Ребенок второго сорта

*Спустя три года* Прошло достаточный период в жизни, за который наша семья успела возобновиться после побега матери. Мы с братом успешно окончили школу, поступили в высшие учебные заведения (Я поступила в Министерство Внутренних Дел на прокурора, а Паша — на программиста) и уже успели закончить два курса. Хоть я и мечтала поступить в Санкт-Петербург, отказалось от мечты, так как Артёму и брату я нужна здесь. Да и мне будет спокойно, зная, что моя семья счастлива. Денис ходит в детский садик — теперь у меня меньше хлопот и больше свободного времени, посвящающего учебе. И только у Артёма ничего не изменилось: он также работает и обеспечивает нашу семью. Могу с уверенностью сказать, что за эти годы мы с отчимом заметно сблизились. Теперь он не просто «дядька с улицы», а второй отец. Я могу спокойно подойти к Артёму и рассказать все, что меня беспокоит, и он все внимательно выскажет, и даст дельный совет. Правду говорят, что беда сближает. В какой-то степени я благодарна матери за то, что она нас бросила. Ведь своим поступком она помогла подружиться мне с её мужем. Ведь она и сама этого хотела. Надеюсь, мама рада сбывшейся мечте. Ах да, она же не в курсе всех перемен в нашей жизни. Аня и Паша расстались. И всему виной расстояние. Девушка поступила в университет в совершенно другой город. В какой, к сожалению, не знаю. Они дали слово, что будут общаться, несмотря на километры, но со временем поняли, что это невозможно. Невозможно сохранить любовь на расстоянии. Паша болезненно воспринял расставание с любимой девушкой: ни с кем не разговаривал, если и удавалось заговорить, то постоянно грубил и отнекивался, несколько дней не ел и проводил время только в кровати. Но как говорится: «Время лечит», и Пашка постепенно начал приходить в себя и жить дальше. Сейчас Пафнутий подрабатывает тем, что «лечить» ноутбуки или компьютеры от вирусов, устанавливает какие-то программы. Пусть работает, деньги никогда не бывают лишними. — Поль, тебя подвезти? — в суматохе спросил папа, завязывая шнурки на ботинках. — Нет, её любимый женишок подвезет, — с усмешкой ответил за меня брат, игриво улыбаясь. Я лишь нахмурила взгляд и пригрозила кулаком этому самодовольному родственнику. Не люблю, когда он говорит обо мне и Никите. Чувствую себя неловко и смущаюсь. Кто такой Никита? Это мой молодой человек. Мы встречаемся с ним относительно недолго, но за этот период поняла, что у него нет дурных намерений. Я полностью могу положиться на него. Жаль, что Паша против него. Ему не нравится то, что Никита старше меня на семь лет. Видите ли, большая разница в возрасте! Да какая разница??? Главное — это любовь и взаимопонимание, остальное — мелочи. — Тогда удачи, — папа пожал руку брату, а меня поцеловал в щеку и растрепал мои волосы. Зачем??? Я минут десять стояла у зеркала и пыталась примять «петухи» на голове, и все это было зря? Ненавижу. Я ему это еще припомню. Ага, конечно, как обычно забуду или лень будет придумывать план мести. — Давай быстрей, а то опоздаем, — торопил Артем брата-черепаху, который медленно застегивал пуговицы на своей рубашке. Он специально это делает, чтобы всех нас немного побесить. — Мне надоело ждать, я ушла! — нервные клетки отказывались ждать и смотреть на Пашу, поэтому подобру-поздорову убежала с этого сумасшедшего дома. Я быстро бежала по ступенькам вниз и уже через пару секунд стояла возле подъезда, оглядываясь по сторонам в поисках машины Никиты. И она стоит на прежнем месте. Искать не нужно. — Доброе утро, — произнесла я, залезая на переднее сидение белого «Lexusʼa» — Доброе, — произнес парень и чмокнул меня в щеку. Уголки губ Никиты приподнялись, и открылся вид на его милую улыбку. — Как спалось? — Если