Пять раз, когда отношения Отабека и Юрия чуть не раскрыли. И один раз, когда это все же удалось сделать

Зачем Юра вообще притащился в кафе? Он ведь изначально знал, что это идея, придуманная Виктором, до ужаса глупа. Ну, встретились они впятером — Виктор, Юри, Мила, Отабек и Юра. И зачем, спрашивается? Только время зря тратили. Юра ведь и не собирался никуда идти. Ему хотелось провести время наедине с Отабеком, не важно, чем бы именно они занимались, смотрели сериалы или зависали в спальне, целуясь. Главное, чтобы они были вместе и наедине и им бы никто не мешал. Особенно Виктор Никифоров, который словно, твою мать, специально постоянно их обрывал. Конечно, расскажи Отабек и Юра о своих отношениях всем, было бы куда проще. Но на деле это гораздо труднее, чем на словах. Вот уже битый час Юра сидел и пытался игнорировать веселый смех Милы. Ему казалось, или та сидела уж слишком близко к Отабеку? И постоянно убирала прядь волос за ухо, стоило лишь Отабеку на нее посмотреть. Неужели она решила флиртовать с ним, с Отабеком, который принадлежал Юре? Да Юра скорей ей все рыжие лохмы выдерет, чем позволит увести своего парня. Отабек же словно не замечал, что с ним внаглую флиртовали. Он улыбался, смеялся над шутками Милы, а на Юру даже не смотрел. Наверное, это и бесило больше всего. Да, они скрывали отношения, но это ведь не повод игнорировать! Юра раздраженно бурчал что-то себе под нос, скрестив руки на груди, но совершенно никто не обращал на него внимания. Наверное, если бы сейчас он вылез из-за стола и ушел, то никто бы даже не заметил. Но проверять свои предположения он не торопился, дабы не разозлиться на всех еще больше. Вместо этого Юра сидел и переводил взгляд с Виктора и Юри, которые кротко улыбались друг другу, словно хранили секрет, на Милу и Отабека, сидевших напротив. Мила, словно невзначай, часто касалась то плеча, то руки Отабека. И, кто бы мог подумать, но Алтын улыбался на каждое ее прикосновение! Да как он смел?! — Ой, Юри, Виктор, а что это у вас? — неожиданно воскликнула Мила, указывая на руки парней. На щеках Юри в момент вспыхнул румянец, который он постарался скрыть руками, но не успел. Виктор взял его за ладонь и поднял, демонстрируя золотое кольцо. У самого Виктора было точно такое же. — Правда, здорово? — спросил Виктор, сияя от счастья. Мила радостно захлопала в ладоши, словно на каком-то концерте. Юра же закатил глаза, но все же заинтересовался. Да, ему действительно стало интересно, что же это за кольца. В какой-то момент его будто озарило. Он широко распахнул глаза, а Мила озвучила его мысли: — Вы поженились! Поздравляю! Вы такая чудесная пара. Отабек поперхнулся соком, когда услышал это. Юра хотел было похлопать его по спине, но через Милу, которая уселась между ними, это было невозможно. Юри зарделся и опустил глаза, сразу пряча руки под стол. Юра усмехнулся. И что только, спрашивается, Виктор нашел в этой свинье? Ничего примечательного в нем нет: внешне ничем не выделялся, близорукий, стеснительный. Фу, скучно. Виктор же нервно почесал затылок и ответил: — Нет, мы не поженились. Вообще это талисманы. Идея Юри! Но мы обязательно поженимся, когда Юри возьмет золото на Гран-При. Юра не сдержал смеха. Кацудон и займет первое место? Да это ведь смешно. Нет, правда. Никакое первое место ему не светило. Если Юри займет первое место, Юра во всеуслышание совершит каминг-аут, серьезно. — Это так мило! Я очень рада за вас, — Мила перевела взгляд на Отабека и стрельнула глазками. — А