Мемориал

-Она не отвечает… Чёрт! – Настя сбросила вызов и снова поднесла трубку к уху, готовясь в очередной раз услышать противные, раздражающие гудки. Теперь у неё не было сомнений, что что-то случилось, иначе Рита ответила бы на звонок. Да, она могла не слышать, могла потерять телефон, его могли у неё украсть, или она забыла его где-то, но что-то подсказывало Насте, что ни один из этих вариантов не является верным, что с сестрой случилось что-то плохое, и потому она не может ответить. И самое ужасное было то, что Настя даже не знала, где искать её. -Не уверена, но может мне стоит набрать папу? – тихо спросила Настя у Макса, который суетливо шёл рядом с ней и молчал, не мешая панике вырываться наружу. Он надеялся, что Рита ответит на звонок и скажет, что мыла руки в туалете или мерила одежду, а телефон лежал в кармане, и ей было неудобно его доставать… -Подожди немного, – собираясь с мыслями, сказал он, – мы обязательно её найдём. Но если нет, тебе не останется ничего, кроме как позвонить ему и Алакаре, но не сейчас. -Их даже нет дома! – в истерике Настя снова потянулась к зелёной кнопке и тут же сбросила исходящий вызов. Она нервничала слишком сильно, и её можно было понять, потому что Рита была её сестрой, хоть и не родной, но всё же… Она жила в её доме, ела вместе с ней за одним столом, они вместе смотрели фильмы по телевизору. Да, беспокойство Насти можно было понять, но Макс считал, что пока впадать в панику ещё рано. – И я даже не знаю, к кому из них могу обратиться за помощью! -Было бы неплохо, если бы они оба приехали и поддержали тебя, – осторожно заметил Макс. – Я был бы рад, если бы они взяли на себя всю эту суету, потому что ты сама с этим не справишься. Позвони Олегу. Не думаю, что он поставит свои дела выше тебя, – настаивал Макс, видя, как Настя себя изводит. Ей и правда нужно, чтобы кто-то взял на себя решение этой проблемы, тем более, её отец может подключить все имеющиеся у него связи, чтобы найти Риту, если с ней и правда что-то случилось. -Это кошмар… – на секунду прикрывая глаза, прошептала Настя. – Не может быть, я не верю… Прошло уже сорок минут, с ней точно что-то случилось… – она плакала достаточно громко, привлекая к себе внимание мимо проходящих, но никто из них не остановился, чтобы спросить, что случилось, и предложить девушке помощь. -Настя, послушай меня… – Макс тоже изо всех сил старался сохранять спокойствие. Кто-то из них должен был оставаться спокойным, кто-то должен быть сильным. Ей можно позволить себе слабость, она же девушка, иногда слишком эмоциональная, но она имеет на это право, как и все остальные. – Мы не сделаем ничего сами и вряд ли найдём её своими силами, ты это понимаешь, – сказал он, глядя ей в глаза. -И что ты предлагаешь? – спросила она тихо, но слёзы всё ещё текли по её щекам. -Позвони отцу, – так же тихо ответил Макс. – В данной ситуации это лучшее, что ты сможешь сделать. Садись на скамейку и позвони ему, а я пока поспрашиваю людей, которые сидели неподалёку от нас и ещё не ушли. Только никуда не исчезай, пожалуйста, прошу тебя, – умоляет он и уходит, а девушка набирает номер Олега. Отец отвечает сразу же, говоря, что они с матерью уже почти подъехали к дому. Он спрашивает, что случилось, и Настя плачет уже на втором слове. К счастью, он не ругается на неё за это, а спокойно просит объяснить, что всё-таки произошло. Настя, сбиваясь, рассказывает всё как есть, опуская только тему разговора с Максом. Родителям не нужно знать, о чём она говорит со своими друзьями, это уже её дело. -Аня сейчас поднимется в квартиру и посмотрит, нет ли Риты там, – говорит отец в трубку. – Маловероятно, но может ей захотелось домой, и она забыла предупредить вас? Подожди несколько минут, хорошо? – просит Олег. – Я перезвоню тебе. -Пожалуйста, не надо! – снова плачет Настя. Она слишком эмоционально реагирует на происходящее. – Когда мама позвонит тебе, ты просто сбросишь меня и ответишь ей. Пожалуйста, не оставляй меня даже на несколько минут, я этого не выдержу. -А где Макс? Он всё ещё с тобой? – интересуется Олег. Он знает Максимилиана и знает, что он друг его дочери. Они несколько раз виделись, когда он навещал Настю, и даже несколько раз у них выходило что-то вроде небольшого разговора. -Да, но он отошёл поспрашивать людей, не видел ли кто-нибудь из них Риту, – объясняет девушка. – Поэтому, считай, я одна. Не вешай трубку, я не выдержу… -Хорошо, – соглашается он, – я сброшу, когда