Мемориал

Hellrider, hellrider You fought their battle for them Hellrider, hellrider You brought them through their despair. -Judas Priest – Hellrider. В трубке слышались гудки. Настя, затаив дыхание, ждала, и её сердце бешено билось в груди. Пожалуйста, шептала девушка, пусть она ответит. Пусть она возьмёт трубку. -Настя? – услышала она голос на том конце, и сердце тревожно заныло. Заныло в предчувствии чего-то нехорошего. Она боялась не успеть или быть неспособной предотвратить надвигавшуюся катастрофу. Сердце сделало ещё одно сальто, и девушка приложила руку к груди, призывая себя успокоиться. Она знала, что если слишком много нервничать, можно и сойти с ума, а этого точно не было в её планах. -Катрин… – прошептала Гусакова. – Катрин, тебе нельзя возвращаться в город. -Почему? – ничего не понимая, спросила Лоулт. Где-то на заднем фоне текла вода, но через несколько секунд это прекратилось – видимо, Катрин закрыла кран. -Твоя сестра, – вздохнула Настя. – Кэтрин хочет уничтожить тебя. -Ты, наверное, забываешь, что я вампир, – спокойно ответила Лоулт, но беспокойство не покидало Настю. Она не доверяла Кэтрин, но зато доверяла Максу, который смотрел ей в глаза и был уверен, что она запросто исполнит свои обещания, и себе, вспоминая, как встречалась с Хайс взглядом в особняке Гост. Он был холоден и полон опасности, но тогда она ещё не задумывалась об этом так сильно. -А она маг, – напомнила Настя, – и может сделать с тобой что угодно. Не возвращайся, пока я не разберусь с ней. Ей так хотелось остановить подругу от совершения этой ошибки, но в глубине души она понимала, что если Катрин решит поступить по-своему – она это сделает. -Послушай меня, просто послушай, – грустно усмехнулась Катрин. – Нет ничего хуже двух крыс, дерущихся за один кусок сыра. Потому что одной из них суждено проиграть. И я не стою этого, на самом деле не стою. Я напомню тебе, кто я, Настя. Я вампир, и я должна уметь сама о себе заботиться. Поэтому я разберусь с ней сама. -Кат, прошу… -Я не хочу быть куском сыра, Настя, – твёрдо сказала Катрин. – И я возвращаюсь. Она положила трубку, и Настя застыла с телефоном в руке, слушая гудки. Катрин будет делать то, что ей хочется, и никто не в силах помешать этому. Она думает, что может предугадать действия Кэтрин, но что, если Хайс сумеет быть на шаг впереди? На первом уроке Настя засыпала, и ей еле удавалось держать глаза открытыми. Историчка вещала какую-то неинтересную информацию, и до Насти доходили только отдельные слова и обрывки фраз. Она мечтала, чтобы скорей закончились уроки, но потом вдруг вспомнила о человеке Нины, с которым должна встретиться. После уроков Настя первой отправилась в раздевалку, чтобы успеть ускользнуть незамеченной Алакарой, но в самый последний момент она её всё-таки перехватила. -Куда ты собралась? – спросила Стрин, и мысли проносились в Настиной голове подобно ракетам. Нужно было что-то придумать, чтобы Алакара не увязалась с ней. -Кое-куда надо, – ответила Настя, поворачиваясь к сестре. – Алакара, у меня тоже есть дела. -Интересно… – протянула Стрин, чуть прищурившись. – Как ты помнишь, у нас были планы. -Проникнуть в кабинет Елены? – усмехнулась Гусакова. – Это было твоей идеей, я не собираюсь в этом участвовать. Хочешь – иди, но без меня. Знаешь, ещё немного – и ты превратишься в параноика. Ты во всех видишь наших врагов, но это не соответствует действительности. Взгляни правде в глаза. Просто хотя бы раз, ладно? Вот та милая уборщица, тётя Даша, она не режет детей по ночам, алгебраичка не влезает в чужие дома, а Елена – обычная преподавательница литературы. Она увидела странный укус и решила выяснить, ведь только дурак закроет на это глаза… -Ну конечно, и это ты! – со злостью выпалила