Мемориал

-Можешь делать с ним всё, что хочешь, – сказала Катрин, отдавая кол Насте. Все разошлись, на четвёртом этаже оставались только они. Мелисса увела Кэтрин, согнувшуюся пополам от боли, чтобы доставить её в больницу, но Катрин была слишком спокойной, учитывая вероятность умереть. Усмехнувшись, она покачала головой, заверив Настю, что сегодня точно не умрёт, и Гусаковой пришлось ей поверить. Ева поспешила уйти, сославшись на то, что ей нужно начинать дежурство рядом с Эльвирой, но, как подозревала Настя, она не хотела оставаться рядом с Катрин. Сама же Лоулт собралась в ближайший бар, чтобы снять накопившийся стресс. -Пойдёшь со мной? – спросила она у Насти. – Я могу внушить кому угодно, что тебе уже есть восемнадцать. -Нет, спасибо, – покачала головой Настя. – Я выпила бы сейчас за нашу маленькую временную победу, но, как ты и сказала, сегодня у нас праздник. Я хочу хоть немного почувствовать это. -Что ж, – улыбнулась Катрин, подмигнув Насте, – повеселись тут от души. Ещё увидимся. Спустившись вниз, Настя взяла вишнёвый коктейль и устроилась с ним у подоконника в столовой, глядя на танцующих парочек в центре. Ей вдруг захотелось найти Макса и пригласить его потанцевать с ней, положить голову ему на плечо и забыть обо всём. Задумавшись, девушка не заметила приближения Елены Воскобоевой. Она подошла бесшумно, остановившись рядом с Настей, и только тогда Гусакова её наконец заметила. -Как ты? – поинтересовалась Елена, делая глоток из своего стакана. Настя усмехнулась, подумав: «знала бы она, насколько увлекательным был этот вечер». -Терпимо, – Настя отхлебнула коктейль, всё ещё смотря на танцующие пары. – Удивительно, что вам не всё равно. Сейчас мы не на уроке, и я ничего не должна вам, а вы – мне, так? -Мне запомнилась история о грустной девочке, – покачала головой Елена. -Я не всегда такая грустная, – усмехнулась Настя. Она не знала, смеяться ей или всё же сдержать себя. – Просто иногда накатывает так, что не можешь смеяться даже над самыми смешными вещами в мире. -Настя, я понимаю, – кивнула Елена. – Мы все люди. Но как ты с этим справляешься? -Разными способами, – пожала плечами Гусакова. – В особо трудных ситуациях я пробовала алкоголь. Если честно, напивалась до того, что утром проклинала всё на свете, но это не главное. Наверное, мне больше всего помогало то, что рядом со мной есть люди, которые готовы бороться за меня и вернуть меня назад, если я зайду слишком далеко. Настя не знала, что заставило её делиться с Еленой своими переживаниями и мыслями, ведь одно время она на дух её не переносила и зарекалась никогда не рассказывать ей ничего важного о своей жизни, а теперь вот так просто делится проблемами. -Да, наличие таких людей очень важно, – кивнула Воскобоева. Как показалось Насте, она о чём-то размышляла, и девушка жалела, что не может пробраться ей в голову. -Да, важно, – согласилась Настя. – Знаете, когда накатывает, так хреново становится. Как хорошо, что вы не можете меня понять в полную силу, потому что у вас нормальная, спокойная жизнь. Вы преподаёте литературу и точно знаете, что будете всё ещё живы к концу следующей недели. К сожалению, я такого сказать не могу. -Почему? – Елена повернулась к Насте. Девушка улавливала её взгляд боковым зрением. -Не думаю, что мне нужно объяснять вам это, – сделав ещё один глоток, ответила девушка. – Всё слишком сложно. Быть Стрин – это миллион сложностей, которые преследуют тебя каждый день и не дают покоя. И ты зависаешь между ними, пытаясь одновременно справиться и не сойти с ума. -Я и не думала, что в твоей жизни всё просто. Я понимаю тебя, – произнесла Елена, проследив за взглядом Насти. – Пусть мы и знакомы совсем немного, я представляю, каково тебе. -Нет, не представляете, – покачала головой Гусакова. – Вы многого не представляете и именно в силу этого допускаете мысль, что всё просто, но это не так. В семье, частью