Мавр ничего не знает: Невезение

      На самом деле было б клёво, если б я не вставала с постели, а продолжила деградировать, валяясь под тёплым одеялом. Зимой и летом под одним одеялом. Или одеялами. Тепла много не бывает, а холод всегда поджидает! Не спит, зло колючее! Ну а теперь на мне снова отыгрывается Невезение. Вот ни капли драгоценного покоя!       — Мавр, пойдём! Пойдём-пойдём!       Так, спокуха. Он поноет-поноет, а потом будет пялиться вновь. По крайней мере, не станет дёргать… Хотя навряд ли, так что действовать нужно очень быстро. Сейчас нужно сосредоточиться на своём лице. Так… Ровненько проводим карандашом по векам…       — Помолчи, плиз, — шептала я, выводя стрелки на веках через маленькое карманное зеркальце и от старания высунув кончик языка. — Или иди сам.       — Пойдём на палубу вместе! Там должны все быть! Там снежок шёл! — канючил Мугивара, пытаясь потянуть меня наверх из мужской каюты, где я красилась. Но я поставила голую стопу на его лицо и отодвинула, не глядя, от себя. Так, ровно красим стрелки! Я с тушью долго провозилась из-за мальчишки и останавливаться не собираюсь. Только не на полпути!       Сколько крашусь, столько он пытается мне помешать! Мавру краситься мешают, вот ведь беспредел! Вот уже который раз замечаю!       — Так тем более Мавр не пойдёт, — в сотый раз отказывалась, испытывая тихую злость, бурлящую внутри. Бля, Мавр, тихо, спокойно, нужно нарисовать красиво! Мавр хочет быть красивым, так что… — Съебись нахуй. Мешаешь, Мартышка!       — НО МАВР! — воскликнул он, а я даже не шелохнулась, продолжая своё чёрное дело. Юноша скинул мою ногу, но не отпустил, в воздухе держа. Блин, я почти забыла, какой настырный у Мавра капитан. — Пойдём к остальным, там заметили жабу, плавающую кролем! Хватит сидеть здесь и рисовать на себе из дня в день! Зачем ты с девчонками рисуешь на лице? Из-за снега всё равно размоется! В снежки же играть будем.       — Да блядь, чтоб красивыми быть! Мартышка, ну съебись по-хорошему, пока Мавр в хорошем настроении.       — Ну Мавр…       — Рождённый жрать бежать не может! — агрессивно выдала я, откидывая на диван зеркало и выключая лампу. Стрелки были накрашены только благодаря моей выдержке, а сейчас… кто-то получит пизды! — Отвали, Мартышка, серьёзно, и иди смотри на свою жабу, как поймаешь — Мавр и посмотрит! А на холод так вообще не выйду, даже не мечтай!       — Правда посмотришь?       И услышал только то, что хочет. Раздражённо посмотрела на парня и клацнула зубами от его вида.       Слышен едва заметный скулёж, губки Мартышка плотно сомкнул, брови домиком, руки сжаты в кулаки, и такие большие сияющие надеждой глазки… Тьфу, на кота из «Шрека» похож теперь. Зафиг я ребёнка такому приёму научила? Сама страдаю теперь. Вот что за чёрт?! Невезение, твои проделки?       — Если ты не свалишь, — подняла свою косметику, немного потрясывая перед носом, и угрожающе улыбнулась. Луффи, почувствовав неладное, сделал шаг назад, хотя выглядел как обычно, — Мавр тебя разукрасит, жвачка ты недожёванная!       — Тогда жди!       Убежал и был таков. Шикарно. Что-то я сегодня определённо добрая…       — МАВР, ТВОЮ МАТЬ!       Ан нет, Зеленуха попал в мою ловушку, ги-хи-хи. Хоть что-то получилось за сегодня!       Послышался сильный грохот, всеобщий ор и смех сверху, ветер не смог ничего заглушить, а из иллюминатора выбивался в комнату солнечный свет, непривычно выбивая меня из скользкой темноты помещения.       Так как Охотник находился в душе, я перед входом поставила коробку с тяжёлыми вещами так, чтобы тот ударился мизинцем ноги (он часто не смотрит под ноги), а после он должен был споткнуться, проехаться на мыле до палубы и угодить в водяную ловушку, построенную мной и Врунишкой, — катапульту из водяных шариков. И кажется, мир сегодня был на моей стороне чисто из-за моей гениальной пакости.       