Причины, по которым можно полюбить физику

Я сплю в общем-то, как убитая, но будильник, писк комара могли запросто меня разбудить. И тут, я просыпаюсь от звука будильника, но через секунду физик его выключает, и кому-то пишет. — В школу? — сонно спрашиваю я, а он отправляет сообщение смотрит на меня: — Надя, мне нужно с тобой серьёзно поговорить, — и сон, как рукой сняло. — О чем? — я думала, что он предложить расстаться... — Хватит забирать все одеяло на себя, — он тянет угол одеяла. — Иначе, я буду вынужден ввести санкции, и Надежда Романовская отправится в школу... — Так семь часов? — он, с закрытыми глазами, пробубнил: — Спи, я все сделал... — Что ты сделал? — Я в ЗАГС-е, а ты болеешь, — ах, где же раньше он был. Не учитель, а мечта! *** — Ты чего в школу вчера не пришла? — Лена с шикарнийшим фонарем смотрела на меня. — Плохо было, — она утащила меня за угол. — Плохо ей было! Я знаю, что ты живешь с Ильей Васильевичем, — она готова разорвать меня на части. — Помнишь я в лесу потерялась? — И че? — Так вот, меня выгнали родители из дома, а он предложил пожить какое-то время у него, — Лена смотрит мне в глаза, а потом сменяет гнев на милость: — Бедненькая, — она обнимает. — Хотя...Ты живешь с самым шикарным мужчиной на планете, а это ещё какой плюс в этой ситуации, — прозвенел звонок, и мы зашли в кабинет математики. — Я смотрю, карма все-таки существует, — улыбается Астафьев и тут же получает Лениной сумкой по голове. — Больно. — Астафьев, не беси, — Лена садится на галерку и утыкается в свой телефон, а я села с Олей, которая шарит в математике. *** — Илья Васильевич, а вы на каток идете? — спрашивает Настя, она вроде командира класса. — Даже не знаю, — физик проверяет тетрадки, и смотрит краем глаза на нас. — Будет весело, — он смотрит на Настю. — Астафьев и Лена идут? — то есть, иду ли я, его не интересует! — Да, — он смотрит на меня, а я хитро улыбаюсь, потому что в моей голове уже рождается слэш между Астафьевым и физиком. — Надя, я мысли читать умею, быстро перестала думать о том, о чем ты думаешь, — у меня пропала улыбка, он так строго смотрел на меня. — Я иду, — он обращается к Насте, и она уходит. — А как вы поняли? — в кабинете был пятый класс. — Я как про Астафьева спросил, ты так и расплылась в идиотской улыбке, — он повторяет мою улыбку. — Я же тебе говорил, что он не в моём вкусе? — Ты... Вы про черненьких говорили. *** На каток мы пришли вместе, Лена без всякой задней мысли смотрела на меня и радовалась. — А у вас нет коньков? — она смотрит на нас и улыбается физику. — Здесь же прокат есть? — Лена отводит нас туда. — Паспорт есть? — спрашивает симпатичная женщина, лет сорока. Физик испуганно ищет паспорт в своей куртке, а потом выдаёт: — Кажется, дома забыл, — он смотрит на меня. — Я тоже забыла, — и тут физик моментально спрашивает: — Домой? — и не дожидаясь ответа, тащит меня туда. *** Пришли мы за коньками в самый неудачный момент – образовалась огромная очередь. И, когда очередь практически рассосалась, женщина, которая выдавала коньки, ушла на пятнадцать минут. — Удача мое второе имя, — физик саркастично улыбнулся. — Тогда и мое, —прошло десять минут, я дремала на плече физика, как пришла женщина и опять образовалась огромная очередь. Мы сидели в ней минут двадцать, но нас увидела женщина: — Бедолаги, давайте паспорт, — у нас без очереди берут паспорта, но тут заходит охранник и спокойно, но громко говорит: — Обнаружен странный предмет, прошу всех покинуть ФСЦ, — мы переглядываемся с физиком. — Скоро приедет милиция. Физик быстренько всех собрал, и вывел