Мемориал

Утро наступило внезапно. Насте казалось, что всего несколько минут назад она заснула после разговора с Алакарой на балконе, и вот часы уже показывают почти девять. Не обнаружив подругу в комнате, Настя быстро оделась и спустилась вниз, на кухню, где Олег уже готовил завтрак. -Доброе утро, – поздоровалась девушка, останавливаясь в дверях и наблюдая, с какой скоростью он орудует ножом. – А где Алакара? -О, Настя, ты проснулась! – улыбнулся он, поворачиваясь. – Хорошо спала? Она скоро вернётся, не переживай. -Да, спала хорошо, – кивнула девушка, думая о том, куда могла подеваться Алакара в такое время. Олег резал овощи – видимо, собирался приготовить что-то вкусное и полезное одновременно. -Мне не звонили? – спросила Гусакова, так как вспомнила, что вчера оставила свой телефон на кухне. Главное – чтобы мать не подняла шум, что дочь до сих пор не дома. От неё можно ожидать что угодно, несмотря на предупреждение, что вернётся она не очень рано. -Нет, никто не звонил, не беспокойся, – покачал головой Олег. Настя вздохнула и, преодолев расстояние, села за стол. -Чувствуй себя как дома, – улыбнулся Олег, видя, как она рассматривает лежащее в вазочке печенье. – Но имей ввиду, что скоро будет завтрак. Я хочу, чтобы тебе тут было так же хорошо, как и дома, и чтобы ты могла прийти сюда в любой момент, когда свой дом вдруг надоест, – рассмеялся Олег. -Мистер Стрин, спасибо, – кивнула Настя. – Ваше хорошее отношение ко мне меня немного удивляет. Вы ведь меня совсем не знаете. -Не знаю, да, но я чувствую людей. Хочешь, открою секрет? Я хорошо отношусь ко всем, кто этого заслуживает. Настя улыбнулась, не зная, что ответить. Олег продолжал заниматься завтраком, что-то напевая себе под нос. -От Килли ничего не слышно? – осторожно поинтересовалась девушка. -Нет, к счастью, – покачал головой мистер Стрин. – Я и не хочу ничего о ней слышать. Она не человек, и мне стыдно, что я родил такого ребёнка, – он отложил нож в сторону и повернулся к Насте. – В том, что она такая, я виню себя, ведь... -Вы ни в чём не виноваты! – горячо перебила его Настя. -Нет, Настенька... – с грустью произнёс он. – Я виноват, очень сильно. Если бы только я был рядом и хотя бы попытался быть хорошим отцом для неё, может всё сложилось бы иначе, а так... Настя не успела ничего ответить – хлопнула дверь, затем послышались шаги. И в следующую секунду Алакара возникла на пороге кухни. -Всем привет, – улыбнулась она, переводя взгляд с отца на подругу. К Олегу снова вернулось былое веселье, и он стал суетиться у плиты. -Будешь кушать? – поинтересовался он у дочери. Алакара кивнула и пошла наверх, в свою комнату. Настя поднялась вслед за ней, желая поскроее узнать, куда с утра ездила подруга. И поскольку Стрин молчала, пришлось спросить первой: -Где ты была? – спросила Настя. Алакара расчёсывалась перед зеркалом, придирчиво рассматривая своё отражение. Настя же застыла в дверях и, сложив руки на груди, ожидала ответа. -Ай, нужно было съездить по одному важному делу, – махнула рукой Стрин, не вдаваясь в подробности, но Настю такой ответ не устраивал. -Что за важное дело такое? – не отставала она, желая добиться правды. В конце концов, у них было общее дело, ради которого они рисковали своими жизнями каждый день. -Это так важно? -Да, – кивнула Настя. В ней начинало просыпаться раздражение – ну сколько можно издеваться? -Настя, – Алакара повернулась, буквально просверливая подругу взглядом, – это была одна важная встреча. Теперь ты довольна? И не смей упрекать меня, что оставила тебя одну, пока папа дома. С тобой точно ничего бы не случилось. Гусакова открыла рот и тут же его закрыла. -Я ни о чём таком не думала даже… – пробормотала она. -Вот и хорошо, – кивнула Алакара, откладывая