Бу-га-га, посмей после этого ещё надо мной издеваться, недоразвитая петрушка. А то, видите ли, я своей кислой мордой ему настроение порчу…       Тяжело вздохнула, опустив голову, и снова взяла в руки зеркальце. Лицо до непривычного было бледновато, хотя я хорошо загорела. Если не вспоминать, что сначала я хорошо обгорела, а там уже всё прижилось… через месяц. Но даже шутки-прибаутки не могли так просто взбодрить и привести в строй обратно ту обычную язву-Мавр. Во мне будто что-то сломалось, но в какой-то степени я понимала, почему. Пуэр Террэ хотела взять тело обратно под контроль, но таинственным образом я не даю ей это сделать. Не позволяю.       Бессонница — её рук дело. Но теперь всё было по-другому. Мавр в упадке сил из-за сломанной внутренней шкатулки и гадко-печальных воспоминаний. И из-за моего нестабильного в это время сознания у неё могло получиться. В теории. Она так считала, её планы и идеи легко просчитать. Но у неё не вышло.       Я проиграла ей, сдалась под натиском воспоминаний. Невезение бы не оставило эту ситуацию без своего участия. Так почему же я всё ещё я?       — Мавр, ты такой жалкий, — горько усмехнулась своему виду в зеркале и провела пальцами по стеклу почти невесомо. Холод отражения передался чётко, вырывая из меня рваный вздох. Мешки под глазами будто могли хранить вещи побольше, чем потемневшая кожа. Глаза почти чёрные, что не удивительно. Волосы потеряли свой блеск и жирными прядями прилипали к шее, а передние пряди и вовсе пришлось заколоть заколкой, чтобы не мешались.       Я, Мавр, всё ещё здесь благодаря Мугиварам. Променяла я свой драгоценный покой на приключения с ними, и ребята отплатили тем, что в нужное время обманули тянущую вниз пустоту внутри меня, заставляя не думать о своей проблеме. Они будто понимали, что если оставят меня наедине с собой, то знание, что творится с Мавром, будет доступно только секретарше у богов. Потому что к себе они не пускают вот уже столько тысячелетий. Может, если не думать, станет немного лучше, но проблемы это не решит.       Я усмехнулась, предвкушая очередное хулиганство. Во имя мечты и великой цели, конечно же.       Если покой нам только снится, то стоит набраться храбрости и смелости, чтоб противостоять силе, превосходящей меня по любым фронтам. Мугивары вселяют надежду, как и любые другие герои, но… Со мной иначе. Если поначалу я воспринимала окружающих лишь как говорящих оживших картинок, то сейчас я понимала, как очень глупо поступала из-за неверия в окружающий меня мир. И этот мир по-прежнему опасно красив, слабым тут не место, но у каждого свои наклонности к чему-то. Моя сила — знания и хорошо подвешенный язык, однако… Если тело будет слишком слабым, то и мне несдобровать. И этим я, конечно же, занималась на Мерри. Точнее, Мавру выбора не оставили.       Зеленуха будет меня драть снова за сегодняшнюю пакость, но если только поймает, ги-хи-хи. Мавр хорош в мастерстве побега от проблем, а это значит, что он сражается с лучшим бегуном команды. Особенно, если опасность очень рядом. Мой единственный соперник — Усопп, по совместительству лучший друг, который понимает Мавра, как никто другой.       Мугивары, сами того не понимая, вселяли в меня веру в лучшее, хотя я чёртов пессимист с замашками реалиста из-за своего природного похуизма насчёт чужих проблем. Своя-то шкура важнее, конечно, но в случае опасности этим людям, которые были со мной в часы моего отчаяния, я отказать в помощи не могу. Чисто потому, что мне стыдно смотреть им в глаза из-за воспоминаний о проявленной слабости.       Так. Стоп. Стыдно? Мавру? Не-не-не, я что-то явно расклеилась. Я не умею испытывать стыд. Это за гранью моего понимания. Невезение, опять шалишь с моим эмоциональным фоном? Что за гринческие замашки у моей неудачи, а? Почему страдаю вечно я? Несправедливо, пусть другие страдают, к примеру тот же Охотник.       И вот нечего тут со своим привычным похуй-фейсом светить передо мной. Бесит неимоверно, что этот гад и похуист по жизни с огромным потенциалом. Эх, не стать Мавру сильным и мускулистым… Ой, да ну нафиг, кому этот геморрой нужен, когда можно бессовестно поглазеть на других мускулистых парней? Я, конечно, хочу стать сильной, но путь Зеленухи точно не мой. Мавр сдохнет в первые двадцать четыре часа. У меня ножки болят после того, как пришлось по Мерри дохуя кругов наматывать, пока этот чёрт гороховый за мной гонялся.       