Schiz effect

      Часть 1. Станция «Арктур». Благодаря Джону и Джейн я знал всё, что касалось «Проекта», целью которого было уничтожение ретранслятора «Альфа» и предотвращение захвата галактики Жнецами. И, конечно же, я знал, к чему это привело. Увы, я не мог просто заявиться в батарианскую колонию и сказать: «Эй, ребята, а давайте-ка поедем все вместе на экскурсию в Цитадель», чтобы избежать жертв, но и доказать что-либо, не побывав на астероиде 157-Голгофа, на котором находилась база Аманды Кенсон, тоже не мог. Явиться туда это рисковый шаг, который я обязан сделать, чтобы двигаться дальше, но и тут не обошлось без проблем: мне нужна была причина для визита, и я ухватился за информацию о том, что доктор Кенсон собирала детали для двигателя на свалках Омеги. Дальше я положился на волю случая: однажды на поисковую группу Аманды напали батарианцы, и я их спас, будто бы удачно оказавшись рядом. Самой Кенсон среди спасённых не оказалось, но меня слёзно попросили сопроводить группу на станцию, а я был совсем не против. Когда я прилетел на «Арктур», в ангаре меня встретило табло с обратным отсчётом. «Ну и ну, — присвистнул Джон. — Когда я попал сюда, оно показывало два дня». «Мы были здесь в 2185ом году», — напомнила Джейн. И то верно, ведь сейчас шёл 2184й, и потому надо мной горело «16:11:20:07», а слева мелом кто-то дописал «2». Видимо, до прибытия Жнецов оставалось 216 дней. — Капитан Шепард! Вы не представляете, как я рада вас видеть. — Аманда Кенсон вышла ко мне навстречу с широкой улыбкой и покачала головой. — Вы всегда оказываетесь там, где больше всего нужны, не так ли? — Не стану спорить. Женщина протянула мне руку для приветствия, и я пожал её в ответ. — Мои люди рассказали, чем мы здесь занимаемся? — поинтересовалась доктор. — В общих чертах. Полагаю, они хотели предоставить эту честь вам. — Ну, конечно. Пройдёмте со мной в центральную лабораторию. — Этот «объект Ро» что-то навроде протеанского маяка, насколько я понял? — спросил я по пути. — В каком-то смысле, — ответила Кенсон, — но он не протеанского происхождения. Увы, нам не известно, для чего он создан, однако мы обнаружили, что «объект Ро» принимает сигналы из чёрного космоса и также их передаёт обратно. — От кого и кому? — уточнил я для поддержания диалога. — Пожинателям. — Аманда посмотрела на меня, ожидая увидеть изумление на моём лице, и мне удалось убедить её в том, что я удивлён, поскольку она продолжила: — Я знаю это потому, что артефакт вызвал у меня видение об их прибытии. Тот таймер, что вы видели в ангаре, это время, через которое они достигнут Туманности Гадюки. А затем используют ретранслятор «Альфа» и захватят всю галактику. Их выбор пал именно на него неспроста, он особенный, так как связан со всеми другими ретрансляторами в галактике, включая Цитадель. Понимаете, насколько всё серьёзно? База «Арктур» строится лишь с одной целью — уничтожить ретранслятор, без которого вторжение будет отложено на несколько месяцев, а то и лет. У нас ещё достаточно времени на завершение Проекта, но ваша поддержка была бы кстати. — Я должен убедиться в том, что всё сказанное вами реально, — ответил я. — Несомненно. — Кенсон кивнула и раскрыла передо мной дверь в лабораторию. Как и говорили Джон и Джейн, «объект Ро» просто стоял посреди зала, частично зарытый в грунт астероида. Ни специального барьера, ни хотя бы предупредительных табличек («Осторожно! Злые Пожинатели!») — ничто не защищало снующих вокруг людей от промывания мозгов, и я уже сам начинал ощущать воздействие артефакта. — Как долго вы работаете с ним? — спросил я, глядя на Аманду и размышляя о том, как сбежать со станции. — Пару месяцев, — ответила Кенсон. — И никаких странностей за это время на заметили? — продолжил я расспрос и уточнил: — Головные боли, резкая перемена настроения, потеря аппетита? Нет? Или, может, появилось ощущение, будто вами управляет летающая каракатица? — Я не понимаю, к чему вы ведёте, капитан. — женщина сложила руки на груди и сощурилась. — Вы строите станцию вокруг технологии Пожинателей и думаете, это никак не отразится на вас? — Я не малое дитя, капитан, я прекрасно знаю, насколько опасно моё исследование, но вы должны довериться мне, вы должны увидеть то же, что видела я. — Сначала я сделаю это место безопасным, — сказал я и направился прочь из лаборатории. — Капитан! — донеслось из-за спины. Я остановился и глубоко вздохнул. Похоже, побоища не избежать, артефакт уже изменил сознание Кенсон, и она попытается задержать меня, чтобы я не мешал ей. «Пленить капитана Шепарда на семь месяцев? Она не может быть уверена, что никто не хватится тебя, — сказал Джон. — Проще ликвидировать». «Она