Мемориал

-Откуда ты знаешь Элеону? – спросила Настя, когда они с Алакарой собирали случайно рассыпанные по полу листы. Они упали, когда Стрин неаккуратно взяла со стола какую-то папку. -Работали над одним делом, – ответила Алакара, не вдаваясь в подробности. Настя поняла, что она не хочет сейчас об этом говорить, и потому решила пока что больше не задавать вопросов. Как говорила сама Стрин ранее, Элеона одна из тех людей, которые попадут в близкое окружение Алакары, остальным же она не разрешит вести вместе с ней сражения против Принцессы, потому что это слишком опасно. -Кстати, Сонька всё пытается предостеречь меня, – зачем-то произнесла вслух Настя, вспомнив один из разговоров с сестрой. Ей не хотелось, чтобы Сонька продолжала лезть в их дела, особенно если учесть то, что она в них ничего не смыслит. -Она слишком много на себя берёт, – хмыкнула Алакара, складывая листы в аккуратную стопку. – Готова поспорить, что она просто завидует, но если бы мы с ней хоть на день поменялись ролями, она пожалела бы о своём желании оказаться на моём месте. Настя про себя отметила, что она абсолютно права. Никому не пожелаешь таких бед, что выпали на долю Алакары. И никто не заслуживал того, чтобы убедиться в этом на собственном опыте, даже Сонька. -Да, думаю это зависть. Она ведь знает, кто твой отец и как вы живёте. -Но также она может и знать, кто моя сестра. О ней много пишут в интернете. -Она и знает, только тебе не доверяет тоже, – усмехнулась Настя. Сонькин бред её мало интересовал. Она знала, что всё равно поступит иначе – так, как считает нужным. В советчиках в лице Соньки она точно не нуждалась и знала, что не будет нуждаться. -Хочешь узнать, что я думаю насчёт этого? -Ну? – осторожно поинтересовалась Настя. Она давно поняла, что Сонька с Алакарой недолюбливают друг друга, но чётко знала, чью сторону займёт в случае чего. -Мне всё равно, доверяет мне Сонька или нет. До тех пор, пока ты не слушаешь её глупые выдумки. А я знаю, что ты способна думать своей головой, а значит, мне незачем беспокоиться. -Ну я же не совсем сумасшедшая, чтобы делать то, что мне говорит Сонька. -Верно, – кивнула Алакара. – Ты намного разумнее, чем твоя сестра. Иногда мне кажется, что ей просто нравится поднимать панику, чтобы посмотреть, что из этого выйдет. Никогда так не делай, ни при каких обстоятельствах, это слишком глупо.

***

Через десять минут Олег позвал их к столу, и Алакара, блестя глазами (наверное, была слишком голодной) потащила Настю вниз. Гусакова не сопротивлялась, потому что сама хотела есть. Её желудок несколько раз подтверждал это, когда они спускались вниз по лестнице. Она с порога заметила бутылку Jack Daniel's на столе. У Олега отличный вкус, подумала про себя девушка и, ничего не сказав, опустилась на предоставленный стул. Алакара затянула «песню»: -Давай ты больше не будешь ходить к Алисе? – уговаривала она подругу. – Делать тебе там нечего, только гадости разные выслушивать – небольшое удовольствие! -Что тебе не нравится? – удивилась Настя. Вроде ещё недавно Алакара не была против этих посещений. – Да и кто тебе сказал, что я пойду к Лисе снова? Стрин довольно быстро трезвела. Ещё недавно выпитое давало о себе знать, сейчас же она выглядела на удивление трезвой, как будто не пила и вовсе. -А ты не пойдёшь? – с надеждой спросила Алакара. Настя задумалась – почему же для неё это так важно? -Не знаю, – пожала плечами Гусакова. – Какая вообще разница? -Большая, – Алакара даже отложила вилку. Было видно, что она немного сердита, Настя же находилась в неком недоумении – ведь она ничего такого не сделала. – Ты что, не понимаешь, что она может использовать тебя, чтобы выбраться? – в голосе Стрин