Наше дыхание

ЧАСТЬ 5 -Бра-атик! Ну, вставай, братик, мы уже даже поужинали… -М-м-м… Такахиро, вы уже дома? -Вот скажи мне, как ты этих дьяволят различаешь?! Дан рычал от двери, держа на руках близнецов Юи. -Хм, тот что в правой руке – Симуе, а в левой – Аска. -Не этих! Этих я сам уже различаю, а тех, что постарше! -Ну… В комнату вбежал Акихико и запрыгнул прямо на меня. -Братик проснулся! -Таки! Я же тебя еще не высушила! – вслед за мальчиков в комнате появилась Суюми. Действительно с волос малыша то и дело срывались капли воды. -Суюми, это – Аки, Таки – вот. -Нет, ну как ты из различаешь?! -Вот-вот, я задал тот же вопрос! -Ну они же разные. Вот, смотри, у Аки глаза более светлые и ресницы пушистые-пушистые, а у Таки левая бровь шире правой. Потом, вот тут на мочке правого уха у Аки веснушка, а Таки такая же прямо на кончике носа. Мой муж (пока только по документам) опустил на пол младших близнецов и подошел к кровати. Взял на руки Аки – сейчас-то он их различал из-за мокрых волос, посмотрел на тому в глаза, осмотрел ухо. Потом ту же процедуру проделал с Таки. -В упор не вижу этих твоих веснушек, а уж про оттенок глаз, ресницы и брови даже мой сеть справиться не может!... Хм-м-м… Таки, Аки, а хотите, чтобы вас не путали? -А? -Зачем? Когда нас путают – смешнее! -Ну, например… Придумать причину див-лейтенант так и не смог, а вот мне неожиданно пришло на ум, что малышей действительно надо как-то различать окружающим. Правда, причиной этому послужило очередное воспоминание о брате, когда он рассказывал о своих одноклассниках, которые частенько подменяли друг друга на экзаменах, так как кто-то был сильнее в одних, а кто-то в других предметах. Тогда мне это казалось веселым, но теперь абсолютно неправильным. -Например, когда конфеты достанутся только одному из вас, так как брату не захотелось делиться. Помните на дне рождения Суюми, когда к нам в гости Алиса приходила? Близнецы сникли. Они тогда здорово поругались. Меня самом в тот день не было, так как из-за прихода гостей пришлось вставлять лишние пластины преобразователя, а мне, соответственно, на них требовалось заработать. Без меня вечеринка закончилась не только ссорой, но и дракой. А потом как добивающий удар пришло сообщение, что Алиса с бабушкой покончили с собой. И эта вечеринка была прощальным подарком бабушки своей внучке. К сожалению, хоть я и пытался объяснить мальчикам, что в случившемся нет их вины, но, как мне кажется, до конца они так и не поверили. -А… А как можно делать, чтобы нас различали? Вот теперь пришлось задуматься и мне. Стрижка – ненадежный вариант, разная одежда… Что-то тоже доверия не вызывает. -Ушки проколоть, - донеслось предложение от Дана. – Тому, кто старший – правое, а младшему – левое. -Не пойдет, эти заразы потом и второе ухо проколят. Затихарившиеся мальчишки закивали. -А чего мы вообще дурью маемся? – неожиданно высказался Дан.- Идентификационные чипы – и нет проблем. У меня - сеть, Суюми в комм установить программу, а ты их и так различаешь! -Хм-м-м… Тоже вариант. -А сережки?! –А зачем, если чипы будут? -Но так ведь красивее!... * * * Вот никогда бы не подумал, что дивов такая нежная психика. Чтобы выбраться в родной дом мне потребовалось три дня уговоров Дана, два дня нытья у его начальства (все более вышестоящего) и помощь «тяжелой кавалерии» в виде всех моих детишек, притащенных на последнее посещение к главному вояке на станции (о том, что это главнокомандующий сектором я узнал несколько позже). Но мы своего добились! -Это что было?!... Когда-то давно в детстве главнокомандующий в одном из древних произведений прочел фразу «кричал шепотом» и от души посмеялся, но сейчас он полностью осознавал, что эта фраза вовсе не шутка. Орать хотелось, но оч-чень не хотелось возвращения малолетних монстров в человеческом обличии, только что покинувших его кабинет. -Ну, вообще-то это Самшит Дуабор. После заключения брака он не стал менять фамилию. -Дуабор, Дуабор… А это тот мальчик, которого