Во имя чести

Доктор Маккой еле припарковал свой флайер на лужайке у арендованного им загородного дома. Вся парковочная площадка сейчас была перегорожена огромным, серебристым аэрокаром последней модели, который расположился прямо в центре и не давал никакой возможности нормально втиснуться на этот маленький, огороженный клочок земли. Доктор обошел его вокруг и присвистнул. — Да, такие, вероятно, еще не выпускают. Какой же придурок тут так припарковался? — он огляделся, высматривая владельца этой модной машины. Доктор уже был знаком с некоторыми из соседей, живущими рядом, но никто из них не мог позволить себе такую дорогую машину. Может какой-то новый пижон поселился рядом? Эта золотая молодежь, от нее невозможно скрыться даже за городом. Маккой выругался и плюнул в сторону. — Где тебе только полетное удостоверение выдали, идиот? На машину денег у тебя хватило, а парковаться видать так и не научили… Сам он до сих пор летал на своем стареньком флаере, который сильно пострадал во время последнего покушения на капитана Кирка. И с тех пор, одна из дверей у него плохо закрывалась, а доктору все было некогда сдать его в ремонт. Нет, сейчас он не будет расстраиваться из-за всякой ерунды. После 12-ти часов проведенных операций в госпитале он мечтал только о сне и душе. Доктор вернулся к своей машине и взял в руки несколько пакетов из салона. Это была такая приятная ноша для него. Он забрал из своего рабочего кабинета подарки, которые накопились от его благодарных пациентов за несколько недель их полетов в космосе. И сейчас его настроение было скорее умиротворительным. Возвращаясь на Землю, он обязательно выделял несколько дней на врачебную работу. По этому поводу в госпитале ему выделили собственный рабочий кабинет и всегда были рады видеть его там. Многие пациенты ждали его возвращения, а местные врачи его советов. Он решил, что будет помогать здесь, пока он чувствовал свою нужность в этом месте. Все-таки его огромная врачебная практика еще нужна была этому миру. Доктор двинул ногой тяжело закрывающуюся дверь флаера и, убедившись, что она все-таки закрылась, пошел по направлению к своему дому. Этот небольшой домик он снял в надежде отдохнуть от суматохи и городской суеты. Это место напоминало ему его родную Джорджию. Здесь было приятно в конце рабочего дня просто посидеть на крыльце и посмотреть на закат. Сейчас в его новой квартире в Сан-Франциско шел ремонт, и это было удобным, обосноваться здесь, на окраине города, пока он опять не улетел в новую миссию. Несмотря на раннее утро, незамеченным дойти до дверей своего дома у него не получилось. Пройдя всего несколько шагов, он заметил свою соседку миссис Камиллу Крони, которая сейчас бегом неслась к нему на встречу. Именно у нее он снимал этот «особняк» в деревенском стиле и обойти эту бойкую старушку было трудной задачей. — Доктор Маккой! Леонард! Хорошо, что Вы вернулись! — пожилая женщина лет семидесяти была очень сильно чем-то взволнована. Доктор тяжело вздохнул, собираясь с силами выслушать очередные местные сплетни и проблемы «межгалактического масштаба», которые, по всей видимости, ему сейчас хотели озвучить. — Да, миссис Крони. Что случилось? — Мой робокот Альберт пропал. Программа «Мой питомец» показывает, что он пролез на ваш участок, но я не могу забрать его, мой код не срабатывает. Доктор закатил глаза — этот драный робокот Альберт опять потерялся. Он уже несколько раз снимал его с дерева и с крыши, а теперь, вероятно, он опять где-то застрял. Но он не мог высказать все, что он о нем думает, своему арендодателю. Ведь с ее слов это был «Самый лучший кот на свете». Вот почему, он всего полчаса назад спасал жизни своим пациентам, а теперь