промелькнуло негодование – мол, почему я должна объяснять такие очевидные вещи? -Я что, совсем не дурочку похожа? – возмутилась Настя, делая небольшой глоток – всё-таки, до этого виски пробовать ей не приходилось. – Хватит нести чушь, давай лучше выпей вместе со мной. -Не думаю, что ты этому обрадуешься, – ответила Стрин, посмеиваясь. – Когда я выпью, становлюсь иногда ещё хуже. Пришёл Олег, вынужденный на время покинуть их из-за звонка на его мобильный телефон. Он сел напротив Насти и принялся за еду. -Ну что, – поинтересовался он как бы между прочим, – сильно тебе влетело за этот инцидент с раной? Настя вздохнула, вспомнив, как ругалась на неё Аня, отчаянно пытаясь добиться от дочери всей правды, но потерпела поражение. И у Саши ничего не получилось, как он ни старался – его же мягкость сыграла с ним злую шутку, Настя оказалась крепким орешком и колоться совсем не хотела. -Хотелось бы этого избежать, – кивнула Настя, – но не получилось. Так, поприставали с расспросами, ничего не добились и вскоре отстали. Других вариантов всё равно у них не было. Так что не беспокойтесь, я сохранила вашу тайну, – успокоила его девушка. -Ничего страшного, если бы ты рассказала. Просто, скорее всего, тебе никто не поверил бы. Настя кивнула, вспоминая, как сама в начале не верила Алакаре. Но она убедилась во всём сама, а вот мать убедить будет непросто. Она точно не станет верить в "этот бред" и назовёт дочь фантазёркой. Честно говоря, даже пытаться убедить её у Насти не было никакого желания, про отца и говорить было нечего. Он хоть иногда и понимал её больше, чем понимала мать, всё же ему ничего не стоило потратить все деньги на хорошего психолога, который смог бы вправить дочери мозги. Только вправлять там было нечего и незачем, потому что эти вещи были реальны. Настя не была больна и не нуждалась в лечении, как могли бы подумать родители. -Я знаю, как это нелегко, – продолжал Олег, – но ты сильная, справишься. Я это знаю. У тебя склонность к выживанию, как и у Алакары, в этом вы с ней так похожи... – он бросил на дочь взгляд, полный любви. Настя искренне порадовалась за подругу – она родилась не в самой удачной семье, но с отцом ей повезло на все сто процентов. -Если у тебя возникнут какие-то сложности с семьёй, ты всегда можешь обратиться ко мне, – любезно предложил свою помощь Олег. -Ну что вы, мистер Стрин, вы и так слишком много... – начала было Настя, пытаясь напомнить, сколько он сделал для неё. -Это такая ерунда... И никаких "мистер Стрин", называй меня просто Олег, – разрешил он, но Насте было неловко так к нему обращаться. Видимо, заметив смущение на лице девушки, он сказал, посмеиваясь: -Настя, я не так стар – это во-первых. Во-вторых, мы с тобой не коллеги по работе, и тебе правда не нужно напрягаться. Почему это происходит? -Ну, вы не совсем обычный человек… – пояснила Гусакова. – Вы знаменитость, и сидеть с вами за одним столом и просто так говорить – уже странно. -Странно? – немного удивился Олег. Растерянность Насти его забавляла, только в нём не было издевательства, он подшучивал над ней по-доброму. – Хочешь, в следующий раз я поставлю себе отдельный стол? Настя не успела ничего ответить, да и не знала, как стоит реагировать на эту шутку. А вот Алакара чуть не подавилась картошкой с мясом. -К чему такие шутки, пап? – упрекнула она отца и повернулась к Насте. – Не обращай внимания, про стол он всего лишь пошутил, – успокоила она подругу. Настя пожала плечами, по-прежнему не зная, что сказать. Легко Алакаре, она с детства привыкла к тому, что её отец – известный человек. Да и внимательный взгляд Олега наблюдал за ней, и из-за этого девушка чувствовала себя не совсем спокойно – ей казалось, что