Аромат ванили

      Тёплые струйки воды стекали по разгорячённому телу, окончательно разрушая ночное наваждение. Стряхнув с перьев последние капли, Уокер вышла из ванной, вытирая мокрые тяжёлые локоны.       Хлопнула дверь, и в комнату влетела обескураженная дочь Мамона. Она плюхнулась на кровать, сложив свои крылья цвета молочного шоколада. Перья переливались, наполненные отблесками солнечного сияния, что пробивалось сквозь светлые занавески. Поймав на себе задумчивый взгляд соседки, Мими выжидающе вскинула бровь, ожидая объяснений.       — И… Где ты была всю ночь?       Демоница неосознанно сжала шёлковую ткань, быстро и нервно пропуская её между пальцев. Подчёркнуто безразличный голос дрогнул, выдавая всё волнение дочери Мамона, но, увлечённая своими мыслями, Уокер не заметила происходящего.       Отложив мокрое полотенце, Вики подошла к шкафу. Она взяла пышную юбку небесно-голубого цвета, расшитую золотой нитью, и кремовый кружевной топ.       — Я приняла сторону.       Демоница сокрушительно покачала головой, вглядываясь в сияющие серые глаза. Мими злилась на себя, ведь не испытывала радости. Все её мысли были только об одном. И терзающий вопрос таки слетел с нервно искусанных, побледневших губ.       — И с кем ты её принимала? Всю ночь.       — Кажется, ты не удивлена, — произнесла Уокер, увидев отсутствие реакции подруги. Дочь Мамона тяжело вздохнула, испытывая тягучее чувство вины.       — Об этом судачит вся школа. И я, как всегда, узнаю обо всём последней.       — Сплетники, — Вики мечтательно улыбнулась, задумчиво барабаня пальцами по твёрдой поверхности стола. Впервые ядовитые перешёптывания не взволновали её. Напротив, Уокер поймала себя на мысли, что ей безразлично. На мгновение её взгляд замер на собственных пальцах, и Вики с трудом отвела ладонь, прогоняя мысли о том, что стол можно использовать не только для письменных принадлежностей.       — Кто он? — шоколадные крылья дрогнули, и голос подруги прозвучал встревоженно. Она нервно закусила губу, сжимая шёлковую ткань. — Люцифер?       — Что? — Уокер не сразу поняла, о чём речь. Она опустила взгляд, заправляя локон влажных волос за ухо. — Нет.       Мими шумно выдохнула, испытывая чувство облегчения. Она закрыла глаза, прислушиваясь к собственному сердцебиению. Догадки о том, что Люцифер и Вики были близки, разъедали её душу и отравляли разум. Демоница отказывалась верить и упрямо гнала от себя мысли, но заинтересованный алый взор в сторону бывшей непризнанной не позволял ей забыть.       Загнанная в тупик собственными чувствами, дочь Мамона не заметила энергию, принесённую кем-то извне. Только сейчас, шумно втянув воздух, Мими поняла, что лёгкие, витающие в воздухе потоки не принадлежат объекту её воздыханий.       — Постой-ка… — демоница заметно оживилась. Она закрыла глаза, различая запах один за другим и пытаясь определить его принадлежность. — Штормовое море, солёный бриз, горький кофе, и… Апчхи! Древние пыльные фолианты! Это что, энергия Геральда?       Так вот какая она для тебя.       Вики улыбнулась, храня в своём сердце каждое его прикосновение. Рука невольно потянулась к устам, грозясь выдать все её мысли. Поймав на себе вопросительный взгляд, Уокер прикрыла глаза и прокашлялась, пытаясь придать голосу уверенности. Но выступивший на щеках румянец сдал её с поличным.       — Геральд — мой наставник. Это нормально, что ты чувствуешь…       — Да от тебя разит его демонической энергией! — воскликнула Мими, прерывая соседку.       Девушка звонко рассмеялась, отбрасывая все попытки оправдаться. Она шагнула к зеркалу, собирая волосы в пучок и скрепляя их шпилькой.       — Ты ведёшь себя странно, — недовольно буркнула дочь Мамона, бросая в новоиспечённую демоницу подушку. — Что происходит? Я требую объяснений и немедленно!       Вики поймала подушку и прижала её к груди. Уокер мечтательно закрыла глаза, позволяя себе снова вспомнить.       «Я солгал.       Солгал.»       — Кажется, я… Я люблю его.       Это тихое признание вырвалось из самого сердца. Впервые на душе было так тепло, и всё происходящее казалось невозможно правильным. Вики прижала ладонь к губам, удивлённая собственными словами. Так, словно собственные чувства стали истинным открытием, о котором она не ведала ранее. В комнате повисла пугающая тишина.       Мгновение.       Два.       И взрыв.       — Ты-ы-ы-ы что-о-о? Кого?!

