Пять раз, когда отношения Отабека и Юрия чуть не раскрыли. И один раз, когда это все же удалось сделать

Как же Юра мечтал, чтобы этот день никогда не наступил! Как же сильно он хотел, чтобы время остановилось и они смогли с Отабеком не разлучаться. Но, к большому сожалению, роковой день наступил и уже через час Юра вернется домой, где его будет ждать дедушка: он даст ему пирожки с кацудоном, в надежде поднять внуку настроение, но этого не случится. Потому что после двух этих недель будет слишком трудно смириться с тем, что Отабека нет рядом. Да, многим известно то приятное чувство, когда впервые встречаешь друга по переписке или человека, с которым давно не виделся. Вот только прощания с такими людьми запоминаются куда лучше. Объятия, которые не хочется разрывать, скрываемые слезы, противный ком в горле и ненависть к расстоянию. Такое просто невозможно забыть. — Где эти двое? Они вообще приходить собираются? — недовольно пробурчал Юра и откинулся на неудобном стуле. Вокруг сновали люди, из-за какофонии звуков закладывало уши. — Не знаю. Видимо, в пробке застряли. А, может, решили заняться чем поинтересней, — пожал плечами Отабек и положил ладонь на колено Юры. Тот от неожиданности вздрогнул и огляделся по сторонам, но никто не обращал на них внимания. — То есть, их совокупление куда важней, чем ты? Н-да уж, — Юра скрестил руки на груди. — Да ладно тебе, Юрочка. Их можно понять. Как будто бы ты пошел провожать Юри, если бы я начал тебя целовать и заставил остаться в кровати. Кончики ушей покраснели от слов Отабека. Юра закусил губу, вспоминая, как еще несколько часов назад он лежал в таких родных объятиях и ощущал себя самым счастливым на свете. А ведь раньше, до появления Отабека, он только фыркал и закатывал глаза на все разговоры о любви. Конечно, он и сейчас так же делал, но теперь хоть немного понимал, почему все придавали такое большое значение любви и чувствам. — Я… Мы это другое, — посмотрев на Отабека, ответил Юра. — Совершенно другое. — Правда? И чем же мы отличаемся от Вити и Юри? — лицо Отабека становилось все ближе, Юра теперь мог почувствовать его дыхание на своих губах. — Всем, — томно прикрыв глаза, он подался вперед, желая наконец-то поцеловать Алтына. Но стоило лишь их губам соприкоснуться, как послышался голос: — Отабек! Юрио! В один момент Юра оттолкнул Отабека, а в следующий уже вскочил и уставился на Юри Кацуки, который стоял буквально в трех шагах от них. Оно и к лучшему. Иначе бы Юра вцепился ему в шею за то, что из-за него им пришлось разорвать поцелуй. Сердце бешено колотилось в груди, безумие и злость горели в глазах Юры. Кулаки были сжаты до такой степени, что на ладонях сто процентов останутся следы-полумесяцы от ногтей. Он не мог поверить, что они так лоханулись, пошли на поводу у своих чувств и спалились перед этой свиньей! Ведь все две недели, что Отабек был в России, им удавалось скрываться, а в самый последний момент… Но, может, Юри ничего не видел? Есть ведь хоть малейший шанс, да? — Не смей так подкрадываться, свинья! — повысил голос Юра, чуть ли не с кулаками бросаясь на Кацуки. Тот побледнел и забегал глазами, лишь бы только не пересекаться взглядом с Юрой. — Ч-что не так? Я помешал? — заикаясь, спросил Юри. — Юрик просто злится, что ты застал его и Отабека за поцелуями, — хмыкнул за его спиной Виктор. Юра ошарашено уставился на Никифорова. После таких слов он понял, что выкрутиться и продолжить скрывать свои отношения будет ужасно трудно, скорее даже невозможно. Но Юра все равно решил сделать попытку: — Какими поцелуями? Ты сдурел, Никифоров? Мне что-то в глаз попало. Отабек просто помочь решил, — глупо? Определенно. Но ничего другого на тот момент Юре в голову не пришло. Виктор цокнул языком и закатил глаза на все жалкие попытки Юры оправдаться. — Юрио, хватит уже. Мы с Витей знаем, что ты и Отабек вместе, — подал голос Юри. Отабек, который все это время лишь наблюдал за происходящим со стороны, решил присоединиться. Все-таки это и его касалось. Юра слышал шаги за спиной, но не обернулся. Последняя возможность оставить отношения в тайне и так меркла, не хватало сделать еще что-нибудь, чтобы Виктор и Юри по их взглядам поняли, что между ними что-то есть. — С чего вы… — начал было говорить Юра, но Виктор его перебил: — Хочешь узнать, как мы поняли? Я начал вас подозревать, еще когда увидел вас вдвоем на катке. Видел, как вы вместе танцевали и подумал, что здесь что-то не так, ведь ты, Юрик, постоянно огрызался, когда речь заходила об Отабеке… — Потому что нехрен было трындеть о нем двадцать четыре на семь, — фыркнул Юра, но