должен был играть в игру «найди кота»? Доктор огляделся вокруг в надежде, что это животное не могло далеко уйти. — Так он, наверное, разрядился. Не волнуйтесь, я сейчас открою замок и поищу его. Доктор двинулся дальше к воротам, но миссис Крони опять схватила его за рукав. — Подождите. Это не безопасно. Вчера ночью я слышала что-то подозрительное у вашего дома. Сначала какой-то скрежет и стук. Затем темная тень перемахнула через ваш забор. А потом и Альберт пропал. Мой бедный кот, может быть, его уже нет в живых. Мне кажется, что там что-то произошло. — Да, что там может быть? Вам показалось. Эти звуки — это просто ветер. У меня и брать то нечего, кто мог ко мне залезть? — Стойте. Я точно знаю, там что-то случилось… — она опять остановила доктора. — Я всю ночь не спала, но утром я решила взять армейский бинокль моего мужа и посмотреть сверху, — женщина показала на уровень второго этажа своего дома. — И знаете, что я там увидела? — Что?.. — Маккой уже начинал терять терпение. Миссис Крони попросила доктора наклониться и прошептала ему в самое ухо: — Там кого-то убили — прямо на ступеньках Вашего дома и, судя по одетой на нем форме, это какой-то Адмирал… У доктора что-то резко оборвалось внутри. У него разом выпали все пакеты из рук и сердце как-то неприятно закололо. — Что с Вами, доктор Маккой? Леонард подавил в себе волнение и спешно побежал к воротам своего дома. — Стойте там, не подходите сюда! — крикнул он ей вслед. Приложив руку к сканеру, доктор открыл ворота. На ступеньках его дома действительно лежал человек лицом вниз, но даже издалека доктор мог узнать эту фигуру из тысячи. Он на негнущихся ногах подбежал к распростертому телу и перевернул его в себе лицом. — Джим?.. Вместо ответа на доктора пахнул сильный запах алкоголя. Капитан был жив, но просто мертвецки пьян. Он крепко спал, подложив себе под голову сломанного робокота. — Ну, и где же тебя так угораздило то? — неизвестно, у кого спросил доктор. Потом вспомнив, что миссис Крони наверное ждет его и волнуется, снова вернулся за ворота. — Камилла, все в порядке. Это мой друг, он, вероятно, ждал меня и уснул на ступеньках. Он жив. Не беспокойтесь. А вашего робокота я поищу и если найду, то обязательно верну его вам. Миссис Крони с сомнением посмотрела на него. Затем опять подняла свой бинокль, продолжая разглядывать вдалеке лежащего Джима. — А ваш друг — он, что и правда, Адмирал? Маккой опустил рукой ее бинокль. Его нервы были уже на пределе. — Нет, он идиот. И только потом уже Адмирал, — грустно констатировал он.

***

Спок уже около получаса ходил взад-вперед по широкому холлу Адмиралтейства. Он доходил до огромного окна в фойе смотрел на осенний город и возвращался обратно, попутно сталкиваясь с кем-то проходившим на его пути. Коммандер вежливо извинялся, возвращался на свою траекторию, и все повторялось сначала. Несмотря на раннее утро, в Адмиралтействе сейчас было уже много народа. Что-то случилось сегодня в Штабе. Все высшее командование Флота было срочно созвано на закрытое совещание. А после него у них с капитаном была назначена важная встреча с Адмиралом Арчером, но Джим до сих пор так и не появился. Спок скинул с утра всю информацию об этом совещании Джиму на падд, но так и не смог до него дозвониться, его коммуникатор был отключен. Коммандер уже начинал терять терпение. Время почти истекло, и дальше медлить было уже нельзя. Он кинул последний взгляд на огромные часы, висевшие в холе, тяжело вздохнул и набрал Доктора Маккоя. Спок не хотел будить его в это ранее воскресное утро, но другого выхода сейчас он уже не видел. К его удивлению Доктор не спал и быстро взял трубку. — Доктор Маккой? Прошу извинить меня за столь