Приемный родитель

Утром Сиэль не с того не с сего стал получать от родителя игнорирование. Нет, прозвучит слишком грубо. Себастьян отвечал на какие-то вопросы, дельно спрашивал о самочувствии, но старался на сына не смотреть и сам заводить разговор не спешил. Ближе к десяти он и вовсе ушел из дома. Сиэль не понимал, что происходит. Он совсем не помнил сегодняшнюю ночь, не помнил, какие сны ему снились, не помнил, что делал. А тут резкая смена настроения у папы. Может, он во сне что-то натворил? Из раздумий вытащил телефонный звонок. — Да, что?  — Как проходит течка? — как обычно весело отозвался Алоис, у кого, кажется, никогда не было проблем. За всю их дружбу Сиэль не помнил ни одного дня, чтобы парень грустил. Злость не в счет. — Я застрелюсь раньше, чем она закончится. — Что, все так плохо? Папочка тебе не подыскал никакого альфу? — А твои тебе подыщут? — хмыкнул Сиэль. — Нет. И не надо мне альф. И так тошно. — Я просто волнуюсь о тебе, дружище. И знаешь, что удивляет меня больше всего? — Что? — Как твоему папочке вообще позволили стать опекуном омеги. Ясно, как белый день, что в будущем вы сможете друг друга чувствовать. Это, знаешь ли, ненормально, когда вы, как члены семьи, можете однажды сорваться и устроить игры кроликов. — Совет опекунов посчитал, что Себастьян может стать мне приемным родителем, с учетом психологических особенностей ситуации, — Сиэль вздохнул, делая глоток чая с ромашкой, который ему заварил альфа. — Плюс ко всему мы были все время вместе с момента аварии. — Да, но теперь ситуация принимает другой оборот. Сиэль, как друг другу, мой тебе совет. Ищи альфу. Теперь ты не сможешь нормально уживаться с папочкой. Прости уж, но ты явно будешь его разглядывать не только как родителя, но и как мужчину. — Я не хочу искать альфу. Да, я могу сказать, что хотел бы такого же, как Себастьян, но таких сейчас, как говорится, не производят. — Ты даже не пробовал ни с кем. Нет, не так, ты ни на кого не смотрел! А попробуй. — Смотрел, — возразил Сиэль. — Напыщенные индюки, самодовольные придурки, прыщавые ботаники. Из кого выбирать? — Из красавцев, — засмеялся блондин. — А тридцатипятилетний мужик, значит, лучшая кандидатура? — А ты ему тридцать пять и не дашь, — пожурил Сиэль. За разговором с другом, хоть и об альфах, временно забывались неприятные ощущения. — А то, что он твой приемный отец уже не смущает, да? — Он почему-то сегодня странный с утра, — решил все-таки поделиться странным поведением родителя. — В каком смысле «странный»? Конкретика. Алоису требовалась конкретика. — Не разговорчивый и практически не смотрел на меня при обмене репликами. С тихим хмыком блондин на той стороне замолк, видимо обдумывая, что бы могли эти симптомы значить. — Знаешь, у меня есть пару вариантов. Естественный, настораживающий и катастрофический. С какого начать? — Раз один хуже другого, начинай меня шокировать постепенно. Сиэль, развалился на диване. Лежать определенно ему нравилось больше в своем состоянии. — Ладно. Первый вариант: Он сам чувствует тебя и возможно догрыз себя до стадии, что теперь опасается лишний раз взглянуть. И если это так, то думаю, после течки все нормализуется. — Он пьет таблетки, — подумал вариант опровержения. — Но ведь они действуют не двадцать четыре часа, — вздохнул блондин. — Второй вариант: Возможно, он видел тебя в эротическом сне. Отсюда все симптомы. — Еще лучше, — не сдержал смешка Сиэль. — Себастьян воспринимает меня исключительно как сына. — Ты, до течки, воспринимал его тоже исключительно как отца, но даю зуб, что уже видел во сне себя и его. И явно не играющими в покер. — Это исключительно из-за ощущения свободного альфы рядом, но с этими таблетками мне почему-то везет меньше. Доза совсем ненадолго помогает, — вздохнул Сиэль. — Так ты хочешь услышать самое страшное? — Добивай уж. — Ночью между вами произошло что-то, чего ты не помнишь. — Что могло произойти? — удивился Сиэль. — Я вообще был заперт в комнате. Хотя он и не помнил, когда Себастьян успел его вечером запереть, поскольку очень быстро провалился в небытие. — А с чего вдруг тебя заперли? Такое раньше происходило? — Нет, — подумав, произнес омежка. — Но ночи для меня сильное испытание, если днем я нахожусь под действиями таблеток, то ночью… Возможно, Себастьян решил перестраховаться. — Тогда почему он тебя избегает? — продолжал добивать Алоис. Как бы не пытался Сиэль выкрутиться, а от правды все равно не убежит. — Не знаю, — голос наполнился печалью. Ему было так паршиво, что единственный близкий человек к нему охладел. — Я предложил тебе свои варианты. Ты, конечно, можешь думать иначе. Но чтобы не ломать себе голову, я предлагаю сегодня вечером у него самого спросить. Ты вроде как говорил, что между вами никогда не было секретов. — Нет, — Сиэль слабо улыбнулся. — Мы не скрывали ничего друг от друга, если кто-то из нас спрашивает, конечно. — Спросишь сегодня? — Если не забуду. Сиэль прикрыл глаза. Кажется, таблетки вновь переставали действовать. — Ладно, мне уже пора идти. В отличии от тебя, мне еще нужно посещать школу, — недовольно отозвался блондин. — До скорого. — Радуйся, что ты еще не попал под такой ад, — попрощался Сиэль, отключаясь. Лучше бы он ходил в школу. Испытывать новый зуд не хотелось. Когда же все это закончится?..