она на сцене, и десятки любопытных глаз прикованы к ней. -Прости, если обидел тебя, – мягко прошелестел голос Олега. Всё-таки, он был настоящим человеком, совсем не таким, как его уже бывшая жена и злобная дочь, которые жили одним лишь злом. Как у них вообще могло быть что-то общее? – Я хочу, чтобы здесь ты чувствовала себя как дома. Тебе здесь всегда будут рады. Видя, как ему всё это важно, Настя поспешила утешить его. -Вы ничуть не обидели меня, – искренне произнесла она. – Не думаю, что в ваших словах было что-то, что могло меня обидеть. -Для неё ты – всё равно, что звёзды из телевизора, – вздохнув, пояснила Алакара. Настя, воспользовавшись моментом, сделала очередной глоток, поймав себя на мысли, что хочет ещё. От виски слегка путалось в голове, но ей было всё равно, что будет дальше. Олег что-то говорил, но она не слышала. В голове крутились обрывки сна – Макс, толкающий её на пол и бросающийся на неё с ножом, не слушая, как она умоляет его остановиться со слезами на глазах и тщетно пытается отпихнуть его от себя. Холодное лезвие касается её горла, и она вздрагивает от неожиданности, видя, как улыбается некромант. "Ненавижу тебя, дрянь, ты всю жизнь мне испортила! Ты превратила меня в безвольное ничтожество, зависимое от тебя, как от наркотика!" – со злобой выплёвывает он ей в лицо, и девушка закрывает глаза... -Настя! Настя, очнись, о чём ты думаешь? – до неё доносится голос Алакары, и девушка трясёт головой, прогоняя такую чёткую картинку. Пусть Макс чуть ли не поклялся, что не причинит ей зла, забыть этот ужасный сон было не так-то просто. У неё до сих пор пробегали мурашки по спине, когда она вспоминала какие-то детали этого жуткого сна. -А, что? – спросила девушка, возвращаясь в реальность. На неё смотрела Алакара, в глазах которой читалось беспокойство. Видимо, Настя выпала из реальности надолго. -О чём ты думала? – поинтересовалась Стрин. – У тебя такой взгляд странный был... Ещё бы он не был странный, с грустью подумала Гусакова. Странно, что не испуганный. А может, Алакара именно это и хотела сказать? -Не обращай внимания, – махнула рукой Настя. – Всё хорошо, просто кое о чём задумалась. Алакара ничего не ответила, только бросила на подругу взгляд "мы ещё к этому вернёмся". Честно говоря, у Насти не было никакого желания снова говорить об этом, даже с самим Максимилианом. Он считал, что если дать клятву, то она поверит, и страх исчезнет, но в действительности всё было совсем наоборот. В действительности его слова не имели никакого веса, потому что Настя не верила в них. Он мог доказать их поступками, без них слова были ничем. Но для того, чтобы увидеть, что его поступки изменились, должно было пройти время, а Настя боялась прямо сейчас, в данный момент. -Хочешь ещё картошки? – предложила Алакара, и Настя отказалась, потому что уже наелась. Олег обещал вкусный пирог с малиной к чаю, который он сам испёк, и она собиралась оставить место для пирога. Алакара же, пожав плечами, положила себе добавки. Молчание подзатянулось. Каждый думал о своём. Настя, чтобы не возвращаться к мыслям о некроманте или Егоре, считала секунды. -Может, поедем в клуб? – предложила Алакара, неожиданно нарушая молчание. Настя бросила взгляд на часы – они показывали ровно восемь. Ехать никуда не хотелось, после хорошего ужина больше всего тянуло растянуться на диване и уснуть под какой-нибудь знакомый фильм. Однако до дома ещё нужно было как-то добраться. -Ты выпила. Что, теперь сядешь за руль? – напомнила она подруге. Алакара вздохнула, покачав головой – видимо, вспомнила о не вовремя выпитом. -Ты права, – кивнула она, – в таком состоянии я не сяду за руль точно. Придётся коротать вечер дома, а могли бы