Дом там, где кошки

— Ты привел сюда собаку? — Я его не привел, он сам пришел за мной, — скинув на пол свою ношу, сказал Куроо, и Инуока, черт подери, знал этот его тон. Проникновенно честный. Именно таким тоном Куроо и втолковал Инуоке свой гениальный план, как им вдвоем бесплатно заручиться едой посреди бела дня в центре Токио. А точнее — именно таким тоном, Куроо и обвел его вокруг хвоста, бросив одного и без еды, стоило им только привести план в действие. Инуока следовал за ним до самой окраины Токио, не обращая внимания на незнакомые трущобы, которых он, вообще-то, очень боялся: здесь плохо и страшно пахло опасностью и угрозой. Но у Инуоки обидно и голодно урчало в животе, а догнать Куроо стало делом чести. И теперь он стоял, тяжело и загнано дыша через открытый рот, и запоздало осматривался, куда, собственно, принесла его нелегкая. Инуока знал не так уж много мест, но это моментально приобрело в его собственном рейтинге звание «самое жуткое на свете». Особый зловещий вид ему придавали опасно поблескивающие кошачьи глаза, таращившиеся на Инуоку со всех сторон. Инуока сглотнул и попятился. Все, что он знал о котах, ограничивалось одной стычкой в парке — Инуока мог поклясться, что халявного хот-дога, посланного небом, хватило бы на них двоих, но тот кошак был иного мнения. Поэтому теперь Инуока знал, что коты только с виду милые и пушистые. Шипят, оголяя клыки, и показывают когти они очень жутко. Сегодня, благодаря Куроо, Инуока узнал о котах еще кое-что: они абсолютно бессовестные. И, ужас какой, кажется совсем не моргают. — Собакам входа нет, — грозно прошипел один из котов, наступая на Инуоку. Он был такой здоровый и злобный, что Инуока невольно заскулил, прижав уши к голове. Остальные коты тоже пришли в движение, медленно смыкая кольцо вокруг перепуганного Инуоки, все, как один, шипя, что ему тут не место. Инуока снова отступил, лихорадочно продумывая план побега, но тут его взгляд упал на ухмыляющегося Куроо, и его сердце снова гневно застучало. Желудок испустил не менее гневное урчание. — Я... Я пришел за своей долей! — отчаянно протявкал Инуока, все еще боязливо поглядывая то на одного жуткого кошака, то на другого. Сколько их тут было? Разве коты собираются стаями? — Тот черный кот, он обещал поделиться со мной едой, которую мы вместе достали. А потом он смылся! — Я сказал, что ты получишь свою долю, если догонишь, — миролюбиво заметил Куроо, с такой силой стуча хвостом по полу, словно был очень рад видеть Инуоку. Инуока удивленно наклонил голову и на всякий случай тоже повилял хвостом. В конце концов, он не хотел сориться с кошачьими. Нет, сэр. Все, что он хотел, это, наконец-то, поужинать. Коты вокруг прекратили наступать на Инуоку, переглянулись между собой, а потом тоже уставились на Куроо. Тот только сильнее завилял хвостом. — Ну, что? — Боже мой, Куроо, ты что, действительно кинул этого щеночка? — Город — жестокое место, я просто преподал этому комнатному шпицу урок выживания на больших улицах. Ну, что? Раз уж он меня догнал, то пусть берет свою долю, мне не жалко! Услышав заветные слова, Инуока радостно подскочил на месте и разулыбался. К Куроо он все еще относился подозрительно... хотя, нет, Куроо отличный парень, супер-кот! Делится едой и виляет хвостом, о всех прошлых недоразумениях можно и забыть, зачем таить злобу? Инуока дружелюбно улыбнулся самому жуткому котяре, все еще захлебывающемуся хриплым шипением. — Ты потерялся? Или выкинули? — деловито уточнил самый мелкий на вид кот. Но Инуока все еще помнил, как пару минут назад этот мелкий шипел на него чуть ли не страшнее всех, поэтому постарался говорить, как можно учтивее. — Меня посадили у метро охранять очень важную табличку! — сообщил Инуока, выкатив грудь колесом. Мелкий кот удивленно оглянулся на Куроо. — На ней было написано «Отдам в добрые руки», — фыркнул он, лениво вытягивая лапы. Коты понимающе переглянулись. — И куда ты пойдешь после того, как поешь? Инуока задумался. Он понятия не имел, где находился и как далеко ему предстояло пройти до своей станции метро. К тому же, он умудрился потерять очень важную табличку. От этих мыслей стало тоскливо и грустно, даже несмотря на то, что теперь уже Инуока не был таким голодным. Неожиданно, к боку Инуоки прижалось что-то теплое и мягко вибрирующее, и он удивленно уставился на пятнистого, лениво моргающего сонными глазами кота. Выглядел он так, словно всегда лежал на этом месте, прижимаясь к Инуоке, которого в упор не замечал. Куроо прыснул, длинно потянувшись, и закружил на месте, рассуждая: — Если щенку некуда идти, как вы смотрите на то, чтобы он остался при нас? — Но он — собака! — возмутился страшный кот, и Инуока смущенно прижал уши к голове. — И жрет, наверное, много, — со знанием дела покивал мелкий. Против таких неопровержимых фактов Инуоке нечего было представить. А очень жаль, ведь пятнистый котик был такой теплый... — Если мы обучим его добывать еду и всем хитростям уличной жизни, возможно, из него выйдет толк. В конце концов, он угнался за мной, — если бы Инуока не решил закопать вражду, он бы наверняка подметил, что теперь Куроо выставляет всю эту историю, как свою заслугу. Хотя, возможно, это и, правда, была его заслуга? — Все мы бывалые дворовые коты. Но если с нами заодно будет собака... Только представьте. Обычно с собаками мы не связывались и держались от них подальше. А тут у нас появится свой личный пес. — Звучит неплохо. Если он научится добывать себе еду. — Кошка решила приручить себе собаку? Рискованно, Куроо, но в твоем стиле. — Но... но он — собака! — Зато он нравится Кенме, — фыркнул Куроо, и для страшного кота это, вроде как, стало аргументом. Инуока снова покосился на согревающий бок комок, теперь уже с благодарностью. Хотелось рассказать, что Инуоке он тоже нравился, но при этом не спугнуть вилянием хвоста. — К тому же, он еще пока щенок. Если ты, Ямамото, возьмешься за его воспитание, из него выйдет отличный дворовый кот. Но с пастью и клыками собаки. Справишься? — Ну, — кот озадаченно обвил себя подранным хвостом, но Инуока уже понял, что убедительный тон Куроо, тот самый, который обвел Инуоку вокруг хвоста, снова подействовал. Эту ночь Инуока провел без своей важной, но навсегда утерянной таблички. Зато со всех сторон и даже сверху, к нему жались мягкие бока его новых приятелей. В котах он пока еще смыслил довольно мало, кроме того, что они бывают страшными, опасными и бессовестными. Однако теперь Инуока точно знал, что коты бывают еще и добросердечными. И очень теплыми.