Мавр ничего не знает: Невезение

      Обычно, когда говорят, что всё под контролем, всё происходит совершенно наоборот.       Мавр тут не должно было быть. Вообще. Вот никак. Эйс сколько бы мысленно ни матерился и ни ругался, а в голове вовсе не укладывалось. Вот как объяснить всю эту поебень с ней? Как она умудрилась обувь потерять? Ладно, это понятно, всякое бывает, но как она вообще связалась с Энелем? Осталась живой ещё, ходила весь день с ним, была рядом, надругивалась над психикой чужих (вообще, это даже хорошо, ведь не их!) и осталась лишь с униженной гордостью и «подпорченным» телом?       Невезение, — скажет она, кривясь от боли и скалясь от нервного смеха, и некоторые члены команды неопределённо пожмут плечами.       Невероятная удача, — скажет Портгас Д. Эйс, Нико Робин и Усопп.       Всё это одна чёртова медаль — смотря с какой стороны взглянуть.       И это только начало вчерашнего дня! Не успела она ничего сделать, как всё тут же завертелось-закружилось, и пошли бои, где пришлось пролить кровь. К чему же приведёт всё это? К жестокости? — нет. К тому, что всё вокруг относительно настолько, что может метать из крайности в крайность. Эйс любил за это Гранд Лайн — не угадаешь, что будет дальше, даже если будешь гением и знаешь всё наперёд. А вот Мавр…       Она казалась другой. Знающей всё, но из-за внутренней стервозности и вредности ничего не говорит, лишь ухмыляется, смотря, как всё вокруг танцует под её дудку. Однако сейчас она была иной. Какая сторона по счёту? Такой действительно маленькой, израненной, вовсе не смешной, не пытающейся привлечь внимание, просто существующей и смирившейся со всем, играющая роль в своей странной игре, где пыталась что-то там кому-то доказать.       Мавр боролась за свою жизнь, как могла.       А могла она только так, как её научили, воспитали, как она узнала своим путём. И разве мог Портгас винить её в том, как Шпионка себя вела, какие методы выбирала, как обращалась с другими? — нет. И ведь пусть это бьёт по больному, по живому, но таков… Её стиль?       — С ней будет всё хорошо? — робко спросил длинноносый друг, почему-то уже перебинтованный.       — Ты сейчас… серьёзно? — недоумевал от дерзости и наглости от этого парня. — Её задело огромной молнией, едва осталась жива, с ней всё определённо не всё в порядке.       И в голове — соответственно.       Что бы там у неё ни копошилось, из-за чего бы она могла что-то вытворять, выходящее за рамки разума и нормальности, Эйс мог теперь даже… понять? — наверное, но старший из братьев Д. был уверен в том, что, возможно, его ненависть к данному человеку станет меньше. Всё же.       У пиратов разные проблемы и жизненные обстоятельства. Принять можно всё, главное до этого понять — зачем и для чего. Однако брюнет понял не всё, но часть, касающуюся его, точно. И Мавр уже говорила: всё — для спасения команды, для помощи ему, хотя он не заслужил.       Разве не это было сто раз сказано? Неужели Эйсу было мало того, что она наговорила на Джае? Возможно даже. Потому что верить во всё это было… невозможно, так как казалось слишком фантастичным для его ума. Но разве эта девчонка не достойна жизни, как и многие другие, просто из-за иных методов и отличающегося мышления? Вот теперь определённо достойна.       А Портгасу потребовалось подумать, долго и нудно, — это казалось пыткой, однако парень теперь хотя бы понимал. Хоть что-то, а ведь он не хотел выглядеть глупым. Загадочный археолог команды, которая и спасла своими руками вовремя маленькое перебинтованное тельце и надоумила ещё раз всё обдумать.       Вроде и помогло, но это такая головная боль и геморрой!       — Ну уж извини, что беспокоюсь за неё! — огрызнулся Усопп, надувая губы и сжимая кулаки. Он отвернулся. Сам он тоже выглядел не ахти, пришлось самому сражаться? — Чоппер? Ну так как?       — Ей бы поспать подольше, — неуверенно начал маленький доктор, что уже второй день следил за состоянием их подруги. Такая хрупкая и слабая. Едва живая, а противостояла самой логии!.. Умна и хитра — нечего больше говорить Комдиву Белоуса. Тот внутренне поражался тому, что он успел услышать от остальных, пока он и Луффи надирали зад вместе, как в старые добрые времена, очередному врагу. — Её тело истощено, нуждается в длительном отдыхе, так что лучше её не беспокоить.       — И долго дрыхнуть Мавр будет? — невежливо спросил Луффи, жуя какое-то мясо, что Эйсу, сидящему рядом, стало завидно. Желудок тоже просил кушать.       — Ну, сегодня второй день только, — отозвался не слишком оптимистично оленёнок, теребя в руках фонендоскоп и с искренним волнением посмотрел на впалые перебинтованные щёки, — возможно, через день-два, и если будет принимать обезболивающее потом — ожоги-то сильные всё же.       — У-у-у, — заметно расстроился их развесёлый капитан. — Долго, она всю вечеринку пропустит!       — Ей нужен отдых, дуралей! — прокричала возмущённо Нами, давая тому подзатыльник, неожиданно вставая на сторону шатенки. — Я знаю только по словам, что там произошло, но скажу тебе одно. То, что она пережила всё это время одна, — да ещё без нас! — говорит о том, что ей очень повезло! — вставила руки в боки рыжая девушка в платье горничной даже сейчас. — Надо было с ней оставаться, когда спасал её!       — Но я же не знал, что тот придурок в неё грозовые молнии пошлёт!..       — Ты меня слушаешь вообще?!       Тонны негатива во время того, пока бодрствовала Мавр, мигом исчезли, показывая, насколько все эти разношёрстные люди прикипели друг к другу. Эйса это очень умиляло. Как только Мавр прознает — а Эйс в этом не сомневался, — что говорят столько лестных слов о ней любимой, она точно будет всех подкалывать и стебать. А может и ещё чего. С фантазией у этой девушки было всё в порядке.       — Ну не сломалась же! — перевёл на свой язык Мугивара, имея в виду, что Шпионка не сдалась под градом неприятностей.       Привыкла? — задавали вопрос Мугивары. Однозначно нет, — был у них такой ответ. Но Мавр иногда поражала, живучесть у девки-то высокая становится в их отсутствии. Монстр, — тихо проговаривала остальная часть квартета трусов.       — Мавр-туан самая чудная на свете! Она не могла не выжить, дебил! — орал на всю округу блондинистый бабник. Санджи сам-то еле выжил, когда столкнулся с Энелем, защищая прекрасного навигатора команды, задействуя себя в качестве щита, и парень был безмерно рад, что прекрасные девушки их команды были живы вообще.       — За себя говори, — Нами окончательно разозлилась, затем к ней ещё подбежал влюблённый кок, давая капитану беззастенчиво затрещины, — Мавр в отличие от тебя простой человек.       — И ты носишь костюм, даже когда она в отключке? — коварно спросила Робин.       Нами зарделась, не зная, что ответить. Отвернулась и зашагала прочь, вспоминая, что ночью видела, как очнулась их накама, и Мавр с очень странным взглядом прошлась по спящим лицам. Стоит сказать, что Мавр не улыбалась, а, заметив её, приказала молчать, приложив указательный палец к губам. Рыжая ведьма тогда испугалась — взгляд девушки был ужасный, строгий и не терпящий отказов. Из-за него у Нами прошлись мурашки, и та замерла, слушая своё сердце, пока чёрные, словно бездна, глаза прожигали всю её изнутри.       И Нами хотела думать, что это было сном, однако поза, в которую легла потом девушка, не сменилась на утро. Что это было? — Нами предпочла сначала обдумать, что-то выяснить самостоятельно и только потом рассказать остальным. Это было слишком странно даже для Мавр.       — Ши-ши-ши! Эйсу как всегда! — рассмеялся слишком весело Луффи над валяющимся у его ног братом. Нарколепсия настигла его в тот момент, когда он собирался есть. Луффи забрал мясо на косточке у брата и пнул под зад, в лучших традициях Мавра. — Ши-ши! Теперь мясо моё! — И гордо поднял победный кусочек вверх, наступая на поднятую кверху задницу старшего брата.       — Мавр плохо на него влияет, — ворчала Нами, собирая карты и некоторое золото в мешок, что забрали с летучего корабля побеждённого врага. Осталось всё только убрать на Гоинг Мерри, и!..       Рыжеволосая красавица фыркнула, думая, что слишком много мыслей посвящает своей «хозяйке», и это было так унизительно! Но вот ведь чёрт — долги дороже денег и злата! И Нами помнила об этом ещё с детства. Как бы она ни любила такое, денег всё равно бы не отдала. Жаба душит.       Нами споткнулась о камни руин, что лежали по дорожке к их кораблю, однако не сумела выдержать вес мешков, которые должна была вот-вот уронить себе под ноги. Но её подхватили сильные руки, как и мешки. На неё посмотрели строгие серые глаза Ророноа, который только скалился, смотря на смущённую навигаторшу. Тепло тела старпома было невыносимо для юного девичьего тела, что очень тосковало по мужским ласкам.       — Хорош летать в облаках, — подколол Зоро подругу, забирая мешки и отпуская девушку. Тот без лишних больше слов двинулся к кораблю.       — Кто это ещё в облаках летает, Зоро? — возмутилась Нами, чтобы скрыть смущение, затмевая всё своей злостью. — С тебя десять тысяч за облапанье моего тела!       — Ещё чего! — огрызнулся парень, возмущённый в который раз, что ни «спасибо за помощь», ни иного слова благодарности не летит в его сторону. Обнаглели в конец эти бабы! — Тебе помог, дура, пораскинь мозгами! А то совсем атрофируются, пока служишь Мавр!       — За свой острый язык увеличиваю твой долг в два раза, Зоро! И только попробуй вякнуть ещё, увеличу дополнительно на два процента! — продолжала Нами, ликуя: и денег больше будет, и тот не заметит её смущения.       «Он мне не нравится, он мне не нравится, — повторяла в мыслях навигатор пиратов, как мантру, — он мне не нравится!»       — Тц, — цыкнул Зоро, отвернувшись от их жабы. Нет бы в команде одна ехидна, так ещё появилась эта… — Ведьма! — прошептал тихо-тихо злой мечник, поправляя свои харамаки: крашеные мечи звонко «говорили» о своём согласии на его слова.

***

      Внимание! Сейчас будет бум!       — СУКА! — Долбанула я кинжалом в ножнах об землю. Тот не сломался, но корпус точно поцарапался. И снова заорала не своим писклявым голосом бурундуков из фильмов: — ДА КАК ТАК?! Ты хоть понимаешь, что всё зря?!       В голове иронично всплыла гифка с атомной бомбой. О да, мне её не хватало, как никогда раньше. Руки чесались написать в телефоне об этом всему миру. Возможно, даже ограничилась бы простым твитом о своих похождениях. Но я о них могу рассказать разве что только своим накама, которые были неподалёку. Как же не хватает чёртова телефона иногда…       «А это я знаю?!» — возмущалась в голове у меня Велламо. — «Откуда мне было знать, что мою силу стащили какие-то воры, заменив подделкой, смертная?»       — И ради этого чёртовой подделки мы проделали этот путь до сюда?! — продолжала сокрушаться я, сжимая кулаки и тряся копьём. Надо ещё потоптаться, чтобы выразить всю свою злость, но это привлечёт и так ненужного внимания к моей персоне. — Ради чёртовой подделки?! Велламо, ты хоть отличить свою часть силы можешь?!       «Ну-ка, возмущайся на кого-нибудь другого», — вздохнула тяжело та, в отражении тёмной стали копья промелькнуло золотое свечение. — «Он был в шкатулке, а, конечно же, шкатулка пропиталась моей силой, спустя столько веков заточения, и ясное дело, что я буду чувствовать часть силы! Пораскинь мозгами, а то отупела после того, как огребла от врага».       — Эй! Это обидно, как бы! Мавру-то откуда об этом знать вообще? — не оставалась я в долгу, понимая, что тоже слегка переборщила.       