Алакара. – Ты хоть понимаешь, насколько абсурдны твои доводы? Елена не просто так у тебя выпытывает нужную ей информацию, у неё есть какая-то цель. Сама подумай, зачем ей так интересоваться нашей семьёй? Может, этому у тебя найдётся разумное объяснение? -Знаешь, Алакара, – вздохнула Настя, – враг не стал бы обрабатывать мне раны с такой заботой… -Стоп, хватит, – поморщилась Стрин. – Я тебе уже говорила, как у некоторых людей хорошо развиты навыки притворства. Лучше скажи мне, куда ты собираешься? -У меня есть одно важное дело, – ответила Настя, – но говорить сейчас я не хочу. Неизвестно, чем всё закончится и будет ли мне это как-то полезно. В любом случае я расскажу тебе об этом позже, а ты, если я задержусь, присмотри за Сонькой. Настя ушла, боясь опоздать. До парка было совсем недалеко, минут десять, но девушка ускорила шаг, постоянно бросая взгляд на часы. Любопытство разожгло в ней новый огонь, и она не переставала думать, что за человек и для чего хочет встретиться с ней. По словам Нины, этот некто может помочь решить её проблемы. Нужная скамейка была пуста, и Настя опустилась на неё, не переставая думать о сестре. Им всем придётся уживаться в одном доме, и она несёт ответственность за Соньку, а значит, должна найти способ её контролировать. Но как этому научиться, когда понятия не имеешь, как это делается? На этот вопрос тоже не было ответа. В кармане зазвонил телефон, и Настя, достав его, увидела на экране имя Алакары. Дурное предчувствие снова вызвало лёгкую тошноту, но это было другое предчувствие. Она не хотела отвечать, но пальцы сами нажали на зелёную кнопку. -Что ты хочешь от меня, Алакара? -Поверь, Настя, от тебя ничего, – в тон сестре ответила Стрин. – Просто хочу сообщить тебе то, что ты должна знать. В школе нападение. Жертва – Саша из одиннадцатого класса. Вся школа сбежалась, девушка не выжила. Около медпункта не протолкнуться, забит весь коридор. Но я не об этом. Она была укушена в шею, как и ты. Я знаю, что это сделал вампир. Тебе это ничего случайно не напоминает? -Сонька… – простонала Настя. Она хотела вскочить со скамейки и бежать в школу, но поняла, что этим ничего не изменит. Соньки там может не оказаться. Надо довести дело до конца, чем бы оно ни было, а вечером попытаться поговорить с сестрой. -Других объяснений нет, – подтвердила Настину догадку Алакара. – Это может быть и Эттлс, но всё это время, что она была вампиром, в школе не произошло ни одного нападения. Не знаю, как, но ей удаётся себя контролировать, а вот Сонька слетела с катушек. Мне кажется, что лучше тебе с ней поговорить. Кстати, где ты сейчас? -Я же сказала тебе… На одном секретном деле. -От всей души надеюсь, что имя его не Макс. -Нет, не Макс. Он обещал заскочить вечером, если будет время. Не беспокойся, я расскажу тебе сразу же, как только освобожусь. Если увидишь Соньку раньше меня, то запросто можешь потребовать от неё объяснений. В конце концов, кто-то же должен это сделать. Посмеиваясь, Алакара отключилась. Настя вернула телефон в карман, оглядываясь и пытаясь угадать, не является ли кто-то из людей поблизости тем, с кем она должна встретиться. Совсем замёрзнув, девушка полезла в сумку за перчатками. Настя понимала, что Сонька может наделать бед, если её вовремя не остановить. Сначала она напала на неё, теперь переключилась на других людей, что же будет дальше? Для Соньки не существует границ, она делает то, что хочет, но Настя намеревалась положить этому конец. Беря на себя ответственность за жизнь сестры, она даже и не предполагала, что это может оказаться таким тяжёлым делом. -Настя? Девушка подняла голову и с удивлением узнала в стоявшей перед ней девушке Юлю Попову, двоюродную сестру Нины. Когда-то они с Сонькой неплохо общались, но