Пять раз, когда отношения Отабека и Юрия чуть не раскрыли. И один раз, когда это все же удалось сделать

С чего вообще этот Кацудон решил, что Юра должен с ним откровенничать и обсуждать Отабека? Он не обязан. То, что они с Отабеком избегали друг друга, никого не касалось. Особенно Юри. На самом деле, Юра и Отабек не избегали друг друга. Они старались как можно больше времени проводить наедине, ведь через три дня Отабеку возвращаться в Казахстан, и Юра хотел насладиться близостью, чтобы хватило до июля. Почему именно до июля? Потому что Отабек пригласил Юру к себе, а тот просто не мог не согласиться. Так что да, Отабек и Юра ни в коем случае не избегали друг друга, лишь делали вид. И старательно игнорировали друг друга, когда были не одни. На самом деле, у них попросту не было другого выхода. После той поездки на природу Виктор постоянно крутился около них и искал повод, как бы напомнить о том «лунатизме» Отабека. Первое время Юра старался это терпеть, но когда это систематически начало повторяться, уже плюнул и сказал, что им нужно сделать вид, что они никак не контактируют и вообще они друг другу никто. Но сказать куда легче, чем воплотить в жизнь. Они слишком часто собирались все вместе, что безумно надоедало Юре. Вот, спрашивалось, зачем Виктор постоянно тащил их с Отабеком в кино, когда у него был Юри? Ведь все нормальные пары хотели бы как можно больше времени проводить наедине, без друзей или кого-либо еще. Отабек и Юра, например. Но Виктор с Юри, видимо, ненормальная пара. Хотя Юра и не удивлен. По ним видно. В такие моменты, когда они вчетвером или же впятером (иногда к ним присоединялась Мила) куда-то ходили, Юра раздражался еще сильнее. Он не хотел ходить такой компанией, его раздражали улыбки и смех. Да, он мог смело сказать, что никуда не пойдет, но тогда с Отабеком они вообще бы виделись раз в два дня. А Юре такая перспектива вообще не льстила. Уж лучше ходить со всеми, при этом делая вид, что ты не общаешься с Отабеком, урывать в темноте кинотеатра малейшие прикосновения, чем сидеть и надеяться, что тот приедет, взяв с собой их любимый мармелад — кислые язычки. Теперь все поцелуи и прикосновения оставались лишь в стенах квартиры Юры и гостиничного номера Отабека. И, вроде как, все шло хорошо, ни у кого не должно было возникнуть подозрений о том, что они вместе. Но почему тогда Юри, когда они с Юрой по нелепой случайности остались вместе на балконе, завел разговор об Отабеке? — Что между тобой и Отабеком? — спросил Юри, взглянув на Плисецкого. Сегодняшний вечер они решили провести у Отабека, поиграть во всякие глупые игры и просто пообщаться. Угадайте, чья это была идея? Правильно, Виктора! И Отабек даже слово против не сказал. Юра опешил. С чего вдруг такие вопросы? Они ведь ничего не такого не сделали, чем могли бы выдать себя. С большим трудом взяв себя в руки, Юра ответил: — Ничего. У нас все нормально. — Вы теперь не общаетесь, избегаете друг друга. Не знаю, что произошло, но виноват, видимо, Отабек. И он хочет все исправить, но ты не даешь, Юрио, — начал вдруг рассуждать Кацуки, на что Юра закатил глаза. Да уж, если эта свинья вдруг решит уйти из фигурного катания, может спокойно учиться на психолога или философа. У него это отлично выйдет! — Да какое тебе дело до наших с ним взаимоотношений, свинья? — недовольно и резко бросил Юра. — Тебя это никак не должно касаться. Между нами все как обычно. Юри опустил взгляд и пожал плечами. Он всегда так делал, когда Юра начинал огрызаться. Черт, и вот как можно быть такой мямлей и рохлей, которая не может противостоять даже подростку? — Просто… Юрио, поговори с ним. Нечего вам избегать друг друга из-за какой-то ерунды, — ответил Юри, и перед тем, как выйти с балкона и оставить Юру наедине со своими мыслями добавил: — Если бы я не знал точно, то решил бы, что вы старательно скрываете отношения. Сердце предательски кольнуло от услышанного и Юру словно окатили холодной водой. Нет, Юри ни на что не намекал, просто бросил вскользь первое, что пришло на ум. Но даже это сильно задело потаенные струны в душе Юры. — Как же я устал от вранья, — себе под нос сказал он и тяжко вздохнул.

