Правило № 24: Я буду реалистично оценивать свои сильные и слабые стороны. Несмотря на то, что это лишает жизнь некоторой забавности, я, по крайней мере, никогда не закричу: «Нет, этого не может быть! Я НЕПОБЕДИМ!!!» (обычно за этим следует мгновенная смерть).
***
Долина Ида. Белый Город. — Нет, не-е-ет, так не может быть! Я непобе... Да какого же демона, а?! Энрикс закашлялся, поперхнувшись то ли воздухом, то ли слюной, то ли и вовсе гневом. Его компактный советник сидел напротив, смиренно сложив ладони на голых коленях, а ситуация на шахматной доске стала весьма однозначной. Если бы не жара, лорда бы затрясло, он бы вскочил, хватая коротышку за шиворот... — Сарин, — хлопнул он ладонью по краю стола, не находя более сил, — если бы в вас была хоть капля ко мне уважения, вы бы так не сделали. — Мой лорд, я уважаю вас ровно на двенадцать ходов, иначе бы мы баловались разменом до одури. Вы сегодня в атаке, вот и... — Он развёл руками и вновь собрался в тугой ком, больше схожий с пружиной, чем с весело проводящим время человеком. — Вы сами знаете, чем это обычно заканчивается. Нехотя Энрикс кивнул. Жестом велев советнику готовить доску к новой партии, он сел, ссутулив спину, и принялся тереть подбородок в попытках сосредоточиться. Хотелось взять себя в руки, встряхнуться и встретить противника достойно, не опускаясь до грязи, как и подобает мудрому и хладнокровному правителю. — Сарин, — буркнул он минуту спустя, — наденьте штаны. Советник, опешив, опустил взгляд, расправил зачем-то края туники и повёл плечом: — Жарко, мой лорд. «Даже для тебя?» — Наденьте-наденьте. Меня самым возмутительным образом отвлекают ваши колени. Они слишком кокетливы. Мрачный взгляд пообещал ему продемонстрировать все муки шахматного унижения, и Энрикса, несмотря на липкую духоту, пробрал озноб. Уверенность в собственной непобедимости основательно пошатнулась, но... попытаться стоило.