Последний

      Полная луна светила ослепительно ярко, завораживающе. Она казалась живой. Пробираясь сквозь лесную чащобу, Наруто её отчётливо видел, то и дело бросая вверх тревожные взгляды. Такая луна у него вызывала лишь страх, в своей основе не имеющий ничего рационального. Наруто сильно устал, от голода и жажды у него кружилась голова. Он не ел и не пил уже вторые сутки и понятия не имел, когда утолит свои нужды. Осенний лес не давал ни грибов, ни ягод, а живность успешно от него ускользала, поскольку Наруто был очень посредственным охотником. В двенадцать лет он много чего умел, однако до сих пор ему не доводилось осваивать навыки охотничьего ремесла. Впрочем, даже в таком плачевном состоянии Наруто не собирался отчаиваться, ведь впереди его ждала последняя надежда.       Где-то совсем близко находилась деревня, из которой были родом его покойные родители. Те погибли в пожаре, когда Наруто не было и трёх лет. Его детская память многое утратила, оставив только самые яркие образы: ощущения любви, счастья и страшного горя. Да ещё и скудные сведения о прошлом его семьи, которые Наруто хранил, сам не понимая для чего. Всё, что касалось его мамы и папы, было ему дорого, и на деле годы спустя оказалось полезным.       Сирот в городке, где родился Наруто, и без него хватало, потому его ожидала дорога в приют. Там Наруто терпели до двенадцати лет и, обучив нескольким простым ремёслам, отправили во взрослую жизнь. Наруто тогда не растерялся, поскольку, зная, что его ожидает, успел разработать план. План был прост, наверное, примитивен, но Наруто без оглядки взялся за его реализацию.       Первым делом он надумал вернуться на родину родителей, чтобы там поискать свою родню. Он не собирался навязываться кому-то в нахлебники, лишь только очень хотел убежать от обрушившегося на него одиночества. Друзей в приюте Наруто не завёл, потому как там все были привычно черствы и даже жестоки друг к другу. Казённая атмосфера не располагала к доверительным отношениям, и каждый держался обособленно. К тому же сирот нарочно воспитывали независимыми и способными прокормить самих себя, чтобы в будущем они не создавали окружающим дополнительных проблем. Оттого Наруто не считал себя ребёнком – мужчиной – и искренне верил, что справится с любыми проблемами, вставшими у него на пути.       О деревне Коноха, куда он держал путь, мало кто слышал, больше слухи, да и те, на первый взгляд, недостоверные. Говорили, что деревня затерялась где-то в Восточном Лесу, ближе к подножию Теневых Гор. На карте её Наруто так и не нашёл, потому и отправился в дорогу буквально на авось. Пешее путешествие по стране заняло целый месяц, за время которого Наруто перебивался случайными заработками. До Леса он добрался неделю назад и смело нырнул под исполинские деревья. Наруто совершенно не думал, что заплутает и что провизия закончится, и он будет голодать и мучиться от жажды. Напротив, ему казалось: до его нового дома рукой подать, и долгий путь наконец-то закончится долгожданным отдыхом. И даже сейчас Наруто не растратил веры, упрямо продвигаясь вперёд. Он не мог погибнуть, вот так, без причины, ему нужно было лишь найти выход.       Дальний отблеск огня за древесными стволами поначалу показался дивным видением, но стоило Наруто осознать, что тот настоящий, как гудящие от усталости ноги, будто сами по себе, прибавили шаг. Наруто не сомневался, что впереди раскинулась Коноха, но сил радоваться не осталось. Он передвигался настолько быстро, насколько мог, однако через несколько десятков шагов его постигло лёгкое разочарование. Наруто понял, что просчитался, приняв огонь от костра за свет деревенских окон. Впрочем, огорчение быстро прошло, как только он разглядел у костра людей. За каменной оградой на берегу красиво серебрящегося в лунном свете озера те плясали вокруг огня и пели, наверное, отмечая какой-то праздник, и это обещало Наруто пиршество. Желудок призывно заурчал в ожидании близкой кормёжки. Наруто ещё издалека помахал людям, громко приветствуя:       - Здравствуйте!       На его голос обернулись все и замерли.       - Ребёнок!       - Ночью!       - Один!       - Иди скорее к нам!       Наперебой заговорили они.       Наруто облегчённо улыбнулся, поспешно продвигаясь к ограде. На той оказались нарисованы какие-то непонятные символы, но Наруто был не в том состоянии, чтобы в них вникать. Он перелез через небольшой каменный парапет и безбоязненно ступил на песчаный берег, направляясь к зазывающим его людям. Отблески огня переливались на их лицах, так что Наруто не мог их толком рассмотреть, однако ему хватало и того, что те продолжали его активно приветствовать. Шаг, второй, третий, а потом сзади на его левое плечо легла рука, сдавливая.       - Нельзя, - строго сказал мужской потусторонний голос, и Наруто завизжал от ужаса.       Он инстинктивно дёрнулся вперёд, пытаясь вырваться, но его силой притянули назад, не дав упасть не песок. Людей на берегу собралось с десятка два, и они все разом кинулись в сторону Наруто и схватившего его мужчины.       - Он наш!!! – звучало разноголосье. – Отдай!       Людская масса буквально бросилась в атаку и наткнулась на невидимый барьер, и Наруто наконец-то сообразил, что испугался совершенно не того, потому как разглядел, что прямо перед его носом столпились живые мертвецы. Их бледно-серая кожа состояла как будто из отдельных фрагментов, прикреплённых к телу, тусклые, потемневшие глаза не имели зрачков. Наруто видел таких однажды на картинке в одном старинном манускрипте, случайно попавшем ему в руки, и запомнил навсегда. Тогда он сильно напугался только от изображения, а сейчас… Наруто рывком обернулся и глянул на своего спасителя и увидел… ещё одного зомби.       - Нет... - в ужасе просипел Наруто, моментально лишаясь голоса, и упал назад.       Он, не вставая, попятился, не сводя ошалелого взгляда с остановившего его покойника. Тело трясло как в лихорадке, ноги не держали, но Наруто, не отдавая себе отчёта, отползал всё дальше. Он интуитивно выбрал направление к каменной ограде, ожидая в любую минуту почувствовать спиной её спасительную твёрдость, однако сзади его вдруг обожгло невыносимым жаром. Он встрепенулся, оборачиваясь, и шокировано застыл, глядя на то, как ограда полыхает чёрно-багряным колдовским пламенем.       - Ты не сможешь отсюда выйти до рассвета, - пояснил ему спасший его живой мертвец. Он был молод и, наверное, когда-то красив, с длинными чёрными волосами, собранными на затылке в хвост, одетый в серую футболку, тёмные штаны и сандалии. – Не бойся меня, я – Страж, - попытался он успокоить Наруто. – Моё дело – не дать им забрать тебя.       Страж невозмутимо указал на беснующуюся толпу мертвецов, которых стало в разы больше. Они всё прибывали и прибывали, выходя из воды. Мужчины, женщины, дети, старики… Наруто взирал на них с немым ужасом, не в силах пошевелиться.       - Утопленники… - выдавил он из себя.       - Да, - подтвердил Страж. – Все эти люди когда-то утонули, но не по своей воле.       - Не по своей? – невольно заинтересовался Наруто, славящийся своей любознательностью.       - Их погубил тот, кого называют Владыка озера, - пояснил Страж. – Он не имеет права ступать на землю без приглашения человека, а вот его рабы – загубленные души – каждое полнолуние выбираются из воды, чтобы завлечь жертву.       - Зачем? - Наруто нервно поглядывал на утопленников, непроизвольно придвинувшись к Стражу. Первоначальный бесконтрольный страх к тому его отпустил, и сейчас Наруто из двух зол выбирал меньшее.       - Эту историю не в полнолуние рассказывать, - отказался отвечать Страж. – Дождёмся рассвета, и я тебе всё поведаю.       - Точно нельзя уйти? – жалобно уточнил Наруто, переводя испуганные взгляды с горящей ограды, на мертвецов, стоящих непозволительно близко.       - Владыка озера установил огненный барьер, отрезав путь к отступлению, - покачал Страж головой. – Мне не под силу его убрать. Моя охранная зона составляет всего три метра шириной, и она опоясывает всё озеро. Здесь ты в полной безопасности, остаётся лишь дождаться восхода солнца…       Утопленники вдруг завыли на одной ноте, прервав объяснения Стража. Серебристая вода озера вспенилась, поднялась и огромной волной накатила на берег, вдребезги разбиваясь о невидимый защитный барьер. Всё произошло настолько быстро, что Наруто не успел сильнее испугаться. Он только ближе подполз к Стражу и теперь сидел у его ног. Наруто ожидал новой волны, но вода быстро отступила, вместе с мертвецами, однако берег оказался не пуст. Теперь всё видимое пространство занимали столы, буквально ломящиеся от разнообразных яств. Аромат пищи дурманяще повис в воздухе, отчего у Наруто закружилась голова, и его стало подташнивать. Он в жизни никогда не видел столько вкусной еды.       - Это иллюзия Владыки озера, - Страж сочувствующе глянул на Наруто, опускаясь на одно колено. – Не смотри, не надо. За этой иллюзией спрятаны зомби. Стоит тебе выйти из-под моей защиты, как ты будешь вмиг схвачен и утащен в воду.       В ответ Наруто мучительно застонал, потому что его пустой желудок свело судорогой, а во рту, казалось, полыхает пламень.       - Есть один способ облегчить твои страдания, - Страж аккуратно взял за ладонь скукожившегося Наруто. – Обмани своё тело, - сказал он, - делая ногтём надрез на его запястье. Кровь быстро проступила, и Страж повелел: - Пей.       Наруто послушался, скорее, его непреклонным интонациям, потому присосался к ране на руке. Глотать тёплую солёную жидкость было не особенно приятно, но он совсем не думал, что пьёт собственную кровь. Такая странная, даже дикая процедура невероятно, но помогла снять жар с пересохшего горла и дать желудку ощущение наполненности. Голова по-прежнему кружилась, но боли и голода Наруто больше не чувствовал. Он оторвался от раны, рука обессилено упала, и Страж поспешил заживить его порез. Лишь сейчас Наруто с запоздалым удивлением отметил, что ладони Стража по живому тёплые.       - Спасибо… - прошептал он окровавленными губами, не находя в себе сил их вытереть.       - Эффект временный, но до утра продержится, если ты поспишь, - Страж достал из его котомки видавший виды носовой платок и вытер ему лицо. – Больше не стоит бояться. Владыка озера знает, что я тебя не отдам, он отступит до следующего полнолуния. Сможешь уснуть? – заботливо поинтересовался Страж.       - Я не знаю, - пробормотал Наруто, чувствуя накатывающую вялость и озноб.       - Это последствия, - Страж осторожно притянул Наруто на себя, облокачивая его гудящую голову об свою грудь. – Спи, я буду охранять твой сон, - пообещал он.       Наруто доверчиво прижался к теплому телу, совсем не заботясь, что его обнимает живой мертвец. Стража он больше не боялся.       - Я Наруто. А как твоё имя? – спросил Наруто, приближаясь к порогу сна.       - У меня его больше нет, как и воспоминаний о моей последней человеческой жизни, - отозвался Страж.       - Тогда я буду звать тебя братцем… - пробубнил Наруто сквозь дрёму, согретый и успокоенный. Он не слышал, что ему сказали в ответ, только успел ощутить, как его крепче обняли.       Страж разбудил его ещё до рассвета, когда небо едва посерело. Ограда продолжала полыхать колдовским огнём, не пуская наружу, и Наруто вопрощающе посмотрел на Стража.       - Я провожу тебя вдоль берега до ближайшего селения.       - Не Коноха ли? – оживился Наруто, приподнимаясь на локте. Отдых ему пошёл на пользу, вернув немного сил, однако голод и жажда снова напомнили о себе.       - Верно, - подтвердил Страж. – Ты туда путь держишь?       - Да! Родина моих родителей, - поделился Наруто. Он встал и потёр кулаками глаза. Часть страхов ушла вместе с угасающей ночью, и пустынный берег теперь не казался таким ужасающим.       - Эти не вернутся? – на всякий случай уточнил Наруто, кивнув на озеро.       - Нет, - успокоил его Страж.       - Хорошо, - облегчённо выдохнул Наруто, – пойдём быстрее, - попросил он. – И, да, ты мне обещал всё рассказать, братец.       Страж дрогнул от его обращения, замер и глянул как-то по-особенному.       - Мне приятно твоё доверие, - с улыбкой сознался он. – Однако не стоит ко мне хорошо относиться. То, что я здесь, это наказание.       - Возможно, - легкомысленно отреагировал Наруто, - но виноват ты не передо мной, к тому же я тебе жизнью обязан. Слушай, не заставляй меня много говорить, а то во рту и так сухо, - попросил он. – Тебе такое не грозит, так что жду от тебя всех подробностей. Налево, направо? – спросил он без перехода, выбирая направление.       - Налево, - ответил Страж, продолжая улыбаться.       - А далеко? – уточнил Наруто на ходу, соизмеряя силы и чувствуя, что долгого похода не одолеет.       - Часа через три рассветёт, мы как раз будем на месте, - ответил Страж.       - Да, братец, спасибо, что вовремя меня разбудил, - поблагодарил Наруто, желая поскорее добраться до Конохи. – Итак, я слушаю.       - История будет короткая, но печальная, - посерьёзнел Страж. – Как доберёмся до деревни, ты увидишь на противоположном берегу озера развалины древней крепости, принадлежащей нынче канувшему в лету старинному клану Учиха. Последние из них исчезли лет триста назад во время большого разбойничьего нападения, фактически бойни. Те, кто чудом уцелел, бежали за Теневые горы и рассеялись по миру, потому сейчас этот некогда могучий род считается прерванным.       - А за что на них напали? – расстроился за незнакомых ему давно погибших людей Наруто.       - Учиха почти все обладали сильным ведовским даром. Им завидовали, их боялись, - объяснил Страж.       - Жестоко, - покачал головой Наруто.       - Да, - согласился с ним опечаленный Страж. – Так вот, - продолжил он, - незадолго до гибели клана в нём случилась ещё одна трагедия, масштабы которой сразу не поняли. Был в их роду один юноша, имя которого от меня сокрыто. Этот юноша полюбил человека своего пола. Сейчас подобные отношения никого не удивляют, к ним давно привыкли, такие люди могут даже в брак вступать, а триста лет назад это считалось высочайшим позором. Тот юноша признался своему любимому, но был жестоко отвергнут и осмеян. Не выдержав, юноша бросился с самой высокой башни крепости прямо в озеро. Он погиб мгновенно, однако его неуспокоенная душа жаждала отмщения, поэтому его сильный ведовской дар привёл к перерождению. И тогда озеро обратилось в купель, откуда может выйти демон отмщения, если погубит две тысячи триста семь человек. На его счету уже две тысячи триста шесть, так что остался последний.       - Из-за такой ерунды человека сгубили! – возмутился Наруто. – Тот второй был дураком, потому что нельзя над чувствами смеяться, но и первый тоже хорош! Любил он для себя, поэтому злым и стал, когда умер. Мстить он собрался. Кому только?!       - Счастливым и любимым, - вздохнул Страж. – Ему больно и из-за чего он делает больно другим. Это его не оправдывает, - предупредил он гневный окрик Наруто, - но мы с ним как-то связанны, поэтому мне и понятны его чувства. Как только ему осталась последняя жертва, местные божества и духи-защитники сделали меня Стражем, наделив силой защищать. Я здесь уже тридцать лет и кое-что успел понять. Иногда я думаю, что тоже был Учиха, возможно, даже жил в одно время с Владыкой озера. Кто знает. Всё, что я могу тебе сказать, осуждать легко. Простить – нет. Это и его касается.       Страж указал рукой на озеро и погладил по голове притихшего Наруто.       - Ты прав, - не стал спорить тот. – И обвинять во всём кого-то тоже легко, как и ненавидеть.       Несколько минут они шли в тишине, каждый погружённый в свои мысли. Небо всё больше светлело, и под напором просыпающегося солнца постепенно угасал колдовской пламень.       - Из-за того, что Коноха раскинулась рядом с озером, о ней ходит дурная слава, но в самой деревне ничего плохого не происходит, - продолжил рассказывать Страж, возвращая внимание Наруто. – Сейчас ей управляет староста Цунаде, а она хорошая женщина, сильная знахарка и травница. В нынешние времена ведовские знания почти утеряны, уже никто не может будущее предсказывать, да на погоду влиять и многие другие вещи подзабыты. Остались лишь жалкие крохи былого могущества, да знахарство, хотя среди знахарей развелось много шарлатанов. В тебе ведь тоже заложен ведовской дар? – полуутвердительно спросил он.       - Да, от родителей передался, - ответил Наруто. – Только я ничего не умею, а научиться негде. Может, Цунаде научит?       - К знахарству предрасположенность должна быть, иначе ничего не выйдет. Но твой дар будет и без обучения сам развиваться, - успокоил его Страж. – Такова его природа, правда, улучшения будут очень медленные, на первый взгляд незаметные, но ты определённо станешь сильнее.       - Вот здорово! – обрадовался Наруто. – Побыстрей бы!       - Не торопи события и собой не рискуй понапрасну, - предостерёг его Страж. – Ты можешь с духами общаться даже не в час их силы, и, поверь, не все они безобидны. Есть и такие, с которыми лучше никогда не встречаться, и, к сожалению, водятся они вовсе недалеко от людских поселений.       - Знаю, - погрустнел Наруто. – Пока досюда добирался, всякое доводилось слышать. Да и здесь, вон оно, озеро, с виду приятное, манящее, а на деле западня. Хорошо, братец, что ты тут есть.       - Спасибо, - поблагодарил его Страж. – А вон уже и развалины виднеются, скоро дойдём.       - Огромные, - оценил Наруто, всматриваясь с полуразрушенные здания.       - Да, крепость большая была и знаменитая. Слава об Учиха далеко ходила, но спасения она им не дала, - опечалено сказал Страж.       Наруто промолчал, лишь сжал его ладонь в знак поддержки. Так они и дошли до цели.       Солнце выглянуло из-за кромки леса, гася пламя на парапете. Теперь Наруто мог его безбоязненно перелезть. Впереди виднелась узкая лестница, поднимающаяся в гору, к ней его и направил Страж.       - Она как раз доведёт тебя до святилища, где ты найдёшь подношения божествам и духам-защитникам. Ешь и пей, не боясь, голодного ребёнка те никогда в беде не бросят…       - Я не ребёнок! – возмутился Наруто.       - Не для них, - Страж примиряюще потрепал его по волосам. – Позднее не забудь подношения в знак благодарности преподнести. А теперь давай прощаться. Не приходи к озеру, ни к чему это.       Наруто порывисто Стража обнял.       - Огромное-преогромное тебе за всё спасибо. И я обязательно приду тебя навестить, братец, - проигнорировал он последнее замечание.       Страж качнул головой, но отговаривать не стал.       - Иди, и пусть лёгкой будет твоя дорога, - дал он последнее напутствие.       Наруто перелез через парапет и направился к лестнице, спеша к людям. Она была не только узка, но и местами стёрта, так что он опасался оборачиваться. Однако когда лестница плавно завернула влево, он смог посмотреть назад и увидел пустынный берег. В душе стало немного грустно, но чувство того, что так и должно быть, не дало ему расстроиться. Подъём к святилищу отобрал остатки сил, под конец Наруто едва перебирал ногами. Слова благодарности и извинения, что он берёт чужие подношения, кое-как обдумались в его голове. Он ел жадно всё, что попадало под руку, и запивал саке, поскольку других напитков не нашёл. Измотанное многодневной усталостью, голодом, жаждой и недавними ужасами тело быстро насытилось и охмелело, и Наруто провалился в глубокий сон прямо на земле. Там его ближе к обеду и нашла Цунаде.       - Значит, ты сынок Кушины и Минато…       Воображение Наруто рисовало Цунаде злобной горбатой старухой, вроде тех знахарок, что ему доводилось встречать, но та, вопреки представлениям, оказалась довольно молода и красива. Цунаде не стала тревожить его сон в святилище, перенеся его к себе. Наруто очнулся лишь на следующий день, был сначала умыт, накормлен, а потом подробно расспрошен.       - Жаль, что так с ними вышло, - горестно вздохнула Цунаде. – Оба такие молодые и талантливые. Всё хотели ведовское искусство возродить, вот и отправились в путешествие знания собирать. Письма то к нам не приходят из-за озера, потому мы с ними связь быстро потеряли. Всё ждали-загадывали, когда вернутся, но не суждено. Да упокоятся их души с миром.       Цунаде и вместе с ней Наруто склонили головы в церемониальном поклоне, сложив ладони вместе. Староста Конохи ему сразу понравилась, а в людях он разбирался интуитивно, почти никогда не ошибаясь.       - Минато пришлым был, из Теневых гор. Появился у нас, когда ему было примерно как тебе. Говорил, что там у него родни не осталось. Очень умный и добрый. Мама твоя – Кушина – местная, весёлая и озорная была, и через неё мы с тобой в родстве состоим. Троюродной бабкой я тебе довожусь, - Цунаде по-доброму Наруто улыбнулась.       - Здорово! – искренне обрадовался тот. – А можно я буду вас бабулей называть? Только не подумайте, что я нахлебничать собрался! – поспешил он оправдаться. – Я работать буду.       - И что ты умеешь? – Цунаде лукаво блеснула глазами.       - Всё! – самонадеянно заявил Наруто. – Кроме охоты, - поправился он. – А так и столярничать, и плотничать, и шить, и готовить, и… Нас много чему в приюте учили. Не пропаду, - заверил Наруто.       - Вот и славно, - похвалила Цунаде. – Работящих у нас любят. Но и ты ничего такого не подумай. Надрываться тебя никто не заставляет. Выберешь дело по душе и учись, работая. И зови меня, как хочешь. Нас ведь в роду всего ничего осталось, держаться вместе нужно, - пояснила она и ласково потрепала Наруто по ладони.       - Спасибо, - поблагодарил тот. – И я спросить хотел. Дар мне ведовской передался. Научиться бы мне, - Наруто умоляюще посмотрел на Цунаде.       - Знахарь из тебя вряд ли выйдет, аура не подходящая. Однако попробовать можно, хотя бы азы освоишь, - вдумчиво ответила та. - А вот остальное… - Цунаде бессильно развела руками. - Нет у нас мастеров настоящих, как и везде. И за горы Теневые незачем идти. Мы с ними сейчас больше торгуем и опытом обмениваемся, чем с остальными. В тамошних жителях предубеждений гораздо меньше. Потому и знаю, что уровень их ведунов ничем не выше нашего.       - Ладно, нестрашно, - попытался скрыть своё огорчение Наруто. - Братец говорил, что дар сам развиваться будет.       - Страж который? – уточнила Цунаде.       - Угу, - поддакнул Наруто.       - Он врать не будет, - убеждённо сказала Цунаде. – Не сомневаюсь, что при жизни он был очень хорошим человеком и в толк не возьму, за что его так.       - А это важно? – озадачился Наруто.       - Конечно! В этом мире ничего не случается просто так, и однажды ты это поймёшь, - уверила Цунаде.       - Даже если он что-то натворил, я ни за что обвинять его не буду, - упрямо ответил Наруто.       - И не обвиняй, - легко согласилась Цунаде. – Ответ он не перед тобой держит.       - А помочь ему никак нельзя? – Наруто, как только оклемался, сразу об этом подумал, потому и спросил.       - Увы, - Цунаде снова развела руками. – Но ты не спеши расстраиваться. Если по судьбе тебе положено вмешаться, так оно и будет, - утешила она.       - Хорошо бы, - заулыбался Наруто.       С Цунаде ему было легко и просто, по-домашнему тепло. Уходить не хотелось, но дело близилось к вечеру, а он ещё и жильё не подыскал, и деревню не осмотрел. Наруто поёрзал и нетерпеливо глянул в окно.       - Осмотреться хочешь? – догадалась Цунаде. – Ну, так иди. Бедствовать мы не бедствуем, однако и до процветания далеко. Многие, кто с нами связывается, Владыку озера объяснимо боятся и в жизни не переедут в Коноху, но те, кто здесь живут, твёрдо стоят на своей земле и никогда её не покинут.       Цунаде не вкладывала никаких сильных эмоций в голос, но Наруто легко почувствовал её гордость за родной край, которая эхом откликнулась в нём. Он пока не видел Конохи, однако уже любил её.       - Пожить можешь у меня, однако дом твоих родителей уцелел, - известила Цунаде, и от этой новости Наруто мигом встрепенулся. Он уже знал, куда пойдёт в первую очередь. – По центральной улице, крайний у леса, - с полуулыбкой пояснила Цунаде. – Ты его легко найдёшь. Ремонт он, конечно, требует, но не большой. Поглядишь, оценишь и коль всё умеешь, быстро там наладишь.       - Понял! – Наруто уже стоял. – Спасибо, бабуля! Я побегу!..       Пока Наруто шёл по деревне, со многими перезнакомился. Оказалось, его родителей никто не забыл, и отзывались о них только хорошими словами, за что он был сильно благодарен. Его дружно приветствовали и поздравляли с тем, что он благополучно вернулся домой. Слышать такое Наруто очень нравилось, и он действительно чувствовал себя в деревне на своём месте.       Как и сказала Цунаде, в Конохе не бедствовали, потому деревня не производила жалкое, умирающее впечатление. Дома стояли крепко сбитые, ровные выкрашенные заборы скрывали традиционные садики. На центральной улице, выложенной булыжниками, не валялось никакого мусора, да не бегало по ней домашней живности, как в других деревнях. Повсюду были разбиты уже убранные клумбы, и рассажены вечнозелёные кустарники. Везде уютно и красиво.       Родительский дом Наруто отыскал без труда и невольно замер, вглядываясь в закрытые ставнями окна. Родители построили дом немного обособленно от соседей, тот практически упирался в лес. С виду здание показалось обветшалым, но не разваливающимся. Забор местами покосился, и калитка отпиралась со скрипом, двор зарос травой, которая сейчас пожелтела и пожухла. Старый клён у крыльца давно сбросил листву, и высохшие листья гоняло лёгким ветерком. Три ступеньки поприветствовали Наруто скрипом, как и входная дверь, ключ от которой дала Цунаде. Затхлый воздух с примесью сырости Наруто без отвращения вдохнул полной грудью, ведь это был его родной дом, который он с таким трудом нашёл.       Внутри оказалось достаточно чисто, поскольку Цунаде там регулярно прибиралась. Родители уезжали налегке, взяв только необходимый минимум, а остальное роздали соседям, поэтому никакого личного имущества Наруто не досталось. Дом, в котором он родился, сгорел дотла, так что у Наруто изначально не имелось ничего от родителей. Однако он не унывал, потому что бабуля Цунаде подарила ему свадебную фотографию его мамы и папы. Наруто долго в неё всматривался, усилено восполняя пробелы в памяти. Полустёртые образы родителей наливались красками и обретали лица, приводя за собой, казалось, навсегда забытые воспоминания. Держа в дрожащих руках прямоугольный кусок бумаги, Наруто чувствовал себя самым счастливым и богатым человеком во всём мире.       Быстро осмотревшись, Наруто понял, что починка здания не займёт много времени, и к зиме он уже сможет переехать. На душе сразу стало легче и свободней. Наруто обошёл весь дом раза три и пару раз сад и только тогда пошёл в деревню. Он уже знал плотника, к которому пойдёт в подмастерья, и жалование успел обсудить, не любя откладывать такие важные вопросы. Посудную лавку по пути присмотрел да магазинчик с тканями, ценами, правда, не поинтересовался, но это могло подождать. Возвращаясь к Цунаде, Наруто всю дорогу представлял, как и что он сделает, чувствуя невероятное воодушевление. Он, не замечая, широко улыбался, вызывая ответные улыбки у встречных прохожих. В голове у него то и дело всплывала мысль: «Как хорошо дома…».       Снег выпал в первой половине декабря ровным, густым слоем. Морозы не сильно давили, опуская температуру воздуха до минус пяти. Озеро и не думало замерзать, стоя неподвижной твердью. Несколько раз Наруто спускался к нему и беседовал со Стражем, выпытывая те или иные подробности открытого для того прошлого. Братец всегда радовался приходам Наруто, однако, прощаясь, неизменно говорил, чтобы тот перестал его навещать. Наруто те слова пропускал мимо ушей, приходя к озеру снова и снова. Владыка озера не появлялся, но временами Наруто казалось, что тот внимательно следит за ним из-за толщи воды. Это пугало Наруто, настораживало и вызывало дикое любопытство.       То, что Страж когда-то был сильным ведуном, Наруто понял без подсказок, но просить напрямую обучить его не посмел, заведомо зная, что получит отказ. Потому он немного хитрил, задавая косвенные вопросы. Скорее всего, братец замечал его весьма простые уловки, но делал вид, что обманывается, раскрывая те знания, которые мог. Именно беседы со Стражем натолкнули Наруто на одну идею, вызывающую у него стойкое чувство её опробовать. Однако осторожность не давала Наруто действовать на авось, поэтому он сходил в святилище и попросил благословения у местных духовных покровителей.       В свой план Наруто никого не посвящал, боясь, что его остановят. Он уже жил отдельно от бабули Цунаде, но та по-родственному приглядывала за ним. Близкое соседство с озером научило жителей Конохи относиться к нему спокойно, однако частые вылазки в его сторону и беседы со Стражем не поощрялись. Люди не хотели вмешиваться в духовную природу и опасались обратить на себя гнев Владыки озера. Наруто был далёк от этих пересудов, предпочитая полагаться на своё мнение. Он упрямо верил, что, действуя из благих побуждений, обязательно исправит ситуацию, каким-то шестым чувством ощущая, что это ему вполне по силам.       Хлеб Наруто испёк сам, очень старательно и даже любовно, в процессе всё время приговаривая благословенные слова, что слышал от родителей и чудом умудрился не забыть. Ещё тёплый хлеб он тщательно завернул в белое льняное полотенце, расшитое красной нитью вручную. Наруто сызмальства знал, что священные дары надо вручать подобающе, оттого выкупался и надел свежевыстиранную одежду и отчищенную до блеска обувь. Он спустился к озеру как раз перед обедом, когда зимнее солнце стояло высоко в небе, никак не отражаясь в чёрной непроницаемой воде. Братец появился сразу и после приветствия настороженно уставился на Наруто, вероятно, уверенный, что тот что-то затеял. Он не стал вмешиваться, очевидно, почувствовав, как от Наруто веет силой. Наруто, в слабой попытке успокоить, послал братцу улыбку. Он заметно волновался, но страха не испытывал, потому не собирался отступать. Идти до кромки воды, казалось, очень далеко, но Наруто преодолел эти метры без всякой дрожи.       