едва не убили!... Что в самом деле он?! -И его дети… Да какая у них вообще психическая травма! Это же… Это же… -Мои дети. -Эм-м-м… Вы вернулись? -Да, Симуе здесь игрушку забыл. Главнокомандующий сектора осторожно сел в свое кресло и как затравленный зверек (кадры съемки внутренней охраны потом не один год использовались в учебных заведениях, где обучались психологи) проследил как молодой человек даже не осматриваясь подошел к одному из кресел и спокойно забрал из него игрушку, явно сшитую дома своими руками, а не стандартную из магазина. -Кстати, я слышал, что вы собираетесь запускать перерабатывающие фабрики. -Пока только проверить состояние оборудования… Вы слышали это от кого? -От супруга. Просто я хотел бы остаться дома, а не жить в административном куполе. -Хотите снова запереть детей в доме? -Если запустить хотя бы одну линию по воспроизводству пластин преобразователя, то… -У вас не осталось операторов на такаю линию. -Вообще-то до войны я работал именно там. -На линию требуется минимум сорок два оператора. -Я работал один. Главнокомандующий усмехнулся и чуть откинулся на спинку кресла. -А давайте, - решение поставить на место этого парня, чтобы хотя бы частично восстановить свою самоуверенность вспыхнуло ярким пламенем, - давайте мы начнем инспекцию с вашей фабрики и вы продемонстрируете нам свои способности по управлению линией, договорились? -Хорошо. Парень вышел из кабинета. Секретарь тяжело вздохнул и грустно сообщил: -Я, наверное, никогда не женюсь. -Почему? -Не хочу, чтобы у меня появились дети. Это же чудовища! -Ну, смотря как ты их воспитаешь. Мои же не были такими… Наверное. * * * То, что его супруг не совсем обычный человек, див-лейтенант Сурцев уже привык, так же как и к детям, шедшим, так сказать в нагрузку к мужу. Но вот желания вернуться туда, где они столько времени балансировали на грани жизни и смерти – он не понимал. Хотя та же Суюми пыталась ему объяснить. Однако, раз уж им выдали разрешение на посещение родного дома, то он отнесся к сборам со всей ответственностью. По вбитой еще во время обучения привычке, Даниил вытребовал на складе полсотни элементов Аш-ди-восемь, хотя выбивать и не пришлось. Ему даже больше пытались выдать, но больше в сумку не влезло. Впрочем, ему клятвенно пообещали ежедневно доставлять к дому стандартную упаковку на десять штук. -Мы вообще-то на один день едем. -Угу-угу, - согласился кладовщик и подсунул ему под нос составленный документ. – Я понял, ты главное вот тут подпись поставь. И див-лейтенант завизировал договор. Дома его ожидал полный бедлам, так как Суюми одна с мальчишками не справлялась, а Самшит куда-то ушел. -Он к дяде Роджеру убежал, - ответила на вопрос девочка, - шахты-то не закрывались до сих пор, вот он и побежал уточнять на какой склад добытую руду отправляют. -А кто такой дядя Роджер? -Э-э-э… Ну, Сами говорил, что он какой-то профсоюз. -Э?! Здесь и профсоюзы имеются?! -Ну, да. У Сами на рабочем комбезе даже есть эмблема его профсоюза. И у Юи такая же. Сами говорил, что она тоже из операторов с линии по производству преобразователя. У нас на фабрике их три есть. Одной управлял Сами, а на двух других посменно работало сорок два человека. Ну, он так рассказывал. И он говорил, что даже того, что производила его линия хватало на весь наш город на целых два дня… С хвостиком. Девочка хихикнула и убежала в комнату к младшим близнецам, а наказанные Аки и Таки возмущенно сопели из углов, куда их определил Дан. -Я вернулся! О, мальчики, чего опять натворили? Близнецы, не покидая места наказания, разревелись, но объяснять за что были наказаны не торопились. Это Сурцев был более мягким в наказаниях, а вот Сами мог оставить и без сладкого на пару деньков. Причем, чтоб было не обидно – всех. И тогда в действие вступала Суюми, мстя за несправедливость по отношению к ней. -Понятно. Колоться не собираетесь. Хотя, Да-ан… -Они уже наказаны. Причин назначать новое наказание – нет. Парень фыркнул. А потом