которой я являюсь, никогда ничего не было просто. И, наверное, не будет. -Думаю, сейчас рано говорить о «никогда». Всё ещё может много раз измениться. -Возможно, вы правы, – вздохнула Настя, – но мне приходится жить с мыслью, что моя сестра меня ненавидит. Я вынуждена каждый раз ругаться с ней и выслушивать оскорбления в свой адрес. Она не такой простой человек, как кажется, к ней нужен подход. Она импульсивная, капризная, чаще эгоистичная, и где ей выгодно – умная и расчётливая. Долгое время я думала, что это просто маска, которую человек надевает, когда ему больно. Но теперь я склоняюсь к тому, что была не права. Она та, какой себя показывает. -Не переживай из-за сестры, – недолго помолчав, произнесла Елена. – У каждого из нас в жизни могут быть моменты, когда мы закрываемся даже от самых близких и никому не доверяем, кроме себя. Но это не значит, что нам всё равно, просто мы не показываем это. Я уверена, что твоя сестра просто нашла в этом решение своей проблемы. -Это долгая история… – покачала головой Настя. – Я думаю, всё идёт из детства. Если бы я только могла тогда знать, каким фальшивым оно было, я никогда бы не оберегала воспоминания о тех днях так бережно, как экспонаты в музее. И вот я поняла, что оберегать больше нечего. Прошлое было одной сплошной ложью родителей… Настя даже не знала, зачем говорит это, просто не могла остановить поток слов. Ей хотелось выговориться, а Елена её слушала. Лучшего предлога можно было и не искать. -Это как-то связано с тем, что ты не сразу узнала о своей семье? – спросила Воскобоева. Настя стрельнула в неё взглядом, отметив, что она сосредоточена на своём вопросе. Вероятно, в её голове не совсем укладывается, что она, Настя, её ученица – дочь того самого Олега Стрина, имя которого было известно не только в России, но и за границей. Елена просто не могла поверить, что перед ней – дочь знаменитости. Девочка, которой слишком много досталось для такого возраста, сейчас стоит рядом с ней и делится наболевшим. -Да, – кивнула Настя, с горечью вспоминая, как рыдала в прихожей, умоляя мать признаться, – напрямую. Многое из моего детства оказалось ложью, когда открылась правда. -Всё будет хорошо, Настя, – попыталась успокоить девушку Елена. – Всё наладится, просто поверь мне. Что бы ни случилось, у тебя есть они, – она взглянула Насте в глаза, сделав небольшую паузу. – У тебя всегда есть они – твоя настоящая семья… Елена ушла, а Настя, глядя ей вслед, ощутила какую-то непонятную грусть. Её удивляли эти адекватные разговоры, перерастающие в разговоры по душам. Клеменко пришёл на маскарад с очередной новой девушкой, и это зрелище заставило Настю ненадолго забыть обо всём. Она с каким-то ликованием наблюдала, как его бывшая дала ему пощёчину, и громче всех смеялись Анджелина, Марина и Мила, которые когда-то по глупости встречались с ним тоже. -Кто на этот раз? – поинтересовалась Настя у Милы, стоящей рядом с ней. -Анжелика Погодина из нашего класса, – хмыкнула Эванс. -Глупая и стервозная, – поддержала диалог Карина, которая тоже входила в число бывших Клеменко. – Интересно, как долго она продержится в статусе его девушки? -Несколько недель, – пожала плечами Гера, глядя на удаляющихся Клеменко и его спутницу. – Интересно получается, что каждая из этих дурочек, с которыми он встречается, думает, что она у него последняя и что он не бросит её через месяц. -Откуда взялась эта Погодина? – поинтересовалась Настя. -Не знаю, – пожала плечами Карина. – Кажется, она переехала вместе с семьёй из Москвы год назад и за это время успела сменить уже две школы, нигде не прижившись. Из последней её выгнали за драку с одноклассницей из-за парня. -Мне уже страшно, – поморщилась Мила. – Напомните мне не подходить к ней близко. -Расслабься, ты уже не девушка Клеменко, – покачала головой Карина. – Какие у неё могут быть претензии к тебе? Скорее всего, тот парень ей просто