расчёску. – Ты идёшь завтракать? -Разумеется. Я ведь ещё ничего не ела. А откуда родом твоя семья? – решила спросить Настя. -Мой прадедушка родился и вырос в Америке, – ответила Алакара. Если ей и показался странным вопрос подруги, она не стала заострять на этом внимание, – а потом поехал в Россию и встретился там с прабабушкой. Через несколько лет у них родился сын, мой дедушка. Знаешь, я действительно могу быть благодарна родственникам. Мы с отцом жили на две страны, и я с детства знаю английский в совершенстве, как и русский. Выбравшись из машины Алакары и проводив её взглядом, Настя разочарованно вздохнула – у подъезда её ждал Егор с букетом красных роз. На мгновение у девушки появилось желание бежать куда глаза глядят, подальше от этого места, но потом она подумала – с какой это стати? С какой стати она будет прятаться, было бы от кого... Ведь не её вина, что Кузнецов такой дурак, так с чего это она должна страдать и ждать, когда он уйдёт? Решив не замечать его, она достала ключи из сумки и спокойно прошла мимо него, как будто его тут и не было. И её план, возможно, осуществился бы, если бы Кузнецов не заговорил с ней сам, причём намеренно говорил то, что точно выведет её из себя. -Что, спала с некромантом, да? – поинтересовался он, подходя ближе. Настя вздрогнула и подняла на него взгляд. В его глазах не было ни злости, ни ненависти, лишь глухая тоска, перемешанная с болью. – Понравилось? -У нас с ним ничего не было, – зачем-то начала оправдываться девушка, злясь на него за то, что он говорит какую-то ерунду, и на себя – за то, что растерялась и позволила ему выбить себя из колеи. Как же трудно было удержаться и не наговорить гадостей в ответ. А он этого заслуживал. – Я была у Алакары. -Делать тебе нечего, – бросил Егор. -В смысле? – ничего не поняла Настя. -Ну, вы с некромантом могли потратить его на более интересное занятие… – никак не хотел униматься Кузнецов, и Настя почувствовала, как сильно ненавидит его в этот момент. Такого чувства у неё не было даже когда она узнала о его предательстве. И сейчас, глядя на него, она его не узнавала. Неужели это тот человек, с которым она встречалась и в которого была влюблена? Лишь одна эта насмешка могла перечеркнуть все её чувства, она это понимала сейчас как никогда. -Не говори мне, на что тратить моё время, я сама разберусь! – повысила голос девушка, не желая тратить больше ни секунды на пустую болтовню с ним. – Как у тебя вообще язык поворачивается болтать обо мне всякие гадости?! -С каких это пор правда считается гадостями? – легко подхватил спор Кузнецов. -Не забывайся! – Настя чуть не сорвалась на крик. – Это ты мне изменил, а не я тебе! Ты не имеешь права обвинять меня, когда сам... – в этот момент её голос дрогнул. -Ни в чём я тебя не обвиняю, а просто даю совет... -Уподобиться тебе и спать с другим? – с издёвкой уточнила Настя. – Нет, я – не ты, я до такого не опущусь. -Да при чём тут опущусь или не опущусь... – пытался что-то объяснить Егор, подбирая слова, но Настя только усмехалась в ответ. Вот с такой Настей, холодной и равнодушной, ему было неуютно находиться рядом, с ней становилось совершенно невозможно нормально разговаривать. -Давай не будем больше тратить время на пустые разговоры? – предложила девушка, крутя ключи от дома на пальце. – Мне от тебя противно. -А раньше ты так не говорила... – покачал головой Егор. – И когда целовал, совсем по-другому реагировала, – он подошёл ближе, собираясь поцеловать её, думая, что после всего сказанного она легко позволит ему сделать это, но звонкая пощёчина отрезвила его. Он пошатнулся, схватившись за щёку и пытаясь сообразить, что только что произошло. -Какого чёрта?.. – только и смог произнести он. -Это тебе за твои грязные