Сказание об одной тени

      Снежинки поцелуями снежного ангела приземлялись на нос жеребца, тая от его дыхания.       Холодно. Почему мне холодно?       Закованный в металлическую броню, с красным плащом, покрывающим круп, высокий кристальный пони тяжко вздохнул, но все звуки потонули в завывании ветра. Пока он мог думать лишь о том, как передвигать ногами.       Да. Хорошо… Я еще чувствую копыта. То Кристальное сердце почти разрушило мое Заклятье восстановления. Погодите…       Король Сомбра взглядом, источающим фиолетовые струи дыма, обвел окрестности, скрытые сугробами.       Где он? Его присутствие… Я его не чувствую!       Его клыкастый рот растянулся в улыбке, когда жеребец, помогая себе копытами, сумел встать.       Может, Заклятье наконец-то вывело его из сознания. Интересно. Но это не важно. Уйдет какое-то время… Пока правят новые пони, я должен исчезнуть, собрать свои силы. Может, на севере… Найти пещеру, восстановиться… На это уйдут годы… Хммм.       Мысли изгнанного короля были прерваны хрустом снега, тут же привлекшем к себе его внимание. Король Сомбра бросил на незнакомца гневный взгляд.       Пони? Так далеко на заснеженных полях? Даже со своей ограниченной силой я смогу…       Нет…       Зловеще-красное сияние прорезало метель. В нем виднелось два ярких глаза, суженых и гневных, и одного этого хватило, чтобы сердце короля Сомбры болезненно сжалось.       Кто?..       Форма стала отчетливее, когда пони доковылял ближе. Было ясно, что он ранен — возможно, у него даже была сломана пара ребер, но пони не останавливался.       Раненый пони? Так далеко от цивилизации?       — Не подходи! — король старался говорить уверенно, хотя и знал, что лжет.       Другой пони остановился, не отводя взгляда от короля. В расплывчатом образе проявился силуэт красного кристального меча, сверкающего, когда единорог медленно поднимал его.       — Ты смеешь говорить со мной? — заявил другой пони, и его голос был хорошо различим даже за воющим ветром. Это был глубокий голос, словно способный сокрушить камень — не говоря уж о душе короля. Этот голос был частью мозаики, рисунка которой король Сомбра не знал.       — Кто ты? — выдохнул когда-то гордый правитель. Он был не знаком со страхом, но теперь, в этот самый момент, король не чувствовал ничего, кроме него. Этот голос и эти глаза; так ли он забыл их за тысячу лет? Он знал эти глаза…       Изо рта загадочного жеребца вылетел гортанный крик, пославший меч в сторону короля Сомбры, легко ломая лезвием кости и повергая его в снег. Уже лежа король понял, кто напал на него. Он стоял прямо перед ним, смотря на него тускло светящимися красными глазам. Грива, черная, как ночь, развевалась за его головой, коротко обрезанный хвост и виски очерчивали благородные черты. Его шерсть была угольно-черной, резко контрастирующей по цвету с глазами. Жеребец подошел ближе, шатаясь от боли и гнева.       — Мое имя Сомбра, мерзкая тварь.       — —       Король закричал от боли, когда меч упал, плашмя ударяя пытающегося встать жеребца.       — Ты забрал у меня все. Мою жизнь, мой дом… Ты забрал ее! — проревел Сомбра, вновь запуская меч и сминая доспехи короля с такой силой, что у него должны были сломаться ребра.       Король Сомбра промолчал, смотря на жеребца и медленно обнажая клыки.       — Я закончу то, что начал, — сказал черный жеребец, часто дыша.       Король Сомбра заметил множество ожогов на его боку. Может, если я смогу ударить его, подумал он, планируя свои действия, но все мысли о мести испарились, когда нападающий магией поднял кристальный меч, направив клинок в шею королю Сомбре.       — Даже если на это уйдет больше тысячи лет.       Несмотря на поднимающийся меч, король Сомбра не желал молча отступать.       — Мелкая букашка! Ты смеешь нападать на меня? Я вернусь, я не остановлюсь! Это мой мир! Моя империя! Да за кого ты себя принимаешь, считая, что сможешь отобрать ее? Мое имя будет почитаться во всех этих землях! — выпалил король.       Жестокая улыбка исказила черты раненого правителя.       — Ты забыл, кто я, пони. Я — темнейшие уголки твоей души. Ты не можешь убить то, что всегда будет в твоем сердце! Я…       — Это не твое имя, демон.       Меч упал, прорезая плоть и металл.       — Ты посмел опозорить мое имя…       Меч разлетелся в пыль, и на землю упала отрубленная голова некогда грозного короля, безжизненным взглядом смеряющего мир вокруг. Луч красной магии подобрал ее, положив на алый плащ. По рогу пробежался новый заряд магии, окрашивая его в голубой цвет.       После рог исчез, становясь таким же серым, как шерсть демона, уже начавшего исчезать в вечности. Тело медленно растворилось в тень, которую унесла метель.       Сомбра какое-то время смотрел перед собой, чувствуя небывалую усталость. Он ничего не ощущал уже более тысячи лет — по крайней мере, физически, лишь эмоционально.       Наконец, после всех этих лет… Все кончено. Мне удалось изгнать это существо, но…       Я проиграл. Я заплатил слишком большую цену. Моя жажда знаний… Подвела меня.       Я подвел ее.       Он положил голову на копыта, и красные кристаллы вознеслись над землей, закрывая его голову от непогоды. Когда заклятье окутало тело раненого жеребца, мир закружился перед глазами Сомбры, и он упал в снег.       Если я сейчас умру… Пусть так и будет. Это уже больше, чем я заслуживаю.       По щеке избитого пони скатилась слеза; метель усилилась. Последним, что увидел жеребец перед тем, как потерять сознание, была отрубленная голова демона.