Аня перезвонит мне, а потом наберу тебя снова. Только прошу тебя, не нервничай и не впадай в панику. Если с ней что-то случилось, это в любом случае не твоя вина. Мы обязательно найдём её. -Уже второй человек говорит мне это, – всхлипывает девушка, – но ещё ничего не изменилось, всё так же, как и прежде. Я не знаю, что мне делать, я схожу с ума. -Должно быть, ты действительно очень дорога ему, если он поддерживает тебя и помогает тебе, – замечает Олег, и Настя еле сдерживается, чтобы не сказать ему, что он даже и не представляет, как он прав. – Это Аня, я перезвоню тебе, – говорит он и вешает трубку, а Настя так и остаётся сидеть с телефоном, глядя в одну точку. Она не может больше плакать, но, несмотря на это, слёзы снова вырываются наружу. Девушка безумно боится, что с Ритой что-то случилось, она боится больше никогда её не увидеть, она боится чувствовать вину за это всю свою жизнь, ведь если бы сегодня она не решила провести с сестрой целый день, да ещё и отправиться сюда… «А кто тебе сказал, что в другом месте этого не случилось бы?» – спрашивает её голос в голове, и она вынуждена признать, что он прав. Чёрт возьми, это безумие, но это и правда могло произойти в любом месте, в любом магазине, в любом городе. Экран снова оживает. Настя видит фото отца и торопливо подносит телефон к уху. -Мне очень жаль, детка, но её нет дома, – говорит ей Олег. Внутри что-то сжимается. Её надежда на то, что всё будет хорошо, стремительно рушится. Она до последнего надеялась узнать, что Рита дома, и тогда оставалось бы просто отправиться домой и высказать сестре всё, и может, даже поругаться с ней, но Рита ни при чём. Настя понимает, что это правда – сестра никогда бы не ушла, ничего ей не сказав. – Настя, я сейчас приеду, будь там, – голос Олега звучит слишком взволнованно. – Если в течение получаса мы не найдём её, я подниму все связи, чтобы найти её, я это сделаю. -Хорошо. Я жду тебя, – снова плачет в трубку девушка. Только сейчас она понимает, что хочет, чтобы он приехал и решил эту проблему сам. – Только не задерживайся, хорошо? Я провела в ожидании так много времени и не вытерплю ещё столько же… -Я скоро буду у тебя, – говорит Олег и отключается. Настя кладёт телефон в карман и, увидев вдалеке Макса, поднимается со скамейки. Не выдержав, пока он дойдёт до неё, она сама идёт к нему навстречу, надеясь, что хотя бы у него есть хорошие новости. -Никто ничего не видел, – вздыхает он, с болью глядя на неё. – Прости, – добавляет он и заключает её в объятия. -Всё хорошо, это не твоя вина, – качает головой она, прижимаясь к нему. Он знает, что ничего не хорошо, что она чувствует себя отвратительно, что она на грани истерики, но также она не хочет, чтобы он чувствовал себя виноватым за что-то. Он чувствует, как намокает его футболка на груди, но ему всё равно, когда дело касается её. Он готов сделать всё, чтобы облегчить её страдания, но в данной ситуации он уже сделал всё, что мог, и больше ничем не может помочь ей. -Всё будет хорошо… – произносит он уже, наверное, раз в десятый, но это всё, что он сейчас может сказать или сделать. Нет, он, конечно же, верит, что в итоге они смогут найти Настину сестру, но даже не представляет, через сколько всего придётся ещё пройти Насте, прежде чем это наконец случится. Он не хочет даже думать об этом. Они садятся на скамейку, и через несколько минут приходит Олег. Настя вскакивает, увидев его, и он обнимает её, потом они с Максом пожимают друг другу руки. Будь ситуация не такой поганой, Настя порадовалась бы тому, что они неплохо ладят. -Ребята, будьте тут, а я пока что кое-куда схожу и поговорю с кем-нибудь. Может, здесь есть камеры, и она попала на какую-нибудь из них, это могло бы нам помочь. С этими словами он ушёл, оставив их вдвоём, перед уходом сказав Насте, чтобы она позвонила ему, если что-то выяснится или Рита сама вдруг позвонит сестре. -Мы должны обойти торговый центр, все этажи, и тоже поспрашивать людей, – вздохнула девушка, пряча телефон в карман. – Только, пожалуйста, в этот раз не оставляй меня, я не вынесу одиночества. -Я никуда не уйду, – пообещал ей Макс, заметив, что её глаза снова блестят от слёз. И удивился, насколько красивой она была даже с покрасневшими глазами. Едва они успели сделать несколько шагов, как телефон Насти издал короткий звук – обычно такой оповещает о пришедшей смс-ке. -Наверное, папа написал, – сказала она вслух, доставая телефон из кармана. Но по тому, как