***

— Надеюсь, что мы еще увидимся. Ну, до нашего отъезда, — сказал Юри перед тем, как Виктор потащил его на выход из номера. — Я тоже надеюсь, — кивнул Отабек. Виктор резко остановился, из-за чего Юри врезался в него и тихо ойкнул, потирая нос. — А где Юрио? — спросил он. Отабек и Юри одновременно посмотрели на дверь балкона. После того разговора с Кацуки, Юра так и не выходил. И, конечно же, Отабек заметил такое долгое отсутствие парня; он даже хотел пойти к нему, но вспомнил, что им следует как можно меньше оставаться наедине, когда рядом друзья. — Вы идите. Я вызову ему такси, так что не переживайте, — вставая с софы, ответил Отабек. Виктор выгнул бровь, о чем-то серьезно задумавшись, но стоило лишь Юри ткнуть его в грудь, как тот ожил. — А, ну ладно. Увидимся! И вышли. Отабек выждал некоторое время, прежде чем осторожно приоткрыть дверь и пройти на балкон. Юра даже не обернулся. Конечно же, он слышал о чем Отабек до этого говорил с Виктором и Юри. Поиск каких-то оправданий безумно злил. Именно из-за этого Юра и сидел на балконе, не желая снова врать и хитрить. Да, возможно, это немного по-детски, но чувствовать на себе взгляды Кацудона совершенно не хотелось. — Юр, пошли внутрь. Здесь уже довольно прохладно, — тихо произнес Отабек. Юра никак не отреагировал. Все, что он сделал, это лишь повел плечами. — Плисецкий, что случилось? — Юра выпрямился, стоило лишь почувствовать объятия. Набрав в легкие побольше воздуха, он ответил: — Я устал. От всего этого. Устал скрываться. Мне вообще кажется, что о наших отношениях всем известно. Везде вижу намеки. Прям как какой-то маразматик. (Фыркнул и накрыл ладони Отабека на своей талии.) Юри сегодня спрашивал, что между нами произошло. Он думает, что мы поругались и что я не хочу тебя прощать. Юра закусил губу и зажмурил глаза. Между ними повисло молчание. Сколько они так простояли — неизвестно, но зато Юра хорошо запомнил момент, когда Отабек, поцеловав его волосы, развернул к себе лицом и повел обратно в номер. Только оказавшись в тепле он понял, что температура на улице действительно упала. Отабек молча провел Юру к кровати, посадил, не отпуская рук, и сам сел напротив. — И что ты хочешь делать со всем этим? — тихо спросил Отабек, глядя на Юру таким взглядом, от которого по спине бежали мурашки. — Я… Я-я не знаю, — заикаясь, ответил Юра и опустил взгляд. — Я думал о том, чтобы рассказать всем раньше, чем мы условились, но я не уверен… — В чем ты не уверен? Во мне? В наших отношениях? — резко спросил Отабек. Юра даже вздрогнул от неожиданности и широко распахнул глаза. Сердце больно кольнуло от одной мысли, куда именно мог завести этот разговор. Он положил ладони на щеки Отабека и вытянулся струной, чтобы только заглянуть ему в глаза. — Не смей даже говорить такое, Бека! В тебе, в наших отношениях я уверен больше, чем в чем-либо то ни было, — тихо, почти шепотом, заговорил Юра. — Я просто… люблю тебя. Люблю и боюсь, что все испортится после того, как мы раскроемся. Ведь Юри, Виктор и остальные могут нас не принять. А вдруг обо всем узнает пресса? Нашей карьере будет конец! Я не хочу, чтобы ты все потерял из-за меня. Юра до боли закусил губу перед тем, как Отабек поцеловал его. Он моментально расслабился и обвил руками шею Алтына, словно боялся, что тот исчезнет. Но тот определенно не собирался этого делать. Да и разве мог он исчезнуть, особенно сейчас, когда Юра обнажил перед ним такую важную и потайную часть своей души — рассказал о страхе? — И я люблю тебя, — чуть-чуть отстраняясь, сказал Отабек. — И ничего не испортится. Юри и Витя примут нас, я уверен. А пресса… если они как-то об этом узнают, то да, будет сенсация. Но потом все поутихнет. Нам просто нужно будет все выдержать. Мы ведь сможем, правда? (Юра кивнул.) Вот и правильно, не переживай из-за этого. Юра шумно выдохнул. Отабек был прав. Он просто себя накрутил, надумал себе всякого и теперь из-за этого мучил себя и Отабека. Эгоист, самый настоящий. А еще идиот. — Думаю, ты прав, — только и ответил Юра. — Конечно! Слушай, у меня идея. Давай в оставшиеся три дня не будем думать ни о чем: ни о Юри, ни о Викторе, ни о том, что у нас скрытые отношения. Просто будем вместе. Согласен? — Согласен. Отабек еле заметно улыбнулся и оставил невесомый поцелуй на его губах, прежде чем снова заговорить: — Останешься сегодня со мной? И разве Юра мог отказать? Конечно, нет. Поэтому он лишь одними губами сказал «Да», прежде чем вовлечь Отабека в новый поцелуй, в который пытался вложить все те чувства, которые испытывал к нему. Ведь никакие вербальные способы не смогут об этом рассказать лучше, чем его тело.