Ребенок второго сорта

Прошло три дня. Можно сказать, что они не прошли, а пролетели, как муха перед глазами. Я даже не заметила «убегающего» времени, так как постоянно думала о будущей жизни без матери и занималась ребёнком, пока отчим работал, а брат учился. Я практически ничего не ела и похудела почти на килограмм. Брат тоже не в восторге от сложившейся ситуации, за последние дни мы обменялись всего лишь нескольким словами. Каждый размышлял про себя. Один Артем Викторович пытался хоть как-то рассчитать наш семейный бюджет и понять, как действовать дальше. Но у него практически ничего не получался. Он не спит уже третью ночь и трудно думать. Каждый раз, когда у отчима что-то не получается, он швыряет ручку об стену, идёт в ванную умыться, а потом поднимает с пола потрескавшуюся ручку и начитает дело с нуля. Мне его жаль. По-человечески жаль. Он остался один с тремя детьми, два из которых — не родных. Не представляю, как Артём Викторович будет справляться с нами. Мы с Пашей вроде и взрослые, а вроде и нет. Конечно, в течение оставшихся двух недель «отдыха от школы» я буду присматривать за Денисом, пока отчим будет на работе, но что потом? Что будет, когда я снова пойду на учебу? Дядя Толя не сможет каждый день присматривать, а нянечка очень дорого обходится. В последние время все так навалилось, но это всего лишь временные трудности… Временные трудности… Они скоро разрешаться, и все будет хорошо. *** — Артем Викторович, Вам нужно отдохнуть, — на протяжении десяти минут, пока ужинала, наблюдала за отчимом и его попытках разобраться с бумажками. На него больно смотреть: красные глаза, мешки, бледная кожа и усталый вид. — Так Вы никогда ничего не решите, — я собрала все документы и начала складывать в синюю папку. К особому удивлению, мужчина мне и слова не сказал, даже не шелохнулся. Он продолжал сидеть и смотреть в одну точку. — Ты права, — после нескольких секунд молчания произнес он, потирая сонные глаза рукой. — Спокойной ночи, — мужчина поцеловал меня в макушку и медленным шагом направился на выход из столовой комнаты. Я проводила отчима взглядом, отложила папку на самый дальний край стола и села допивать остывший час с лимоном, обдумывая того парня, который, вероятнее всего, мертв. Flashback *Два дня назад* — Почему ты не спасла меня? — приговаривал парень, стоя посередине гостиной комнаты, освещенной лишь утренним светом из окна. — Почему ты не спасла меня? — повторял тот, захлебываясь в собственных слезах. Я молча смотрела на него и ничего не хотела говорить. Да и что говорить? «Извини, чувак, ты просто галлюцинации, которые преследуют меня, не вижу смысла тебя спасать», — так пойдет? И как я должна спаси, если вижу второй раз в жизни его? — Какая же ты сука, — последнее, что произнес незнакомец, прежде чем исчезнуть. А зачем обзываться-то? Я же его никак не оскорбляла. Невежливо по отношению к девушке, особенно когда просишь себя спасти. *Настоящее время* Интересно, у него такая же судьба, как и у Яны? Его больше нет в живых? Или это цепочка случайных совпадений? Знаете, что я еще заметила? Он пришел повторно ровно через сутки… Час в час. Минута в минуту… Я не уверена, но, возможно, Яна пришла ко мне «в гости» тоже через двадцать четыре часа. Не хочу ошибаться, но в этом есть своя закономерность: ко мне приходят люди и несут разную чушь, потом возвращаются через сутки и обвиняют во всем меня.… А потом их находят мертвыми. На счет молодого человека не уверена, но Захарова точно мертва. В моем «кошмаре» она порезала себе горло, а на следующий день ее нашли с перерезанным горлом на улице. Парень задыхался. Значит, он умрет от удушения или уже умер.… Не хочу этого говорить, но мне нужна третья «галлюцинация», чтобы убедиться или опровергнуть свою гипотезу. *** Посмотрев еще одну серию захватывающего сериала «Очень странные дела», поняла, что время совсем не детское и нужно ложиться спать. В доме тишина. Не единого шороха или звука. Все домочадцы спят. Я быстро почистила зубы, приняла на ночь ободряющий душ и, укутавшись в теплую пижаму, легла на кровать и уснула за пару минут. Но ночью несколько раз просыпалась от кошмарных снов или посторонних звуков, доносящихся из улицы. В такие моменты мечтаю жить в деревне, далеко от города, чтобы не было никаких машин, производственных предприятий. Была лишь тишина. Два раза за ночь Денис просыпался и начинал плакать на весь дом. В первый раз мальчик хотел, чтобы ему сменили подгузник, так как ему «полегчало» после вкуснейшего молочка, а второй — просто так. Ему захотелось немного поорать. Я не хотела, что Артем Викторович поднимался и мучился с ребенком, поэтому все делала я. Пусть отдохнет, он за последние дни всего натерпелся. Может быть, мое сердце немного не одобряю отчима, но я еще не потеряла человеческие качества и понимаю, какого это бороться с проблемами в одиночку. У меня до сих пор не укладывается в голове, как мать бросить нас. Мы до последнего надеялись, что она так решила подшутить над нами и утром бы выпрыгнула из шкафа с криками: «Поверили???», но жизнь — это не шутка. Она, действительно, думает, что сбежала, и все проблемы теперь решены? Нет, она забыла про правило бумеранга. Мама вернется, когда мы ей понадобимся, только будет поздно.…У нее нет больше детей и любимого мужа. Она осталась одна.