Виктор даже не обратил на это внимания, продолжая говорить: — Потом твоя ревность к Миле. На это было так смешно смотреть. Хоть ты и делал вид, что это тебя никак не задевало, по тебе было видно, как сильно ты злился. Я слишком хорошо тебя знаю, солнышко, так что такое поведение стало для меня галочкой в пользу того, что вы встречаетесь. Виктору пришлось прерваться, потому что какой-то идиот страх потерял и решил протиснуться между ними, таща за собой чемодан. Когда же он наконец-то отошел, уже Юри продолжил говорить: — Мы слышали вас. Тогда, на природе. Это было очень… неловко, — он поправил очки и потер щеки, словно хотел таким образом избавиться от румянца. От одной мысли, что их действительно тогда слышали, Юре стало немного стыдно. Ведь если бы он не был таким шумным, умел хорошо сдерживать свои стоны, их бы не раскрыли. Понимая, что уже нет никакого шанса отвертеться, Юра протянул руку за спину и сжал ладонь Отабека. Ему сейчас была необходима хоть такая поддержка, в противном случае его вышвырнут из аэропорта за драку. И это в лучшем случае. Потому что объяснять дедушке причину своего попадания в полицию не очень-то хотелось. Все-таки у него больное сердце… — Это окончательно подтвердило наши догадки насчет вас двоих, — подвел итог Виктор и самодовольно хмыкнул. — А еще… Он хотел добавить еще что-то, но Юра не позволил, обреченно застонав и говоря: — Ладно-ладно, я понял. Вы в курсе, что мы с Бекой… — кашлянул и поправил самого себя, — с Отабеком вместе. — Именно! И не понимаем, почему вы это от нас скрывали. И главное как долго?! — воскликнул Никифоров. Отабек отпустил ладонь Юры и позволил себе обнять его за талию, прижимая к себе так, как любил делать, когда они оставались наедине. Плисецкий мог спокойно его оттолкнуть, но не хотел. Да и смысл? — Просто мы думали, что вы этого не одобрите. Все-таки вдруг вы считаете, что мы не подходим друг другу… — ответил Отабек, и Юра почувствовал прикосновение губ к волосам на затылке. — А сколько мы это скрываем… Ну, мы вместе с конца «Гран-При». — Так долго?! — Виктор сказал это так громко, что на них стали оборачиваться. — Да как вы могли?! И как вы могли подумать, что мы вас не поддержим?! — Виктор… — тихо произнес Юри и прикоснулся к его плечу, желая успокоить. — Юри, но они… Они скрывали это от нас так долго! — ныл Виктор, указывая на Отабека и Юру, которые не знали, как на происходящее реагировать. Их порицали за то, что они скрывались? Или за то, что они вместе? Определить причину, то есть понять все то, что говорил Виктор, было безумно сложно. «Объявляется посадка на рейс «Москва — Астана». Металлический женский голос эхом разнесся по аэропорту. Юра вздрогнул в руках Отабека и прикрыл глаза, пытаясь совладать с чувствами. Вот и все. Вот им и пора прощаться. Сердце неприятно заныло и Юра еле-еле смог удержаться и не скривиться. Отабек осторожно отстранился. Юра тяжело вздохнул и развернулся к нему лицом, чтобы заглянуть в глаза. Если бы только не Юри и Виктор, которые прекратили спорить и все свое внимание обратили на них… — Да целуйтесь вы уже, господи. Будто мы вас… — Юри не дал Виктору ляпнуть лишнего: он потянулся и закрыл ему рот ладонью. А потом одними губами сказал: «Давайте». Отабек кивнул с легкой улыбкой на губах, обхватил лицо Юры руками, заставляя встать на носочки, и нежно поцеловал, пытаясь передать в этом поцелуе все свои чувства, всю печаль из-за расставания. А Юра и не сопротивлялся, наплевав на всех вокруг. Плевать на мнение окружающих, на Витю и Юри. Все, что его должно волновать в данном случае — Отабек и их отношения. И так должно было быть с самого начала. Просто из-за своей неопытности и необъяснимого страха перед мнением других он уговорил Отабека сдержать все в секрете. И любой другой бы на его месте послал Юру к черту, ведь это так глупо и по-детски. Но Отабек… Видимо, он действительно очень сильно любил Юру, раз позволил втянуть себя в этот цирк. Зато теперь, когда все это было позади, их отношения раскрыли и приняли, на душе стало так спокойно и хорошо… И даже прощаться куда легче, даже зная, что следующая встреча состоится еще нескоро. Но Юра и Отабек с этим справятся, без всяких сомнений. — Как ты думаешь, стоит им рассказать, что мы видели их объятия на балконе и поцелуй в аэропорту? — скрестив руки на груди, поинтересовался Виктор у Юри. — Даже не смей, Никифоров! Юрио нам этого никогда не простит, — ответил Кацуки и улыбнулся, глядя на прощание двух людей, которые так хотели сохранить свои отношения в тайне, что совершенно забыли о том, что тайное всегда становится явным.