влияние Эттлс увеличивалось, и со временем Сонька оборвала все дружеские связи, оставив только одну. Дашка была для неё авторитетом, и она легко следовала её советам и указаниям, зачастую даже не понимая, для чего это вообще нужно. -Здравствуй, Настя. Как поживаешь? Было странно видеть её теперь, ведь они не виделись больше года. За это время Юля очень изменилась, повзрослела и больше не казалась маленькой девочкой. -Всё нормально, – выдавила Настя, не желая вешать на старую знакомую свои проблемы. Она знала, что с Сонькой они за это время ни разу не виделись – сестра просто сузила круг своего общения и проведения времени до одного человека. -Ты, никак, издеваешься? – прищурилась Юля с лёгким удивлением. – Нина мне рассказала всё, что случилось. И предупредила, что у тебя «будет всё нормально». -То есть… – до Насти не сразу дошёл смысл сказанного. – То есть ты и есть тот самый человек, который хотел со мной встретиться? Но… это ведь совершенно бесполезно. Настя не хотела делать ещё и её жертвой этой трагедии. Для Соньки сейчас лучшим был бы переход на домашнее обучение, но Аня настаивала, чтобы дочь ходила в школу. Ей нужно быть среди людей, настаивала мать. И вот к чему это привело. -Бесполезно? – хмыкнула Юля, присаживаясь на скамейку рядом с Настей. Гусакова почувствовала горечь разочарования. – Ты, видимо, не всё обо мне знаешь. -Неважно, Юля. Ты не должна вмешиваться, потому что это не кончится ничем хорошим. -Послушай меня, Настя. Не ты пишешь сценарий моей жизни и не тебе говорить, что мне делать. Привыкла справляться со всем сама. После того, как Нина рассказала мне о случившемся, я была очень взволнована, – призналась Юля, вздохнув. -Взволнована? Но почему? -А разве не должна? – удивилась девушка. – Настя, твоя сестра – вампир, слетевший с катушек. Конечно, я волнуюсь, – она отодвинула волосы с шеи Гусаковой. – Это ведь к тебе так вампир приложился? Их почерк я хорошо знаю, ты меня не обманешь… -Но откуда? – Настя часто моргала, ничего не понимая. Что, если Юля тоже была жертвой Соньки, когда та находилась в бегах? Такое вполне может быть. -Откуда я знаю? Хороший вопрос, Настя. Очень хороший. Мне было около пятнадцати, сейчас шестнадцать. В выходной день мы с друзьями отправились отдыхать в загородный дом одного из них. Одни, без родителей. Доехали туда на электричке. Поздно вечером, когда уже темнело, пошли прогуляться по лесу. Неожиданно перед нами возник вампир. Девушка. Мои друзья убежали, оставив меня с ней. Позже они были найдены мёртвыми. А я очнулась в каком-то подвале… Настя чувствовала, что ничего хорошего дальше не последует, и искренне удивилась, как Юле удалось остаться в живых, ведь вампиры любят полностью обескровливать свою жертву, пока от неё не останется оболочка из кожи и костей. -У меня на шее кровоточила рана. Она мучила меня, пила мою кровь. А потом случилось что-то необъяснимое. Не помню, как это произошло, но в следующий момент я заковывала её в цепи, и уже она была моей пленницей. Обойдя дом в поисках острых предметов, я заметила на улице знакомо пахнущее растение. Сделав паузу, она продолжала, а Настя слушала, стараясь не упускать ни одной детали. -От него кожа вампира горела, но я не останавливалась. Я проделывала это снова и снова, пока боль не вернула ей человечность, пока она не стала контролировать себя. С тех пор я занимаюсь этим. Привожу в чувство вампиров. Знаешь, почему мы с твоей сестрой отдалились друг от друга? Она связалась с Эттлс, и вот к чему это привело. Твоей вины в обращении Соньки нет, Эттлс всё равно рано или поздно сделала бы это, потому что одной ей становится скучно. Вампиры знают твою слабость. Знают, что ты ни за что бы не дала сестре умереть. И они сыграли на этом. -Допустим, – ответила