Мадара хмыкнул, придя явно в хорошее настроение. – Хорошо. Договор с Девятихвостым мы нарушать не будем. Фугаку, надеюсь, ты с моими внуками держишь связь. - Да, Мадара-сан. – Кивнул головой Фугаку. - Замечательно, - снова усмехнулся вампир, чуть показав в ухмылке свои клыки. – Я должен быть в курсе всего, что с ними происходит, поэтому ты будешь пересылать мне их письма. - Хорошо, Мадара-сан. - Что же, тогда на этом ты свободен. – Мадара давал понять племяннику, что уже узнал все, что хотел, и он может идти. Фугаку встал, вежливо поклонился отцу и своему дяде и покинул малый зал. - Мадара… - тихо обратился Изуна. – Ты уверен? - Как никогда, брат. Как никогда. *** Зима постепенно подходила к своему концу. В воздухе уже витали первые ароматы приближающейся весны, и снег стал потихоньку таять. Вскоре пригорки под лучами солнца почти полностью очистились от снега, лишь в низинах, оврагах и в лесу снег еще сопротивлялся наступающему постепенно теплу. Первый дождь тоже поспособствовал таянию холодного покрывала, потерявшего свой дивный первозданный белоснежный вид. Наруто тяжело вздохнул, глядя в окно в библиотеке. Снег уже почти сошел, оставшись лишь кое-где в лесу, но и те остатки вскоре исчезнут. - Ты чего, добэ? – удивился Саске, расслышав такой грустный вздох от вечно жизнерадостного и неугомонного кицунэ. Погодка тоже было хорошей: ярко светило на синем небосводе солнце, птицы щебетали беспрестанно, в воздухе пахло весной, а кое-где уже пробивалась первая вешняя зеленая травка. - Весна… - грустно вздохнул Наруто, смотря на лес за окном. - Ты что, весну не любишь? – нахмурился Саске. – Вот уж не подумал бы. - Почему же? Люблю. Но ведь снег тает, а это как-то грустно, ведь было так красиво. - Добэ, этому радоваться надо! – фыркнул Саске и прошел к нужной полке с книгами. Именно за книгой он и зашел, да наткнулся на кицунэ. Занятий сегодня не было, так как Ирука-сенсей и Какаши-сан поспорили о программе обучения и теперь были вынуждены по приказу Курамы-сама составлять новую, совместную и как можно более полную программу. Поэтому у мальчишек и выдался неурочный выходной. Наруто не обратил особого внимания на фыркающего вампира. Взгляд лисенка скользил по чуть надоевшим уже темным силуэтам деревьев и холмов. В этот момент на подоконник запрыгнула Мара в образе белого хорька и ткнувшись носом в руку кицунэ привлекла к себе внимание. - Мара? – искренне удивился Наруто, подхватив на руки пушистого морфе. – Папа вернулся! – лисенок повеселел и тут же ринулся из библиотеки. - Хмм, тоже мне новость! – фыркнул младший Учиха и вышел с книгой в руках следом. Но для Нару это действительно была новость. Ведь морфе теперь по просьбе Наруто всегда сопровождала Тобираму, когда он уезжал на какое-то время из дома. Морфе фыркала, периодически царапала или кусала беловолосого Сенджу и выказывала все возможное ему пренебрежение, но просьбу маленького кицунэ исполняла исправно, охраняя вампира за пределами дома. Однако когда Тобирама возвращался домой, в замок Кьюби, Мара тут же исчезала, чтобы появиться рядом с куда более любимым ею кицунэ Наруто. Именно поэтому, как только лисенок видел морфе, он сразу же бежал на поиски вернувшегося папы Тори. Тобирама Сенджу, вернувшись в замок Кьюби, который уже про себя считал своим домом, поспешил на поиски мужа. Хладнокровный вампир ничем не выдавал своих эмоций, бурливших внутри. Безошибочно определив, что Курама находится в своем кабинете, вампир быстро вошел туда. - Тори! Ты быстро. – Улыбнулся кицунэ, как только увидел супруга, и тут же встал из-за стола, направившись навстречу. - У меня новости. – Холодно проговорил вампир и стал расстегивать свои доспехи. Курама, уже привыкший к тону супруга, стал помогать с доспехами. - И какие? - Хаши умудрился подписать договор с Императором Тайхорнской Империи. - Как именно? – поинтересовался кицунэ. Курама предвидел несколько вариантов развития событий, в том числе и возможное подписание мира. Но что-то все равно не давало ему покоя. Сенджу, освободившись от доспехов, сел в кресло. Курама уже собирался отойти и сесть напротив, но руки вампира увлекли его обратно и усадили на колени к Тобираме. Вампир впервые с момента своего возвращения, прикоснулся к супругу, но кицунэ и не возражал против такого проявления собственничества. Только прижав к себе такое любимое тело супруга, вампир стал рассказывать последние новости. О том, что на границах волшебных земель стало тихо, Курама знал уже давно. Перешедшие под его руку оборотни разрушенной деревни Неджи также подтвердили, что ни новых нападений, ни карательных операций с ловушками, в которых принимали участие многие из них, не происходило. Всех подробностей того, как отряд вампиров пересек земли людей незамеченными, Тобирама не знал, да и не интересовался. Ему был куда интересен результат этого рискованного шага. Вампиры отряда появились в самом дворце Императора на одном из приемов. Придворные были удивлены, даже скорее ошеломлены. Император же просто приветствовал новых гостей. Создалось впечатление, что в столице Тайрхона никто не знал, что творится на границах, или просто делал вид. Но удивительным стал факт, что Император согласился на предложение о заключение официального мира между людьми и волшебными существами. И соглашение было подписано. На заявление о нападении людей на деревни и поселения нелюдей Император уверил в том, что фанатики будут найдены и жестоко наказаны. Эти новости, привезенные Тобирамой, и радовали, и настораживали. Кицунэ молчал, не задавая вопросов, хотя Тори их даже ждал. - О чем задумался, рыжий? – поинтересовался вампир, накручивая прядь шелковистых алых волос Курамы. - Думаю, на сколько лет хватит этого показного мира. - Лет на десять. – Пожал плечами Сенджу с видом, будто его все это вообще не волнует. - Люди слишком нетерпеливы. – Чуть покачал головой Курама. – Но даже этого времени так мало. - Мало для чего? - Для того, чтобы наш Нару окреп и стал сильным. Десятилетия недостаточно для такого развития кицунэ. - Мы все равно его защитим. Ты это прекрасно знаешь. - Знаю, но… все равно мне неспокойно. - Я тебя успокою. – Вампир мягко огладил затылок кицунэ и чуть надавив заставил того склониться. Их губы были в миллиметре друг от друга. Дыхание обжигало и разжигало страсть, но… - Папа Тори! Ты вернулся! – в кабинет ворвался мелкий золотистый вихрь с двумя лисьими хвостиками и ушками на голове. Наруто теперь часто от избытка эмоций принимал полуформу. Вампир тяжко вздохнул, Курама хмыкнул, а Наруто полез к папам на руки, желая тоже поучаствовать в процессе тисканья папы Тори. А вот Мара, зажатая между своим кицунэ и надоевшим ей вампиром, лишь тихо ворчала, но при этом исправно старалась поцарапать Сенджу еще сильнее.