сплетни, – стальным голосом пояснила Настя, и голос её ни на секунду не дрогнул. Она подумала о том, что ей ничуть его не жаль – и пощёчину, и холодный тон он заслужил. -Да какие грязные сплетни?? – возмутился Егор, но девушка жестом остановила его. -Просто молчи. Мне противно не то что слушать этот бред, но даже смотреть на тебя! Так что будь добр – иди к чёрту и не возвращайся! И веник свой можешь оставить себе, ну или подарить Маринке, – напоследок надавив на больное, в том числе и себе, Настя приложила ключ к домофону. Дома всё было так же, но Насте, всего ночь не ночевавшей под родной крышей, казалось, что она не была здесь несколько недель. Девушка прошла в свою комнату и повесила куртку на спинку стула. "Что, спала с некромантом, да?" – противно зазвенело в ушах. Она закрыла их ладонями, тряся головой, будто этим можно было вытряхнуть воспоминания из головы. -Привет… – Рита осторожно переступила порог комнаты, с беспокойством глядя на Настю, которая слишком увлеклась воспоминаниями. – Ты давно приехала? -Привет. Только что, – ответила Настя, отходя от окна. Только сейчас она вспомнила одну вещь. – Я обещала тебе вчера, что вернусь от Алакары, и мы проведём вечер вместе, но я тогда не знала, что мне придётся остаться у неё... Прости, что обманула тебя. -Не извиняйся, всё хорошо, – успокоила её Рита. – Я понимаю, что у тебя могут быть свои дела. Да и я вчера рано уснула. Рита была на редкость жизнерадостной девушкой. Она старалась видеть во всём хорошее, даже в случившейся с ней трагедии. -Но в следующий раз, если я пообещаю тебе что-то, то так и будет, – поспешила утешить её Настя, желая как-то загладить свою вину. -Лучше не обещай заранее ничего, – улыбнулась Рита. – Потому что твои дела намного важнее моих. После ухода девушки Настя задумалась. Рита понимала её с полуслова, и за то время, что она жила у них, ни у кого ни разу не возникло с ней проблем. У девушки был хороший аппетит, и Ане не приходилось часами ломать голову над тем, что приготовить на обед или ужин. Зато Сонька была временами невыносимо капризной в плане еды, чем доводила мать до истерик. Вечерами, когда становилось совсем скучно, Рита спускалась вниз и спрашивала у Ани, чем ей можно помочь. Бедная девочка постоянно мыла полы, посуду, гладила бельё, заявляя Ане, что ей тяжело справляться со всем одной. Дел было много, но Рита не унывала. Казалось, что ей это только в радость. Хотя, как подумала Настя, будь у неё столько же свободного времени, она тоже, возможно, ударилась бы в уборку, но, к своему счастью, дел у неё было больше, чем достаточно. Неожиданно её захлестнула тоска. В голове проносились картинки тех вечеров, когда они вместе с отцом погружались в потрясающий, волшебный мир музыки. Телефонный звонок прервал её воспоминания. -Я сейчас зайду к тебе, никуда не уходи, – прокричала в трубку Кира и отключилась. Настя с недоумением посмотрела на телефон в своей руке. -Прости, что так неожиданно, – через десять минут извинялась Говорова, переступая порог квартиры подруги. – Мы так давно не общались, никуда не ходили вместе. И правда, с момента встречи с Егором, когда он так нагло вписался в их компанию, они толком и не общались, разве что мельком виделись в школе. Настя уже давно забыла о том, что тогда безумно злилась на Киру, просто слишком много всего свалилось на неё в последнее время. -Да, давно мы не общались нормально, – согласилась Настя. -Вот я и зашла в гости, – рассмеялась Кира, протягивая Насте небольшую коробочку шоколадных конфет. – Держи, это тебе. -Спасибо. Пойдём пить чай, – предложила Настя, но подруга отказалась. -Нет, нет, я же только из дома, – пояснила она, но Настя так и не поняла, к чему это было сказано. – Просто решила зайти к тебе, давно