ты как думаешь, Отабек? И снова кокетливо убрала за ухо волосы. Юра тихо зарычал. Он уже просто не мог терпеть, как к его парню в открытую клеились. Сжимая кулаки так сильно, что белели костяшки, Юра пытался успокоиться, лишь бы не сорваться и не сказать то, о чем потом мог очень пожалеть. — Да, это очень интересно, — кивнул Отабек и бросил короткий взгляд в сторону Юры. Мила хихикнула и коснулась, словно бы случайно, тыльной стороны ладони Отабека. Юра зарычал еще громче, так и прожигая в ней дыру взглядом, но никто не обратил на него внимания. Опять. — А ты бы хотел с кем-нибудь такие талисманы? — словно бы ни на что не намекая (ага, как же) спросила Мила. И вновь поправила волосы. Юра просто взорвался. Терпеть этих детских заигрываний у него уже просто не было сил. Выпрямившись, он громко, язвительным тоном, поинтересовался: — Мила, тебе волосы не мешают? Все взгляды обратились в его сторону. Юри и Виктор удивленно смотрели на него, словно только сейчас его и заметили. Мила закусила нижнюю губу и свела брови. А Отабек что, улыбался? — Что не так? — спросила Мила и снова потянулась к волосам, но вовремя себя одернула. Оно и к лучшему. А то Юра бы точно взорвался. — Просто ты уже раз пятьдесят убрала их за ухо за последние полчаса, вот я и подумал, что стоит их еще немного укоротить, — Юра пожал плечами и откусил кусок от пиццы, которая уже успела остыть. Мила бросила короткий взгляд на Отабека, засмущалась и откинулась на стуле, словно стараясь спрятаться от взгляда Юры. Плисецкий надеялся, что его высказывания привели ее в чувства. В противном же случае он просто попросит у официанта ножницы и обкромсает ей, к чертовой матери, все волосы. Будет в следующий раз знать, как флиртовать с чужими парнями. За столом так и повисла тишина. Никто не решался заговорить первым, развеять напряжение, возникшее из-за ревности Юры. А тот же молился, чтобы никто не подумал, что все им сказано было лишь из-за Отабека. Но ведь Юра никак их не выдал, да? Просто сказал прекратить Миле действовать ему на нервы. — Мне нужно выйти, — не выдержав напряжения, которое сам же создал, Юра встал со своего места и направился в сторону уборной. Какой же он все-таки идиот! Почему нельзя было проигнорировать заигрывания Милы с Отабеком? Ведь в этом не было ничего такого. Отабек бы никогда не променял Юру на Милу или на какую-либо другую девушку. В этом не было никаких сомнений. Во всем виновата ревность, от которой нельзя было никуда деться. Закрыв за собой дверь, Юра подошел к раковине и уперся в нее руками. Посмотрел на свое отражение в зеркало, тяжело вздыхая. Как же он устал скрываться, молчать, ревновать и казаться людям еще более странным, чем он есть на самом деле. Юра не услышал, как открылась дверь и в уборную прошел еще один человек. Но как только чужие руки обняли его за талию, он вздрогнул и хотел было зарядить наглецу локтем в живот, но вовремя взглянул в зеркало. Отабек уперся подбородком в макушку Юры и глядел прямо в глаза его отражению. — Чем тебе не угодили волосы Милы? — спросил Отабек. — Ты еще спрашиваешь? Она флиртовала с тобой! И поправляла волосы. Пусть вообще радуется, что закусочным ножом нельзя волосы отрезать, — фыркнул Юра, немного ерзая в руках Отабека. - Конечно, если очень сильно постараться, еще что-то может получиться... Алтын засмеялся и прижал Юру к себе сильнее. — Ну и что? Пусть флиртует. Она мне совершенно неинтересна, — он развернул Юру к себе лицом и прижал к раковине поясницей. Юра