Мавр ничего не знает: Невезение

      Ох, как я сильно скучаю по тем дням, когда только низкий сахар делал меня сучкой.       Сейчас провоцирующих факторов стало куда больше, но из-за того, что мне пришлось постоянно с ними сталкиваться, выработалось терпение. Я никогда не отличалась терпеливостью, и это меня бесит. Нельзя мне так, пиздец как нельзя расслабляться. Особенно сейчас.       На данный момент более спокойно готовилась к тому грядущему пиздецу, что ждал нас на Сабаоди. И чем ближе мы были, тем сильнее я нервничала. А подплывали к нему довольно быстро. Всего-то две недели проплыть по данным от истинных хозяев теней для зомби, но вот мне уже влетело за то, что я занимаюсь незаконной продажей нижнего белья. Девчачьего.       Щито поделать? Сбывать товар куда-то надо!       А Мавр что, виноват в том, что из-за Скелетона и Спиральки цены на них повысились вместе с продажами? Раскупают сразу как только достаю!       Да и вместе со своими шуточками в первые дни Скелетон быстро сдружился с Книгоманкой, так что все шишки летели на меня от обеих девиц. Довольной я, естественно, не была, так что оставалось лишь проводить специфические родные пакости. Конечно, пакостить Книгоманке опасно для здоровья, — к тому же, она только начала поправляться, — но красть еду у неё никто мне не запрещает. Кроме дока, конечно же.       Но разве я буду его слушать, когда сам Спиралька к ней подлизывается, пытаясь угодить? Нет. Да и вообще я мало кого слушаю. Не в моих правилах принимать кого-то во внимание без железобетонных аргументах. Ох, старею я, становлюсь мягче с этими чудиками, но оно и не мудрено. Со мной всякое дерьмо было, повидала ещё больше также, без всяких утешений обходилась и жила себе так… До Мугивар, конечно.       Иногда так и хочется им высказать всё самое едкое. А ещё послать нахуй. Большой и толстый.       В принципе Мавра ничего не останавливало. Даже ожившая совесть и голос разума, говорящие о том, что они — чудилы, терпят меня со всеми закидонами. Забить на совесть с каждой неделей под одной крышей становилось всё сложнее. Но разве можно убить то, что уже и так мёртво? Кажется, моя совесть в этом мире стала тоже зомби…       Не самые приятные новости.       Однако то, что Скелетон присоединился к нам, вызывало множество плюсов.       Один из них — команда наконец-то в полном боевом комплекте собрана. И на моих глазах, иногда моими стараниями и лапками невезения. Мавр собственными глазами узрел всю команду Соломенных шляп. Эстетическое удовольствие получено.       Другой важный плюс — у Мавра есть ещё один раб.       Раб №2, естественно, увы и ах, первым всегда будет Спиралька. Моё сердечко тает от этого скрытого гения, который любит сюсюкаться со мной и девчатами, а мальчишкам давать фирменного леща и пинка за Мавра. Не шикарно ли? Охуенно, вот и к нему прибавился ещё один. Вторым плюсом для моей несладкой жизни на борту Мугивар было то, что Брук играл в пять или шесть утра музыку, чтобы всех разбудить, и все с этого бесились. И если Санджи это было даже полезно (хотя обычно он встаёт в половину пятого утра), то остальным было несладко.       Кроме меня и Зеленушки, конечно.       У нас были беруши — это раз (под угрозой силовых тренировок его методами мне пришлось отдать ему одну пару), и в этом садизме была особая изюминка. Когда ты, выспавшийся, идёшь на кухню, а тебя встречают угрюмыми сонными рожами. Одним словом — блаженство для моей гнилой душонки. Два — у Ророноа, как сам мне признался вечером, музыка Скелетона хорошо прогоняла кошмары, и ему очень сладко под музыку засыпалось.       С этим нельзя было поспорить. Иногда музыка Скелетона настолько била по моему кокору, заставляя вспоминать, как я часами слушала их музыку в наушниках и через колонку. Из-за чего сказать бедному старикашке «Хватит!» не имела ни малейшего желания. Остальные пираты были чёрствыми чурбанами, ставшие литрами употреблять мой и Книгоманки кофе.       Дармоеды.       Пейте уж свой грёбаный чай, а к моим лакомствам не прикасайтесь!       