напряглось её лицо, парень понял, что это вовсе не Олег. -Кто это? – спросил Макс, чувствуя беспокойство. Взгляд Насти, смотрящий в телефон, ему не понравился, и он был уверен, что она не увидела там ничего хорошего. Можно было бы списать это на надоедливую рекламу, которая в большом количестве приходит всем, но таким взглядом не смотрят на сообщения от МТС или такси. Она ничего не отвечает, просто молча разворачивает к нему экран, чтобы он мог увидеть написанное. Сообщение состоит всего из одного короткого слова: «Лифт», и Макс хмурится, пытаясь понять, что это значит. Одно ясно – ничего хорошего это не сулит. Однако прежде, чем он успевает опомниться, Настя хватает его за руку и тянет за собой в противоположную сторону. -Куда мы идём? – спрашивает Макс, еле успевая за ней. Ему приходит в голову мысль, что она легко могла бы выиграть беговое соревнование, и заставляет своё воображение прекратить рисовать картинки, в которых она переодевается в короткие шортики, которые до безумия дерзко смотрятся на ней. -Нам нужен лифт, он в другой стороне, – отвечает Настя, ни на секунду не замедляясь. Макс знает, что творится у неё внутри и как она переживает. Он безумно жалеет, что не может ничем помочь ей. Это так ужасно – видеть, как дорогой тебе человек страдает, а ты ничем не можешь ему помочь, и всё, что тебе остаётся – это смотреть на то, как ему плохо. -Думаешь… -Думаю, это напрямую относится к Рите, – отвечает девушка. Когда они подбегают к лифту, его двери закрыты, и спокойствие, царящее вокруг, заставляет думать, что это просто чья-то шутка или кто-то ошибся номером, но Настя так не думает. Она нажимает на кнопку и ждёт, пока лифт приедет, но он не приезжает слишком долго. -Пойдём по лестнице, так будет проще, – наконец раздражённо говорит она и быстро направляется прочь от лифта. Макс идёт следом за ней, но когда они находятся уже на достаточном расстоянии от лифта, что-то заставляет её затормозить перед лестницей и обернуться назад. Макс видит ужас на её лице и тоже поворачивается, чтобы посмотреть, что же Настя увидела. Увиденное повергает его в ужас. Двери лифта открыты, а внутри находится Рита, только она не одна, а с какой-то девчонкой, которая держит нож у её горла. Какого чёрта это происходит? Макс не видит её лица, его закрывает капюшон, однако замечает длинные светлые волосы. Вряд ли им это поможет, но вдруг Рита сможет рассказать больше, когда весь этот ужас наконец закончится? Прежде, чем он приходит в себя, Настя срывается с места и несётся к лифту, но незнакомка нажимает на кнопку, и двери закрываются. Настя добегает до лифта слишком поздно. Она снова начинает плакать, нажимая на кнопку и стуча по дверям руками. Макс, оказавшись рядом с ней, пробует оттащить её от дверей, но она кричит что-то вроде: «я должна открыть эту чёртову дверь, не трогай меня!». Откуда-то появляется Олег и тоже просит её отойти, но она как будто не слышит, их слова словно остаются за толстым стеклом и невнятно долетают до неё издалека. Она даже не пытается напрячься, чтобы понять, что они ей кричат. Ей всё равно. Она просто должна попасть в этот чёртов лифт и спасти Риту, пока не стало поздно. -Настя, пойдём вниз по лестнице, так будет быстрее, – говорит Олег и, взяв дочь за руку, ведёт её за собой. Он ожидает, что она будет сопротивляться, но девушка покорно следует за ним, глядя прямо перед собой стеклянными, полными боли, глазами. Максу даже страшно представить, что происходит сейчас у неё внутри. Они спускаются вниз, на самый нижний этаж, и всё это время Настя подозрительно молчит. Когда они достигают первого этажа, ей приходит ещё одно сообщение: «Ниже», и девушка продолжает спускаться по лестнице, оставив за спиной отца и Макса. На нулевом этаже находятся разные служебные помещения, и вряд ли кто-то обрадуется её присутствию там, если заметит, но она не останавливается. Если там находится её сестра, она должна пойти туда, даже если её будут прогонять. Как только Настя спускается вниз по лестнице, то сразу видит Риту. Сестра сидит, прислонившись к стене и закрыв глаза, и на какое-то мгновение Насте кажется, что сестра без сознания, но она понимает, что это не так, видя, как дрожат веки Риты. -Отойди, я посмотрю, в порядке ли она, – говорит Олег, аккуратно отодвигая Настю в сторону. Она поднимается на ноги, и Макс обнимает её со спины. Девушке приходит в голову мысль, что они ведут себя так, будто они вместе, но сейчас у неё нет