съездить повеселиться. -Успеешь ещё, – успокоила её Настя. – Можем сыграть в какую-нибудь интересную игру… -Это в какую? – усмехнулась Алакара. – Кто быстрей доползёт до кровати в таком состоянии? -А какое у нас состояние? – заспорила с ней Настя. – Я выпила совсем немного, а ты уже почти протрезвела. Так что делать будем? -А ты со мной в карты не сыграешь? – с надеждой спросила Алакара. Настя покачала головой – уж во что, а в карты с этим человеком ей играть не хотелось. Алакара снова налегла на водку, смирившись с тем, что в клуб сегодня они никак не попадут. Можно было, конечно, оставить машину у дома и поехать на метро, но перспектива падать на незнакомых людей в электричке совсем не радовала Стрин. И пожалуй, это была не самая лучшая идея: отплясывать на танцполе после такого количества алкоголя, даже если они найдут способ добраться до места, не садясь за руль. -Представь, Настя, – вздохнула она, – как завтра моя фотография с громким заголовком украсит первую страницу какой-нибудь известной газеты. Думаешь, об этом я мечтаю? -Ты расскажи ей, как ты напилась и полезла купаться в фонтане, – вклинился в их диалог Олег, заставив щёки Алакары слегка покрыться румянцем. Она не любила вспоминать эту историю, в отличие от него. Хотя, любой другой отец уже давно убил бы за такую выходку, особенно если учесть, что эта новость через несколько часов была уже во всех газетах. -Ну пааааап.... – протянула Алакара. – Мы же с тобой договорились не вспоминать об этом, помнишь? -Солнышко моё, – ласково произнёс Олег, – мы с тобой можем обо всём забыть, но не СМИ. Когда делаешь что-то, задумайся – хочешь ли ты, чтобы это стало достоянием общественности. Настя вздохнула, подумав, что дома такая политика явно не прокатила бы. Выкинь она подобную штуку, пришлось бы столько криков матери выслушать, прежде чем она наконец успокоилась бы – на десять лет вперёд хватило бы. А Олег относился так просто ко всему, этим невозможно было не восхищаться. Настя никак не могла понять – как у него так получается? -Пойдём, я кое-что покажу тебе, – сказала Алакара, поднимаясь со своего места. Насте же было хорошо, и она не хотела никуда идти, но ей всё же пришлось встать и пойти за подругой. Алакару немного пошатывало на лестнице, и она чудом удержалась на ногах. -Не нужно было так много пить... – пробормотала она, открывая дверь в свою комнату. Настя зашла следом за ней, решив промолчать насчёт выпитого. Стрин порылась в ящике и достала какую-то фотографию. Бросив осторожный взгляд на подругу, протянула ей. Настя с замиранием сердца взяла небольшой прямоугольник и подняла удивлённый взгляд на Алакару. На фото были она и Макс, разговаривающие о чём-то, и, судя по всему, оно было сделано случайно. -Ради этого ты вытащила меня из-за стола? – с возмущением воскликнула Настя, поймав на себе довольный взгляд своей подруги. – Кто вообще сделал это фото и как она попала к тебе? -Я его и сделала, – спокойно объяснила Алакара. – Подумала, что тебе понравится. Возьми себе на память. -На какую такую память? – не успокаивалась Настя. Тот факт, что Алакара специально выбирала момент, чтобы сфотографировать их вместе, немного напрягал её. -Просто возьми, – вздохнула Алакара. – Вставишь в рамочку, поставишь на тумбочку у кровати, будешь любоваться... -Ты что, издеваешься?! -Вовсе нет. -Прекрасно же знаешь, какие у нас с ним непростые отношения, особенно сейчас. -А что сейчас? – прищурившись, поинтересовалась Алакара. – Я думала, что сложнее, чем в Долине Смерти, уже не будет. -Ты лучше меня знаешь, что он за человек, поэтому все эти разговоры бессмысленны. -Что, снова не можешь забыть тот сон, никак не успокоишься? Сколько можно уже думать