***

Обычно, если Себастьян задерживался на работе, он всегда предупреждал смсками. Редко, когда они ужинали не вместе. Не считая звонка от Алоиса, днем Сиэль развлекал себя компьютерными играми. А вечером, включив музыку, решил прибраться немного в доме к приходу родителя. На часах маленькая стрелка доходила до девяти, а альфы все не было. Сиэль забеспокоился. Выпив еще половину таблетки, чтобы дожить до вечера, он пошел выискивать телефон. Может, Себастьян задержался и ему надо оставить ужин на столе? Выяснений не потребовалось. У входа послышался щелчок открываемого замка, а затем и сама пропажа появилась у порога. Сиэль с обеспокоенным видом выбежал навстречу. — Я уже думал тебе звонить. — Нужно было кое-куда заскочить, — отошел от прямого ответа Себастьян, снимая с себя пальто. Сиэль, поскольку обоняние у него сейчас чуть более обострено, уловил странные нотки чужого запаха. Омега. Этот факт заставил Сиэля скривиться. Только вот не понятно, от отвратительных духов или по какой-то внутренней причине, не известной пока что ему самому. — Ты бы хоть душ принял, — произнес Сиэль, прикрывая нос. — У меня не было времени. Сейчас приму, — не стал больше скрывать свои похождения мужчина и, пройдя мимо сына, сразу направился в ванную. Грустно, что Себастьян развлекается, пока он дома один. — Тебе ужин разогреть? — Да, спасибо, — ответили уже за дверью. А позже Себастьян включил воду и уже ничего не слышал. Еду разогревал Сиэль скорее на автомате. Голову никак не хотели покидать противные мысли о чужих омегах в постели родителя. Становилось стыдно от своих ревностных идей. Эгоистично не хотелось, чтобы Себастьян уделял время кому-то другому. — Что ты приготовил на ужин? Вывел вопрос мужчины из тяжелых дум. Теперь, когда он вышел из душа, чистый и посвежевший, дышать стало легче. — Макароны и ежики в сметанном соусе, — Сиэль постарался улыбнуться, выкладывая больше мяса в тарелку альфе. — Как твое самочувствие? Могло показаться, но за весь день(утро), Сиэль наконец услышал в голосе нотки заботы и беспокойства. И, обратив на родителя внимание, поймал его прямой взгляд. — Лучше. Уже не глотаю, как говорится, таблетки тоннами. — Сам-то что-нибудь кушал за весь день? — Пончики, — невольно расплылся в довольной улыбке. — Они у нас еще остались? — удивился альфа. — Уже нет, — состроил ангельское личико. — Давай на выходных еще испечем? — А я хотел вафли сделать, — тихо хмыкнул Себастьян, пробуя, что приготовил сын. Ведь умеет готовить, но редко делает один. В основном, или вместе, или только альфа. — И вафли, — согласился, не раздумывая. Однако улыбка стерлась с лица омежки. Он ведь еще помнил, что хотел кое-что спросить. — Себастьян? Ох, не нравилось альфе такое начало… Отложив вилку, он поднял взгляд. — Что? — Почему ты сегодня с утра меня избегал? Сиэлю было жутко неловко об этом спрашивать. И все шло именно к этому разговору. Себастьян понимал, что его не избежать, но так хотелось забыть о случившемся. То, что между ними произошло ночью, выбивает его из колеи. Из-за этого он пошел сегодня в клуб заказать мальчика, вместо того, чтобы идти с работы к своему ребенку. С тяжелым вздохом, мужчина закрыл ладонью лицо. — Сегодня ночью ты пробрался ко мне в спальню. — Я приставал к тебе? — ужаснулся Сиэль, заливаясь краской стыда. — Прости-прости-прости. Я не хотел. — Я знаю, что не хотел, — рука соскользнула с лица и хлопнула по столу. Неосознанно. Себастьян создал много шуму, от чего сын вздрогнул. — Все хорошо, — с натянутой улыбкой мужчина погладил мальчика по голове. — Я не злюсь, но эта ситуация не дает мне покоя. Ты чувствуешь во мне альфу, что в нашем случае недопустимо. — Это же всего лишь из-за течки, — Сиэль пытался себя успокоить, но у него, казалось, началась истерика, слезы стали собираться в глазах. — Да, ты хороший альфа, и я хотел бы найти такого же, как ты, но я не