сил думать об этом. – Всё в порядке, просто она немного в шоке, – сообщает Олег, снова поднимаясь на ноги и бросая взгляд на Настю. Макс не расцепляет своих рук. По лицу Олега бродит улыбка, когда он замечает, что Макс обнимает его дочь. Вот чёрт, думает Настя, понимая, что он наверняка заговорит с ней об этом, когда они останутся вдвоём, без Макса. Почему все пытаются поговорить с ней о нём? -Блондинка, это была блондинка с покрашенными в чёрный концами, – почти как в бреду шепчет Рита, и Настя вздыхает, переводя взгляд на отца. -Я должен позвонить Марине, – вдруг говорит он, роясь в карманах в поисках телефона. У него есть догадка, почему всё это произошло, ему нужно выяснить это. -Позвонить кому? – озадаченно спрашивает Настя. Недоумение отражается на её лице. -Я объясню тебе всё позже, – спокойно говорит Олег. – Ребята, присмотрите за Ритой, пожалуйста, пока я разговариваю. Потом я подброшу вас до дома, а сам завезу её в больницу – хочу быть уверен, что с ней точно всё хорошо, и у неё не останется никаких травм. Настя кивает, обещая дождаться, и он отходит в сторону. Она обеспокоена состоянием сестры и радуется, что Рита, по крайней мере, жива. Как только Олег отходит на достаточное расстояние, он вытаскивает телефон из кармана и листает контакты. Там столько номеров, которые он не набирал много лет, да и вряд ли наберёт когда-то, но почему-то до сих пор не решается их удалить. Как оказалось, не зря – один из них понадобился ему прямо сейчас. Марина когда-то была студенткой Стэнфорда, в котором он учился. Талантливая девушка, приехавшая из России, она делала большие успехи и имела все шансы закончить университет с отличием. Но, несмотря на отличную учёбу, повеселиться девушка любила тоже. А ещё она была влюблена в Олега, но он отказался с ней встречаться, объяснив это тем, что не испытывает к ней чувств и слишком её уважает, чтобы врать, да и никому другому врать он тоже не хотел. Она приняла его отказ не так-то легко, продолжая посматривать на него и мечтать, что когда-то они будут вместе, однако вскоре ей пришлось забыть об этом. Когда они были на втором курсе, она пришла к нему с бедой – её мама тяжело заболела, и она не знала, куда идти и что делать. Марина плакала и просила совсем немного – свести её с хорошим врачом, с которым она могла бы договориться об операции подешевле, но в итоге Олег, ничего не сказав, взял и оплатил операцию сам. Девушка была в шоке, что он сделал это для неё, от чистого сердца, ничего не требуя взамен. С тех пор они стали кем-то вроде друзей, довольно часто проводили время вместе. Она встречалась с каким-то старшекурсником, который перед тем, как бросить девушку, использовал её, чтобы обвинить в краже университетских денег её хорошего друга, хотя на самом деле это сделал он сам, а не друг Марины, который был порядочным молодым человеком. Но старшекурсник убедил Марину, сказав, что застал её друга за кражей. Было поздно, когда девушка во всём разобралась, и в итоге её друг чуть не отправился в тюрьму за преступление, которое не совершал. К счастью, всё обошлось. Олег был единственным, кто поддержал её, когда все её друзья отвернулись от неё, и единственным, кто дал ей приют, когда в середине четвёртого курса умерла её мать. Он никогда не любил её, скорее, присматривал за ней, как за младшей сестрой. Он не разговаривал с ней много лет, но теперь снова готов был услышать этот голос. -Слушаю, – раздался голос в трубке, когда он уже собирался сбросить вызов. -Марина? – тихо спросил он, зная, что не должен сразу переходить к делу, по которому был вынужден ей звонить – это было бы довольно грубо. -Олег? – узнала его голос она. – Так, кажется, тебя зовут? Он немного растерялся от её вопроса, поскольку был уверен, что она никогда не забудет его, что он – один из людей, которых она всегда будет отчётливо помнить. Хотя, возможно, она и помнила, просто не хотела признаваться в этом себе и ему. Может, она до сих пор испытывала к нему чувства, но он не собирался копаться в этом и поднимать эту тему, поскольку у него была семья, которую он безумно любил, и на этот раз спасать Марину от её собственных чувств точно не собирался. Они объяснились давно, и теперь это не должно было тревожить ни одного из них. -Я читала о тебе в интернете, кажется, ты процветаешь, – сказала девушка, и это было действительно так. Все их знакомые и друзья ещё в начале универа знали, что Олег многого в этой жизни добьётся, потому