об одном и том же? Тебе ещё не надоело? Настя вздохнула. Алакара не могла её понять, потому что не испытывала того же. Когда тебе снится, как к твоему горлу подставляют нож – не очень-то верится, что это сон. -Попробуй сама не думать, – огрызнулась Настя, рассматривая фотографию. Макс казался каким-то слишком жизнерадостным на ней, и девушка подумала – а не из-за неё ли это, но быстро выбросила эту мысль из своей головы. Решать ещё и этот вопрос ей сейчас не хотелось. -Я и не думаю, заметь, – спокойно ответила Алакара. – Кстати, и тебе не советую. Настя вздохнула. Ответить было нечего, поэтому она решила промолчать, разглядывая этот странный снимок и пытаясь припомнить, о чём тогда был разговор, но память спрятала эти воспоминания где-то в глубине, подальше от неё. -Нравится? – тихо спросила Алакара. – Между прочим, я старалась для тебя, а ты только ругаешься. Настя снова вздохнула, на этот раз громче предыдущего. -Я и не ругаюсь, – ответила она, – просто всё слишком сложно... – девушка запнулась, не зная, как объяснить свои отношения с Максом – слишком они были запутанными. Она подумала, что может была слишком доверчивой, когда после Долины Смерти, вернувшись домой, просто поверила Максу и позволила ему жить своей жизнью. -Хватит уже перемалывать одно и то же, придумай себе другое развлечение. В то время как Принцесса думает, как бы подобраться к нам поближе и перебить всех как клопов, ты поднимаешь панику из-за каких-то ночных кошмаров, – закатила глаза Стрин. Настя подумала, что она, возможно, права, но со своим страхом по поводу некроманта сделать ничего не могла. Обрывки этого сна, отрезвляющие, как пуля в голову, преследовали её. После чая Алакара откинулась на спинку стула, пожирая глазами Настю, которая вела какой-то необременительный диалог с Олегом. Слушая краем уха их разговор и думая о своём, Алакара чувствовала слабость во всём теле. Усталость подобралась к ней неожиданно, прячась за спиной и выскочив в самый неподходящий момент. Негромкие голоса отца и Насти начинали склонять её ко сну. Ей было даже лень напрягаться и вникать в их беседу, да и необходимости в этом не было, они прекрасно справлялись сами. Либо Настя привыкла, что рядом с ней известный человек, либо подействовал выпитый алкоголь, но она общалась с Олегом так, будто они были давно знакомы. -Может, ещё чаю? – предложил Олег. Алакара, успевшая каким-то образом задремать, проснулась, услышав голос отца. -Нет, спасибо, Олег Владимирович, – отказалась Настя, с трудом выползая из-за стола – ноги плохо слушались хозяйку. – Всё было очень вкусно, но правда хватит. Мне ещё нужно как-то добраться до дома, – при этой мысли Настю передёрнуло – она очень ярко представила, что ей скажет мать, когда она явится домой пьяная. Она уже почти смирилась с тем, что дома разразится настоящая гроза, когда Олег, видимо, догадавшийся, что ей не слабо попадёт, причём получается, что по его вине, вдруг решил взять всё в свои руки. -Что за глупости? – немного удивился он. – Оставайся у нас, в школу завтра всё равно не надо. Я бы с радостью отвёз тебя сам, но прости, я тоже выпил, поэтому... -Не извиняйтесь, – махнула рукой Настя, второй держась за стенку, чтобы не упасть, – вы мне ничего не должны, так что всё в порядке. Сейчас я сяду на метро и быстренько доеду до дома. -Да конечно, – подала голос Алакара, видимо, устав наблюдать за попытками Насти стоять, не шатаясь, – в таком состоянии ты доедешь разве что до ближайшей станции, не дальше. Ты себя со стороны вообще видела? Настя тряхнула головой, прижимаясь к стенке. Она была уверена, что Алакара пьяна ещё больше, но стоило ли ей говорить об этом? -А что, это на моём лице как-то