изменил с одноклассницей. -Тогда я сочувствую той, кто будет его следующей девушкой, – покачала головой Гера. – Я бы никогда не стала встречаться с парнем, среди бывших которого значится Погодина. -Чувствую, что разрыв этих отношений может закончиться огромной драмой, – заметила Настя. – Надеюсь, что никто из вас больше не свяжется с Клеменко. -Мы-то что, – пожала плечами Гера, – скажи это своей подруге Анджелине. Я слышала, что она возвращалась к нему и именно ради него даже бросила Сашу Мартынова. Настя краем глаза покосилась на Геру, удивлённая, что в голосе Заставской нет привычного яда, когда дело касалось Анджелины. Отношения этих двоих напоминали гражданскую войну, хотя Настя знала, что Анджелина в глубине души этого не желает. -Всем привет, – к ним, улыбаясь, подошла Елена Брант. – Вечеринка в самом разгаре? Настя не была рада её видеть, отлично помня, что именно Брант посоветовала Чешири выкачать из неё всю кровь, чтобы помочь Эле. И сейчас она делала вид, что ничего не произошло, изображала из себя дружелюбную, и Настю тошнило от этого. -Что тебе от нас надо?! – немного резко спросила Настя, встречаясь с ней взглядом. -Подошла поздороваться, – улыбка снова сверкнула на лице Брант, – вдруг ты обидишься. -Не делай из меня дуру! – выкрикнула ей в лицо Настя, не выдержав. Она готова была ударить Брант, лишь бы стерва перестала улыбаться. – И хочу тебя предупредить, что если ты бросишь на Сашу ещё один взгляд, то точно пожалеешь. -Хочешь, чтобы он дал ей ещё один шанс? У неё ничего не выйдет. У них ничего не выйдет. Чувства подведут их. Кто-нибудь снова оступится и сделает больно другому. Это уже проверено, – она говорила так, будто эта ситуация её забавляла. -Страшнее, когда чувств нет. -А когда они есть? – усмехнулась Брант. – Иногда это провоцирует ярость, ненависть, боль, а это, в свою очередь, иногда кончается суицидом. -Не обязательно, – покачала головой Настя. – Чувства лучше, чем полное безразличие. А несчастная любовь – не повод кончать жизнь самоубийством. -Ты думаешь? – в глазах Елены загорелся какой-то огонёк азарта. – А если любви нет и испытывать нечего? Что, если есть только притвор? Мы все иногда притворяемся. -Считаешь, что Саша не может простить Анджелину? – Настя поняла, куда клонит Елена, и лишь посмеялась про себя над её наивностью. Мартынов уже почти простил Анджелину, раз пришёл с ней на маскарад. Пришёл с ней, а не с Брант, а это, как казалось Насте, что-то да значит. -Забыть не сможет точно, остальное не знаю, – ответила Брант. – Не думаю, что так просто забыть то, что сотворила твоя подруга, как именно она разбила его сердце. -Что ты пытаешься доказать? – прищурилась Настя, злясь на Брант за то, что она лезет не в своё дело. – Что Саша не любит её или что она не любит Сашу? Они любят друг друга, ты это знаешь. И бесишься, потому что тебе отведена жалкая роль его подружки. -Ты ошибаешься, думая, что я жалкая, – сверкнула глазами Елена. – Я могу свернуть шею твоей подруге одним ударом. Так что подумай, Настя... – произнесла она и исчезла. Гера, Карина и Мила отправились на поиски своих одноклассников, которых могли бы пригласить танцевать, а Настя стояла и смотрела вслед Елене, подозревая, что сейчас она улыбается, покидая поле боя. А ещё, как казалось девушке, ничья злодейку не устроит. Неожиданно чьи-то руки притянули её к себе, и голос Макса прошептал ей на ушко: -Ну что, ты ещё не успела по мне соскучиться? -А как ты думаешь? – ответила Настя, поворачиваясь к парню. На его губах играла счастливая улыбка. – Я скучаю по тебе каждую минуту. Катрин в безопасности, но, к сожалению, Кэтрин тоже. Нам пришлось связать её с Катрин, чтобы это помешало ей убить Лоулт. Но теперь мы можем забыть обо всём хотя бы на один вечер. Давай потанцуем? -Ты разве не натанцевалась с Кузнецовым? – пошутил Макс, и Настя нахмурилась. Она отстранилась от парня, с удивлением глядя