что он всегда шёл к своей цели, делая всё для её достижения, и не сдавался там, где другие просто опускали руки. -Да, дела и правда идут неплохо, – согласился он. -Неплохо? – смеётся Марина. – Да ты шутишь! Ты за месяц зарабатываешь столько, сколько я не получаю за год! При этом у тебя есть семья, которая любит тебя. Ты счастливый человек, Олег, и все мы всегда знали, что ты таким станешь. -Может быть, – вздыхает он. – Я просто шёл к своей цели и не искал отговорок и оправданий. И звоню я на самом деле тебе по делу, это очень серьёзно. -Что-то случилось? – голос Марины меняется с весёлого на встревоженный. -Думаю, да. Твоя дочь всё ещё учится в России или она вместе с тобой, в Англии? -Она в России, – отвечает Марина, и сердце Олега падает куда-то вниз. – Что случилось, Олег? Я же знаю тебя. С того момента, как мы закончили университет, ты ни разу не набрал мой номер, а тут вдруг звонишь, да ещё и спрашиваешь о дочери. Он объясняет ей ситуацию, пытаясь быть спокойным, и у него даже получается это, но только снаружи, а не внутри. Внутри у него беспощадный ураган крушит всё на своём пути. Он не хочет быть жертвой ещё одного ребёнка, который попытается сломать жизнь ему и тем, кого он любит больше всего на свете. -Не может быть… – выдыхает Марина, когда он заканчивает свой рассказ. -Может, – перебивает её Олег. – Именно поэтому я и позвонил тебе. Если твоя дочь хотела навредить моей семье или мне, я должен знать, что было тому причиной. Что ты говорила ей? Скажи сама, ведь когда я узнаю, то буду в ярости, – предупреждает он, чем немного пугает её, – и лично прилечу в Англию. А ещё могу добиться того, чтобы у твоей дочери были проблемы, поэтому если тебе есть, что сказать, сейчас самое время это сделать. Она тяжело вздыхает, не зная, как сказать ему, но понимает, что должна. Он взбесится, когда узнает, но соврать – значит потерять его навсегда. Он поддерживал её во время учёбы в Стэнфорде, и ей не хочется портить всё ложью, но где взять смелости, чтобы признаться ему в поступке, который, возможно, заставит его навсегда отвернуться от неё? Она знает об ужасной трагедии – смерти его родителей, произошедшей по вине его старшей дочери, и сейчас решает не напоминать об этом, даже ради соболезнований. Она помнит то интервью, которое он дал, и в памяти до сих пор остался его дрожащий голос. Да, он правильно сказал – он был в шоке от того, что произошло. -Я сказала ей, что ты её отец. -Что?! – выкрикивает он в трубку, не ожидая, что она скажет это. Услышанное просто не укладывается в его голове. Он не понимает, как после всего, что он сделал для неё, она взяла и соврала о таких вещах, причём, ни секунды не поколебавшись. Он хочет сказать, что она предала его, но вместо этого с губ слетает вопрос: -Зачем? – тихо спрашивает он. Страшно представить, какой лжи она ещё могла наговорить своей дочери, что та стала охотиться за его семьёй. Ему просто надоело, что его родным причиняют боль, и он хотел поставить на этом жирную точку. -Олег, прости… – видимо, уловив перемену в его голосе, просит Марина, но стена, которая образовалась между ними за эти годы, от её признания становится только прочнее. – Я правда не знала… Я не хотела, чтобы всё так получилось… -А чего ты хотела? – снова спрашивает он. – Скажи мне, будь честной до конца. Я должен понять, почему ты использовала меня, для чего была эта грязная ложь? Он просто не мог быть отцом её ребёнка, хотя бы потому, что ни разу не только не спал с Мариной, но и даже не целовал её. Да, были её слёзы, признания и его спокойные слова, когда он объяснял ей, что к чему, но больше ничего не было. -Скажи мне, почему ты соврала? – снова повторяет своей вопрос он. – Я хочу знать. -Олег… – её голос срывается, кажется, она плачет. Она сама виновата в том, что теряет старого друга. Своей ложью она аннулирует все их хорошие отношения, но это был её выбор и только её. Олег понимает, что больше не сможет поддерживать с ней общение, он должен будет исчезнуть из её жизни навсегда ради своей семьи. -Скажи, либо я повешу трубку. Я должен идти и помочь своей приёмной дочери, так что ты только отнимаешь у меня время. С ней всё в порядке, но она немного в шоке, поэтому я хочу поехать в больницу, чтобы врачи посмотрели её. Я теряю время, говоря с тобой, и мог бы просто повесить трубку, но я хочу понять, чем ты думала… -Ты не думал о том, как всё просто выходило в твоей жизни? – всхлипывает она. – Да, я поступила