не убила нас, не убьёт и Марка, — возразила Джейн. — И держать тебя в плену тоже рисковая затея». — Да, доктор? — ответил я, обернувшись. — Что бы вы там не придумали, помните, что дело серьёзное, а времени у нас немного. Мне действительно нужна ваша поддержка. Я помедлил, ожидая продолжения, но, похоже, всё оказалось не так, как я представлял, и Аманда, на самом деле, ещё не одурманена. По крайней мере, не настолько, чтобы потерять здравомыслие. Так что я кивнул ей и вернулся на борт «Нормандии». Единственным известным мне способом противостояния влиянию Жнецов были Левиафаны и их артефакты. Возможно, доктор Брайсон мог бы разработать экранирующее поле и для «объекта Ро», но пока что хватит и сфер. Я добился поддержки Проекта от Миранды (Призрак всё ещё дулся на меня за уничтоженную базу Коллекционеров), которая теперь обладала значительными ресурсами Посредника, но взамен остался ей должен, и кто знает, что и когда эта хитрая дама попросит. И всё же оно того стоило, ведь уже через полтора месяца Проект был завершён, оставалось лишь самое малое — убедить триста тысяч батарианцев покинуть Бахак, а затем направить астероид мечты навстречу взрывным приключениям.       Часть 2. Омега С тех пор, когда я был здесь последний раз, ничего не изменилось. Разве что местные фараоны стали более подозрительными в отношении инопланетных граждан, скупающих рабов-альбиносов или монозиготных близнецов. И, конечно же, никому не удалось сместить «правителя» Омеги — Арию, к которой я, собственно, и прилетел. — Зашли опрокинуть бокал-другой турианской настойки, капитан, или по делу? — спросила азари, когда я вошёл в её ложу. — На службе не пью, — ответил я по привычке строгим тоном, который тут же был удостоен многозначительным «кхе-кхе» Джек. — Тогда присаживайтесь. Как говорят люди: «в ногах правды нет». — И то верно, — согласился я и опустился на кожаный диван. Ария неспешно потянула коктейль через соломинку и лишь затем вновь обратилась ко мне: — По какому же вопросу в этот раз? — Хочу лишить триста тысяч батарианцев их родного дома и мне нужна ваша помощь в переговорах как нейтральной стороны. — Это шутка? — буркнул один из телохранителей Арии, батарианец. Но, увы, никто не обратил на него внимания. — Знаю, как это выглядит, — продолжил я, — но речь о вторжении Жнецов. Только так я могу остановить их. — Проще убедить Совет в том, что Системы Термина — безопасное и славное место, чем провернуть то, о чём вы говорите, капитан, — ответила Ария. — И тем не менее я прошу вас предоставить мне возможность поговорить с кем-то, чей голос имеет значение для батарианцев. — Без проблем, Шепард, но имейте в виду, что я не стану собирать куски вашего бренного тела по всей Омеге. — Надеюсь, что не придётся, — сказал я с унылой улыбкой. Ария пообещала устроить встречу с представителем Гегемонии через пару-тройку дней, а до тех пор я мог воспользоваться её гостеприимством и остановиться в неплохой ночлежке в более или менее спокойном районе Омеги, чем я с удовольствием воспользовался, ведь нечасто выпадал случай просто ждать и ничего более не делать. Какого же было моё удивление, когда в назначенный день явился Ка’Хаирал Балак, находящийся в розыске по всему Траверсу. Оно, конечно, немудрено, ведь мы с ним уже сталкивались раньше, так что сейчас я надеялся, что наше мимолётно-искромётное знакомство сыграет мне на руку. — Шепард. — Балак. — Надеюсь, вы помните о том, что это переговоры на нейтральной стороне, — произнесла Ария вкрадчивым тоном. — Я не собираюсь нападать, — ответил Балак. — В конце концов, капитан заслужил шанс выслушать его. — Как и я. Есть дело, которое важнее преследования террориста, — сказал и поведал Ка’Хаиралу свой план как можно более исчерпывающе. — То есть я должен поверить, что Жнецы захватят всю галактику через пять месяцев и единственный способ предотвратить это — уничтожить, мать его, ретранслятор в системе Бахак, где проживают триста тысяч моих сородичей? Так что ли? — уточнил Балак, глядя на меня, как на идиота. — Абсолютно точно, — подтвердил сопровождавший меня Мордин. «Чего ты распинаешься перед ним? — занудил Джон. — Батариашка не пойдёт тебе навстречу, их с детства учат ненавидеть людей». «Речь не о людях, а о всей галактике!» — заявила Джейн. «Тоже мне героиня нашлась. Не все такие выпендрёжники, как вы с Марком, большинству существ спасение мира до одного места». «Но ты ведь и сам спасал его», — напомнила Джейн. «Я просто хотел получить скидку на хомячка. Девять тысяч кредитов это слишком для комка шерсти». — Понимаю, всё это выглядит, как бред душевнобольного человека, но у меня есть доказательства. На базу «Арктур» вы, конечно, со