отразилось? – поинтересовалась Настя, не скрывая своего раздражения по отношению к Алакаре. -Нет, зато на твоей походке очень даже отразилось, – подметила Стрин. – Выпьешь ещё немного – и можешь убедиться, какой у нас тёплый пол. -Очень смешно! – язвительно бросила Настя. Её иногда раздражали шутки Алакары, и это был как раз такой случай. – Ты сама только и успевала опустошать рюмки! – напомнила ей Гусакова. -Я это и не отрицаю, – спокойно подтвердила Стрин. – Между прочим, это не у меня дома полиция нравов. -Я не виновата, что тебе дома наливают, причём открыто! – усмехнулась Настя. Алакара шумно вздохнула и хотела произнести очередную фразу, за которой наверняка последовало бы продолжение, но в это время Олег вмешался в их перебранку. -Как же вы похожи... – протянул он. Алакара стрельнула в него взглядом, будто собиралась оспорить эти слова, но ничего не сказала. – В общем, Настя, я не принимаю никаких возражений, ты останешься у нас. Если хочешь, я сам поговорю с твоими родными. -Я позвоню сама, – покачала головой Настя, думая, как сделать голос более менее трезвым. Мать никогда не была в восторге от дружбы с Алакарой, а если бы узнала, что Олег позволил её дочери выпить, то непременно приехала бы сюда, чтобы устроить разборку. Алакара зевнула, сонно хлопая глазами. Настя выудила из кармана телефон и опустилась на соседний стул, поймав себя на мысли, что с радостью выпила бы для храбрости перед разговором с матерью, но... Она уже была пьяна. -Ты что, уже хочешь спать? – удивилась Гусакова, поймав сонный взгляд подруги. -Я с шести часов на ногах, как думаешь? Настя вздохнула и, поднявшись, вышла в прихожую, чтобы позвонить домой, пытаясь при этом выглядеть трезвой. Изложив свою просьбу, она с замиранием сердца стала ждать ответа. Аня была удивлена и может именно поэтому слишком легко согласилась. Естественно, Настя не собиралась говорить, что она пьяна, ровно как и Олег с Алакарой, поэтому домой ей никак не попасть, она просто попросила разрешения остаться у Алакары на ночь. И удивилась, быстро получив согласие. Вернувшись обратно на кухню, Настя застала Алакару и Олега играющими в карты, причём Стрин клялась, что играет честно. Олег же только посмеивался – видать, такие игры всегда начинались с обещаний, вскоре Алакарой позабытых. -Ну что тебе сказали? – поинтересовалась она, отрываясь от игры. -Ничего, – Настя пожала плечами, разглядывая карты в руках подруги. Сидит с одними козырями, наверняка и тут без магии не обошлось. – У меня получилось сделать голос трезвым. Она согласилась сразу, даже уговаривать не пришлось. -Ну да, – усмехнулась Стрин, – наверное, она почувствовала, сколько в тебе алкоголя, и решила, что домой тебя точно не пустит. -Алакара, кончай издеваться! Лучше следи за игрой, а то проиграешь. -У меня всё под контролем, вот увидишь, – зевнула Стрин. Настя не стала спорить – она отлично знала, каким образом этот контроль осуществляется, да и Олег знал тоже, но всё равно согласился играть. Может, им обоим было нечего делать, или же он тоже применял хитрость, чтобы выиграть. Когда играешь с Алакарой, все средства хороши. -Ты выиграл, не могу поверить! – воскликнула Алакара. Наверняка Олегу надоело проигрывать, и он пошёл тем же путём, что и дочь. Алакара с недоумением смешала карты, объявив, что играть ей больше не хочется, и Настя знала, почему. Привыкшая всё время выигрывать, она не могла так просто смириться с поражением. -Твой папка не так уж и стар, – напомнил дочери Олег, – и ещё помнит, как играть в карты. Алакара повела Настю наверх, в свою комнату. Ложиться спать было ещё совсем рано, и она достала откуда-то гитару. Глядя, как подруга перебирает струны, наигрывая какую-то