Да и они сами виноваты в том, что Мавра гоняют. Так бы за определённую плату я и беруши запасные дала…       К слову, стоит отметить, что претензии к Скелетону исчезали к полудню. Новый член команды очень хорошо чувствовал атмосферу и развлекал нас своими мини-концертами да историями из собственной жизни с долей чёрного юмора. Всё как по заказу, по правилами и с костями. Мой энтузиазм изучить живого скелета поддержали лишь трое.       Книгоманка, док да Мартышка.       И, пожалуй, тут даже ничего говорить не надо. Книгоманке нравилась история, частью которой и был Скелетон, да и его кости также (антрополог хренова), док чисто по медицинским целям и с небольшой долей фанатизма (потому что ему очень нравился и не нравился эффект съеденного Бруком дьявольского фрукта), а Мартышка…       А Мартышка всегда мечтал о музыканте, так что прилип к нему, как банный лист, что, кстати, всех устраивало.       Да и ему никогда в голову не приходила мысль, что наша команда и так от нормальности улетела дальним рейсом. Я, блядь, не удивлюсь, что следующим нашим накама станет рыба. Говорящая такая, которая в море будет хорошим союзником.       Конечно, Джимбей был отличным вариантом, но из-за изменённого канона, боюсь, он может и не стать следующей жертвой оптимизма и неугомонности Мартышки — может, ему повезёт, и они вовсе не столкнутся.       Да и чем дальше мы плыли, тем больше осознавала, что я всё-таки натворила.       Мавр собой был доволен, ха! Изменить хотя бы что-то представлялось далёкой мечтой. А сейчас я могла воздействовать на этих чудил, и что-то могло пойти совсем по неизведанной тропинке. Мне уже начинало казаться, что этот мир и правда был альтернативным основному, раз дозволял подобные изменения. Хотя с моим невезением такое аукнется с троицей прямо по моей многострадальной шикарной заднице.       Невезение бдит и мстит. А я знала, что мстя её будет отменной. Знать бы, как всё обернётся теперь и чем…       Газеты, да и новая информация из книг, из бесед Книгоманки и Скелетона не слишком помогала в построении теорий о очень плохом грядущем. Единственное, что я знала: Кума должен был мне помочь увести ребят подальше от всего дерьма, чтобы те обрели новый опыт и силу. К несчастью для себя, подобное сказать кому-то я не могла. И пусть сто раз я говорила в мыслях, что надо бы доверять больше своим чудилам…       Луффи это не понравится.       Блядь-блядь-блядь.       Надеюсь, он не будет думать, что это очередное предательство из-за того, что я утаила такую информацию, и за спинами ребят такое проворачиваю? Не в первый раз, конечно, и я понимаю, что так нельзя хотя бы потому, что теперь для меня эти люди не незнакомцы, не персонажи, а люди, которым я желаю счастья…       Правильно Велламо говорила: «Благими намерениями вымощена дорога в Ад». Но разве у меня раньше был иной путь? Сказать им об этом? И проворонить столь хороший шанс для всех?       Нет-нет, невезение рядом, дышит в затылок, окружает меня. Не даёт покоя мысль о том, что канон может снова взять своё. Последствия могут быть слишком ошеломляющими и непредсказуемыми. Нельзя подобного допустить. Пусть это может быть альтернативный мир сколько угодно, да и я попыталась некоторые вещи поменять, это всё равно не значит, что последствия подобных действий меня не коснутся.       Будет точнее сказать, что именно Мавр будет первым, кто будет расплачиваться за свои действия. Из-за банального невезения.       И от этого на душе становится жутко неспокойно. Да и если быть честной, хотя бы самой себе сказать правду, то…       Глядя на чудаков, я не могу сдержать мысленные счастливые писки и не заглядываться в их безмятежные лица. Раньше была бы готова душу продать за только один настоящий взгляд на них. И не только я. Лишь бы снова и снова, день за днём проводить время рядом. И если бы не тот факт, что сила для Мугивар также необходима особенно для Нового Мира, то я бы ничего не делала. Если бы была уверена в том, что всё было бы отлично и шло бы также далеко от канона, как и сейчас.       Тревога за будущее, за всё происходящее постоянно меня сопровождала. Стоило мне остаться в одиночестве, как мыслями снова возвращалась к одной и той же проблеме. Большая неизвестность из-за тишины в океанах меня также беспокоила. Если не казнь сына Короля Пиратов, то что будет? Я предотвратила это будущее, выдав «секретную» информацию. Но вера в то, что моё невезение позволит мне также легко пройти этот Рай, была не слишком крепкой.       