Тайна становится явной!

После утренней ссоры с Толей, я поехала на работу. Она меня хорошо отвлекает и помогает на время забыть о проблемах. Сегодня наш начальник представил нового сотрудника, им оказался довольно приятной внешности шатен с голубыми глазами, но как только я протянула ему руку, он её по — джентльменски поцеловал и зацепил губами кольцо. Я вернулась в свой кабинет, а из головы никак не хотел выходить новый знакомый. Сегодня я заработалась и совсем забыла о времени. Восемь часов вечера. Миша сидел и ждал меня в садике вместе с охранником, мне стало ужасно стыдно, что я забыла о своей собственном ребёнке, но работы действительно было много. Моя машина не заводилась и я достала телефон, чтобы вызвать такси, звонить Толи и просить у него помощи, я не хотела, для меня это было унижением. — Тебя подвести? — Юра открыл дверь и я приняла его знак вежливости и галантности. — Мы не могли бы заехать в садик? Мне сына нужно забрать. — Я заметила, как выражение его лица меняется, а руки на руле сжались, что говорило о его недовольстве. — У тебя еще и ребёнок есть? — Невзначай сказал он, но я смогла уловить его минутную злость. Неужели его так цепляет, что у меня есть муж и сын? — Да, а что — то не так? — Немного встревоженно спросила я, закусывая губу. — Всё так! — Грубо ответил он и я вжалась в сидение. За эти полчаса я успела пожалеть, что не обратилась за помощью к законному супругу. — Садик. — Я отблагодарила охранника молочной шоколадкой и, поцеловав Мишу в лобик, вывела за пределы детского сада. Я решила, что лучше переступить через гордость и набрать Толю, но Юра сказал, чтобы я не дурила и садилась в его автомобиль, тем более, что ехать оставалось совсем чуть — чуть. Когда за окнам я узнала родной двор, то обрадовалась, что скоро буду дома и мне не придется делать вид, что его общество мне приятно. Одной ногой я уже была в подъезде, но в последнюю секунду меня остановил Юра и поцеловал в щеку. От наглости этого человека, я была в шоке. Моё поведение было приличным и я не давала ни единого намёка на то, что он может взять и просто меня поцеловать, как будто я не его начальник, а соседка по лестничной клетке. Открыв дверь, я сразу почувствовала аромат ароматизированных свеч, а сняв каблуки, то ступни почувствовали нежные лепестки. Тропинка вела к дверям нашей спальни и, если быть честной, то я боялась заходить в комнату, ведь вся эта романтика вела к одному. На кровати лежал Толя, играясь с выключателем. Свет то мигал, то вновь включался, что немного раздражало. — Привет, — я тихо стала отступать назад, когда Толя стал приближаться ко мне. — Ты всё видел? — Я, что, слепой, по — твоему? — Вот что сегодня за день такой? Почему все сегодня на меня орут? — Это не то, что ты подумал. Он меня просто подвез. — Ступнёй я наступила на осколки и сразу застонала от боли. Одним движением руки, муж усадил меня на кровать и пинцетом стал доставать осколки стекла. — Не дёргайся, больнее будет. — Приказал Цой и мне пришлось терпеть мучительную боль, обработав рану спиртом, он нежно её забинтовал и сказал не ходить, пускай рана затянется и уже не так сильно будет болеть. — Может, поговорим? Всё таки не чужие друг другу… люди, — последнее слово я добавила шепотом, замечая ухмылку на его губах. — Люди… я давно забыл, что это такое. Не связывайся больше с этим парнем. Он несёт зло. Я это чувствую. — Муж говорил так нежно, так трепетно, и я чувствовала его заботу. — И еще, — на секунду он замолчал, не зная, как продолжить эту реплику, — с парнями я больше не общаюсь. — Почему? Я думала, что ваша дружба вечна, — Толя сидел ко мне спиной и мне пришлось подползти к нему, как собачка. — Они предали меня. Ты была права. Это они сдали тебя в то ужасное место, снова. Прости меня, родная, что меня не было рядом. Прости. Глупое солнце, ты правда думала, что я тебя предал? — Должна признаться, внутри у меня что — то ёкнуло, мне стало жалко Толю, а слова пробрались под кожу; глядя на него, я чувствовала только одно — жалость. — Ответь мне! — Я не успела ответить, как он стал целовал мой пупок, поднимаясь выше. — Прекрати! Немедленно! — к сожалению, мои слова на него никак не действовали, и я подалась искушению. Запретный плод — сладок.

***

Прошла неделя. С мужем я успела наладить контакт и простила. Своё прошлое я отпустила, ведь оно уже сыграло роль в моей жизни. Я радовалась, что у меня подрастает такой замечательный сынишка. Однако, меня удивил тот факт, когда я увидела пропущенные звонки от Тёмы, была крайне удивлена этому поступку. Может, совесть замучила? Юра не давал мне проходу туда, куда я, туда и он, такое чувство, будто он следит за мной. Несколько раз мы с Толей ссорились из — за него, за то стали быстрее и чаще мириться. Сегодня утром мне позвонил сыщик и сказал то, чего я вообще не ожидала. Я давно расследую загадочную смерть своих родителей, ведь в полиции мне не назвали конкретную причину смерть, а лишь отправляли с одного кабинета в другой. — Валерия, мне удалось докопаться до истины и вот, что я выяснил. Тела ваших родителей были обескровлены к тому времени, как их нашли. Скорее всего, на них напал дикий кабан или волк. По почте я перешлю Вам всё, что нарыл. — Хорошо. Спасибо. Деньги я уже перевела на карточку, — открыв ноутбук, мне сразу пришло новое сообщение. Снимки были хорошего качества, но не вся психика выдержит содержимое. На одном фото я увидела знакомое лицо, немного погуглив, я узнала, что в убийстве обвиняли Толю, но ему удалось закрыть рот журналистам благодаря взятки. Мои глаза забегали в разные стороны, не зная, куда смотреть. Я закрыла рот рукой, чтобы не закричать. Что же это получается? Я вышла замуж за убийцу своих родителей? — Лера, ты почему не на работе? — Когда он увидел мои стеклянные глаза, которые не выражали никаких эмоций, то сразу спросил, что случилось. — Почему ты мне всё сразу не рассказал? — В моём голосе не было ничего, ни злость, ни ненависти, ничего. — О чём? — Это ты убил моих родителей? — Он подавился кровью, которую пил. Судя по его реакции, мои домыслы были правдивы. — Я жду. — Я тогда был потрошителем, я не мог контролировать свою жажду. — По моей щеке потекла горячая слезы. Его слова сильно ранили мое девичье сердце. Ничего не ответив, я схватила серебряную куртку и отправилась на улицу. Подальше от этого чудовища… Можно кричать, ненавидеть… Не видеть друг друга неделю, месяц, год… Думать, что всё прошло. А потом увидеться и просто сойти с ума.