Оказавшись прямо у озера, Наруто первым делом низко поклонился, а после встал на колени. Он не спеша развернул полотенце с ещё не остывшим хлебом и положил его на песок.       - Прошу, прими этот священный дар, - попросил Наруто, снова кланяясь, - и окажи милость: отпусти Наваки, которого ты забрал тридцать два года назад. Пускай его дух упокоится с миром, а близкие оплачут кончину.       Наруто взял хлеб и опустил его с поклоном в воду. Он поднялся и сделал два шага назад, оставив полотенце лежать. Спиной Наруто чувствовал, как Страж следил за каждым его жестом и интуитивно улавливал его ошеломление и пока неосознанное одобрение. Хлеб долго не уходил на дно, отплывая от берега всё дальше, поскольку Владыка озера боролся сам с собой, не желая принимать священный дар. Однако Наруто на этот счёт не беспокоился, точно зная, что не прошедший через перевоплощение не сможет увильнуть от сделки, которую он навязал. Так и случилось: хлеб, будто случайно, ушёл под воду, а озеро заволновалось, вскипело, заставив Наруто отступить назад. Волна резко набежала на берег, едва не коснувшись его ног, оставив после себя тело двенадцатилетнего мальчика, утонувшего много десятков лет назад. Его дух в расплывчатой дымке показался с благодарной улыбкой, и, обернувшись сияющим огоньком, устремился на небо.       - Вот и всё, - Наруто оглянулся на братца, пытаясь удержать слёзы.       Тот поражённо выдохнул, не в силах говорить. Однако Наруто поторопился, считая делом завершённым. Всплеск воды быстро привлёк его внимание, он оглянулся почти уверенный, кого увидит. На поверхности озера в непосредственной близости от берега стоял черноволосый парень лет семнадцати, одетый в белую рубаху, тёмные штаны и сандалии. Он казался обычным человеком, но Наруто понимал, что перед ним сам Владыка озера, монстр, обезумевший от неразделённой любви, убийца. Глядя на него во все глаза, в это красивое непроницаемое лицо, Наруто усиленно пытался осознать, что сейчас чувствует и выделил… зависть. Ему тоже до ужаса хотелось уметь вот так стоять на воде, как на земной тверди. Ведуны далёкого прошлого могли не только это, а ещё и летать, и ходить по вертикальным поверхностям. Сейчас эти навыки считались несбыточной мечтой или бабкиными сказками. Но Наруто воочию видел высшее ведовское мастерство, потому не мог утаить своего восхищения.       - Твоя дерзость непростительна, - холодный голос Владыки озера вернул его в реальность.       - А… что… - сразу не сообразил Наруто. – Всё по-честному, - упрямо заявил он, когда смысл сказанного отложился в голове. Ссориться с Владыкой озера не входило в планы Наруто, однако поддаваться тому он тоже не собирался. – Священный дар сделает тебя сильнее, хочешь ты этого или нет, - напомнил он.       - Мне не нужна такая сила! – разозлился Владыка, и вода под его ногами взбугрилась, закипая. – Лучше беги отсюда, пока я тебя не уничтожил, - зловеще проговорил Владыка. – И не смей больше появляться у моих врат!       - А то что? – Наруто постарался, чтобы его голос не прозвучал дерзко, но он не был бы собой, если бы смолчал.       Стремительный набег воды Наруто даже не успел заметить, а Владыка уже стоял прямо перед ним на растекающейся, но не убегающей волне.       - Думаешь, если я не могу ступить на берег, это меня остановит? – ядовито спросил Владыка. Ему и руку не нужно было вытягивать, чтобы коснуться Наруто. – Заметь, твой братец отмалчивается в сторонке, потому что ты крайне глупо и опрометчиво поступил, не спрятавшись под его защиту.       Чёрные глаза Владыки казались беспросветными омутами, и они больше всего открывали его нечеловеческую сущность. Наруто понимал, что он на волосок от смерти, но не дрогнул.       - Извини, - он склонил голову перед Владыкой, - и спасибо, что принял мой дар, пусть и против воли, – он поднял смелый взгляд на Владыку, добиваясь зрительного контакта, - но я буду делать то, что считаю нужным. Как и ты.       Чёрные глаза зло сузились, и Наруто понял, что сейчас последует атака, однако Владыка озера слегка дёрнул головой, будто вслушался в неведомое нечто, и неожиданно отступил. Наруто, нервно сглатывая, уселся на песок, чувствуя сильную слабость в ногах. Он выиграл, но вкус победы почему-то отдавал горечью.       Наваки хоронили всей Конохой, вспоминая загубленных Владыкой озера близких. Цунаде больше всех горевала, но при этом не переставала благодарить Наруто за спасение её давно погибшего единственного младшего брата. Наваки утонул одним из последних, когда она была ещё девочкой. Никакие ухищрения и предосторожности не спасали от Владыки озера до тех пор, пока там не появился Страж. Вероятно, логичней всего было всё бросить и переехать, но кто и где ждал несколько сотен обездоленных крестьян. В Конохе они давно упорядочили жизнь, расчистив земли под посевы и наладив торговлю с северными соседями, да и местный лес славился многочисленными редкими видами целебных трав, оттого в деревне процветало знахарство. Оставить нажитое и идти скитаться в неизвестность, не каждый захотел, потому Коноха стояла, как и в стародавние времена, живя устоявшимся укладом и смиряясь с опасным соседством.       Освобождение Наваки сделало Наруто среди деревенских героем. На него смотрели с надеждой и просили помочь спасти другие жертвы. Но Наруто с печальной улыбкой качал головой, спеша огорчить, что священный дар приносится лишь единожды, а других способов вмешиваться в запредельные силы он пока не нашёл. Ему понимающе кивали и горячо пожимали ладони. Никто не переставал в него верить, и люди запасались терпением. Наруто первый за триста лет сумел вернуть от Владыки хотя бы одного, потому воодушевлённые жители Конохи рассчитывали на его помощь. Взваленная ответственность давила, но Наруто привычно не собирался унывать и сдаваться, он тоже запасался терпением, интуитивно чувствуя, что нужные ответы обязательно найдутся.       Цунаде пожурила Наруто за опасную самодеятельность, но всколыхнувшаяся надежда вернуть в родной край мир и покой её больше не покидала. Она взялась обучить Наруто знахарству, однако далеко они не продвинулись, поскольку у того отсутствовала склонность к этому ведовскому дару. Наруто освоил лишь приёмы первой помощи и то не для безнадёжно тяжёлых случаев. Впрочем, даже такие крупицы знаний радовали Наруто, и он старался впитать мудрость Цунаде, как губка. Не способный практиковать знахарские методики, он изучал их теоретически долгими вечерами у затухающего очага. Зима всё также держалась в установленных рамках, не торопясь обрушиться на деревню со всей своей суровостью. Ветер из-за Теневых гор прилетал нечасто, принося с собой снежные тучи, высвобождающиеся непродолжительными метелями. Год завершался как обычно для этих мест.       К новому году Наруто тщательно готовился, желая его отметить как можно более весело в новом доме. Он заранее накупил стеклянных красочных елочных игрушек, коими порадовали местные стеклодувы. За елками в лес все ходили сами, выбирая с умом не самую красивую, а ту, что мешала расти остальным деревьям. Подобное давно завелось среди деревенских жителей, которые даже поговаривали, что духи защитники леса сами указывают, какое деревце нужно убрать.       Внимательно выслушав все местные приметы, Наруто за день до праздника отправился за ёлкой. Поначалу ему казалось, что он быстро управится, но утоптанная людьми и какими-то животными тропа, петляя между исполинских стволов, уводила его в чащобу.       