Причины, по которым можно полюбить физику

Весь класс активно следил за успехами Астафьева. Кто-то шарил в интернете, кто-то стебался над ним, а я мечтала. Вдали ото всех. Под деревом на зеленой траве. Ветер все не прекращался, но под тополем его практически не было. Я все прокручивала ситуацию у себя в голове. Может, я могла что-то изменить? Почему не я «подвернула» ногу? Скорее, это все из-за моей тупости. Я же настолько наивная... — Часто ты так мечтаешь, Романовская? — рядом со мной сидел физик. — Как? Магия вне Хогвартса запрещена! — Ты же никому не скажешь, это будет наш секрет… — Звучит как-то не очень… Потягивает на... Ну, вы поняли, — надеясь на понимание учителя, я на него смотрела. Но судя по лицу физика, он не понимал, на что я намекаю, где-то минуту… — Романовская, ну, у тебя и мысли. Я взрослый человек и сразу не понял, о чем ты! — Двадцать пять, все успели в жизни увидеть… — с долей сарказма сказала я. — Двадцать три! Не все увидел, но больше тебя, — он поднялся. — Пойду на Астафьева посмотрю, опять филонит. — Вы ему пендаля волшебного отвесьте. — Ах, хорошо бы, но свидетелей много. — У нас никто не скажет. — Ага, а потом меня к директору, — через минуту Астафьев отхватил леща, а потом и граблями. Он попытался увернуться от леща класс рука, но наступил на грабли. Так металлюга отхватил не только леща, но и деревяшкой по лбу. — Я работаю, работаю! — завопил одноклассник. — Вижу я, как ты работаешь, — физик взял грабли в руку. — А траву и листья ветер разносит? — Да, ураган целый! — Где ты его здесь видишь, Миша? Где? — А-а! Лена! Нет! Ты же в больнице или дома! — Астафьев взял грабли и начал быстро убираться, что бы поскорее распрощаться с ненавистной одноклассницей. — Лена, ты его стимулируешь, постой здесь немного, — он уж было собрался идти, но тут вспомнил. — Почему не дома? — Папа приехать не смог. Я здесь побуду часа два, а потом на автобусе уеду. — Какие два часа? Этот оболтус за двадцать минут все уберёт! — Я знаю, просто автобус через два часа… Лена как всегда… Но врать, что автобус приедет через два часа, когда он ходит с перерывом в тридцать минут! Тем более, живет она в двух шагах от школы! — Лен, я тебя провожу, не бойся, — я схватила подругу за руку. — Тем более, нас отпустят, а Илья Васильевич за Астафьевым следить будет. — Я смогу проводить, только когда сдадим территорию. — Отлично, — встрепенулась Лена. Когда Лена и физик разговаривали, то меня будто рядом нет! — Но тебе же жутко больно! — заверила я подругу. — Срочно домой, тебе нужен отдых! — Правду говорит твоя подруга, — учитель посмотрел на отдыхавшего Астафьева и отвесил нагоняй. — Идите домой. Если завтра в школу прийти не сможешь, я не буду тебя беспокоить. — Лена, не обнаглела ли ты? — гневным шепотом, спросила я подругу. — Тогда, до свидания, — сказала она. — Я завтра в школу приду. Буду грызть гранит науки! — Вот, видишь, Романовская, бери пример с подруги. Мы мило улыбнулись и пошли, уходя Лена прошипела: «Сами грызите свой гранит науки!». Когда школа была далеко, мы пошли нормально, ни как раненный в жопу таракан. — Думаешь, твой план сработает? — я смотрела на «симулянта». В чем-то я была рада за подругу, но все же надеялась, что её план не сработает. — Клюнет на несовершеннолетнюю? — Надя, ты слишком стереотипна. Он – молодой, красивый, умный… Чего тебе еще надо? — А как же деньги, твоя мечта выйти за миллиардера? — Жить со стариком, ради денег. Или с таким, как класс рук, но в бедности… Я выбираю второе. — А если характерами не сойдетесь? — Главное найти что-то общее, а у всех людей есть что-то схожее. — Например? — Тебе нравится воздух? Мне тоже. — Капитан Очевидность, — протянула я. Лена могла добиться всего. Иногда мне казалось, что она могла бы спокойно уговорить президента США вернуть России Аляску. — И будете всю жизнь говорить о воздухе? — Нет, мне нравится гравитация, вода и, и что-то еще, что нравится ему… — Мне кажется, у тебя не получится. — Получится, получится! Ты меня плохо знаешь! Мы дошли до перекрестка: — Пойдем на стадион? — Что ты там забыла? — Я погулять хочу, пошли! Лена схватила меня за руку и потянула, с такой силой, что я чуть не упала. Лена была очень продуманной, но в этот раз она сломя голову бросилась на стадион, и пошла она рядом со школой. Я, даже, забыла ей сказать, что бы она хромала. — Значит так, у тебя нога болит? — издалека на нас смотрел физик. Он держал за шиворот Мишу. Астафьев весь взмыленный, с листьями в волосах, смотрел на нас с таким видом «И так тошно, вы тут еще ходите! Не умеете симулировать, не делайте этого!» — А-а-а… — обреченно протянула Лена. — Я экстрасенс! Лечу силой мысли! — ляпнула я. Воспользовавшись ситуацией, Миша вырвался из рук физика и рванул, но учитель молниеносно поставил подножку и горе рокер упал. — Скажите честно, вы где служили? КГБ или ЦРУ? — И там и там, — серьезно ответил физик. — А еще у Гитлера, евреев бедных жгли… — тихо сказал Астафьев. — Я сейчас тебя сожгу! — отвесив подзатыльник, учитель принялся пилить взглядом меня. — Романовская, от кого, от кого, но от тебя я этого не ожидал! Столько боли я видела только в глазах уличного котенка. — Не смотрите так на меня, — жалобно пролепетала я. — Я не виновата, меня заставили! — А-а-а! Нога! — упала Лена, почувствовав, что дело близится к ней. — Лена, я уже понял, что ты артистка, вставай с земли. — Блин, как-то неудобно вышло… Ну, это, того… Понять и простить! — Лена виноватыми глазами смотрела на учителя. — Молодость, она такая… — тихо прошептала я, толкая Лену в бок. — Лена и Надя… Часто так школу прогуливаете? — Надя – да, Я – нет, — Лена в панике пыталась вывернуть все так, что бы получилось, что виновата я! Хотя, я прогуливала только из-за Лены, сама я никогда не ушла бы с урока. — Вы знаете, это все её идея! — Что? Лена! Может, правду расскажешь? — я посмотрела на подругу. Она толкнула меня, мол: «Спасай! Это же мужчина моей мечты, я не могу перед ним облажаться!» — Да, я. Просто, субботник, ветер, пыль, — я не знала, что несу, главное, что бы была какая-то связь. — Я думала, если Лена как бы подвернет ногу, то вы нас отпустите, а тут вот как вышло…