плохо, знаю, я не должна была врать, но… Вспомни ту вечеринку, Олег. Когда я шла на неё, то не думала, что всё так получится. Я не думала, что будет так похоже на ту, что когда-то была ещё в университете, но это случилось снова. Да, я поступила плохо, но как я могла сказать дочери, что не знаю, кто её отец, потому что не помню, с кем тогда спала?.. – её голос снова прерывается рыданиями. Он и правда ни разу не набрал её номер после окончания Стэнфорда и, наверное, не лучшей идеей было приглашать её на день рождения своего друга. Тогда Олег уже перебрался в Петербург вместе с Нарциссой, но уже ушёл от неё. Когда она напоила его, и они провели ночь вместе, он уехал в Нью-Йорк на неделю, чтобы прийти в себя, а заодно отметить день рождения друга. С Мариной он случайно столкнулся в магазине и пригласил на праздник, который был через день после этой встречи. Она согласилась прийти. День Рождения они сначала отмечали в квартире друга, потом компанией из пяти человек отправились в клуб, где Марина хорошо напилась и, как оказалось потом, пришла в клуб, принеся с собой какие-то таблетки, которые употребляла вперемешку с алкоголем. Именно там она познакомилась с каким-то парнем, в результате чего меньше чем через год родила дочь… К слову, того парня, который был настоящим отцом её дочери, она больше никогда не видела, да если бы и увидела, то всё равно не смогла бы узнать, потому что ничего не помнила из той ночи. -Проклятье… – прошипел Олег, словно раненая кошка. Он понятия не имел, что с этим со всем делать, одно знал точно – Марина должна позвонить дочери и рассказать ей всю правду, тем самым исправив свою ошибку. -Что мне теперь делать, Олег? – растеряно произнесла девушка, но он думал только об одном – чтобы все наконец оставили его семью в покое. Почему её грязное прошлое должно отражаться на нём и портить его жизнь? – Я так виновата перед тобой… -У тебя есть только один выход, если ты действительно хочешь всё исправить, – сказал он Марине. – Позвони дочери и расскажи ей всю правду, ничего не скрывая. -Но… Как ты можешь быть таким жестоким и предлагать такое? Она же возненавидит меня! – на секунду Марина словно потеряла дар речи от удивления, и он боялся, что сейчас она станет умолять его, чтобы он согласился, что это не выход. -Зато это не испортит жизнь тем, кого я люблю! – он повысил голос, пытаясь достучаться до неё. Она должна была сделать всё правильно, чёрт возьми, это её прошлое, а не его. Он никогда бы не поставил под удар чужую семью. – У меня две родных дочери и три приёмных, и я не желаю не спать ночами, беспокоясь за их безопасность! Если ты нормальная мать, и тебе дорога жизнь твоего ребёнка, ты меня поймёшь. Будь человеком, Марина, хотя бы сейчас, – выдохнул он. – Я слишком долго был на твоей стороне, несмотря ни на что, и этого больше не будет, особенно в том случае, если ты не поступишь правильно, рассказав всё, что скрывала от дочери. Он молчит, ожидая её ответа, и это молчание очень тяжёлое. Его тянет на дно вся эта ситуация, ему хочется кричать, не понимая, как это могло вообще случиться. Почему так случается в жизни – поможешь человеку, а он потом тебе так отплатит сполна за всё твоё добро, что ты до конца жизни этого не забудешь? Может, ему не стоило быть таким доверчивым, но он искренне верил, что Марина не подведёт его, и вот итог – одна из его дочерей чуть не стала жертвой чьей-то совсем не невинной лжи. -Хорошо, я поговорю с ней, – наконец соглашается Марина с тяжёлым вздохом. Для неё это непросто, но это даже хорошо, что она делает правильный выбор. -Поговоришь? – с недоверием переспрашивает Олег. -Это значит, что я расскажу всё, – немного злится девушка, хотя единственный, кто имеет право сейчас злиться – это Олег. – Теперь ты наконец счастлив? -Да, – произносит он в трубку. Это всё, что ему было нужно. – Но если ты не поговоришь с ней сама, это придётся сделать мне. У меня просто не будет выбора. -Я же сказала, что поговорю… Ты разрушаешь мою жизнь, любовь моей дочери ко мне, но у меня не осталось другого выбора, потому что у меня нет сил на борьбу с тобой, Олег... – тихо произносит она. – Это всё, что ты хотел узнать? -Да, – снова повторяет он и немного медлит перед тем, как повесить трубку. – Прощай, Марина, и помни о своём обещании. Он возвращается назад к Насте и Максу. Дочь смотрит на него, ожидая объяснений. -Мы поговорим в машине, – предупреждает он, опережая её вопрос, и она кивает.