Лес Наруто плохо изучил, и Цунаде не раз наказывала далеко в него не соваться, чтобы он не заплутал. Наруто помнил все предостережения, но остановиться не мог. Его словно влекло, заманивало что-то опасное, тревожное, но не злое. Лыжи вильнули влево с тропы буквально по наитию, и Наруто неожиданно резко прибавил скорость. Краем уха он уловил очень далёкий измученный плач и зов. Какое-то несчастное создание в отчаянии молило о помощи.       Стволы мелькали слева, справа, Наруто нёсся, не замечая ничего вокруг. Сердце комом билось у самого горла, ещё сильнее сбивая дыхание, но Наруто ни на что не обращал внимания. Он чудом увернулся от огромного кедра, оцарапав тот краем лыжи, и справа от себя заметил рыже-красный комок. Наруто резко затормозил и едва не свалился на бок. С минуту у него ушло, чтобы выровнять равновесие и отдышаться, и только тогда он попытался разглядеть раннее услышанное существо.       Лисёнок размером с большую собаку, порыкивая, смотрел на него помутневшими от боли и ненависти глазами, его девять хвостиков еле шевелились. Передняя лапа создания угодила в медвежий капкан, вероятно, раздробивший кость. Разбрызганная кровь дымилась, но снег из-за этого не таял. Зачарованный Наруто не сводил с демона-лиса глаз и, несмотря на окатывающую его волну злобы, исходящую от существа, совсем того не боялся. Лисёнок оскалился и тявкнул, и это привело Наруто в чувство.       - Тише, Девятихвостый, - сходу он дал демону прозвище, - будешь ругаться, я тебе не смогу помочь.       Наруто поднял открытые ладони вверх, показывая свои благие намерения. Раненный лисёнок, очевидно, не собирался его слушать, выплёскивая на Наруто очередную ментальную волну с чётко выраженной агрессией.       - Вот упрямый, - посетовал Наруто и без колебаний приблизился к лисёнку. – Послушай ещё раз. Я освобожу тебя, только дай мне это сделать. Будешь брыкаться, останешься тут и умрёшь.       Лисёнок в ответ прижал уши к голове и угрожающе зарычал.       - Н-да, - озадачился Наруто. – Я слыхал, что демоны-лисы очень умны и прекрасно понимают человеческую речь. Но ты, наверное, не из них, шибко глупый…       - Сам дурак! – разъярённо и обиженно тявкнул лисёнок.       Наруто от неожиданности едва не уселся.       - Ничего себе! Девятихвостый, да ты разговаривать умеешь! – восхитился он. – Но раз соображаешь, дай тебе помочь, - быстро перешёл Наруто к главному. – Серьёзно, - не отступал он, - ты и так много крови потерял. Одумайся. Атаковать ментально на этот раз лисёнок не стал, то ли потому что силы закончились, то ли прислушался к Наруто. Он нервно порыкивал и не сводил с него немигающего взгляда, однако казался чуточку дружелюбней, потому Наруто решил действовать.       - Я разожму капкан и освобожу тебя. Постарайся не дёргаться, - сказал он.       Хвостики зашевелились активней, выдавая перевозбуждение, когда Наруто вплотную приблизился к демону-лису. Он присел на корточки и протянул руки к капкану.       - Если ты меня сейчас цапнешь, я тебя в ответ тоже укушу, - пообещал Наруто, сглатывая, берясь за железные пластины. – Будет больно, потерпи, - попросил он.       Наруто резко потянул капкан в стороны, разжимая лапу. От накатившей боли лисёнок не смог удержать протяжного стона, что ему не помещало отпрянуть. Однако устоять на ногах демон-лис не сумел и обессилено повалился на бок, тяжело дыша, с высунутым наружу языком.       Наруто торопливо достал из котомки флягу с водой и наклонился к измученному созданию.       - Пей, - приказал он, поднося горлышко фляги к морде лисёнка. Дважды просить того не пришлось.       - Такое быстро не заживёт, - прокомментировал рану Наруто. Он подсунул лисёнку кусок хлеба с вяленым мясом, который тот жадно сжевал.       - Этого мало, - Наруто сокрушённо покачал головой. – Девятихвостый, тебе сейчас нужно много еды для восстановления, иначе твоё тело начнёт пожирать само себя, в попытке исцелить рану.       - Откуда ты знаешь? – лисёнок не смог скрыть своего удивления. Наруто догадывался, что еда и вода дали ему небольшой заряд энергии, уменьшив боль.       - Бабулька Цунаде – староста Конохи – про магических тварей мне много чего рассказывала, но я и без неё кое-что слышал, - пояснил Наруто. – Демоны-лисы хоть и редки сейчас, однако к исчезающему виду не относятся. Разные слухи про вас по всей стране ходят. Ладно, это всё не так важно. Делать что будем? – обратился он к лисёнку. – В твой дом мне ходу нет. Ни отнести тебя, ни сородичей позвать не смогу. Оставить тут, пропадёшь. Я могу навещать, конечно, но это хлопотно, долго, к тому же зима, замёрзнешь, - выдал Наруто свои сомнения. – Предлагаю пойти со мной, хотя бы до выздоровления. Так что решай или решайся.       - И как ты собираешься меня нести? – лисёнок скосил на Наруто лукавый взгляд.       - Мешок я для ёлки взял, тебя туда, - ответил Наруто, не удивляясь такому быстрому согласию. Впрочем, он в последнем не был уверен и подумывал, что Девятихвостый как-то пытается схитрить, не понимал лишь зачем, ведь он искренне старался помочь.       - Ну-ну, - оценил его предложения лисёнок, даже не скрывая презрительных интонаций.       - Слушай, - не выдержал Наруто, повышая голос, - скоро иссякнет тот небольшой запас энергии, что ты получил, заметь, из моих рук, и тебе снова станет очень скверно. Так что не в твоих интересах пудрить мне мозги. Если есть предложения, как исправить ситуацию, я тебя охотно слушаю.       - Я тяжёлый, не донесёшь, - лисёнок горько выдохнул, сделав скорбное выражение на мордочке.       - Не тяжелее прочего, - спокойно парировал Наруто. – Если у тебя всё, то давай будем забираться. С лапой только не знаю, как быть. Боюсь потревожить.       - У лис вообще-то ноги, - ехидно вставил лисёнок.       - Угу, - буркнул Наруто. – Умничать будешь дома, сытый и в тепле.       Он достал мешок и сейчас усиленно решал, как лучше запихнуть в него Девятихвостого. То, что демон-лис неожиданно сдал позиции и согласился с его предложением, Наруто не волновало. Угрозы он для лиса не представлял, как и другие деревенские жители, которые без веской причины не стали бы нападать ни на одну магическую тварь. Демон-лис легко мог это прочесть в мыслях Наруто, и, наверное, его устроили полученные ответы. Сам же лисёнок находился в настолько плачевном состоянии, что никаких бед принести не смог бы, да и демоны-лисы в целом считались вздорными созданиями, но не злыми, потому Наруто не рисковал, неся домой такую необычную ношу.       - Кору с дерева срежь, лубок получится. Веревкой обвяжешь, чтобы не болтался, - подал голос лисёнок, сверкая на Наруто хитрыми глазами. – Лапу, то есть ногу мою обездвижишь, так будет лучше. Глупый ты человек, всему учить надо, - проворчал он.       - Наруто меня зовут. Забыл представиться, - Наруто ничуть не обиделся и едва не стукнул себя по лбу с досады, что сам об этом не догадался, ведь бабуля Цунаде его учила первой помощи при таких травмах. Он быстро срезал кору и с максимальной осторожностью наложил шину. Девятихвостый перенёс болезненную процедуру с молчаливым терпением.       - Всё в порядке? – на всякий случай уточнил Наруто.       - Да, - тявкнул лисёнок, едва разжимая зубы.       Его стала бить мелкая дрожь – первый признак заканчивающейся энергии. Наруто видел, что дальше медлить нельзя, оттого без лишних слов стянул с себя шарф и обмотал вокруг шеи демона.       - Так теплее, - машинально пояснил он. – А теперь в мешок. Сначала задние лапы.       Лисёнок старался ему помочь с погрузкой, потому процедура прошла довольно быстро.       - Неудобно, знаю, - опередил Наруто возмущение Девятихвостого, вслушиваясь в его недовольное сопение. – Зато согреешься, - утешил он. - Я сначала на лыжи стану, потом тебя прихвачу. Возможно, будет трясти. Придётся потерпеть.       Лисёнок не ответил, возясь в попытке получше устроиться. Он смолчал, и когда Наруто довольно резко вскинул его на спину. Пришлось немного постоять, чтобы приноровиться к весу демона, но Наруто отметил, что ему не безнадёжно тяжело.       - Вперёд! – скомандовал он сам себе, с силой толкаясь. Лыжи заскользили удивительно легко, и через короткое время Наруто выбрался обратно на тропу.       Путь домой не показался долгим, хотя Наруто думал, что уехал слишком далеко от деревни. За дорогу он несколько раз переговаривался с Девятихвостым, в неуклюжей попытке того приободрить. Маленький демон мужественно перенёс путешествие в узком мешке, ни разу не пожаловавшись, и Наруто невольно проникся к нему симпатией. Когда Наруто осталось проехать последнюю опушку при выходе из леса, в непосредственной близости от тропы он заметил низкую однобокую елочку, явно растущую не на месте.       - И как я тебя раньше пропустил, - изумился он, подъезжая к деревцу. – Или ты благодарность за хорошее дело? – спросил он сам себя. – Скорее всего, так.       - Почему мы остановились, и что ты там бормочешь? – зашевелился Девятихвостый.       - Ничего, - улыбнулся Наруто, в два замаха срубая дерево. – Будет у нас ёлка на праздник, - объяснил он.       - Нашёл, на что отвлекаться, - фыркнул лисёнок.       - Маленький, а такой вредный, - не остался в долгу Наруто.       Он взял деревце в одну руку, а в другую – лыжные палки, не беспокоясь о том, что стало тяжелее. Крыша родного дома должна была показаться всего через какую-то сотню метров, и мысль об этом успокаивала и придавала сил.       Первые два дня Девятихвостый только ел и спал. Наруто расстелил ему одеяло у очага и сверху укутывал пледом, по слухам зная, как тому сейчас необходимо тепло. Демон с одинаковым аппетитом поглощал всё, что Наруто для него готовил, не забывая вставить слова благодарности. Во время еды он постоянно был сонный и вялый, ни на что постороннее не отвлекаясь, потому пропустил приход нового года. Вопреки намерениям, Наруто отметил праздник тихо, чтобы не потревожить раненого, лишь ёлку исправно нарядил да ужин сделал повкуснее. Бабуля Цунаде его к себе зазывала, но он не захотел оставлять лисёнка одного, поэтому остался дома.       В деревне на появление демона-лиса отреагировали сдержанно, без энтузиазма и беспокойства. Цунаде, осмотрев Девятихвостого для порядка, сочла его не опасным, хотя в приватном разговоре Наруто намекнула, что количество хвостов у демонов-лисов напрямую указывает на их силу. Чем их больше, тем демон сильнее, так что Девятихвостый мог похвастаться своим могуществом. О внутреннем быте демонов-лисов никто не знал, только о том, как они себя проявляют среди людей. Особо жутких слухов про них не ходило, лишь несколько каверзных, не вполне приятных историй, и ни одна из них не рассказывала о гибели людей.       На третий день пребывания в доме Наруто Девятихвостый стал потихоньку оживать. Периоды бодрствования возросли, и Наруто рискнул убрать шину. Лапа внешне зажила, без всяких шрамов, но сам лисёнок заявил, что она пока не окрепла и наступать на неё нельзя.       - Нестрашно, можешь оставаться здесь, сколько хочешь, - без промедления отреагировал Наруто. - Только дома твои родители не будут волноваться? – спросил он.       Девятихвостый лающе засмеялся, выказывая бурное веселье.       - В человеческом понимании у нас нет семей, - снизошёл он до объяснения, когда приступ смеха прошёл.       - А откуда вы тогда берётесь? – озадачился Наруто.       - Мне нельзя об этом рассказывать, - важно ответил Девятихвостый. – Многие таинства природы должны быть сокрыты от людей.       Наруто разочарованно вздохнул, но упорствовать не стал, уже научившись отступать, когда надо.       - То есть, о тебе сейчас никто не беспокоится? – он не хотел такое спрашивать, но слова сами слетели с языка.       - Почему никто? – лисёнок сделал самые честные глаза в мире, глядя на Наруто. – Ты, - невинно вставил он.       Наруто с улыбкой погладил его между ушей.       - И то верно.       Теперь Девятихвостый позволял ему подобное панибратство, за дни восстановления привыкнув к заботе Наруто.       - Заяц готов, - потянул носом Девятихвостый, напоминая Наруто о кастрюле с тушёным зайцем в печи.       - Сейчас накормлю, - поднялся с пола Наруто. – Как только поправишься, я тебя кое с кем познакомлю, - предложил он, думая о братце.       - Ладно, - не стал противиться Девятихвостый.       Через четыре дня Наруто с Девятихвостым пошли к озеру. Тот вёл себя необычайно спокойно, вероятно, уже имея представление, куда они идут. Встречные деревенские вполне дружелюбно приветствовали их обоих, разглядывая демона-лиса без ярого любопытства. Лишь детвора не смогла скрыть своего восторга и всё норовила погладить Девятихвостого. Взрослые осторожничали и не подпускали детей близко к демону, а тот по-собачьи мотал хвостиками, корча очаровательную мордашку, всем своим видом демонстрируя, что заслуживает доверие. Наруто видел, что Девятихвостый по-лисьи хитрит, ведь характером он обладал далеко не безобидным. Однако Наруто нравилась такая его игра, оттого он никого переубеждать не пытался.       Братец появился раньше, чем они спустились с лестницы. Девятихвостый преодолел все ступеньки с поразительной ловкостью и прытью. Появившийся Страж и озеро его ненадолго насторожили, но он преодолел первое замешательство и смело приблизился к берегу.       - Приветствую, - поздоровался Наруто с братцем, шустро перелезая через парапет. – И тебе привет! – помахал он рукой, обращаясь к Владыке озера. – Братец, погляди, кого я привёл. Это Девятихвостый, - представил Наруто, - тот самый, которого я из капкана вытащил.       В первый день нового года Наруто приходил к озеру, чтобы поздравить братца, а также вручить ему подарок, и именно тогда поделился свежими новостями. Страж больше не чувствовал холода, не нуждался в еде и питье, но Наруто всё равно связал для него шарф и принёс пару плюшек, которые всё равно пришлось съесть самому. Для Владыки озера он принёс бутылочку саке, а для остальных утопленников сладости и несколько мелких игрушек. Не рискуя подходить к берегу, он привычно забросил дары в воду с безопасного расстояния. Теперь они сразу уходили на дно, хотя когда первый раз он провернул такой трюк, его подношения долго не принимались.       Тогда Наруто принёс свежеиспечённое рисовое печенье и, не спрашивая совета братца, с поклоном бросил бумажный пакет в воду.       - Что ты делаешь? – взволновался тот, видя, как задрожала водная гладь.       - Извиняюсь за прошлый случай, - нахмурившись, ответил Наруто. – Я тогда был прав и не прав, - упрямо заявил он. – Принуждать тоже плохо. Так благие дела не делаются.       - Понимаю. Однако подношения ему приносить совсем не дело, - братец выглядел всё более обеспокоенным.       - А это и не они, - уверенно ответил Наруто. – Не такие, как мы приносим духовным покровителям, - пояснил он свою точку зрения. – Там мы просим благословения, защиты, помощи, покровительства, благодарим за милости, грехи замаливаем. Я же от него ничего такого не хочу. Мне просто жаль, что я его прошлый раз заставил, потому и извиняюсь, - грустно закончил он.       - Даже не знаю, что сказать, - прокомментировал Страж.       - Я ходил в святилище перед тем, как так поступить. Просил благословения и совета, - отчитался Наруто, глядя на братца в поисках одобрения. – Знаки я плохо читаю, однако запрета не увидел. Не думаю, что мои глаза меня подвели.       Страж вздохнул, ничего не отвечая и вслушиваясь в запредельные для Наруто речи.       - Не принимает и сердится, - озвучил он реакцию Владыки озера.       - Пускай, - взвешенно отреагировал Наруто. – Хотя бы так, а то он закостенел в своей однообразной злобе.       Братец печально улыбнулся и качнул головой.       - Делай, как знаешь, - наконец, уступил он.       - Спасибо, - с облегчением заулыбался Наруто.       В тот раз он так и не дождался, пока пакет с печеньем уйдёт на дно, не увидел этого и во второй, а уж при третьей попытке довелось снова столкнуться с Владыкой озера. С резкой, стремительной волной тот оказался на берегу, вплотную с барьером. Его красивое лицо перекосило от гнева и ненависти.       - Не смей так больше делать, - процедил он сквозь зубы, буравя полыхающим взглядом Наруто. Владыка демонстративно отбросил в сторону пакет со сладостями.       - Здравствуй, - не теряя хладнокровия, поприветствовал его Наруто. Владыка озера внушал ему суеверный страх, но стоило им оказаться лицом к лицу, как Наруто забывал об этом. – Не хочешь сам брать, отдай остальным. Там у тебя много народу собралось, - Наруто не язвил, говоря о том, что думает.       - Легко быть смелым, прячась за чужой силой, - губы Владыки расползлись в презрительной усмешке.       - Не поспорю, - согласился Наруто. – Но что поделать, - невозмутимо пожал он плечами, - напрямую с тобой опасно связываться.       - Так и не связывайся. Уйди или дай тебя убить, - в голосе Владыки послышались очаровательные нотки, словно он пытался Наруто обольстить, во всяком случае, так показалось.       - Обойдёшься! – Наруто, не думая, взял да и показал ему язык. – Попривык ты тут жить в своём болотце в собственное удовольствие. А я тебя нарочно раздражать буду. Может, одумаешься, о человечности вспомнишь, - он внезапно почувствовал, что разозлён, оттого не смог удержаться.       - Однажды я тебя убью, - пообещал Владыка чётко и без всякой угрозы.       - Ладно, - Наруто снова пожал плечами. – Всё равно я когда-то умру, так пусть от твоих рук. Могу даже тебе пообещать, что перед смертью сам к тебе приду, - вдруг сказал он, сам не понимая, откуда всплыла эта идея. – Говорят, что твои жертвы полностью теряют волю, а я костьми лягу, но её сохраню. Буду тебя там на дне изводить, перевоспитывать…       - Наглец!       Огненная струя небывалой мощи ударила в Наруто, но не смогла достичь цели, разбиваясь на миллионы искр о защитный барьер. От неожиданной атаки Наруто повалился назад, но был заботливо придержан Стражем, который всё это время оставался позади него, не вмешиваясь.       - Вот это силища! – невольно восхитился Наруто, толком не успев испугаться. Владыка озера уже исчезнул, но его пламя не спешило гаснуть.       - На твоём месте я его не дразнил бы, - тихо посоветовал братец.       - Хуже всё равно не будет, - отозвался Наруто. – И я не сожалею ни об одном сказанном слове.       - Я не буду тебя судить, - смирился Страж. – Есть вещи, в которые мне вмешиваться не дозволено, но волноваться за тебя мне никто не запретит. Потому прошу, будь осторожней.       - Извини, - повинился Наруто. – И спасибо за помощь. До меня дошло, что я тебя подставляю.       - О, об этом не стоит беспокоиться, - улыбнулся братец, потрепав Наруто по макушке. – На своей территории я полный хозяин, пусть это всего лишь узкая полоска берега.       - Опять я его обидел, хотя не собирался, - осознал Наруто спустя какое-то время. Они с братцем уселись на парапет и ждали, когда догорит колдовской пламень. – Знаешь, когда я его вот так вижу, вдруг понимаю, что сильно на него злюсь, и весь страх куда-то уходит, и про осторожность забываю. Мне его жаль, по-хорошему, но он меня ужасно бесит, поэтому я ему гадости говорю и делаю всё наперекор. Как думаешь почему?       - Кто знает… - задумчиво отозвался Страж. – Признаться, ты первый, кто пытается с ним наладить хоть какой-то контакт, причём за всё время, что он тут. Другие боялись до такой степени, что и слова ему сказать не могли, ты единственный, кто разговаривает с ним, провоцирует и угрожает. Он откровенно зол, но ещё более растерян.       - А вы разве не общаетесь? – удивился Наруто. – Всё-таки вы связаны друг с другом.       - Нет необходимости нам это делать, - братец покачал головой. – Его эмоции мне и так понятны, а мои его никогда не интересовали. Однако ты совсем иное дело. Теперь он постоянно думает лишь о тебе, и я не знаю, к добру это или худу.       - А он помнит того… из-за которого всё это случилось? – полюбопытствовал Наруто, рассеяно следя за пляшущими искрами.       - Наверняка, - протяжно выдохнул Страж. – И думаю, что он всё ещё его любит, но в этой любви теперь гораздо больше ненависти.       - Как это? – не понял Наруто, переводя взгляд на братца.       - Не могу объяснить точнее, - нахмурился тот. – Скажу лишь одно, что он хочет, чтобы любимый пережил всю ту боль, что ему довелось.       - Как мелочно, - осудил Наруто. – Будь я на его месте, никогда так не поступил бы.       - Ты не влюблялся, не надо быть таким категоричным, - подметил братец.       - С чего ты это взял? – быстро перебил Наруто. – Между прочим, мне девочка одна сильно нравилась, я тогда ещё в приюте жил, - поделился он. - Их дом находился от приюта недалеко, и мы с ней в одну школу ходили. Я на неё долго издали любовался, а когда осмелился подойти, она грубо меня обозвала и стукнула школьной сумкой прямо по голове. И это была не просто детская выходка. Она на самом деле считала себя оскорблённой, что какой-то оборвыш её побеспокоил, - Наруто завёл руки за спину и принялся болтать ногами, стукая ступнями по парапету. Тот случай вспоминался без особой грусти, хотя навсегда оставил в нём осадок. - Мне было очень больно от её слов, но, как видишь, глупостей я не наделал, и зла ей совсем не желаю. Более того, я не считаю, что она виновата. Ей просто внушили предубеждение к таким, как я, у которых не было семьи.       - Ты сильнее духовно и гораздо добрее, - ответил братец, выслушав всё с неподдельным вниманием. – Далеко не все так могут. Есть и такие люди, которым подобное вообще жизнь ломает.       - Жизнь вовсе не похожа на добрую сказку, - без всякой горечи заключил Наруто, - однако это не повод, чтобы отчаиваться… Ой, гляди, пакет уцелел, - заметил он отброшенное Владыкой подношение. Он быстро поднялся и подбежал к пакету, без страха покинув безопасную зону. Угощение стремительно полетело в воду, и Наруто упрямо добавил:       - Я от тебя всё равно не отстану.       С той поры повелось у Наруто приносить каждый раз какие-нибудь дары для Владыки озера и его жертв. Лично с Владыкой он больше не сталкивался, но его всё возрастающий интерес не был для Наруто секретом. Вот и сейчас он сразу почувствовал на себе проницательный взгляд через толщу воды. Наруто дерзко ему улыбнулся и опять помахал рукой, получив в ответ ментальную волну негодования.       - Всё лютуешь, - почти ласково отчитал Наруто, совсем не сердясь. – Ну как тебе наша местная «достопримечательность»? – смело сыронизировал он, обращаясь к Девятихвостому.       - Удручающе, - охарактеризовал тот, брезгливо морща нос.       - Вот и я так же думаю, - с грустной полуулыбкой отметил Наруто. – Ничего, однажды всё образуется, - успокоил он сам себя, веря в собственные силы.