мелодию, Настя вспомнила, как отец любил ездить в выходные на залив с палаткой и обычно брал её с собой. Там собирались его друзья, которые так же, как и он, имели семью, поэтому Насте не было скучно в обществе почти своих ровесников. Вечерами, когда все собирались у костра, Саша брал в руки гитару, которую привозил с собой, и долго пел разные песни, как русские, так и иностранные. Настя знала, что ещё во время учёбы в школе он мечтал играть в группе, но с этим так и не сложилось. И вот как раз этими тёплыми летними вечерами в Насте начинала зарождаться любовь к музыке, когда она видела, с какой любовью её отец прикасается к струнам гитары. Будто она была ещё одним его ребёнком... И однажды, увидев, как Настя с восхищением смотрит на него, вернувшись домой, Саша предложил дочери: -Хочешь, я научу тебя тоже? Это совсем нетрудно. Я видел, как ты смотрела вчера, когда я играл. Ты сможешь так же. И Настя согласилась. Саша учил её сам, терпеливо, никогда не раздражаясь, если у неё не получалось с первого раза. Аня не понимала, зачем вечерами они уходят в его кабинет и, закрывшись там, мучают гитару. Но Настя и её отец видели в этом гораздо больше, для них музыка была частью жизни. Они погружались в это интересное занятие, не замечая времени, и всё вокруг казалось им не таким важным, а гитара – кладом, о котором знают только они. Только они и никто больше. -Дай мне, – попросила Настя, прогоняя из головы приятные воспоминания. Теперь отец занят каким-то своим бизнесом, гитару давно продал, чтобы она не мозолила глаза и не напоминала о несбывшейся детской мечте. Он стал другим, Настя чувствовала это. Он словно потерял часть себя. -Ты умеешь играть на гитаре? – удивилась Алакара. -Ну а что такого? – пожала плечами Настя. – Ты смотришь так, будто у меня три глаза. -Нет, конечно же, – рассмеялась Стрин. – Просто удивлена. Не думала, что это будет в списке твоих увлечений. Ты никогда не упоминала... -Это не увлечение, – с грустью поправила её Настя, – скорее, ностальгия по прошлым временам, когда ещё всё было иначе. Алакара не стала допытываться. Настя взяла гитару из её рук и коснулась пальцами струн. Послышался приятный звук. -По тебе не скажешь, что ты держишь её первый раз, – подметила Стрин. – Ты что, ходила специально куда-то на занятия? -Нет, – покачала головой Настя, – всё намного проще. Мой папа учил меня. Мы ездили с нашими друзьями на залив, и по вечерам он садился у костра с гитарой, а все, замерев, слушали. -Сейчас-то он играет? – допытывалась Алакара. Видимо, хотела знать, почему Настя сказала "по прошлым временам". -Сейчас? – Настя вздохнула, снова прокручивая у себя в голове счастливые моменты. Это было так недавно, но вместе с тем и давно, будто в другой жизни. А иногда ей казалось, что она просто посмотрела фильм. – Нет. Он бросил. Продал свою гитару. Мечта создать группу не осуществилась, и эта гитара была напоминанием о том, чего он не достиг, но чего так желал... -Спой мне что-нибудь, – попросила Алакара, падая на кровать. – Я никогда не слышала, как ты поёшь. Я могла бы спеть тебе тоже что-нибудь, но у меня язык заплетается после выпитого алкоголя. Настя задумалась, держа в руках гитару и перебирая в уме песни, которые она любила или просто слышала, но которые ей запомнились. Неожиданно в памяти всплыла та, которой её однажды учил Саша, и, как на зло, это тоже была песня Нирваны, и называлась она «All Apologies», что в переводе означало "Все извинения". -What else should I be, – тихо запела Настя, аккуратно перебирая струны пальчиками. Ей вспомнилось видео, на котором Курт Кобейн пел эту песню на каком-то концерте вроде бы в 1994 году. В последнем году своей жизни, – all apologies. What