Настя, закусив губу. – Но что мне нужно было делать? Сонька моя сестра, я бы не дала ей погибнуть. -Знаю, Настя. И, что хуже – они это знают. И умеют пользоваться своими знаниями. Я видела далеко ни одного вампира, поверь. Мне довелось насмотреться всякого. Я видела столько ужаса, крови, боли, что мне хватило бы на всю жизнь… И виной всему были вампиры. Я не знаю, где сейчас та девушка и что с ней, но это слишком маленький срок. Иногда вампирам требуются десятилетия, чтобы научиться самоконтролю. -Та девушка… Как её звали? – спросила Настя. У неё появилось предчувствие, что Юля назовёт имя Эттлс. -Катрин Лоулт, – послышался ответ, и Настя поняла, что удивлена названному имени. -Я знаю её, – произнесла она. – Её сестра, Кэтрин Хайс, мой двойник. Из-за спасения Кэтрин и началась вся эта история с обращением Соньки. Нас ждал сюрприз. -Катрин сильно досталось. Исчезновение родителей, смерть друзей и знакомых, известие о том, что бабушка – вампир, вряд ли так просто можно выдержать столько. Не удивительно, что Катрин согласилась на обращение, не медля и не думая о последствиях. А потом добавился новый стресс – убили её бабушку, ей пришлось убегать и где-то скрываться, чтобы выжить. -Вижу, ты хорошо покопалась в их семье, – усмехнулась Настя. – Узнала всё, что нужно. -Да, – согласилась Юля, – Катрин была прикована цепями к стене и была совершенно безумной. Она, желая избавиться от боли, рассказывала мне о каждой потере, каждой смерти близких ей людей. Она видела во мне их и разговаривала со мной, как с ними. Также она время от времени видела во мне сестру и говорила ей: «Пожалуйста, не бросай меня, Кэтрин. Бабушка умерла, родители умерли, все, кого мы любили, умерли, так не бросай меня, прошу». Она шептала это в бреду вновь и вновь, в то время как я раз за разом говорила ей, что я – не её сестра. -Но ты ведь нашла выход, привела её в себя… -Возможно. А может, вся боль, прорвавшаяся наружу, снова сделала её человечной. Я не знаю. С вампирами гораздо трудней, чем с саблезубыми тиграми, Настя. -Никто и не говорит, что легко. Допустим, ты помогла Катрин, но как ты можешь помочь Соньке? -Нина была права – ты растеряна и не знаешь, что делать. Я могу помочь. Соня не будет кусать людей. -Будет, я знаю, – покачала головой Настя. Она сомневалась, что кто-то может остановить Соньку. -Настя, она вампир, и борьба не даётся ей легко, но поверь, что в глубине души она хочет бороться, просто не может, не умеет сопротивляться нахлынувшим эмоциям. -Но она опасна, – шумно выдохнула Гусакова, – она уже кусает людей. У меня нет времени на пустые разговоры. Недавно она укусила меня, а сегодня – одну девушку из нашей школы. -Не беспокойся. Я постараюсь привести её в себя, пока она не зашла слишком далеко. -Но как ты это сделаешь? Будешь пытать её так же, как и Катрин? – судя по голосу, Настя не была в восторге от этой мысли, но понимала, что кто-то должен остановить её сестру, пусть даже и таким путём. -Если понадобится, то да, буду. Это помогло Катрин стать человеком, оставаясь вампиром, – Юля вздохнула, поднимаясь со скамейки. – Что ты теряешь? Если всё получится, Сонька никому больше не навредит. Дай мне хотя бы шанс попробовать. Настя задумалась. Девушка понимала, что Сонька слетела с катушек, и она ей помочь не сможет, потому что ничего в этом не смыслит. Но что, если у Юли получится, и Сонька больше не будет причинять вред другим людям? Стоит попробовать. -Хорошо, – согласилась Настя, – давай попробуем. Может и правда получится. -Пойдём сейчас, – кивнула Юля, и они, обменявшись взглядами, отправились прочь из парка. Почти всю дорогу до дома Настя молчала, обдумывая, как Сонька воспримет визит старой знакомой, учитывая цель, с которой она к ней придёт.