Новая эра магии

~хХх~

      Они и познакомились на поле.       Как-то раз, вечером, в конце третьей недели пребывания в Хогвартсе, Джеймс тренировался с выпрошенным на три часа у новоиспечённого капитана гриффиндорской команды, Бенджамина Нотта, бладжером. На который, несмотря на яростные протесты и заверения Поттера, что он с пяти лет вовсю играл в квиддич с отцом, предусмотрительный пятикурсник наложил замедляющее заклятие. Что, в случае чего, не позволило бы кровожадному мячу покалечить гиперактивного первокурсника.       В качестве дополнительной подстраховки, Джеймсу пришлось дать обещание каждый час связываться с капитаном с помощью сквозного зеркала и демонстрировать свои непереломанные конечности.       Сам капитан в это время отбывал трудовую повинность у профессора Флитвика, на факультативе с замысловатым названием «Искусство создания продвинутых чар без использования волшебной палочки». Бен уже проклинал тот день, когда на спор согласился записаться на этот мерлинов факультатив. Ему почему-то никогда не удавалось отвертеться от очередного идиотского пари с лучшим другом, постоянно шутившим над ироничностью тотальной нехватки хитрости у выходца из семейства потомственных слизеринцев. Пикси бы побрали этого Райана Вуда! Специально же, гадёныш, выбирал задание, зная, что Бену никак не поддаются беспалочковые заклинания!       — Летаешь, как мешок с бубонтюберами, — на исходе второго часа откуда-то со стороны трибун Слизерина раздалось ехидное замечание.       — Кто это там шакалит в темноте? — Джеймс прищурился, старательно пытаясь разглядеть незваного комментатора.       Тусклый свет фонаря выхватил растрёпанные пряди платиновых, практически снежно-белых волос и изумрудную мантию, выдававшую принадлежность мальчишки к факультету Слизерин.       — А, это ты, Малфой, — усмехнулся гриффиндорец. — Ну так давай, покажи как надо, Великий мастер, в чём проблема? Позволь поучиться у лучших, — соскочив с метлы, Джеймс отвесил в сторону слизеринца шутливый поклон.       — Нарываешься, Поттер, — прищурился Скорпиус, поднимая лежащий на лавке Файерболт Суприм-2016 и вытаскивая квоффл из лежавшего рядом с ним ящика с мячами для квиддича. Не спеша приблизившись к краю трибуны, он вскарабкался на ограждение, вспрыгнул на метлу и, оттолкнувшись от бортика ногами, взмыл вверх.       — Показушник, — фыркнул Джеймс. — Перед кем выёживаешься, Малфой? Зрителей-то нет, — он нарочитым жестом обвёл покинутые трибуны. — О, я смотрю, у кого-то персональный набор для квиддича? Тебе пальцы в дверь входить, случайно, не мешают? А то ты, кажется, на них не просто ходишь. Ты на них бегаешь! — Джеймс еле сдерживал хохот. Скорпиус же в ответ лишь привычно закатил глаза.       — Играем до пятидесяти очков, Поттер! Проигравший завтра признается в любви первому встреченному в Большом зале, во время завтрака, человеку. При всех.       — Ты имел в виду, первой встреченной девчонке? — недоверчиво уточнил почуявший подвох Джеймс. По возникшей на лице Скорпиуса коварной ухмылке, гриффиндорец понял, что насторожился он не зря.       — В виду я имел ровно то, что и сказал. Первому встреченному человеку. Парню, девушке, профессору… Это уж как повезёт!       — Ну ты садист! А если сам проиграешь? Или такой вариант Ваше Зазнайство даже рассматривать не желает?       — Захлопнись уже, Поттер, я в себе уверен. И вообще, ты достал триндеть! Давай, выпускай бладжер. Старт! — брошенный Малфоем квоффл понёсся в противоположную от слегка опешившего Джеймса сторону.       Спустя час оба первокурсника в попытках восстановить напрочь сбитое дыхание без сил валялись на траве.       — Ладно, беру свои слова назад. Летаешь ты, как соплохвост-переросток. Слишком оскорбительно было сравнивать тебя с бубонтюберами. Для бубонтюберов, разумеется.       — О, лучше иди нафиг с этим, Малфой, — беззлобно огрызнулся Джеймс, поднимаясь с земли. На секунду замешкавшись, он всё же протянул руку Скорпиусу. Тот тоже на мгновение замер, уставившись на протянутую ладонь.       — А, к черту! — и, ухватившись, вскочил на ноги.       — Не забудь! Завтра, Большой зал, первый встречный! — Джеймс больше не мог сдерживаться и ржал уже во весь голос.       — Пошел ты, Поттер!       Периодически обмениваясь тычками и устраивая гонку-преследование после очередной затрещины, они через поле направились в сторону замка.

~хХх~

      Намного позже чем обычно, в надежде, что большинство студентов и преподавателей уже покинули Большой зал, спускаясь на следующее утро по главной лестнице, Скорпиус проклинал несвойственное ему вчерашнее внезапное безрассудство. С содроганием представляя, что ему, возможно, через пару минут придётся на весь Большой зал признаться в вечной любви кому-то из профессоров.       И ладно ещё, если этим кем-то окажется старушка Спраут. Декан Хаффлпаффа просто посмеялась бы над детской шалостью, и уже к обеду никто даже и не вспомнил бы о курьёзном инциденте. А если ему «посчастливится» столкнуться с профессором Флитвиком? Или, и того хуже, с единственным молодым преподавателем в Хогвартсе, ассистентом профессора зельеварения, мистером Монтегю, за которым стайками ходили очарованные старшекурсницы? Такой позор Скорпиусу будут припоминать явно дольше, чем до обеда.       «Ну вот и приплыли. Чтоб тебя гриндилоу загрызли, Джеймс!» — горестно подумал Малфой, обречённо склонив голову, направившись навстречу подходившему к дверям и едва сдерживавшему смех Поттеру.