на него и не понимая, ревнует он или нет. В конце концов, с Егором она просто поговорила, и повода для ревности у Макса не было. -Я всего лишь говорила с ним несколько минут! – выпалила Настя сердито. – Он сказал мне, что верит насчёт двойника! Что с тобой такое, Макс?! Я тебя не узнаю! – с этими словами она развернулась и бросилась бежать, про себя проклиная этот вечер. Макс догнал её уже в коридоре и, схватив за руку, развернул к себе. Настя удивилась и поэтому не сразу сообразила, что можно продолжить своё бегство. Но, взглянув в его глаза, она расхотела убегать. Глаза парня излучали грусть, и она поняла, что зря приняла эту шутку так близко к сердцу, ведь он на самом деле не хотел её обидеть. -Прости меня, – тихо сказал он, глядя ей в глаза, и она ещё сильнее пожалела о том, что рассердилась. – Я не подумал, что это может так тебя расстроить. Настя… -Ничего не говори, – покачала головой девушка и, приблизившись к нему, поцеловала. Он ответил на поцелуй и прижал её к себе, чувствуя, как стучит её сердце. Он и сам не знал, почему те слова сорвались с его губ, но это было жестоко. -Настя, прости, – простонал парень. -И ты меня, – прошептала девушка, уткнувшись носом в его шею. – Ты лучшее, что со мной случалось. Я не должна было так реагировать, не должна была убегать… -Ты убегала ещё когда мы не были вместе, так что я привык, – ответил Макс. – Но я знал, что это не навсегда. Потому что я знаю, что ты любишь меня по-настоящему. Потому что я знаю, что нам суждено быть вместе. Но когда ты уходишь, я не собираюсь стоять и ждать, когда ты вернёшься. Я слишком не готов потерять тебя.

***

-Ты… чуть не обиделась… на него за такую ерунду? – Алакара, кажется, была пьяна, и к тому же, немного удивлена, когда Настя рассказала, как чуть не поругалась с Максом. Ещё в начале вечера ей и в голову бы не пришло разозлиться на него за такую шутку, но, видимо, стресс и переживания из-за Кэтрин потихоньку сделали своё дело. -Да. Я была слегка не в себе, – пробормотала Настя. Она расстегнула сумку сестры и увидела на дне почти пустую бутылку виски. Так. Отлично. Просто класс. -Это так странно… – продолжала бормотать Алакара. – Ты, обидевшаяся на шутку… -Где ты её взяла? – нахмурившись, Настя подняла взгляд на сестру. – Алакара, я сейчас не шучу. Где ты взяла бутылку? Посмотри на себя! По тебе вытрезвитель плачет! -Вот только не надо… меня отчитывать, – поморщилась Стрин. – Ты и сама любишь… Она широко зевнула. Нет, это надо немедленно прекратить, быстро подумала Настя. Оглянувшись, она увидела забытый кем-то стакан с водой и, схватив его, плеснула сестре в лицо. Этого оказалось достаточно, чтобы Алакара сразу взбодрилась. -Ты это серьёзно?.. – её речь стала немного разборчивей, чем минуту назад. -Чёрт, Алакара, – шумно выдохнула Настя, – как ты дошла до пьянки на школьной вечеринке? Если кто-то из учителей заметит, в каком ты виде… -Сейчас не время читать морали, – снова поморщилась Стрин. – Что не так с моим видом? Она снова зевнула, а Настя лишь вздохнула, глядя на неё. Стоило предположить, что Алакара втихаря принесёт бутылку из дома, чтобы оживить праздник. Но откуда она могла знать, что Алакара и мера – несовместимые вещи? -Что ты так смотришь на меня? – спросила Стрин. – На мне что, узоры появились? -Пока что нет, – покачала головой Настя, – но я дам тебе знать, когда это случится. -Она тут… с ним, – Алакара схватила ртом воздух, как умирающая рыба. – Это значит, что всё будет как раньше? Они вместе и больше нет никаких других проблем? -Тебя не должно это волновать, – отрезала Настя, злясь, что сестра лезет не в своё дело. Вокруг Саши и так крутится много девушек, желающих привлечь его внимание. И Настя искренне не понимала, почему Алакара так желает оказаться среди тех, кто сегодня провожал Сашу и Анджелину расстроенным взглядом. Пока Алакара делала попытки подняться из-за столика, к ним