плюхнулся на диван и сказал: -Так, парни, сменили углы в соседней комнате. Мне с нашим строгим папочкой поговорить надо. Мальчишки перестали всхлипывать и посмотрели на старшего брата с огромным удивлением. Впрочем, Даниил тоже нахмурился и махнул на детей рукой, подтверждая просьбу, хотя не забыл добавить: -И дверь за собой плотно закройте. Мы вас потом позовем… Что-то случилось? Мелкая сказала, что ты ходил к какому-то представителю профсоюза. -Угу. Его зовут Роджер МакКайстер. Он глава союза шахтеров. Точнее вернулся на этот пост после того, как предыдущего призвали на войну… Я с ним связался, чтобы узнать каким образом перерабатывали добываемую руду во время и после войны… Оказывается, что сразу после первого же призыва, они подняли свои связи с контрабандистами и часть добычи пошла «на лево»… А вот после того, как война была нами проиграна более десятка шахт этими самым контрабандистами были захвачены… Наши шахты практически полностью автоматизированы, это после поражения большую часть аппаратуры запечатали, чтобы не было возможности переработки норм. Фактически все спустилось едва ли не к ручной добыче. Я сам там больше пары месяцев отпахал. Тяжело – и физически и психологически. Особенно когда стало понятно, что комплекс, отвечавший за укрепление сводов шурфов тоже отключено и опечатано. -Подожди, а шахты, которые захватили контрабандисты? -Когда стало понятно, что мы приближаемся к поражению, то информацию о стратегических объектах была повреждена. Опять же с помощью этих самых контрабандистов, так что они точно знали какие шахты будут оставлены без внимания, ведь те по большей части расположены вдали от городов. -Так, погоди, здесь мы создали военную базу, все пространство сканируется и лишних… -Дан! Я же тебе говорю, что перед нашим поражением в системе обеспечения покопались контрабандисты! Информацию была повреждена! И даже я такой тупой из-за малолетства сообразил, что информация о результатах сканирования в какой-то части идет ложная! Роджер молчал все это время по тому, что у этих ворюг его единственный выживший внук!... Он и мне-то ничего не говорил сначала… А потом, когда я уже было собрался уходить, пришло сообщение… Они отрезали голову Самуэлю… Зачем?! Ему же всего десять лет было?! Див-лейтенант на мгновение замер, а потом подскочил к начавшему биться в истерике парню, одновременно отдавая команду срочного сбора своего подразделения и переправляя капитану запись своего разговора с мужем. А спустя десяток минут в квартиру вбежали врачи. Хотя их помощь уже почти и не требовалась – Самшит успел то ли потерять сознание, то ли уснуть. Но его все равно аккуратно обследовали медицинским сканером. -Переутомление… А еще начались изменения в состоянии «куколки». Активизировались цепочки взросления… Проследите, чтобы он начал больше есть. Организму требуется материал на формирование. Я передам информацию в центр. -Это не хорошо, то что он будет быстрее взрослеть? -Скорее сложно. Особенно из-за его «три-дробь-шесть». Воины Сарабды, как правило осуществляют контроль за подобными изменениями при помощи нейросети, а у него такой возможности нет. Так что это приходится делать из вне. По-хорошему, ему надо постоянно находиться под наблюдением, но… -Он не позволит… Значит, говорите, теперь его надо больше кормить? -Да. -Хорошо, я скажу Суюми и мальчикам. Они это проконтролируют. -Дети?! -Зря сомневаетесь. Эти дети выжили благодаря ему. У них вообще очень сильна взаимовыручка. Он заботиться о них, они заботятся о нем… А теперь еще и обо мне. Дан поблагодарил врачей и отнес парня в спальню. А потом пошел к детям объяснять, как теперь следует относиться к старшему братику. Так что не стоило удивляться (чего, впрочем, и не произошло) тому, как пристально стали следить за Самшитом члены семьи. Даже самые младшие, кстати, оказавшиеся обладателями самого грозного оружия – слез, которые начинали литься, если на тарелке молодого человека оставалась хоть крошка несъеденого.