нормально не виделись, всё происходит в какой-то сумасшедшей спешке. Что тут – подняться на один этаж на лифте, совсем несложно, – посмеивалась Кира. Дом у них был не такой, как остальные, "стандартные" дома. Многие квартиры были в два этажа, и считалось, что одна такая квартира занимала один этаж, хотя по сути это был полнейший абсурд. Кира жила этажом ниже, если такое выражение было уместно при данных обстоятельствах. Когда-то давно, ещё до Настиного рождения, когда только родилась Сонька, Саша, довольно прилично зарабатывая, купил эту квартиру, и ещё, ко всему прочему, помог с покупкой отцу Киры, с которым они были друзьями. Несмотря на то, что они с Кирой были соседями, даже это не помогло им проводить много времени вместе. С их последней прогулки Настя успела сильно сблизиться с Алакарой и стать частью её мира. Вся её жизнь вращалась вокруг этого, и вписать в происходящее безумие обычных друзей было довольно непросто. -Ты прямо в тапочках пришла, что ли? – посмеиваясь, спросила Настя. Кира опустила взгляд и хлопнула себя по лбу. -Вот же чёрт! Как это я так, совсем забыла переобуться! Посмеиваясь, они прошли в Настину комнату. Гусакова не переставала удивляться тишине, которая стояла в квартире. Она была прямо-таки гробовая. -Где твоя сестра? – как бы между прочим поинтересовалась Кира. Она не уточнила, какая именно, однако Настя сразу поняла, о ком идёт речь. -Сонька? Не знаю, я не виделась с ней сегодня и надеюсь, что не увижусь. Она уже в печенках у меня сидит. Вечно пытается умничать. -Так и продолжаете ругаться? – спросила Кира, припоминая те времена, когда она чуть ли не каждый день заходила в гости, и Настя с Сонькой, когда заканчивались слова, устраивали истерики, а иногда и драки. Разнимали их порой всей семьёй, и тут Настя со злорадством отмечала, что её положение было более выгодным – обычно попадало Соньке, "потому что она старше". -Ну, стало намного спокойнее, но отношения у нас всё ещё сложные. -Неудивительно, – кивнула Кира, – твоя сестра очень сложный человек. -Даже думать о ней сейчас не хочу, – тряхнула головой Настя. -Грубо, сестрёночка, грубо, – раздался голос за спиной. Сонька стояла в дверях, прислонившись к косяку. Интересно, как много она слышала из всего? – Привет, Кира, – поздоровалась она с Говоровой. Они были неплохо знакомы, к тому же, все учились в одной школе и так или иначе знали друг друга. -Привет, – улыбнулась Кира. – А я спрашивала о тебе. -Неужели? – удивилась Сонька, краем глаза посматривая на сестру. Нервы Насти были сильно напряжены из-за Егора, который испортил ей настроение своим бредом, но она для себя решила, что сестре не удастся её разозлить. По крайней мере, не сегодня. Хватит трагедий для одного дня. -Да, – подтвердила Кира. Кажется, она была рада видеть Соньку. -Я удивлена, – подняла бровь Настина сестра. – Подруги моей сестры любят меня больше? -Слушай, что тебе надо? – Настя повернулась к Соньке, сверля её взглядом. – Неужели тебе совсем делать нечего? -Почему же? – Сонька пожала плечами. – Просто я давно не видела Киру, вот и зашла пообщаться. Я же никогда не высовываюсь, когда к тебе всякие Максы приходят... – продолжала ворчать Настина сестра. -Лучше исчезни сейчас, – посоветовала ей Настя. – Будет лучше. Сонька театрально вздохнула и, бросив напоследок что-то вроде: "Я ещё вернусь", исчезла из комнаты. Настя проводила её хмурым взглядом, сжав зубы. Она всегда чувствовала напряжение, когда сестра появлялась поблизости. Может, она и не преследовала никаких плохих целей, но её поведение оставляло желать лучшего, а вечный издевательский тон свидетельствовал о том, что она просто насмехается над всеми. Сонька не была плохим человеком, но и хорошим назвать её язык с трудом поворачивался.