else could I say, everyone is gay. What else could I write? I don't have the right. What else should I be? All apologies. Настя вошла во вкус и сама не заметила, как настал момент, когда она забыла и про Алакару, и про всё на свете. В голове была картинка – в свете прожекторов она поёт известную ей песню, и весь зал слушает её голос... -Вау, это классно! – Алакара в восхищении подпрыгивает на кровати, как только подруга заканчивает песню, чем прогоняет картинку в воображении Насти. Остаётся только комната, и никаких прожекторов. -Не так уж и классно, – пожала плечами Настя, откладывая гитару в сторону. – Это вторая песня, которую мы выучили с папой на гитаре. Девушка тряхнула головой, прогоняя воспоминания, которые теперь причиняли ей боль. Она хотела вернуть те времена, когда они с отцом проводили вместе много времени, разучивая новые песни или просто разговаривая по душам. От этих разговоров становилось на удивление легко, а теперь он жил на две страны и свою семью видел примерно раз в полгода. Теперь всё изменилось. И все обещания были нарушены. Тогда на кой чёрт они вообще давались, если он смог так легко позабыть свои слова? "Я вас никогда не оставлю" – пообещал когда-то Александр своей семье. -Нет, я правда в восхищении! – не успокаивалась Алакара. – Чёрт, Настя, я не знаю, это настолько круто... Тебе никто не говорил об этом? -А кто мог мне это говорить? – пожала плечами Настя. Ей казалось, что подруга преувеличивает. – Я не даю концертов, как Кузнецов. -А зря. У тебя отличный голос, – продолжала восхищаться Алакара. Гусакова вздохнула – кажется, теперь подругу не заставишь замолчать, пока наконец поток слов восхищения не иссякнет. Кто знает, когда это случится... Сама же Настя не считала, что у неё талант, она любила делать это для себя, в будущем мечтая придумывать свои песни и играть их на гитаре, правда, её пока что не было. -Да ну, – отмахнулась Настя, – ты преувеличиваешь. -Клянусь чем угодно! – горячо сказала Алакара. Настя ничего не ответила, она упала на кровать, глядя в потолок. Все проблемы вдруг показались ей решаемыми. Тупик больше не был тупиком – каким-то образом в толстой, непробиваемой стене появилась дырка. Только в тот момент она не осознавала, что это всего лишь действие алкоголя, а завтра мир снова будет в тех же цветах, каким был до этого момента. Ночью Настя проснулась и, бросив взгляд на кровать Алакары, обнаружила, что она пуста. Одеяло свешивалось на пол, и Настя, поправив его, отправилась искать подругу, пытаясь ни на что не налететь в темноте. Стрин курила на балконе. Услышав шаги за спиной, она резко обернулась и встретилась взглядом с Настей, представляя, что сейчас скажет ей Гусакова. -Что не спишь? – растерянно пробормотала Алакара, пряча за спину руку с сигаретой. -Сигаретку не одолжишь? – усмехнулась Гусакова. Алакара понятия не имела, как на это стоит реагировать. -Ты вроде бы не куришь, – протянула она, чуть прищурившись. Настя щёлкнула выключателем, включая свет на балконе и освещая лицо Алакары. -Я не курю, да, – подтвердила Настя. – И считала, что ты тоже не куришь. Алакара вздохнула, глядя вдаль на ночное небо. Судя по всему, завтра, скорее всего, будет дождь. И хорошо – немного прибьёт пыль, будет легче дышать... -Ты собираешься спать? – услышала она за спиной голос Насти. А ведь она, засмотревшись на небо, даже забыла о Гусаковой. -А ты что, не можешь уснуть без меня? – пошутила Алакара. -Иди ты! – Настя закатила глаза и исчезла в комнате. Алакара затушила сигарету и тоже вернулась в свою кровать. У неё не было постоянной потребности в сигаретах, курила она только в исключительных случаях. Только вот Насте рассказывать об этом не собиралась.