Чон Чонгук и неодушевленный предмет

Удары сердца. Живого человеческого. Вот что он почувствовал под своей рукой сразу после признания. Чонгук даже не представлял, каким чудом удалось сдержаться. И бить бы этого кретина ногами, трясти, пока вся дурь не улетучится, но расчёт проснулся раньше. Так легко он теперь не отделается. Чонгук перевернулся на другой бок. За окном светало, а он всё не мог угомониться. И не только из-за ярости и негодования, но и из-за того, что… На губах опять появилась дебильная улыбка, и Чонгук уткнулся лицом в подушку, пытаясь её придушить. Сердце Тэхёна под его рукой билось очень быстро. Как если бы Чонгук ему тоже нравился. Большим идиотом он себя за жизнь не чувствовал, но от этой мысли счастье просто разрывало на куски. Однако это не повод абсолютно всё спускать с рук этому дурню. Совсем нет. — Эй, — позвал он его первым делом с утра, — никак не пойму, на что ты вообще годен. Иди-ка сюда, помоги мне одеться. Я тороплюсь. Он стоял в одном нижнем белье, быстро отписываясь родителям в сетях, изображая сильную занятость. Тэхён перевёл на него озадаченный взгляд, видимо размышляя, не послать ли куда подальше. — Давай-давай, себя одеваешь и мне помоги, — поторопил он. Глядеть на краснеющего Тэхёна было одно удовольствие. Носки ему дались легко, но дальше он принялся запаковывать ноги Чонгука в узкие джинсы. Чем ближе он приближался к бёдрам, тем выразительнее становился цвет его лица. Впрочем, потом Тэхён отыгрался, пару раз приподняв Чонгука за пояс джинсов. Дальше хуже — настала очередь рубашки с кучей мелких пуговиц. Зрелище стоящего на коленях Тэхёна, усердно дышащего на чувствительную кожу живота, было тут же возведено Чонгуком в ранг любимой эротической фантазии. В только что надетых штанах становилось тесно, на что он намекнул, как бы случайно задев ширинкой руку Тэхёна. От смущения, тут же вспыхнувшего на его лице, Чонгук почувствовал ликование. Похоже, месть и правда будет сладка. Следующим пунктом программы он позвонил Чимину и сообщил, что принял решение забыть о своей безнадёжной любви и готов отправиться на поиски новой хоть в бордель. Он едва удержался, чтобы не согнуться пополам от хохота, когда краем глаза увидел отчаяние на лице Тэхёна. Чонгук был почти уверен, что задержись он хоть на секунду дольше у двери, Тэхён бы вцепился в его ноги, не давая уйти. На деле они с Чимином просто подурачились и дошли до Юнги. Видок у него был заспанный, всклокоченный и дальше порога он их не пустил. А когда Чимин начал странно улыбаться хёну, то их и вовсе выпнули. Пришлось идти в кафе, чтобы перекусить, но Чимину, почему-то даже не смотря на это, было очень весело. Пока они ели, Чонгуку пришла в голову гениальная мысль. — Если что, я ни на кого не забил. Решил заставить ревновать, — признался он. — Она была рядом? — понимающе посмотрел Чимин. — Он. — О, — многозначительно протянул тот, и его хитрый взгляд совсем не понравился Чонгуку. — Ну так давай заставим его ревновать. От селфи, которые у них получились, даже Чонгуку стало не по себе. За те три года, что они были знакомы, как-то раз встретившись у Юнги, он и представить не мог, что Чимин умеет делать такое… неприличное, очень неприличное выражение лица. Их общие фото можно было смело на обложку гей-журналов помещать. Если бы не Тэхён, Чонгук бы может даже задумался о Чимине в таком смысле. Но теперь это было уже невозможно. Чимин не отпускал его до поздней ночи. Они дошли до Намджуна, но того не оказалось дома, и пошли поиграть в 6D игры, откуда всё-таки забрели в клуб для танцоров, где немного повыпендривались, насобирав лайков и получив бесплатной выпивки за участие. Чонгук проиграл хёну в несколько голосов, но он был уверен, что только из-за того, что Чимин применил запрещённый приём — показал пресс. Около часа Чонгук собрался домой. — Тогда последний штрих, — безбашенно улыбнулся Чимин, притягивая его к себе за талию. Потянуло опасностью. Музыка выбивала сумасшедшие по скорости первобытные ритмы, подчиняясь которым пульс сам ускорялся. Чонгук чувствовал напряжение, понимая, что надо уходить быстрее. От хёна несло переливающимся через все границы тестостероном. Он плавно пританцовывал, ведя руками по плечам и резко хватая за воротник. Чонгук хотел убрать его руки, но тот покачал головой: — Надо доработать образ. Он порочно смотрел, улыбаясь. Чонгук едва не вздрогнул, когда застёгнутые под самую шею пуговицы начали расстёгиваться. Чимин остановился на четвёртой, а Чонгук едва удерживал в себе панику. Потому что всё происходящее было слишком горячо. Чимин резко обнажил его шею, и не успел Чонгук отреагировать, как тот впился болезненным поцелуем, оставляя засос. — Хён! — ошарашенно отскочил от него Чонгук. — Вот теперь всё хорошо, — беспечно улыбнулся тот. — Жаркой вам ночки, — взъерошил его волосы он напоследок. Пить хёну точно было нельзя. Чонгук никогда его таким и не видел. И по-хорошему, не стоило оставлять его в таком состоянии, но он решил, что звонок Юнги разумнее. Домой Чонгук зашёл несколько озадаченный недавними событиями и почти сразу наткнулся на жёсткий взгляд Тэхёна. Тот, совершенно очевидно, был взбешён. Настроение тут же взлетело. За эффект от засоса надо будет всё-таки сказать спасибо распоясавшемуся хёну. Чонгук сделал пару шагов и скомандовал раздеть себя. Пока Тэхён возился с пуговицами, тот пытался поймать его взгляд, но игра в робота всё ещё продолжалась, и видимо, к ней добавилась ещё и игра в обиду. Чонгук едва сдерживал улыбку. В отличие от Чимина, алкоголь делал его сентиментальным. Злое лицо Тэхёна умиляло, и он почти был готов признать, что они в расчёте за выходку с киборгом. Если бы удалось встретиться глазами, то ночка и правда могла оказаться горячей, и к чёрту все игры разом. Но вредный Тэхён и не думал поднимать глаза. — Неси меня в кровать, — скомандовал Чонгук. Искры из глаз «робота» чудом его не спалили, но приказ был выполнен. Его тепло убаюкивало, и даже было жаль, что до кровати всего пара шагов. Бросили без особой нежности, но Чонгук был готов. — Поцелуй меня, — сказал он, поймав взгляд Тэхёна. — Мудак, — отозвался тот. — Спать. Чонгук откинулся на подушки и расхохотался. Может оно и к лучшему, можно будет ещё поиграть.