хочу, чтобы из-за течки, наши отношения испортились. — Тихо-тихо. Себастьян поднялся и заключил сидящего на стуле ребенка в объятья. Слезы — это то, чего он не мог видеть на лице Сиэля. Их было слишком много в прошлом. — Прости, тебе трудно со мной, — омежка уткнулся носом мужчине в грудь. — Сначала нервы учебой треплю, теперь течка. Я не хотел, чтобы ты переживал. — Все хорошо, малыш, — сердце альфы защемило от нежности, — Без трудностей невозможна жизнь. А судьба всегда подкидывает нам испытания. Мы всегда с тобой справлялись вместе, и сейчас справимся. Ты самое дорогое, что у меня есть. — Только не оставляй меня, — прошептал омежка, шмыгая носом. В объятиях Себастьяна ему всегда становилось лучше, а сейчас, повезло, он пока не чувствует в нем альфу, пока только того, кто может от всего защитить. — Обещаю, — тихо ответил Себастьян и свою клятву закрепил поцелуем в макушку. — Я тебя люблю, — Сиэль слабо улыбнулся. — Я тебя тоже. Отстранившись, мужчина оставил еще один поцелуй, в этот раз на лбу. — Теперь ты успокоился? — Да, — Сиэль по-детски потер нос, все еще шмыгая им. — Мне стыдно, что я стал приставать к тебе. Запрешь меня сегодня, чтобы подобного не повторилось? — А ты совсем ничего не помнишь? — осторожно спросил альфа, садясь обратно на свое место. — Нет, — качнул головой мальчишка. — Вообще ничего. Может, это и к лучшему. Пусть Сиэль остается в неведении о… более тяжелых последствиях, чем простое приставание. Правильнее сказать, что, перехватив инициативу, сам альфа набросился на ребенка, как дикий зверь, думая лишь о том, как бы поскорее его поиметь. Боже… и эти мысли были связаны с его ребенком. Пусть не кровным, но его. — Я правда больше ничего не сделал? — Сиэль насторожено наблюдал за изменениями в лице Себастьяна. — Давай не будем об этом говорить, ладно? — Хорошо, — согласился Сиэль и, поднявшись со своего места, поцеловал Себастьяна в щеку. — Я пойду схожу в душ, а потом все уберу. Иди отдыхай. — Сильно не перетруждайся. А отдохнуть — это заманчивая идея. В отеле особо и не отдохнешь. Себастьян едва не заснул после секса. Его партнер, симпатичный парнишка, лежал рядом с широкой удовлетворенной улыбкой и был не против повторного раза, но альфа, пересилив себя, поднялся и стал одеваться. Деньги оставил у тумбочки и без лишних слов покинул номер. Теперь, очутившись дома и вкусно поужинав, он развалился на диване в гостиной. Сиэль провел в душе не больше пятнадцати минут, чтобы отмыть от себя противную смазку. Вышел уже переодетый в пижаму. Посуду вымыл быстро, благо одна тарелка, вилка и чашка с чаем, свое помыл еще до прихода альфы. И прошел бы мимо гостиной в свою комнату, не беспокоя родителя, но тихое сопение сделало свое дело. Кажется, Себастьян заснул сразу же, как лег. В своем костюме, явно не удобном, даже одеялом не укрытый. Сиэль только вздохнул. Умотался, еще и сексом отправился заниматься. Последнее промелькнуло в голове омежки недовольной мыслью. И чтобы не потревожить альфу, он осторожно стал снимать с того одежду. Глупо, глупо и еще раз глупо в его положении! Мысли промелькали совершенно не нужные. А взгляд становился завороженным. Он откровенно наслаждался тем, что раздевает альфу. Не родителя, а именно альфу. Пришлось мысленно отвешивать себе подзатыльники. Каким же надо быть идиотом, чтобы настолько близкого человека переводить в такую пошлую категорию. Раздеть альфу получилось, чтобы он не проснулся. Но вот одевать Сиэль его не стал, или же просто не захотел. Сходив в комнату к Себастьяну и вернувшись с удобной подушкой и одеялом, Сиэль попытался устроить альфу немного поудобнее. Вроде получилось. Выключив телевизор, он осторожно прикрыл дверь. А чтобы обезопасить себя и альфу от поползновений, Сиэль запер гостиную на ключик и подтолкнул его под дверь, чтобы Себастьян мог выбраться сам, а Сиэль в порыве неадекватности его не отрыл.