честно, но не очень. Целую ночь бред снился, — призналась я и откинулась на спинку сиденья. — И выспаться не удалось. А тебе? — Я не помню, что снилось, но мне удалось хорошенько выспаться, — бодро воскликнул Киоссе, тыкая на какие-то кнопочки на панели в машине. — Если хочешь, то можешь поспать, все равно будем ехать минут двадцать, — предложил тот, и машина резко начала «рычать». Это произошло так резко, что я подпрыгнула от испуга. — Какой ты заботливый, — ну как после этого не поцеловать своего парня? Правильно, никак. Я потянулась и нежно дотронулась до губ своего любимого, который сквозь поцелуй успевал ещё и улыбаться. Через несколько секунд мы отпрянули друг от друга, и на мобильный стразу же пришло сообщение от Паши: «Ура, целовашки». Вот сученыш. Я выглянула в окно и увидела эту хитрую попу около подъезда. Он, не стесняясь, смотрел на нас и улыбался во все тридцать два зуба. И знаете, что я сделала? Я показала ему средний палец. Такого поворота событий брат явно не ожидал, так как его «счастливая гримаса» сразу же превратилась в «кислую мину». «Я тебя тоже люблю», — и снова пришло сообщение от Пафнутия. На этот раз он показывал мне язык и танцевал как идиот на улице. Почему делает он, а стыдно мне? И где Артём с Денисом? — Ей ты чего? Кому ты такие неприличные знаки показываешь? — уставился на меня Киоссе. — Брату, — не знаю почему, но чувствую себя маленькой девочкой, которую отчитывают за съеденную без разрешения конфету. — Нельзя такое показывать! — пригрозил Киоссе, хмуря лицо. — Чтобы я такое видел в первый и в последний раз. — Хорошо, — я не стала с ним спорить и решила согласиться. Так будет лучше и для меня, и для Никиты. *** Сегодняшний студенческий учебный день самый трудный. Меня ждут шесть пары по полтора часа, между которыми перемены по десять минут. Сижу и не понимаю, как я до сих пор сижу и слушаю нудный голос Константина Борисовича. Он уже больше часа твердит о Конституции Российской Федерации, но всем на это плевать. Наконец через пятнадцать минут прозвенел долгожданный звонок, и все начали выходить из аудитории, но Константин Борисович попросил всех нас присесть обратно на свои места. Оказалось, он хотел поговорить с нами на тему: «Скоро двадцать третье февраля» или «Все дружно скидываемся на стол преподавателям». Все, конечно же, стали возмущаться, но против взрослого дядечки с усами не попрешь. Нужно сдать тысячу рублей. Из здания университета я вышла в девятом часу вечера и еще минут двадцать ждала заблудшее такси. Но по дороге домой, мы благополучно попали в пробку и простояли в ней почти два часа. Как вы поняли, домой я попала только к двенадцати часам ночи. Вот тебе и студенческая жизнь. Верните меня, пожалуйста, в школу. Лучше просидеть семь уроков на геометрии, чем на парах. Я хотела сразу же пойти спать, но желудок так скрючивался от голода, что терпеть было невозможно. Пришлось разогревать яичницу с помидорами и сосками, но так как я рукопоп со стажем, умудрилась разбить тарелку о кафельную плитку. Вся семья проснулась; за исключением Дениса. — Полин, нужно было разбудить меня, — процедил папа, накладывая в тарелку долгожданную пищу. — Я бы сам приготовил покушать, ты же устала. И почему так поздно вернулась? — Нас задержали, а потом попала в пробку, — я засыпала, сидя за столом. Хорошо, что завтра выходной и можно подольше подремать. — Давай быстрей кушай и ложись спать, — Артем нежно гладил по моим волосам, сидя на соседнем стуле. — Мне больно на тебя смотреть. Я решила промолчать на его заявление и начала быстро пихать еду в рот. Как вкусно, не думала, что когда-то буду так радоваться обычной яичнице. «Ты — не ты, когда голоден» — эта знаменитая фраза полностью меня олицетворяет.