мной не полетите, так что я взял кое-что другое. Доктор, будьте любезны. Саларианец снял с плеча большую спортивную сумку, поставил её на пол и потянулся к замку. В тот же миг несколько дул уставились в его лицо. — Сохраняйте спокойствие, — сказал он, но всё же помедлил с раскрытием сумки. — Хотел бы вас убить — уже сделал бы это. Собственных рук вполне достаточно. — Без фокусов, — процедил Балак. Мордин раскрыл сумку так, чтобы все видели, что в ней находится. — Это магический шар для гадания? — с интересом спросил один из батарианцев. — Это мяч для сквотчинга? — вмешался другой. — Это икра Пожинателей? — предположил третий. — Это коммуникатор, — ответил я, разочаровав их. — Коснитесь его поверхности рукой, Балак. Батарианский генерал смерил меня недоверчивым взглядом четырёх глаз и толкнул одного из телохранителей к сфере, чтобы тот её проверил. Батарианец осторожно поднёс трясущуюся от волнения ладонь к холодной сине-зелёной поверхности сферы, и та засияла неровным светом. — Они сказали, что я придурок, — обиженно сообщил испытуемый. — Кто они? — рявкнул Балак и, оттолкнув батарианца, коснулся артефакта сам. Несколько минут он стоял в оцепенении и смотрел на сияние, которое испускал осколок, а затем, медленно убрав руку, уставился куда-то вдаль. — Ну? — вкрадчивым тоном спросил я, чтобы развеять гнетущую тишину. — Ничего не понятно, но очень интересно. — Так что вы скажете, Балак? — повторил я. — Мне… мне надо подумать. Дайте времени до завтрашнего дня. Балак молча вышел из переговорной, коей служил VIP-зал в стриптиз-клубе, и его свита удалилась вместе с ним. — Он согласится, — сказала Ария. Она поднялась с диванчика и также собралась уходить. — Не знаю, с кем общался Балак через эту штуку, но он остался под впечатлением. Моё присутствие завтра не понадобится. — Спасибо за всё, Ария. — Спасибо тут не причём, ты знаешь мои условия. Ну а пока что можешь оставаться, прислать тебе девочек? Мордин ткнул меня локтем в бок и подмигнул, когда я обернулся. Даже если бы он этого не сделал, у меня не было выбора, иначе пришлось весь вечер слушать ворчание Джона, которого лишили увеселительной программы. — Пожалуй, да, — ответил я и выпил бокал слабоалкогольного коктейля, чтобы немного заглушить разразившуюся в голове брань. На следующий день встреча повторилась. Ария была права, Балак согласился эвакуировать батарианскую колонию в течение трёх-четырёх недель, но взамен потребовал за неделю найти планету, пригодную для заселения, артефакт Левиафанов, а также сведения о месте их обитания. Джейн сообщила, что это неспроста, ведь Гегемония уже двадцать лет пытается выйти на след некогда упущенных ими Левиафанов. Я пошёл на эти условия, потому что боялся, что Балак сорвёт сделку, если я откажу. К тому же, Левиафаны не беспомощны. Если они скрылись от батарианцев однажды, скроются снова. Главное, чтобы я сам потом не получил от них по шапке. С первым пунктом и вовсе не было проблем, я сразу предложил Балаку Эю, на которой побывал недавно. Я расписал Ка’Хаиралу, насколько великолепна флора этой планеты, и он остался доволен.       Эпилог. После Битвы за Цитадель я начал подготовку к вторжению Жнецов, которая включала в себя чёткий план действий для каждого моего соратника и сильное желание не погибнуть вместе с «Нормандией» при встрече с Коллекционерами. Многое из того, что я задумывал, свершилось — мою команду пополнили выдающиеся бойцы, человекоподобный Жнец был уничтожен, а Левиафаны присоединились к войне против Пожинателей. Но были моменты, которые никто не мог предсказать из-за влияния моих решений на ход истории. Так Серым Посредником стала Миранда Лоусон, и теперь я должен склонить её к предательству «Цербера», чтобы не упустить выгоду, которую сулит её нынешнее положение. Что же касается ретранслятора «Альфа», то всё прошло относительно гладко: батарианская колония и инженеры с базы «Арктур» были заблаговременно эвакуированы, двигатели на астероиде 157-Голгофа запустили удалённо. Ретранслятор был уничтожен и единственный, кто пострадал, это Предвестник, гневные сообщения от которого я получал несколько дней. Почему же тогда я употребил слово «относительно»? Потому что моя невинная шутка с Эи едва не развязала войну с батарианцами. К счастью, у Балака не было письменных доказательств того, что я называл ему именно эту планету, и дело закрыли, оставив его с носом. От него я тоже вскоре получил гневное сообщение, а точнее посылку, в которой лежали подгнившие фрукты с Эи и записка с пожеланием не подавиться. В любом случае, задача была выполнена, ведь вторжение Пожинателей откладывалось, и начинался новый этап моей миссии.

Конец второго рассказа.