***

-Пожалуйста, пап, скажи, что у тебя нет ещё одного ребёнка! – разрыдавшись, просит Настя, как только они с Максом садятся на заднее сиденье машины Олега. Рита сидит впереди. Настя прячет лицо в ладонях, и Олега сбивают с толку её внезапные слёзы, ведь он понятия не имеет, что она успела напридумывать, пока он говорил по телефону с Мариной. Но объяснять было некогда, он должен был сначала позвонить. -У меня больше нет детей, я уверен, – отвечает Олег, чем немного успокаивает её, но всё же она продолжает плакать, просто потому что не может остановиться. События этого дня, который начинался так хорошо, действуют ей на нервы, и она уже просто не может контролировать внезапно нахлынувшие эмоции, ей слишком плохо. -Хорошо… – не слишком уверенно произносит она. – Тогда о чём ты говорил с той женщиной, зачем звонил ей? – допытывается Настя. Ей срочно нужно услышать, что у Олега не нашлась ещё одна дочь где-нибудь в другом городе, а может, и стране. Она на сто или даже тысячу процентов уверена, что не переживёт этой новости. -Я учился с ней в Стэнфорде, – начинает Олег, не желая ничего от неё скрывать и мучить её неизвестностью, – и мы были кем-то вроде друзей, хотя, скорее, хороших знакомых. Она была влюблена в меня, но я поговорил с ней, объяснил, что у нас ничего не получится, и мы не возвращались к этой теме, – говорит Олег, ожидая реакции Насти. Она не улыбается, но уже и не плачет, это очень хороший знак. -Но как это связано с тем, что произошло сегодня? – тихо спрашивает она. – Ну, если она наняла кого-то, чтобы добраться до твоей семьи, потому что ты когда-то в прошлом отказал ей, я хочу узнать о ней побольше, чем просто факт, что вы учились в одном университете, – кажется, она шутит, но Олег не уверен до конца. -У неё есть дочь, и она… – начинает Олег, но Настя быстро его прерывает. -Подожди, сначала я хочу что-нибудь узнать о ней, то есть о ней и тебе. Как вы познакомились, что сблизило вас? – кажется, она нервничает, но, опять-таки, Олег в этом не уверен. Ему не нравится тот факт, что ему приходится разбивать ей сердце, заставляя строить идиотские предположения, но когда он закончит свой рассказ, всё встанет на свои места, только этот единственный факт его и успокаивает. -Я не помню точно, как мы познакомились, кажется, на какой-то вечеринке, но это был первый курс. Она была милой девушкой, но я никогда не испытывал к ней чувств даже похожих на те, что я испытываю к твоей маме, – посчитал должным предупредить он, пока её воображение не напридумало себе череду картин. – Скорее, я относился к ней как к младшей сестре, заботился, помогал ей. Когда её матери понадобилась дорогостоящая операция, я просто молча оплатил её, потому что если бы не сделал этого, то всю жизнь чувствовал бы вину. С тех пор её мать жила в Англии, находилась под наблюдением хороших врачей. Когда через несколько лет она умерла, я приютил Марину у себя, пока она не решила вопрос с жильём. Моя квартира была довольно большой, чтобы каждый из нас мог жить своей жизнью. -Прости, пап… – тихо сказала Настя, глядя в окно. Она не плакала, но всё ещё всхлипывала, а сейчас, по-видимому, пыталась переварить информацию. -За что? – спросил её Олег. Он считал, что это ему стоит извиниться за то, что заставил её волноваться и что-то подозревать, но он должен был закончить свою историю. -Я не знаю, но… Я боялась, что это повлечёт за собой раскрытие новой тайны, которую я просто буду не в силах выдержать, – объяснила девушка, всё так же глядя в окно. Макс всё это время молчал, понимая, что это не его дело, и ему не стоит вмешиваться в их разговор. Они должны выяснить всё, но он не мог уйти и оставить её наедине со своим горем, он хотел быть рядом с девушкой и поддержать её. – Если бы я узнала, что у тебя есть ещё дети от кого-то, это просто раздавило бы меня. -Я рад, что этого не случится… – кивнул Олег. – С тех пор, как я встретил твою маму, я ни с кем не состоял в отношениях – ни в долгих, ни в мимолётных. -Хорошо, – говорит Настя, не