Аромат ванили

      Угасая один за другим, мерцающие огоньки растворялись в полумраке. Геральд встал, окончательно разрушая сотворённое для неё волшебство и подошёл к окну, отодвинув плотные чёрные гардины. Демон задумчиво потёр подбородок, всматриваясь в непроглядную тьму. Сложившийся воедино пазл, история той самой бабочки, заставил тягучую кровь ускорить свой бег по венам.       Вики протянула руку, наблюдая за полётом последнего из маленьких огоньков. Он коснулся её ладони и вспыхнул ярким пламенем, прежде чем исчезнуть в полутьме.       — Настоящее волшебство, — прошептала она, рассматривая пальцы, перепачканные золотой пыльцой. Тяжёлый голос Геральда прозвучал неожиданно, окончательно разрушая сладкое мгновение и возвращая Вики в суровую реальность, где ей всё ещё грозила опасность.       — Близится час рассвета. Нужно вынести его из школы.       Уокер погладила существо по голове, рассматривая маленькие, покрытые чешуйками, рога.       — Сколько у меня времени?       Демон шагнул к шкафу и распахнул дверцы. Он извлёк оттуда ещё один пузырёк, наполненный мутной жидкостью болотного цвета.       — Ты не пойдёшь. Это опасно.       — Но…       — Уокер, — в его тоне прозвучало скрытое предупреждение, и Вики затихла, наблюдая за его действиями. Геральд открыл флакон, закупоренный корковой пробкой, и протянул его Вики.       — Дай ему выпить. Только не прикасайся к тому, что внутри.       Уокер взяла пузырёк и подняла взгляд, наблюдая за ледяным спокойствием на лице демона. Вики обхватила горлышко сосуда пальцами и поднесла его к свету, легонько встряхнув. Мутная, грязная и дурно пахнущая жидкость всколыхнулась, оставляя на чистых хрустальных стенках свой отвратительный след.       — Что это? Оно… — стойкий запах омерзительной гнили ударил в ноздри, и Вики прикрыла нос рукой, так и не договорив. Геральд усмехнулся, наблюдая за её реакцией.       — Да, Уокер. Вовсе не благоухание роз и аромат ванили.       — Ванили? — она подняла удивлённый взгляд. — Любите ваниль?       Что-то щёлкнуло внутри.       Ваниль.       Она поднесла флакон, наблюдая, как бес заметно оживился и потянулся к пузырьку. Маленькое порождение ада обхватило флакон руками-крыльями и принялось жадно поглощать содержимое.       — Ненавижу сладкое, — произнёс Геральд, равнодушно пожав плечами.       — Ваниль бывает горькой. Знаете, такой горький, древесный запах, — голос Вики слегка дрожал, с поличным выдавая все её переживания и выбрасывая их на поверхность.       Демон вернулся к комоду, не удосужившись ответить на её слова. Он открыл ящик, извлекая из него камень, идентичный тому, что покоился в огранке амулета Фенцио. Уокер увидела большой сапфир с характерным пурпурным свечением, что мягко переливалось в мерцающем свете зажжённых свечей. Геральд шагнул к ней, протягивая ладонь.       — Кажется, это то, что искал твой бес.       Взгляд серых глаз вновь остановился на маленьком изъяне, к появлению которого была причастна Уокер. Не удержавшись, та робко провела кончиками пальцев по белому тонкому шраму, чувствуя его выпуклость.       Этой мелочи оказалось достаточно. Память хранила прикосновение её губ, наполненное неподдельной нежностью и преисполненное благодарностью. Этот невинный поцелуй пробуждал не те помыслы. Вики подняла взгляд, медленно очертив выпуклый шрам пальцем и неосознанно надавив чуть сильнее. Глаза демона вмиг потемнели, и ей показалось, что они — чёрная бездна.       Что же ты творишь?       — Вики, — хрипло выдохнул Геральд, и она испуганно одёрнула руку, нещадно разрушая это ласковое прикосновение. Она тут же обхватила пальцами большой камень и сжала его в своей ладони. Бес никак не отреагировал, свернувшись на её коленях и издав слабый утробный звук.       — Что это с ним?       — Я все ещё не могу прикасаться к нему, Уокер. Так он нанесёт меньше вреда.       И к тебе.       Не могу прикасаться.       Демон шагнул к ней ближе, прогоняя запретные желания и думая о последствиях своих опрометчивых действий. Но навязчивые мысли возвращались вновь и вновь, нашёптывая о том, что у неё нет ничего под этим тонким, практически невесомым платьем. Ничего, кроме неё самой.       — Вреда? — переспросила Вики, поднимая свои серые глаза. Она увидела серебряную цепочку, что висела на его безымянном пальце. Одним ловким движением Геральд расстегнул её, прикасаясь к чистому, как слеза, кристаллу.       А хотелось к её коже.       — Подойди ко мне.       Вики подняла спящего бесёнка с колен и осторожно положила его на шёлковую прохладную ткань. Она делала шаг навстречу, заинтересовавшись предметом в руках демона.       — Очередной амулет?       — Очередной контракт, — усмехнулся Геральд, наблюдая за неподдельным удивлением, что отразилось в её глазах.       — Контракт? — Уокер выдохнула с изумлением, наблюдая за каждым его действием. Геральд подошёл ближе, касаясь пальцами хрупкой шеи Вики, и прикрыл глаза, борясь с желанием избавиться от проклятой ткани и провести ладонью по её телу, очерчивая каждый соблазнительный изгиб. Демон чувствовал запах, вломившийся в голову однажды, когда одна серая непризнанная вихрем пронеслась мимо его комнаты, заливисто хохоча и этим самым вырывая Геральда из тяжёлых раздумий. Это было не то открытием, не то откровением: демон никогда раньше не акцентировал внимание на энергии учеников. Да, он, несомненно, запомнил её сразу. Ту самую ненавистную ваниль, ставшую настоящим испытанием и сладким мучением. Он желал Вики. Желал каждый миг, когда она стояла так близко.       