вспыхнул. Он ведь думал, что Отабек не замечал флирта! А тот был в курсе и ничего не предпринимал. Почему? Если бы с Юрой кто-то начал флиртовать, он бы сразу дал от ворот поворот. Потому что так правильно! У него есть парень, которого он любил. Больше ему никто не нужен. — Так ты знал, что она с тобой флиртовала! — повысил голос Юра, тыкая в грудь Отабека пальцем. — И ничего не сделал, сволочь. Отабек снова засмеялся и схватил Юру за запястья. Притянув его к себе, заставил посмотреть в глаза. — А ты что, ревнуешь? — хмыкнул Отабек и закинул руки Юры себе на плечи. У Юры перехватило дыхание от одного взгляда на такого Отабека. Низкий голос, расширенные зрачки и ухмылка на губах. Он бы вполне смог сыграть волка в какой-нибудь театральной постановке и получилось бы так похоже, что все зрители бы перепугались. Но только не Юра. Он бы смело пошел к этому волку, не боясь быть съеденным. — Пиздец как сильно, — выдохнул Юра, привставая на носочки, чтобы дотянуться до губ Отабека. Отабек с радостью ответил на поцелуй, прижимая Юру к себе так сильно, словно хотел запихнуть в свое сердце. А Юра был и не против, ему хотелось очутиться в сердце Отабека, полностью и всецело, и быть там как можно дольше. Юра сжал плечи Отабека чуть сильнее, когда тот укусил его за губу, и слабо простонал. Как же ему хотелось щелкнуть пальцами и очутиться у себя дома, вместе с Отабеком, где они смогли бы делать все, что только придет на ум. Приличное и неприличное. Но, к сожалению, он не Гарри Поттер и не умел трансгрессировать. Поэтому им следовало закругляться, иначе Юри или Виктор пойдут их искать. — Пойдем, — нехотя отстраняясь, произнес Юра. — Только извинись перед Милой, — попросил Отабек, оставляя легкий поцелуй на губах Юры. — Вот еще! — фыркнул он, но, получив еще один поцелуй, добавил: — Я подумаю. Перед тем, как выйти, Юра взглянул на себя в зеркало, чтобы убедиться в отсутствии каких-либо следов, которые могут выдать то, чем же они занимались с Отабеком. Губы немного припухли, но это не особо бросалось в глаза. Ничего страшного. Если кто и обратит внимание, то Юра что-нибудь придумает. Отабек вышел из уборной и Юра следом за ним. Мила, Юри и Виктор над чем-то смеялись, но стоило лишь парням подойти к столику и сесть на свои места, смех сошел на нет. — Что-то вас долго не было, — Мила слабо улыбнулась. — Хотели уже Юри отправить вас искать. — Да так, разговорились, — пожал плечами Отабек. Юра опустил взгляд на тарелку и хотел было взять пиццу, но передумал. Челка упала на глаза и он тряхнул головой, поворачиваясь к Миле. — Слушай, прости за то, что я сказал. Хрен знает, что на меня нашло, — натянуто улыбнувшись, Юра коротко кивнул Отабеку. Мила открыла рот от удивления и во все глаза уставилась на Юру. А в следующее мгновение уже потянулась к нему, желая его обнять. Юра скривился и попытался увернуться, но не успел. Мила сжала его в крепких объятиях и не отпускала. — Это точно Юра? Юра Плисецкий перед кем-то извинился за свои слова? Отабек, вы точно разговаривали, а не дрались? — подал голос Виктор, смеясь в кулак. «Ага, губами дрались», — подумал Юра, но мысли не озвучил. Он все еще пытался вырваться из рук Милы. — Иди в задницу, Никифоров, — фыркнул Плисецкий и скрестил руки на груди. Все за столом засмеялись, окончательно развеивая напряжение. В этот раз никто не обратил внимание на ревность Юры. Но кто знал, что будет потом? Со скрытыми отношениями срочно нужно было что-то делать. Иначе Юра чокнется, определенно чокнется.