ранний звонок, но мне кажется, что с Джимом что-то случилось. Он не пришел в назначенное время в Штаб, и я не могу до него дозвониться. — Все в порядке, Спок. Я уже давно проснулся. Не волнуйся. Джим уже нашелся. Он сейчас спит у меня дома, но уверяю тебя, кроме того, что он опять напился, с ним больше пока ничего не случилось. — Напился? Как это возможно? У нас важная встреча. Он не получал мое сообщение? — Боюсь, Спок он ничего не получал… — доктор посмотрел на лежащего в отключке Джима. — И я даже не знаю, что и где он вчера отмечал. Но как только он проснется, я передам ему, что ты звонил. И если это никак не покоробит твое вулканское самолюбие, прошу тебя, передай, пожалуйста, Адмиралу Арчеру, что он заболел, ему плохо… — Хорошо, Доктор. Я сообщу Адмиралу о нездоровье капитана Кирка. Уверяю Вас, мое вулканское самолюбие не пострадает от этого. Споку не нравились эти бесконечные издевки доктора, он и сам мог дипломатично объяснить Арчеру эту ситуацию. Ценные указания доктора Маккоя о том, что конкретно нужно было говорить, были здесь абсолютно ни к чему. Однако доктор, зная его прямолинейность, не мог не удержаться и не напомнить ему об этом. — Ну, вот и чудесно, на связи, — доктор быстро отключился. Спок нервно огляделся по сторонам, ему уже не первый раз приходилось отмазывать Кирка в Штабе. Но сегодня, действительно было как-то волнительно, словно он делал это в первый раз. Отключив свой коммуникатор, он подошел к дверям кабинета Арчера и на входе столкнулся с ним. Расстроенный Джонатан Арчер возвращался как раз с этого срочного ночного совещания, где работу его подразделения раскритиковали в пух и прах. Он сомнительно осмотрел коммандера и, не увидев рядом прославленного капитана, поинтересовался: — Почему ты один? Где Кирк? — К моему великому сожалению, Адмирал, он не сможет сегодня присутствовать на встрече. Он заболел, ему плохо… — Спок в точности повторил слова доктора, ровно так, как тот и советовал ему. Но это не произвело на Адмирала должного воздействия, потому что он резко поменялся в лице и обрушился на коммандера с гневной речью. — Заболел?.. — Арчер близко наклонился к лицу Спока и уже орал на него, нарушая его личное пространство. — Я знаю про все эти его «болезни». Они вот здесь, мне уже все. Арчер махнул рукой поперек своей шеи, показывая, как достал его капитан. Он сегодня тоже полночи не спал. Вся эта история с погибшей арестованной выбила его из колеи. После того как Кирк поймал ее на Папилион, эта девушка провела в тюрьме около двух недель. После суда ее никто не допрашивал, не интересовался ее судьбой, а сегодня вдруг она всем срочно понадобилась. Они сбились с ног, проверяя Федеральную тюрьму на возможность взлома или проникновения, но так ничего и не нашли. Затем, на совещании ему озвучили некоторую секретную информацию, касающегося этого дела. Ему нужно было срочно обсудить это с капитаном Кирком, а тот, просто — не явился. А теперь и его коммандер морочил ему голову, неумело отмазывая своего друга. — Вот что, коммандер, если Кирк не будет здесь к часу дня, я вас обоих под трибунал отдам. Ты меня понял, Спок? — Да, Адмирал. Разрешите идти? — Иди. Спок отошел вглубь холла и, убедившись, что его никто не слышит, опять набрал доктора Маккоя. — Доктор, у нас проблемы. Кирк должен быть в Штабе к часу. Маккой удивился взволнованности голоса Спока, вероятно в Штабе сегодня и правда, что-то произошло. Он немного помедлил, затем возвратился к спящему на кровати Кирку и похлопал того по щекам, пытаясь привести его в чувство. Джим только упрямо поморщился, но даже не подумал проснуться. Доктор вздохнул и опять поднес трубку к уху: — Он там будет, Спок, к часу. Не волнуйся.