за пределы физкультурного центра. — Мы все умрем? — спросила Оля, но физик её проигнорировал. — Знаете, матан, русский, химию и биологию сдавать, — она пошла в центр, но физик схватил её за шкирку: — Здесь стой, — приезжает полиция и оцепляют весь район. — А если бомбанет? — спрашивает Лена. — Нас на таком расстоянии убьет, — спокойно сообщает он. — Вы же шутите? — он саркастично поднимает бровь вверх, и мне это так нравится, его новая фишка. — А похоже? — Нет, — мы сидели на тротуаре, и ждали, когда же нас позовут обратно. Но потом вышла женщина, что-то прокричала и все зашли. *** — Опять очередь, — шепотом говорю я, а у физика такое смешное злое лицо... — Может, это знак? — я аж охренела, когда он спросил. — Серьёзно? Вы учитель физики, — он махает на меня рукой. *** — Разошлись, — я первый раз в жизни каталась на коньках, а Илья Васильевич с умным выражением лица скрывал, что он либо раз второй на коньках, либо никогда не катался. Но через тридцать минут, он нормально едет, а у меня даже стоять не получается! — Надя, ноги вместе, — подъехал он ко мне. — Что? — он помог моим кривым ногам более-менее нормально встать. — Я умею... — Если ты умеешь, то я Плющенко, — он улыбается и берет за руку. — Повторяй за мной. И под его контролем, у меня получается.Он ещё сам учится, но не подает виду, что ему тяжело. Он находит в себе силы и меня научить. — Там поворот, Илья... Васильевич! — мы не смогли затормозить, и на всей скорости въехали в бортик. — Романовская, ты живая? — я так устала стоять на этих гребанных коньках. — Надя. — Да... Я устала, — я не хочу подниматься и он берет меня на руки, и выносит с катка. — Отдохни, — я сижу на лавочке, и наблюдаю за ним. — Илья Васильевич, вы в футбол идете играть? — он не понимающе смотрит на Астафьева. — У нас мяч есть. — Астафьев, добить меня хочешь? — Нет, — он хитро улыбается. — Если не умеете... — Ну, держись! — такой эпичной схватки физика и Миши, я давно не видела! Миша пинает мяч, и он летит к физику, тот отбивает его, но запинается и падает, прямо под ноги Астафьева. — Блять, — Миша сидит и смотрит на учителя. — Астафьев, — он отвесил ему оплеуху, — не матерись. — Илья Васильевич, ну правда! — физик смотрит на Мишу, а потом ложится на лёд. — Вы чего? — Я устал, — физика не заметно сфоткал Артем и ещё полкласса. — Илья Васильевич, вам плохо? — подскочила Лена, которая не каталась, а наблюдала. — Мне хорошо, но я устал... — Лена не знала, как реагировать: — Нам что-то сделать? — Да, только не пинайте меня... *** — У тебя синяк, — физик смотрел на меня, пока я писала тест. — И на руке... — Ты свои ноги то видел? — его колени были полностью синие, и половина ляшек. — И ляшки? — А у тебя на руке, шее, ногах и копчике, — я одернула футболку. — А мне он так нравился... — Ш-ш, мешаешь, — он обнимает, целует в плечо и кладет на него голову. — Ты если сейчас разделишь, у тебя аху... Ахренительная дробь получится, — я показываю черновик там «0,4673748489584(6)». — Я уже, — он смеётся, и я чувствую его дыхание на своей шее. — Умножь, а потом дели, — он пристально смотрит в мой тест, а там на одном из дано нарисован повешанный человек. — Это что? — Это я, — он улыбается. — Если ты не напишешь тест на пять, то с тобой случится то же, что с этим человеком, — он хотел мне что-то ещё сказать, но постучали в дверь. Он пошёл открывать, и я услышала знакомый голос, именно он спрашивал «Здесь Илья Васильевич?», и именно ему я крикнула «шлюха». — Я тут подумала, может, начнём все с начала? — я тут же оторвалась от теста — И ребёнок твой, я посчитала.