подошла Вика. -Кажется, дела совсем плохи? – поинтересовалась она у Насти, наблюдавшей за попытками сестры. – За всё время я первый раз вижу Алакару настолько пьяной. -Она не могла смириться, что на этой вечеринке не наливают, – усмехнулась Настя. – И притащила бутылку из дома, но, кажется, совсем позабыла о контроле. -Это из-за Саши? – немного нахмурившись, спросила Вика, и Настя кивнула. – Тогда, пожалуй, ей сейчас лучше не пересекаться с ним. Он тут вместе с Анджелиной. -Я знаю. Алакара и трезвая может наделать глупостей, а пьяная она ещё безумнее, особенно когда не отдаёт себе отчёта. Проследи, чтобы она не натворила дел. Оставив Алакару с Викой, Настя поспешила найти Соньку, с которой не виделась уже довольно давно и сейчас ощущала потребность проверить, в порядке ли сестра. Сонька сидела за столиком вместе с Эттлс. Понаблюдав за сестрой издалека, Настя заметила, что она смеётся над чем-то, что рассказывает ей Дашка. Усмехнувшись, Настя подумала, что это временно. И верно – стоило ей подойти к сестре, как улыбка пропала с её лица. -Ну что тебе опять надо? – пробормотала Сонька с разочарованием, опустив взгляд. Настя знала, что сестра не рада ей, но не обратила внимания на её кислый вид. -Отойдём на секунду, – сказала она голосом, не терпящим никаких возражений. -С какой стати? – воспротивилась Сонька, почуяв, что ничего хорошего её точно не ждёт. Её удивляло, что каждый раз, когда ей случалось довести Настю до слёз, она возвращалась назад с новыми силами. – Я занята. -Занята?! – усмехнулась Настя. – Не смеши меня! Считаешь отличным занятием проводить время в компании вампирской дряни, хотя сама являешься такой же последней тварью, как и она, только ей уже подписан приговор, а ты могла иметь другую жизнь! Ты не задумывалась о том, как она манипулировала тобой, когда ты была ещё человеком, как она играла тобой, как кошка с мышкой? Её слова далеки от реальности, Соня, и когда ты это поймёшь, сразу станет легче отказаться от этого. Посмотри мне в глаза и скажи, что веришь, что все её слова – это ложь, направленная на твоё уничтожение. -Минуточку, юная леди, – с гадкой улыбочкой на лице вмешалась в диалог Эттлс. – Ты думаешь, что я что-то внушила Соне? До чего же это глупо – внушать то, что есть на самом деле. И твоя сестра согласна со мной. Можешь спросить у неё хоть сейчас. -Неправда! – крикнула Настя, скрипнув зубами. Отвращение к Эттлс переполняло её. – У Сони была семья, у неё была я. Мы были друг у друга, но ты это забрала. Я не думала, что она проводит время в компании вампирской первосортной дряни, но я хочу, чтобы ты знала – ты её не получишь. Я хочу оградить её от всего этого, а главное – от тебя. Я хочу, чтобы она была счастлива и никогда не знала этого ужаса. -А она и живёт счастливо, но до тех пор, пока я рядом, – довольно улыбнулась Эттлс. -Не ври! – Настя почувствовала ярость, граничащую с желанием убить. – Никогда мне не ври, потому что я вижу тебя насквозь! Всё, что тебе нужно – это хорошая игрушка, которой можно вертеть, как хочется, и которая никогда не пожалуется! Возможно, Настя заставила бы Соньку поговорить, но в это время её внимание отвлекла Гера Заставская, с микрофоном забравшаяся на сцену. Засмотревшись на неё и пытаясь понять, что она собирается делать, Гусакова забыла даже о сестре. -Привет всем, я Гера Заставская, дочь Лили Роллинз, довольно известной актрисы, – сказала она, поднеся микрофон к губам. Её глаза, кажется, искали кого-то в зале. – Сегодня, в этот замечательный день, когда многие из вас в масках, я решила сбросить свою. Я хочу сказать спасибо одной девушке, которую зовут Анджелина Джонсон, – улыбнулась она, и Настя застыла на месте, не поверив своим ушам. Она думала, что ей просто послышалось, потому что Гера и Анджелина уже ни один год вели войну и несколько раз даже устраивали безумные драки в коридорах. А теперь Гера в разгар праздника