Уокер почувствовала, как его пальцы скользнули по шее, задержавшись на мгновение дольше, чем в том была необходимость. Геральд отвёл очередную прядь волос в сторону и медленно подался вперёд. Вики вздрогнула от прикосновения холодной серебряной цепочки к разгорячённой коже. Застёжка защёлкнулась, и тяжёлый увесистый камень лёг на её грудь.       — Моё желание, — жаркое дыхание коснулось уха Вики, и демон отстранился. От его хриплого голоса и волнующих прикосновений сердце забилось так сильно, что казалось, вот-вот разрушит рёбра. Уокер судорожно вдохнула, втягивая воздух и чувствуя, как слабеют колени.       — Каковы условия?       — Не снимай его. Только если окажешься в опасности.       Его хриплый шёпот лишал возможности мыслить. Она смотрела в потемневшие глаза и видела в них голод и жажду, будто бы штормовое море вмиг вышло из берегов.       — В этом мире так много контрактов, — с губ Вики сорвался прерывистый вздох, когда желанные пальцы вновь легли на её шею. Взор бледно-голубых глаз скользнул ниже, останавливаясь на ложбинке, где покоился кристалл.       — Нужно подписать договор.       Вопросительный взгляд Вики лишь усилил уже охватившее желание. Геральд думал о близости снова и снова, желая сорвать с её губ прерывистый вздох и услышать тихий стон. Он хотел видеть, как темнеют её пепельно-серые глаза. И как Уокер, снедаемая желанием, приоткрывает губы и шепчет его имя, извиваясь от каждого прикосновения крепких рук.       — Кровь?       Вики выдохнула слишком тихо. Рука демона скользнула выше, прикасаясь к виску. Геральд невесомо провёл по нему пальцами, проверяя, есть ли ещё жар. Уокер поймала себя на мысли, что там, где были только что пальцы, хочет чувствовать его губы.       — Хуже. Я говорил, что тебе не понравится моё желание.       — Вы пугаете меня.       — Закрой глаза и ни при каких обстоятельствах не открывай. Не бойся. Я не причиню тебе боль.       Геральд провёл пальцами по щеке, чуть приподнял лицо за подбородок и произнёс почти в самые губы.       — Готова?       Девушка кивнула, покорно не поднимая век.       Вики почувствовала, как его пальцы легли на затылок. Демон коснулся её губ медленно, позволяя привыкнуть к совершенно новым ощущениям. Он почувствовал, как хрупкая ладонь прикоснулась к груди, с силой сминая ткань его рубашки. Она не оттолкнула, лишь прижалась сильнее, пропуская сквозь пальцы шёлковую ткань. Геральд провёл кончиком языка по её искусанной нижней губе, Уокер разомкнула уста, отвечая на поцелуй и позволяя ему большее. Её рука тут же скользнула ниже и замерла. Сквозь тонкую шёлковую ткань Вики слышала биение его сердца. Лихорадочно быстрое, неровное, и… идентичное её собственному сердцебиению. Это обезоруживало. Всепоглощающее чувство необходимости быть ещё ближе накрыло собой и утопило, не оставляя ни единого шанса спастись из этого омута.       Демон привлёк её к себе, углубляя поцелуй и она на мгновение отстранилась. Но лишь для того, чтоб вдохнуть и снова прильнуть к желанным губам. Поцелуй стал требовательнее, глубже и жарче. Желания, что таились на дне души, вырвались на поверхность, становясь чем-то существеннее, нежели запретные мысли. Вики чувствовала, как последний рубеж пространства, разделяющего их, пал. Кровь, что бежала по венам, превратилась в жидкий огонь, скручивая все внутри в тугой узел. Не в силах справиться со своими эмоциями, Вики прижалась к Геральду ближе, чувствуя его желание, и тот поддался ему, посылая в ад свою стальную выдержку. Уокер почувствовала, как сильные руки вжали её в стену, а в живот упёрлась однозначная твёрдость. Она чувствовала его желание, растворяясь в каждом прикосновении. Вики хотела отдаться его рукам и губам, почувствовать его всего в себе. Словно прочтя её мысли, Геральд коснулся бедром её ног, и она задрожала, сильнее сжимая его плечи. Ладонь демона скользнула ниже, сминая ткань платья и подымаясь выше по бархатной коже.       Ему казалось, что взрывная волна желания разрушит сознание окончательно, что он сгорит, полыхая в огне, что разливался по венам. И теперь Геральд знал, что стоит ей уйти, он всегда будет ощущать подле себя лишь всепоглощающую пустоту.       И всё же демон отстранился, прерывая поцелуй.       Вики услышала, как с губ сорвался сдержанный вздох. Она прижалась спиной к стене, снова ощущая, как предают колени и вздрагивают крылья. Уокер прикоснулась к горящим губам дрожащей рукой, всё ещё чувствуя на них вкус. Его вкус.       — И всё же, — Вики прерывисто вздохнула, поднимая на него тёмные, затуманенные желанием, глаза. — Вы соврали.       А он смотрел, борясь с первобытным, сжигающим его желанием. И видел, как завязывается магия и заключается очередной контракт. Хрустально-чистый камень на её груди наполнился тёплым мягким сиянием и вспыхнул, окрашиваясь в янтарные оттенки.