Двигаться дальше

Рука Йена отбрасывает два стакана со стола, которые разбиваются в сопровождении громкого звука. Стекла разлетаются по всему полу. — Блять, Йен, стаканы то за что? — слышится голос Микки. Он дышит рывками, его рука, которая находится на шее Йена чувствует бешенную пульсацию в этом месте. Они оба быстро освобождаются от одежды. И вот два горячих тела находятся на диване. Они соприкасаются всем чем можно. Йен переплетает свои пальцы с пальцами Микки. Они любят так делать. Это своего рода их фишка. Через мгновение Микки ощущает в себе Йена. Он прикусывает нижнюю губу, чтобы не издавать сильно громких звуков наслаждения. Хотя трудно было сказать, что он сейчас чувствовал: боль или наслаждение. Микки оттягивает простынь, на которой они находятся. От такого натяжения она рвется. Да, кроме того хлама, который уже был в доме, здесь еще появляется рваная простынь и осколки стекла. Кто знает, что еще могли они испортить в таком порыве страсти… *** Улыбка не сходит с лица Йена. Он растягивается на диване, который оказывается для него недостаточно длинным. Доволен всем процессом он сейчас не думает ни о чем. Давно в его голове не было такой пустоты, обычно ее переполняют тысячи мыслей. А сейчас Йен был просто счастлив, что свидетельствовало о том, что действие алкоголя еще не закончилось. Микки смотрит на рыжие волосы, которые переливаются множеством оттенков, как будто бы он красил каждую гребаную прядь разной краской. Но нет это был его настоящий цвет. Понятное дело, это не делало его особенным, но точно отличало от других. И его волосы были одной из многих-многих причин по которым он нравился Микки. Йен замечает на себе пристальный взгляд и сразу меняется в лице: — Что? — Что ты блять делаешь со мной?! — Микки тоже умел падать из крайности в крайность. Например, сейчас он был не против врезать Йену по лицу, хотя секунду назад любовался им. Йен приподнимается, чтоб быть на одном уровне с Микки, при этом задев его. И что остается делать? Милкович воспринимает это как вызов. Он толкает предмет своего обожания со всей силой так, что Йен оказывается на полу. Он встает, становясь прямо на осколки. Эта боль только разжигает в нем огонь. Он с такой же силой бьет Микки. Драка между ними завязывается безумно быстро, собственно, как всегда. На теле обоих выступает кровь, видны порезы от осколков. Спустя еще несколько моментов они наконец успокаиваются. Микки берет кусок оторванной простыни и прикладывает к руке Йена. К месту, где был очень глубокий порез. На удивление он способен остановить венозное кровотечение, жизнь многому его научила. Микки не собирается отпускать руки Йена. Они тяжело дышат. Свободной рукой Йен дотрагивается до лица Микки. Их губы снова сливаются в поцелуе. На этот раз они чувствуют металлический привкус на языках. Привкус крови. Очень странными способами они проявляют заботу друг к другу. Все-таки отношения Йена и Микки нельзя описать только двумя словами «война и секс». В их отношениях проявляет безумно сильная любовь, забота и переживания друг за друга, правда немного завуалировано. *** Фрэнк Галлагер когда-то сказал: «Любовь не должна быть милой. Любовь груба и разрушительна…» Йен и Микки безусловно следовали этому.