Выносливость, что ли, подкачалась? Хотя до этого убегала от Цитруса, от Грелки, от Зеленухи… Нет, ничего не изменилось, Мавру кажется.       — Тьфу-тьфу-тьфу! — И плюнула через плечо и перекрестилась, хотя я некрещёная. Но от греха подальше, как говорится.       Что-то весело зашумело наверху, что аж посыпалась пыль, просачиваясь между деревянными досками, которые сильно-сильно скрипели.       — Вот долбоёбы, — сокрушалась я, прикрывая голову одеяльцем. — Мерри совсем не берегут, а чистить её никто не хочет! Все в маврскую лень пошли, хоть бы кто-нибудь старательным был чистоплюем, как Мавр. Но нет же!       Пока я ворчала на своих долбоёбов, успела уложить всю косметику в прикроватную тумбочку. Макияж сделан, осталось с волосами проблему решить… Заколоть, что ли, в малюсенький хвостик? Так-с, а где резинка у меня была? Под кровать случаем не закатилась? Я присела на корточки и прижалась к холодному полу. Бр-р-р, ну где резиночка? Пол был пыльный, так и хотелось чихнуть, но успела зажать нос, чтобы не вдыхать ничего. Резинка реально нашлась там, но достать было трудно с моими короткими ручками.       — Ку-ку, ёпт, — кто-то зловеще сказал, что у меня от страха всё сжалось. ТВОЮ МАТЬ! Господи, прости грешного Мавра, прими меня в свои объятья, а моё барахло передай Врунишке, он знает, что делать! Блядь, Мавр не хочет умирать!       Я кожей чувствовала кровожадную ауру Зеленухи за спиной.       Я сразу позабыла про всё, руки дрожали, держа резинку, затем я чуть ли не упала, но меня подняли с пола вместе с одеяльцем и потащили наверх, закинув на плечо. Мокренькое такое широкое плечико… Я успела только пискнуть, как мышка, обливаясь слезами от страха. На голове у парня мокрое от влаги полотенце, оно закрывало весь обзор на лицо, так что из намерений я могла предположить один вариант.       Порку этим самым мокрым полотенцем…       Хотя из этого можно было вырулить. К примеру, пошло пошутить, жить всё-таки хочется, несмотря ни на что, но этот придурок не оценит шуточки, и моя сладкая попка будет гореть!..       Снег к нашему приходу больше не шёл, что стало удивительным для меня, но он оставался на полу. Когда Зеленуха пытался меня поставить, я вцепилась в него ногами и руками, крича, что чёрта с два я в снег встану голыми ступнями. Мне похуй, что стало тепло, внизу снег, мать вашу! И уже все мысли о порке выветрились, осталось одно — не слезать с дерева, пока собакен не уйдёт.       В данном случае, дерево — Ророноа, собакен — Монки Д., который так и норовит дать ему в глаз. Да вот только толку от этого нет, и весь мой гневный пыл понапрасну тратится на выработку отрицательных эмоций. В принципе, не одну меня всё это не устраивает. К примеру, Цитрус и Спиральку! Те стояли и возмущались, что меня тут нагло из каюты вывалили! И они правы, вообще-то! Интровертам иногда нужно уединение, одиночество, подумать над мыслями своими…       — Мавр, конечно, понимает, что ситуация неловкая, — проговорила я, чувствуя волну убийства. Мавра порежут на шашлык. — Но передай меня хотя бы Спиральке-сану, дебил ты непродуманный!       — Мавр-тян, давайте ко мне на ручки! — буквально пропищал блондин, тут же оказываясь рядом с нами и забирая меня в свои надёжные руки. — Тебе следует быть осторожней с нашим советником, Голова-Кактус!       — Чего? Да вы оба охренели! — возмущался Зеленуха. — Одна использует всех, как хочет, а другой — влюблённый идиот! Это корабль ненормальных? Как я здесь мог вообще оказаться?! Посреди океана среди непроходимых идиотов, слабаков, которые всю выпивку прячут?!       Бомбануло у него знатно, Мавр аж засмотрелся, как тут Зоро неожиданно сорвался. Вот тебе бум для восстановления. Не у меня одной тут всё пригорает! Вот он, мой человек! Адекватный! Просто ему сакэ не дали, а мне — киви. Где мои ящики киви?!       — Это всё Мартышка, — невозмутимо ответили одновременно Спиралька и я, после чего переглянулись и друг другу улыбнулись. Но вот с этим парнем я на одной волне. Возможно, это именно из-за моей артистичности, но хуй там знает, я часто импровизирую, несмотря на все мои многочисленные планы.       Наполеон так и не захватил Россию — Мавр так и не избавился от невезения и не привёл к спасательному пути у Мугивар. Хотя, подозреваю, что канон тут всё портит. Чем больше я в него лезу, тем больше получаю отдачи. Взять хотя бы ненависть Эйса ко мне или ледяную тюрьму от Мистера глыбы. Как моя жопа могла притягивать такое? — да хрен его только знает. Если только это не моя жопа, а жопа резиновая.       И ладно, она отбивает часть ударов судьбы, но какого хрена их ловит Мавр?! Что за неправильный рикошет?       — Нет, я рада, что с тобой всё нормально, Мавр, — вмешалась Цитрус в наш разговор, дав Зеленухе своим кулаком любви за его безделье, но именно это больше напрягало. Чего надо этой еврейке? — Но у меня есть просьба. И она касается всех нас! — Обвела взглядом всех собравшихся и глубоко вздохнула. Позади встала Книгоманка, её вид был немного уныл, но она была спокойна и умиротворённа в каком-то смысле. — Нам надо найти плотника!       — ДА! — хором ответили мы, а я сильнее прижалась к Спиральке, который от моих действий таял. Вот ведь чудики вокруг меня. Зато любимые и мои. Мавр не любит своим делиться. В конце концов пусть хоть Пуэр Террэ меня ненавидит и пытается убить, я ей в какой-то степени благодарна. Мугивары похожи на моих друзей, и они стали ими, делясь своей безудержной энергией. Делали морально сильнее. Мавр за них в ответе, так как канон-то пошатнула я.       Что-то на нежности тянет… Расчувствовалась аж вся! Надо исправить, это не моё! Пора сделать гадость, ги-хи-хи!       — Тогда мы все понимаем, что тратиться нельзя сильно, все деньги вбухаем в Мерри, — наставнически поясняла для особо тупых (не будем указывать пальцем на бака-троицу и одну эволюционную водоросль) Цитрус, а я спрыгнула с рук недоумевающего кока прямо на ноги Врунишке. Кажется, тот перешёл на такой фальцет, что ему впору в оперу можно было идти. Вот я парню перспективу на будущее сделала! — Мавр, ты меня слушаешь?       — Мавр сам еврей, еврей другого еврея не слушается, — заумно выдала я, наступая только на места без снега. Однако холод к ногам будто притягивался. — У Мавра своих деньжат хватает, так что сверх меры не потрачусь. Жалко ж будет, — вовремя я её заверила, так как видела, как девушка хотела запыхтеть. К моему несчастью, наш месяц уже прошёл. И теперь Цитрус не моя служанка.       У Мавра горе было, Мавр выпил всё сакэ. Главное об этом не проколоться Зеленухе, иначе с меня снимут скальп на деньги. На выпивку.       — Тебе денег жалко или время? — внезапно присоединился Врунишка, прожигая взглядом, пока его ногу осматривал Чоппер.       — И то и другое? — усмехнулась я, приставив к подбородку ладонь и постукивая указательным пальцем.       — Так у тебя есть деньги? — взъярилась рыжий навигатор, а после, миленько хлопая глазками, слащаво улыбнулась, сложив руки в молитвенном жесте. Она короткими прыжками подкралась ко мне, излучая счастье. — Ну Мавруша, что ж ты сразу об этом не сказала, мы бы тебе…       — Женщина, ты ни белли не получишь, — с прищуром дерзко ответила этой дылде, клацая зубами и понимая, что от неё обычно такой любви не получишь.       — Пф, больно надо! — Тут же стала собой Нами. Вот же лицемерка. Воришка со стажем активировался, вот бы её тягу к деньгам да в другое русло… Казино там, покер, банки, ломбарды. В Вотер Севен же есть такие места, да? Мы же туда и направляемся, если верить Нико и моей не шибко идеальной памяти. Хотя так и должно быть после Скайпии и нападения Мистера глыбы.       — И отойди от меня, — задержав дыхание, сделала пару шагов назад, — у Мавра на тебя аллергия!       — Да-да, отойди от неё, она воняет, — презрительно и с усмешкой отозвался позади меня побитый Маримо. — Ты тоже от меня ни белли не получишь.       — Что ж, ты отдашь тогда по-другому, — грозно и резко ответила ему Цитрус. Стали сверлить друг друга недовольными взглядами, что аж искры полетели. Такие моськи, такая поза: он сидит по-турецки, а она нависает сверху со своей двоечкой, если бы ему на промежность ещё наступила… Ух, фантазия шалит!       — Натурой, да? — решила я тут же уточнить. Чисто, чтоб жизнь им малиной не казалась, а то тут у них оказывается намечаются шуры-муры. Не могут же так долго они смотреть, а потом Нами — краснеть! Ух ты, эта девка краснеет! От смущения или стыда? Последнее навряд ли, но вот может от злости?       — Блядь, держи рот на замке, Мавр! — ругнулся Зеленуха, злобно смотря на меня. — Иначе я тебе все патлы поотрываю за сегодняшнее.       — Или мою попку вместо Цитруса драить будешь, да? — продолжала насмехаться над ним, чувствуя себя лучше, когда в разговоре я веду диалог. — Предпочитаешь пол, диван, кровать? Или, может быть, на столе?       — Мавр-туан на столе… — Санджи, обливаясь кровью из носа, уносился в мир фантазий. С глупой улыбкой он упал в обморок. Счастливый обморок своих грёз. Фонтан крови ожидаемо появился через секунду. Чоппер побежал спасать накама от кровопотери.       Первый готов!       — Или в ванне, — подключилась к разговору Книгоманка, хихикая в ладошку и с искорками в глазах глядя на остальных.       — Или на складе, — неожиданно подал голос Врунишка, чем удивил всех. Цитрус и Зеленуха молча задыхались от смущения, видимо, живо и в красках всё расписали в голове, а тут на тебе. В ряды пошляков ещё и этот гений записался. Хм, может посвятить его в рыцари шипперства?       Он держал ладонь над носом, из которого активно полыхала кровь, и я решила добить несчастного. Так, чисто для коллекции. Ибо увидеть этого невинного ягнёнка среди пошляков или просто взрослых было неожиданно, но приятно. Мои дети так быстро растут!..       — На бочках лучше или на ящиках? Или лучше на мешках с провиантом? — пошло и томно перебирала я, косо смотря на парня. — Плюс, ещё с позой какой-нибудь для эксперимента…       Второй готов!       Усопп не выдержал томительной паузы и отправился вслед за коком покорять волшебный мир пошлых фантазий для дрочиловки.       — Камасутру всю знаешь? — невзначай уточнила у Робин, мерзко хихикая. Во-о-от! Возвращаюсь в строй! Мне уже гораздо лучше.       — Большинство поз перепробовала, — спокойно отозвалась с улыбкой эта женщина, а я довольно покивала, продолжая ухмыляться. Мы с ней точно нашли ту самую волну для стёба остальных! — А как насчёт вороньего гнезда? Всегда хотела попробовать на высоте.       И — о боже, да, — здесь существует камасутра! Хвала яйцам Дэдпула!       — Какой богатый жизненный опыт…       — ПРЕКРАТИТЕ! — взревели оба красных человечка. Воу, они оказываются умеют именно смущаться и краснеть. У Зеленухи покраснели шея с ушами и немного щёки, у Цитруса было всё плохо. Красная, как варёный краб. Аж подбегай и ешь — сопротивляться не будет. Для полноты картины не хватало только пара из ушей. — Вы! Обе! Сейчас не время…       — Хей, смотрите, тут снова та жаба! — крикнул нам капитанчик, сверкая счастливой улыбкой с головы Мерри. — Чего вы там застряли, мы не можем её упустить! Давайте её поймаем и зажарим. Ой, не, сначала Мавр покажем, потом пожарим, да, Мавр?       Луффи, как и всегда, на своей волне.       — Да, Мартышка, — ответила я довольно, собираясь пнуть двоих фантазёров, чтобы те встали и начали грести. Необходимо догнать эту жабу. Нам надо выплыть на место, где я смогу увидеть поезд. Такой знакомый поезд из моего мира, напоминающий о том, что я всё же чужая, но… Уже это не имеет значения. У меня уже нет выбора и нет иного пути, по которому мне хотелось бы пройти.       У меня есть Мугивары, чтобы плыть дальше по этим непредсказуемым волнам. Главное, чтоб опять не отрекошетило от Мугивары, а то Невезение Мавра в гроб сведёт. Но ничего, я ещё повоюю! Воевать не умею, естественно, но мозговой штурм и пизды дать могу! Чего ещё в мире желать?       Киви и мирового господства. Так, всего по мелочи.