***

      — Вики, я не могу поверить, он же…       — Да-да, знаю, — Уокер подмигнула подруге, подавая ей покрытый многолетней пылью учебник. — Мой дьявольски сексуальный наставник.       Мими недовольно поморщилась, вдыхая клубящееся облако. Она задержала дыхание, чувствуя, что вот-вот чихнёт. Этого не произошло, и дочь Мамона облегчённо выдохнула, отряхивая чёрный кожаный топ от книжной пыли.       — Ты думаешь, ты первая, кто влю…       — Тише, Мими, не шуми, — серые глаза вмиг расширились. Уокер едва не упала с лестницы, отчаянно замахав крыльями и поднимая в воздух спящую на древних фолиантах пыль. Дочь Мамона подхватила Вики, не позволяя ей упасть. Та обвила руками деревянные перекладины, складывающиеся в лестницу, с опаской поглядывая вниз.       — Я просто пытаюсь тебя вразумить.       — Да где же она? — игнорируя речь подруги, Вики изучала ассортимент библиотеки. Она пробежалась пальцами по корешкам книг, бормоча их названия себе под нос. — Теория магии, демонология, свод небесных правил, расширенный курс. Эй, Мими, глянь, какая толстая. Спорим, даже зануда Фенцио нарушил половину из того, что тут написано?       Дочь Мамона покачала головой, недовольно прищёлкнув языком.       — Хочешь сказать, это бесполезно?       — Бесполезно что? — задала вопрос Вики, возвращаясь к поиску. Наконец они увенчались успехом, и хрупкие пальцы легли на нужный ветхий переплёт. — А, вот она.       — Читать тебе нотации.       Уокер прижала книгу к груди, спускаясь с лестницы. В серых глазах неожиданно зажглись озорные огоньки, а губы тронула лёгкая мечтательная улыбка.       — Ты можешь попробовать. Но я предпочитаю, чтоб их читал мне он.       — С каких пор ты… такая? — Мими запнулась, подбирая подходящее слово. Она обречённо вздохнула, заранее зная предначертанный исход этой истории.       Он же разобьёт тебе сердце.       — Какая?       — Невыносимая, — выдохнула дочь Мамона, понимая, что все доводы бесполезны. Окрылённая своими мечтами, Уокер не слышала её. Рука демоницы легла на ручку двери, намереваясь открыть дверь библиотеки. — Идёшь?       Вики отвлеклась на шум, что доносился из открытых окон. Она увидела новоприбывших непризнанных, ожидавших своего учителя во дворе.       — А знаешь, нет. Держи, — Вики протянула подруге тяжёлую стопку книг. — К дьяволу Фенцио, не желаю слушать его нотаций! — она рассмеялась и, подхватив тяжёлую юбку, ринулась бежать вдоль стеллажей.       — Хоть бы дверь открыла, неугомонная.       Мими покачала головой, толкая плечом тяжёлую, дубовую дверь.       Он сломает твои крылья, mi avem.       И тебя.