Я задыхаюсь, с меня довольно!

POV Лёша.

— Лёх, Макеев просил передать, что сегодня вечерней тренировки не будет! — Произнёс Щукин, стараясь перекричать звук льющейся воды. — Принял к сведению, — прокричал я в ответ. Что ж, теперь придётся найти себе занятие, чтобы вернуться домой только к вечеру. Вначале подумал о том, что стоит прогуляться до клуба и снять девчонку, но тут же отмёл эту мысль. Где девчонки, там алкоголь; где алкоголь, там пропуск тренировки. А если я сейчас пропущу тренировку, то можно попрощаться с местом в первом звене. На данный момент мне это жизненно необходимо! Выключив воду, я быстро привёл себя в порядок. В раздевалке уже никого не было, поэтому можно было особо не спешить. Теперь точно никто не пристанет с вопросами, почему меня после двух недель болезни, так быстро выпустили на лёд. Кстати, тренировка отлично прочистила мозги. Нет, я не стал меньше думать о Полине. По крайней мере, сейчас это не приносило столько боли, как до этого. Покинув стены ледового, я отправился в спорт бар перекусить. Перекус был ничего не значащим. К тому же, уже через двадцать минут в спорт баре было не протолкнуться. Покинув столь многолюдное место, я решил, что нужно просто прогуляться, а на обрат ном пути заглянуть в магазин, а то в моём холодильнике уже давно лежит мышка лапками к верху. Листья плотным, разноцветным ковром покрывали мостовые; ветер, с удовольствием подхватывал их и кружил только в одном ему ведомом танце. Всё чаще встречались счастливые пары. Они так искренне улыбались, что вокруг становилось тепло от их улыбок. Я невольно вспомнил, как улыбалась Поля. И тут же в голову закрался вопрос: а когда она улыбалась последний раз? Я стал перебирать воспоминания и понял, что в последний год, всё чаще она была грустной, не улыбалась вообще. Мало проводила время с друзьями, становилась наиболее замкнутой. Что же я сделал с этой жизнерадостной девочкой? Отгоняя невесёлые мысли, я сам не заметил, как оказался около своего дома. Быстро заскочив в магазин и купив набор холостяка, я наконец-то оказался дома. Холодный, неуютный, он словно пронизывал меня насквозь своей пустотой и тишиной. Свет немного развеял холодность, включённый по пути телевизор нарушил тишину. После того, как я наконец-то убрал продукты в холодильник и поставил греться чайник, отправился переодеться. В спальню совсем не хотелось заходить, она казалась ещё более чужой. Выдохнув, я преодолел небольшое расстояние до шкафа и переоделся в домашнюю одежду. Пока чайник грелся, решил полежать. Всё-таки тренировка была изматывающей, да и расстояние до дома я преодолел на своих двоих. В гостиной бубнил телевизор, на кухне посвистывал чайник, — всё это было так естественно, что казалось, сейчас откроется дверь и на пороге с улыбкой появиться Полина. Но как бы я не гипнотизировал дверь взглядом, на пороге так никто и не появился. Я перевернулся на бок и, подмяв под себя подушку, стал рассматривать стену с нашими фотографиями. Первая прогулка, первый поцелуй, первый совместный матч, день рождение, новый год…. Фотографии, как проводники, возрождали давно забытые воспоминания. Такая яркая, улыбчивая, жизнерадостная и искренняя Полина вскоре стала грустной, задумчивой. Вот почему? Почему я не послушал Кисляка? Подорвавшись с кровати, отправился на кухню, чтобы не видеть столь счастливые лица. Но видимо сегодня всё было против меня и по пути на кухню, я снёс полку с книгами и нашей общей фотографией. — Твою мать! — Выругался я, выдергивая фото из кучи осколков от различных статуэток и разлетевшихся книг. Правда, я умудрился порезать руку и закапать снимок кровью. Кровавое пятно расползалось на снимку, искажая его красоту. Не знаю, что нашло на меня, но буквально через несколько секунд я уверенно орудовал клюшкой, сшибая рамки в нашей спальне на пол и уничтожая снимки. Спустя какое-то время, в моей голове, словно что-то переключили, и только сейчас я осознал, что ужасно устал, тяжело дышу и беззвучно шепчу: «Почему?». Преодолевая разрушения, наконец-то оказался на кухне. Плеснув в бокал янтарную жидкость, залпом его осушил. Горло обожгло, но эта боль ненадолго привела меня в чувства. Ненадолго, потому что краем глаза, я зацепился за испорченную фотографию. Снова полный стакан, и в голове появилась долгожданная пустота. Я не знаю, сколько прошло времени, но очнулся от своих мыслей от тог, что кто-то смотрит на меня. — Как ты сюда попал? — Быстро произнёс я, рассматривая Кисляка. — Дверь закрывать надо, — нерадостно ответил двадцать четвёртый. — Что, снова нотации читать будешь? — С ухмылкой спросил я. — Нет, — устало выдохнул Андрей, устраиваясь напротив, — и мне налей. — А у тебя что стряслось? — Искренне поинтересовался я. Хотя раньше, проблемы других меня нисколько не волновали. — Яна, — выпалил Кислый. Одно слово и стало понятно, что у нас похожая проблема. Он накосячил, я накосячил. Вот только у него есть шанс всё исправить, а меня Полина и на порог не пустит. — Знаешь, Смирный, — делая глоток, произнёс Андрей, — мне отец говорил, что я об этом пожалею, но я не поверил и знаешь что, я пожалел. Пожалел тогда, когда понял, что она счастлива с Костром . Что она искренне улыбается и радуется всему, что с удовольствием ходит на наши матчи. Я не мог, точнее не хотел, дать ей то, в чём она так нуждалась. А сейчас с Костром она это всё получает с лихвой. — А мне каждый раз воспоминания о Полине приносят такую боль, как будто моё сердце сжимают в тиски и давят, давят до тех пор, пока меня не покинут силы терпеть эту боль. Я только сейчас понял твой совет, но мне тогда казалось, что ты хочешь её отбить. — Дурак, ты Лёша, к тому же слепой. Она так на тебя смотрела, что все понимали, это бесполезно. Все, кроме тебя. — Я её совсем не ценил. И сейчас, когда её нет, эта квартира становится похожа на тюрьму, из которой нет выхода. Я и по клубам стал гулять только для того, чтобы не быть дома. — Знаешь, у меня есть идея! — И с этим радостным криком Кислый умчался из кухни. — Гений, я всё ещё тут! — Вдогонку крикнул я. — Короче, в старом ангаре оборудовали каток, и сейчас там находится детская секция хоккея для тех, кто не может посещать секцию в ледовом. Но проблема в том, что им требуется тренер. Позвони, узнай, это поможет отвлечься от ненужных мыслей. — А у меня получится? — С сомнением спросил я, представляя ватагу орущих детей. — Я в тебя верю, — произнёс Кислый, — и если согласишься, не опозорь «Медведей». Хм, чем чёрт не шутит, может и стоит попробовать?