зная, что ещё сказать. – Так что там с её дочерью? -Ну, она напала на Риту, потому что… потому что думала, что я её отец. Вернее, потому что Марина сказала ей так, у неё были на то причины, – он не уверен, стоит ли рассказывать все подробности, но, в конце концов, она его дочь и имеет право знать. Настя молчит – видимо, ждёт, когда он сам расскажет, и это так непросто… -Какие причины? – спрашивает Настя, не выдержав ожидания. Её сердце громко стучит, и Макс кладёт руку ей на плечо, призывая успокоиться. Олег сказал, что его ничего никогда не связывало с той девушкой, кроме дружбы, почему тогда она так волнуется, ожидая его ответа? Она не должна так волноваться и изводить себя. -Мы встретились в Нью-Йорке, спустя сколько-то лет после окончания Стэнфорда. Я тогда ещё не был разведён с Нарциссой, и Алакара ещё не родилась. Я приехал всего на неделю из Петербурга, куда к тому времени уже перебрался с Нарциссой. Это было уже после того, как моя жена напоила меня, и я вынужден был уехать, чтобы подумать обо всём, решить, что делать дальше и как получить развод. Но о беременности Нарциссы я тогда пока ещё не знал, это свалилось на меня позже. Мы с Мариной случайно столкнулись в каком-то магазине, и я захотел поговорить с ней, узнать, как у неё дела, чем она жила всё это время, и поэтому пригласил её на вечеринку по случаю дня рождения одного моего друга, которая должна была быть через день. Сначала мы собрались дома у моего друга, потом поехали в клуб. Нас было человек пять, кажется. Марина… она что-то принимала на вечеринке… Не думай, никто из нас не был причастен к этому, она принесла всё с собой, и… В общем, та ночь до сих пор полностью стёрта из её памяти, поэтому она не помнит, кто отец её ребёнка… -О господи… – простонала Настя, поднеся ладонь ко рту. Она пыталась переварить услышанное, но тот факт, что её отец не имеет к этому никакого отношения, немного успокоил её. Ей не хотелось бы в нём разочаровываться, особенно сейчас. -Если бы я только знал, что происходило там, я бы вмешался… – с грустью продолжал Олег. – Но я понятия не имел. Она сказала нам всем, что поедет домой, поскольку у неё разболелась голова, но сама просто отправилась развлекаться с неизвестным парнем, – он шумно вздыхает и делает паузу. – Она сказала дочери, что я её отец, потому что боялась расспросов, ей просто было стыдно вспоминать ту историю. -Прости… – шепчет Настя, и Олег замечает, как слёзы снова брызнули из её глаз. – Прости меня за то, что я напридумывала чёрт знает что… – она прячет лицо в ладонях, и он решает дать ей время, чтобы успокоиться и прийти в себя.

***

-Боже, пап, как ты мог это допустить?! – кричит Алакара, когда после того, как они возвращаются домой, она видит заплаканное лицо Насти. Гусакова рассказывает ей всё, что произошло сегодня. У неё нет сил, вдобавок ко всему, им пришлось ещё час просидеть в больнице, пока Риту осматривали, но теперь они наконец снова были дома. Макс отправился к себе домой, сказав, что обязательно позвонит ей позже. Настя не возражала. Ей и правда нужно было отдохнуть, и возможно, даже поспать. -Я не знал, что так получится, – защищается Олег, качая головой. – И уж точно не мог предположить, что она солжёт, подставив меня, – он смотрит на Алакару, но она закатывает глаза и поворачивается к Насте, которая всё ещё стоит в прихожей, пытаясь решить, что ей делать дальше. -Ты в порядке? – спрашивает Стрин у сестры. По идее, об этом нужно было спросить Риту, но она в самом начале заверила всех, что с ней всё хорошо, и ей нужно просто немного поспать. Зато по Настиному виду нельзя было точно определить, в порядке ли она, да и Алакара знала, как она переживает и, скорее всего, винит себя. -Не совсем, – отвечает Настя, – но думаю, что буду, когда немного посплю, – она поднимает глаза и встречается взглядом с изумлённой Сонькой. Сестра слышала каждое слово, но Насте сейчас не хочется гадать, что она сделает или скажет. Она просто проходит наверх мимо сестры, захватив с тумбочки свой телефон.