Причины, по которым можно полюбить физику

— Илья Васильевич, давайте в карты, — предложил Астафьев на контрольной. — Ты бессмертный? — учитель спускается и идёт к нему на задний ряд. — Карты убрал. — Илья Васильевич, на желание? — физик озирается по сторонам и закрывает дверь на ключ. — Хорошо, — он садится и берет карты у Миши. — И какое будет твоё желание? — А-а-а... Вы, — он чешет макушку, — танцуете стриптиз на третей перемене, в столовой, — физик косо улыбнулся. — М-м, унижение, — сладко протянул он и начал раздавать карты, а потом резко посмотрел на ржущую меня. — Надя, я мысли читаю, — и улыбка пропадает, от его строгого лица. — Извините, — тихо говорю я и сажусь рядом. Лена последовала за мной. — А ваше желание, Илья Васильевич? — физик поднял глаза на Астафьева. — Ты смываешь свою краску и становишься нормальным человеком, — Миша на секунду задумался. — Так мы играем, Астафьев? — Да, — Миша берет карты. — Вы морально готовьтесь, это же третий урок. — Самоуверенный ты, Миша. — А если ничья? — спрашиваю я, а физик, не смотря на меня, тихо сообщил. — То оба исполняем желания... — Миша неловко сглотнул. — Я не понял, в карты только мы играем, а все остальные пишут контрольную! — И я? — спрашивает Лена, а физик не отрываясь от игры: — Лена, солнышко моё, и ты тоже, — подруга улыбается и подходит ко мне. — Я его солнышко, — знала бы она, что дальше «солнышко» ей и не светит. — Кажется, я уже победила. — Ну, да, — я киваю, а сама смотрю краем глаза на физика. *** — Илья Васильевич, я знаю, что у вас козырный туз, — Миша отложил свои две карты. — Ходи, давай! — он кидает карту. — Или сливаешься? — А смысл? — Астафьев грустно смотрит на пол. — У вас туз и король, оба козырные... — Сдаешься? — Да, — Миша открывает свои карты, там были шестерка и валет. —Блин, ну и везучий вы... — Везучий, не везучий, а ты будь добр завтра, как человек нормальный приди. *** — Надя, — я сзади обнимаю учителя. — Нас могут увидеть. — Мне плевать, — он поворачивается и даёт в руки тетрадки с проверенной контрольной. — Ты когда проверить успел? — Вчера, — сухо говорит он. — Раздай на парты. — Так точно, капитан, — он немного улыбается и садится за классный журнал. — Ты мне пятерки по математике нарисуй. — Я пятерки не могу... Двойки могу, а ещё колы... — он тянется к клеточке на против моего имени. — Нет, — я хватаю его за руку. — Че это вы тут делаете? — в класс зашёл высокий парень лет семнадцати. У него были знакомые черты лица, но что-то не сходилось. Он был одет в белую рубашку и чёрные брюки со стрелкой. Его лицо напоминало лицо Астафьева, но вот этот парень был гораздо симпатичнее. Его лицо было овальной формы, с чуть выступающими скулами. Нос с горбинкой, чуть вздернутый вверх. Полные маленькие губы, бледно розового цвета. А волосы были рыжего цвета, с золотым отливом, чуть выше плеч и немного кучерявились. — А ты кто? — спросил физик. — Илья Васильевич, что с вами? — парень бросает портфель на заднюю парту. — Твою мать, — ошарашенно выдал физик. — Астафьев... Ты человек, а не чупакабра. — Миша, — я аж села на колени к физику, а потом резко подскочила. — Это, извините. Миша удивлённо поднимает вверх бровь: — Ты рыжий, — все так же в шоке выдал учитель. — Офигеть... — Ну, рыжий и чего... Надя тоже, — Миша закрылся учебником. — Она крашенная, — я тут же посмотрела на Илью Васильевича. — И не такая рыжая... Ми-иша, ты бомба... Рыжая. Когда зашли остальные одноклассники, физик и Астафьев делали вид, что ничего не произошло. И никто не мог понять, что за офигенный новенький к нам пришёл. — Эй, парень, — к нему села Лена. Я пыталась сдержать смех, как и физик. — Я Лена, — видели бы вы глаза Астафьева. — Ты головой ударилась? — настороженно спрашивает он. — Нет, — она мило улыбнулась. — Ты ведь новенький. Знаешь, к нам редко такие красивые парни приходят. — Лена, я Миша... Астафьев, — подруга быстро унеслась из кабинета, вся красная.