забирается на сцену с микрофоном, чтобы выразить благодарность Анджелине? Настя считала это настоящим безумием. -Однажды эта девушка вместе со своими подругами спасла мне жизнь, – продолжала вещать Гера, ловя десятки удивлённых взглядов. – И в этот вечер я хочу сказать, что очень мечтаю о том, чтобы она перестала наконец ненавидеть меня, потому что у нас нет повода воевать. Да, между нами было немало неприятных моментов, но, Анджелина, если ты стоишь в этом зале, я хочу сказать, что я ни одной минуты, ни одной секунды не ненавидела тебя. Если и была проблема, она была во мне, это я была недостаточно умна, чтобы остановиться и прекратить нашу войну. Любое чувство можно скрыть за маской, за ложью, за улыбкой. Моё поведение было глупым, и я прошу у тебя прощения за него. Что ж, я делаю шаг навстречу. Лучше поздно, чем никогда, – она осторожно улыбнулась. – Прости, что была идиоткой. Она спустилась со сцены, преследуемая восхищёнными взглядами. Для большинства её выступление было полной неожиданностью, потому что Гера Заставская ни перед кем никогда не извинялась публично, особенно перед Анджелиной Джонсон. Она чётко знала, кто её друг, кто враг, и не переходила черту. Никогда. До сегодняшнего дня. Их скандальная история с Анджелиной была знаменита на всю школу, а сегодня Заставская неожиданно предстала совершенно в другом свете, поразив тем самым половину школы, в том числе и своих подруг, которые смотрели на спускавшуюся по ступенькам девушку, раскрыв рты. -Ты серьёзно? Спятила? – накинулись Мила и Карина на подругу, когда она наконец вернулась к ним, и внимание переместилось с неё на музыку. – Ты серьёзно? Да? -Да, конечно, – отвечала Гера подругам. – А она слышала это? Она видела меня? Настя заметила, как Анджелина осторожно, стараясь не попадаться никому на глаза, выскочила из столовой, как ошпаренная. Решив, что им необходимо поговорить прямо сейчас, Настя поспешила вслед за подругой, оставив ликующую Геру и её всё ещё удивлённых подруг. Анджелину она обнаружила в туалете на пятом этаже. -Анджелина? – позвала Настя, переступая порог туалета, и услышала рыдания в ответ. -Ну же, Джелл, выходи, – вздохнула Гусакова, но снова услышала рыдания из закрытой кабинки. -Ну прекрати, ты же не тронулась умом, – снова сделала попытку Настя, и в этот момент распахнулась дверь одной из кабинок. Заплаканная Анджелина смотрела на подругу. -В чём дело? – тихо спросила Настя, не понимая, что так расстроило Джонсон. -Ты не понимаешь! – Анджелина всхлипнула, и из её глаз снова брызнули слёзы. Она пыталась что-то сказать, но вместо этого затряслась и закрыла лицо руками. -Может, хватит рыдать? – Настя не знала, как успокоить подругу. – Забудь ты об этом. -Забыть? – снова затряслась в рыданиях Джонсон, посмотрев на Настю, как на сумасшедшую. – А ты сможешь это забыть? Мне жаль времени, потраченного зря! Я никогда не испытывала к ней ненависти, и на сцене сегодня должна была стоять я! -Анджелина, не переживай так… – посоветовала подруге Настя, снова вздохнув. – Послушай, жизнь на этом не заканчивается, и ты прекрасно это знаешь. Хорошо, что хотя бы она решилась прекратить эту нелепую войну. Неизвестно, куда она привела бы. И вообще, откуда тебе было знать, что она относится к тебе не так плохо? -Всё из-за меня, – сокрушалась Анджелина. – Моё поведение всё погубило, Настя! -Но, Джелл, ты ведь тоже можешь снять свою маску и положить конец всему плохому раз и навсегда. -Но это будет так жалко! – поморщилась Джонсон. – Ты даже и не можешь представить, какой дурой я буду выглядеть, если сейчас повторю за ней! -Ну, по крайней мере, между вами будет всё окончательно ясно, – пожала плечами Настя, желая, чтобы конфликт её лучшей подруги и Геры полностью исчерпал себя. – Она права, вам незачем воевать. Просто подумай о том, чтобы подойти к ней и всё обсудить. А теперь пойдём вниз. Нас ждёт вкусный клубничный коктейль.