После переговоров о том, что нам пора сваливать с острова, я решила, что пора бы заняться своими теми самыми отложенными делами. Наконец надо обратить своё великое внимание на богиню, иначе она так и обидеться может. Столько уже с ней не разговаривала, а пользовалась как палочкой-выручалочкой…       Не буду врать, так и делала. Это ведь всё именно так: кому-то вообще нужен этот геморрой с запечатанной богиней? Никому. Потому я через силу активировала её и шла по «высшим» указаниям. И как оказалось, очередная часть её утерянной силы хранилась и в Шандоре — то, что всё скопление её силы было древними странами, я решила умолчать. Слишком подозрительно, сколько ещё таких частей? И что будет, когда соберу? Не открою же я ящик Пандоры?       Но как только я отыскала шкатулку и нашла кинжал «с силой», её чуть у меня не отобрали — Вайпер бдел за городом, чтоб его не обокрали какие-то пираты. То есть, на золото им начхать, а на какую-то шкатулку, что затаилась в потайном отсеке в какой-то стене, нет. Вот же прицепился, любитель попок! И ведь его же благоверная следила из-за угла, тоже помятая и нездоровая, ревнующим взглядом следя за его хромыми шагами ко мне.       Послать нахуй не прокатило. Шкатулку отобрали, причислив её к дарам Шандоры, зато ножик спёрла!       Да вот только подделкой оказался с припиской к «BM». И я могла только смеяться и орать на своё Невезение.       Перевод тут даже не был нужен, как и расшифровки, чтобы понять, что подделку оставила не кто иная, как Большая Мамочка! Да за что мне такое невезение-то?! Что я сделала такого, чтобы мне приплыл на руки такой сюрприз? А, точно!       Невезение: «Сюрпрайз, мазафака!» Вот мне и «приключения» на мою многострадальную жопу. Точно меня за неё Мартышка не кусал?       Я упала перед копьём, обратно заталкивая искусно сделанный кинжал. Острый, с прямым клинком, маленький, около сорока сантиметров, с золотыми узорами, с тем же гербом, что и на кольце копья. Без широкой гарды, как у катан Зеленухи, с деревянной, даже не прогнившей рукояткой, с золотой головкой. Сев на землю аккуратно, так как болели сильно мышцы ног из-за ожогов, стала протирать сам кинжал, не касаясь концов, чтоб не порезаться.       — И что с этой подделкой теперь делать? — рассуждала я, спрашивая одновременно Велламо, которая сама в это время возмущалась из-за то, что кто-то покусился на её силу! Хрен знает, какая сила была заключена в кинжале, судя по тому, что я нашла колечко «Всевластия» или просто счётчик уровней, как в интерфейсе какой-то игры.       «Как что?» — продолжала гневаться моя карманная богиня. — «Найти, убить и отобрать мою прелесть!»       — Ги-хи-хи, забавный план, — саркастично ответила я, закатывая глаза и убирая прекрасную копию. Теперь этот артефакт не представлял для меня никакой важности. Пользоваться не умею, силы в нём нет, чтоб держать при себе. Вот теперь думай, Мавр: нахуя теперь тебе такая опасная игрушка? — Вот только наш теперь враг — сам Йонко! А Биг Мам, знаешь ли, самая старая из них!       «Соберём армию! И нападём!» — не сдавалась она, видимо, так сильно желала заполучить обратно свою вещицу. А я хотела под одеяло и спать. Однако моё мнение, как обычно, не учитывалось. Велламо прямо пылала энтузиазмом и гневом. Вот она, задетая гордость богов. И смешно, и страшно. Ведь именно мне всё это и расхлёбывать.       — Откуда Мавр армию найдёт тебе?! — негодовала я, с кряхтением пыталась подняться. Сначала на четвереньки, потом на корточки, а после медленно-медленно выпрямляться. Но мышцы ныли, а иногда боль отдавала в позвоночник. Хотелось заплакать, упасть в мягкие объятия Дока, дать свой зад ему, но лишь бы только не испытывать эту боль. — Ты хоть думай головой! Это невозможно!       «Возможно, если будем завоёвывать территории!»       — Говори за себя, дамочка! За Мавром никто ни в жизни не пойдёт!       «О, за что мне такая тупая девка досталась?! Где твой ум, смертная?! С помощью своего капитана всё и решим! Ты и не особо нужна!»       — Предлагаешь Мавру стать «серым кардиналом»? — задумалась, ведь думать мне лично было уже довольно лень. Особенно после всего, через что я прошла на этом острове. Да и на её как бы острые слова о моей ненужности махнула рукой. Сама-то я знаю, что Мавр тут лишний.       «А почему сразу нет?» — очень сладко отозвалась певучим голосом Велламо, когда я взяла её на руки, а кинжал повесила на цепочки. Неподалёку появилась макушка… точнее, золотой ореол с красной лентой, из-за чего поняла, что либо Мавру сейчас кранты, либо…       — Мавру нравится ход твоих мыслей, — произнесла я шёпотом, прячась сразу за валуном, прижимая к себе копьё богини. Только бы Мартышка меня не нашёл сейчас! Я ещё с этой барышней неугомонной не обговорила условия захвата мира! — Только что с копией делать?       «Ты точно Мавр?» — засомневалась она, и я могла поклясться, что через отражение стали я увидела её скептический прищур единственного глаза. — «А то слишком много тупизны из твоих уст я слышу».       — А ну-ка варежку прикрой, иначе за базар ответишь, — зашипела на неё, собираясь воткнуть в булыжник, за которым и пряталась. — Щас как оставлю тут!..       «Ладно-ладно», — сразу сдалась она моим потугам спихнуть её проблемную ношу со своих плеч. Было бы круто, если Мавр бы смог избавиться от неё. Но ведь она и есть моё оружие, которым я не особо могу пользоваться без поддержки Велламо. Мы стали чёртовым тандемом: она помогает мне, Мавр помогает ей. И чёрт знает что из нашего дуэта выйдет. — «Нет, ты можешь и дальше «провожать осетров на нерест», но ты хоть можешь выдать здравую мысль сейчас, а не задавать вопросы?»       — Как насчёт отдать его нашей бухгалтерии? — неожиданно растянула губы в ядовитой улыбке, понимая, что уже чувствую, как денежки ко мне скоро рекой польются в кармашки и мою копилочку.       «Ура! Наконец-то здравая мысль», — хмыкнула Богиня мне.       — Конечно! — Вздернула нос ввысь, отворачиваясь от копья. — Мавр же гений!       «Как ты сама сказала однажды, Мавр — долбоёб», — подколола меня эта хамская мразота.       — А ты не перегибаешь палку?! — воскликнула я, внутренне возмущаясь из-за её слов. — Только Мавр может себя называть долбоёбом! Для остальных Мавр — гений!       «Да-да, конечно…»       Больше слушать её не было ни сил, ни желания, так что я даже вовремя убрала её на магнитный браслет. Тяжело выдохнув, откинулась спиной на холодную поверхность камня, прячась от палящего солнца. Казалось, что солнце может вот-вот расплавить всё. А мой голос всё ещё не пришёл в норму. Такой писклявый, прямо ужас! Как только все его терпят?       — Мавр! Тебя-то я и искал! — призвал Мугивара всё моё существо сжаться и молить о пощаде.       О, Велламо, почему он такой громкий? Почему активный? У него не возникает мысли о том, что вот тут, на сухой земле, можно лечь и подремать часок-другой? Нет? Он вообще человек тогда?       — Ы-ы-ы, — простонала я, поднимая голову кверху. Голова Монки Д. свисала на меня, сталкивая нас нос к носу. — И куда мы так спешим?       — Ты забыла? Мы отплываем! Лог Пос у Нами уже направлен на другой остров! — радостно перепрыгнув мой «щит», верещал он, садясь передо мной на корточки.       — Мавр помнит, — угрюмо свела брови, тыкнув в нос парня своим перебинтованным пальцем, — просто мы договаривались на вечер.       — Нас прибить хотят, — тут же объяснил причину Мугивара, поджав губы, скосив глаза в сторону и, наконец, протягивая мне руки, чтобы я встала. Отказываться не стала, уже льстило, что он вообще догадался мне помочь подняться.       — Ну что за дебилы у Мавра? — страдающе проныла я, чувствуя, как дрожат ноги, поэтому руки Мартышки я не отпускала, а он сам заново начал улыбаться.       — Мы не дебилы! — обиделся немного маленький капитан. По возрасту, конечно.       — Но Мавр любя, — осклабилась я, тихонечко обходя парня, держась за него. Такой момент нельзя упускать! — Ноги Мавра не держат, понесёшь?       Хлоп-хлоп глазками, губки бантиком, руки сразу на его шею. Стряпаем несчастную мордаху, стряпаем!       — Ши-ши-ши! Мавр, ты прям ребёнок! — сравнил меня парень, у которого мозг и сознание остановилось как раз в этом периоде. Ага, я тебя так и послушаю.       — Неси Мавр, большая черепаха! — позволила ему себя нести, поскольку так действительно будет быстрее и безопаснее для меня. И все знали, что я той ещё черепахой стала после этого. Да и время тикало, пора принимать обезболивающие препараты от Дока.       — Ахахаха, с ветерком! — И сорвался с места вместе со мной. Мавру оставалось только крепко прижаться к широкой спине парня, обвив сильно-сильно шею, чтоб не свалиться из-за высокой для меня скорости.       — Бля-а-а-а-адь! — орала я, а мимо скользили пейзажи. Нет, не так. Везде было одно. Зелёное пятно. Вот просто нихуя не видела, будто стала внезапно близорукой, и мои очки сломались, а теперь Мавр без них попал в очень странный новый размытый мир.       — Ну наконец-то, вы вернулись! — радостно поприветствовал нас на причале Усопп. Когда мы приблизились, Врунишка мог лицезреть только мою макушку. — Мавр, тебе плохо?       Слезать я не спешила. На спине, нетрясущейся, между прочим, было снова удобно. Я промычала, что голова кружится, и меня сразу отнесли в каюту Дока. Ну, не буду же говорить, что меня чуть не стошнило! Не люблю «высокие» скорости. Всегда кажется, что желудок сейчас совершит кульбит, обладев на миг способностями профессионального паркурщика. А эти бедняги ещё волнуются… Блевать ещё сильнее тянет, что за рожи у них?! Мавр не неженка, мне няньки не нужны!       Сама создаю себе проблемы. Совершенно без помощи! Подозрительно, что очень профессионально. Где моя ленточка «папина умница»?       Снова Невезение бдит и пляшет надо мной хула-хуп.       — До-о-ок! — стоном умирающего моржа звала я своего маленького любимца, который оказался рядом со мной мигом, выгоняя парней то угрозами, то своей монстро-формой. Надо было проверить моё состояние перед отправкой. — Док, я умру, да?       Играть трагедию, лёжа на диване, — люблю, умею, практикую.       — Черта с два ты у меня помрёшь! — дерзнул мне грубым голосом, проверяя мой пульс, дыхание, горло, рефлексы и осматривая кожу, которая была не покрыта бинтами. Некоторые ещё долго придётся носить. Но меня это не печалило. Мой мальчик дерзит, у Мавра сейчас сердечко ёкнет от счастья. Какое наслаждение слышать это от друга. И не видеть обеспокоенные лица! Вот, что мне поможет, вот, что меня вылечит!       — Ну шо? Как дела, Док?       — Жить будешь, — фыркнул он, улыбаясь и отходя к своей сумочке со всеми лекарствами. Достал из неё мазь, которой постоянно мазал мне места ожогов. Эта была мазь богов. Мавр рекомендует. Вот бы рецептик выяснить, обговорить с Цитрусом, и посылали б на продажу, чтобы деньги вечно зарабатывать. Жили бы на фармацевтических деньгах, никогда банкротами не были бы!       — Не ура-а-а-а, — съязвила я, расслабляясь на своём родном диване. Приготовилась получать удовольствие, как вдруг мой дружок меня обломал.       — Сегодня мазать не буду, только с утра помазал, — огорошил оленёнок, копошась в своей сумочке. А затем выудил шприц с обезболивающим и с противовоспалительным. Я мигом приуныла. — Так что сегодня пока что обезболивающее и препараты внутримышечно.       — Окей, Док, — плаксиво выдавила, готовя свою жопу для уколов. — Когда мы отплываем? И с чего вы разозлили индейцев?       — Да… тут, — протянул Док, мазюкая ваточкой со спиртом по заднице, — Луффи с Эйсом баловались, чуть не спалили весь лес.       — А Мавр-то думал, чем это жареным пахнет! Ай! — воскликнула от боли укола, кусая губы до крови, а затем слизывая её. Позже я удерживала ватку после инъекции. Сегодня же это последняя, да? Аллилуйя!       — Ага, эти двое разозлили их, за что жители прямо золотую колонну хотели в Луффи с Эйсом запульнуть! Ик! — испуганно икнул малыш, наверняка вспоминая, как улепётывал от них. Сейчас мы стояли очень близко к выходу из облачной обители. Так что нам нужно было проплыть до выхода, которое лаконично назвали «Конец Облака», и всё — мы снова будем плавать в нашем родном синем море, а то меня белизна уже порядком бесила.       — Ну ничего, главное, мы сейчас живы и скоро отправимся обратно к нашему океану, — натянув штаны и прижав пластырем, предложенным Тони Тони, пыталась приободрить пушистика, щёлкнув его по носу. — Спасибо, Док! Мавру лучше!       — Я вовсе не благодарен тебе, дурёха! — смущался он, танцуя свой фирменный волновой танец. Я усмехнулась и попросила подбросить меня на палубу, от чего отказаться наш врач не мог. Причину не спросил, да и не надо. Всем стало ясно, как я очнулась, что Мавр будет по максимуму использовать своё положение. Кому-то это не нравилось, кому-то было в радость, а кому-то фиолетово вообще.       Поднявшись на палубу, мы вместе стали поджидать остальных. Последними взобравшимися на корабль, кого вообще мы ждали, оказались мечник с навигатором и археологом. Их пытались догнать местные индейцы, что-то не очень лестно кричащие вслед. Возле Мерри пугливо отозвались наши знакомые ангелочки и лже-Мантис. Я поржала с них, ведь если с Охотником было всё ясно, то дамочки обычно не опаздывали. И ничего нового в ответ я не услышала, разве что только подстебнула Цитрус, так как она даже так снова была в моём костюме горничной.       Бу-га-га! Знает, что если она не будет его надевать, то у неё продлится срок своей службы, ги-хи-хи, мы это тоже обговаривали, пока я не матюкалась, пытаясь найти любые нюансы, которые будут работать в мою пользу и ни разу в сторону Цитруса. Если я за что-то берусь, то с ёбаного коня Мавр не продумает всё до мелочей!       — Готовьтесь к спуску! — скомандовала навигаторша, встав на трап и отдав всем приказы. Пока все бегали туда-сюда, я прицепилась к перилам лестницы, обвившись вокруг них руками и ногами. Кто-то бросал на меня взгляды, кто-то усмехался, а кто-то был возмущён тем, что я ничего не делаю…       — Это для того, чтоб тебе задницей по лицу не прошлась, Зеленушка моя. — И послала воздушный поцелуй. Зеленуха скривился и чуть не упустил верёвку от паруса. Санджи приревновал и позавидовал, прося и ему послать поцелуй. Пожав плечами, послала целуй и ему. Мавру не жалко. А коку — счастье до седьмого неба… Нет, теперь это не актуально. До оргазма, во, ги-хи.       Мы начали плыть и набирать скорость, Конис и её отец давно махали нам на прощание. Присоединяться к другим, зная, что нас ждёт, не хотела. Внутри стягивался тугой и сильный клубочек. Ох, скоро будут снова порхать бабочки в животике…       — Берегись! — проорал нам Грелка, который спрыгнул с вороньего гнезда, а на правом бортике приземлилась южно-птица, которая возмущалась тому, что мы её киданули. Мы бы что-то хотели ей ответить, да махнули рукой.       — Лог Пос настроился на новый курс, мы стартуем назад в синее море! — оповестила Цитрус, стоя в боевой позе, а в моём костюмчике ещё и нелепой. Кажется, её теперь совсем не смущал наряд. Значит, надо подобрать поразвратней! — Новый остров нас ждёт!       — ЖДЁТ!!! ВПЕРЁД, РЕБЯТА! — поорал на своём «царском» ложе Луффи, а мы экстремально быстро под аркой, а потом…       Мы упали с небес.       — А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!       В голове пронёсся старый мем с собакой в горящем доме, которая пила чай и говорила:       — ИТС ФАЙН! — орала я, плача и улыбаясь. Чувствую, что готова богу душу отдать, смотря на мертвенно-бледные лица накама.       Они были в шоке. Шок был в нас. Мы все были в ахуе.