Слишком хорошо никогда не бывает, где-то есть подвох.       И это пугало, что я не могла понять, что меня и ребят могло бы ждать.       — Почему же Мавр-сан такая грустная? — спросил незаметно появившийся рядышком Брук.       — Ха? — Вырвалась из собственных дерьмовых мыслей на вопрос живого скелета.       Сегодня вечером мы были дежурными перед очередной попойкой, которую так и требовал Мартышка вновь и вновь. Ему отказать было нереально, особенно, когда ему это было крайне необходимо. К несчастью для остальных, против этого я ничего не имела, пусть и обычно я соглашалась со всеми остальными. У Мугивары была совершенная интуиция. Пусть он не знал, но перед тем, как мы прибудем на Сабаоди, нам бы действительно стоило проводить больше времени друг с другом.       — С чего ты взял, Скелетон? — усмехнулась я, не собираясь пока что показывать, что действительно чем-то обеспокоена. Ведь тогда бы пришлось бы соврать…       В основном Брук мне нравился. Он был находчивым, чутким, достаточно умным и не терпящим одиночество. С ним было иногда приятно помолчать, главное — потом подавать признаки жизни, чтобы тот не начал сильно беспокоиться. Этого скелета вполне себе можно было понять. И даже его извращённые наклонности. После полувека одиночества и безнадёги то вообще не удивительно. Его странности ещё были довольно невинными, учитывая все обстоятельства.       — Я ведь прекрасно вас вижу, несмотря на то, что глаз у меня нет, йо-хо-хо, — пошутил тот, вызывая у меня слабую улыбку. Я сидела на траве возле дерева с качелями, на последних качался Скелетон без привычной скрипки в его костях. — Вы о чём-то задумывались слишком глубоко, что даже не отзывались, когда я звал вас, — дал тот пояснения своим словам, качаясь уже не так сильно, как раньше, а немного толкая себя длинными ногами, чтобы параллельно говорить со мной.       — Хм, ты действительно наблюдательный, пусть и глаз более не имеешь, — хмыкнула я, смотря на пытающихся словить рыбку Мартышку с Врунишкой и доком. На это он лишь коротко весело рассмеялся. Вдалеке Врунишка откровенно клевал носом из-за того, что надолго задержался с Звездоносцем в мастерских. И это было неудивительно, он был не подготовлен к тому, чтобы ночами напролёт творить, как я или Звездоносец, к примеру. А аномалией почти во всём был Мартышка.       — Я прожил почти век, Мавр-сан, — заговорщицким шёпотом произнёс тот, спускаясь ко мне и садясь поближе, чтобы его слышала только я. — И пусть полвека я провёл в одиночестве, это не значит, что я перестал понимать людей. И я всё же замечаю, что вас что-то гложет.       Я тяжко вздохнула, а потом устало прикрыла глаза, потирая их костяшкой пальца. Очень хотелось орать, как корень Мандрагоры, но увы, пока что только внутри себя. Иначе я спугну его. А рабов надо баловать, а не пугать. Пугать я могу и в другое время.       Главной проблемы это не умоляло. Он заметил и даже сказал мне об этом, а что говорить об остальных… Они не лезли, молчали. А я лишь ловлю их взгляды в спину. А ведь некоторое время назад думала, что у меня паранойя. Нет, нихуя, оказывается, мне всё же не мерещилось!       На меня они смотрели! Это крипово, заставляло задуматься. Теперь же мне вроде и легче должно быть, но что-то мне совсем ничего не хотелось.       — Скелетон, — раздражённо сказала я, — то, что Мавра гложет, ещё не значит, что Мавр что-либо расскажет.       Грубо, как есть. По-другому говорить начну, когда будет для этого ситуация подходящая. А сейчас это не особо имело смысла по моим соображениям.       — Я всё же не могу согласиться с вами, — возразил тот, нисколько не обидевшись. — И пусть от меня остались лишь кости, поверьте, я умею хранить секреты не хуже мертвецов на дне океана, — немного зловеще шептал он, и я обернулась к нему: были бы брови — они были бы нахмурены, были бы глаза — истощали бы недовольство, были бы губы — оказались бы поджаты. — Поведайте мне, Мавр-сан, хуже уж точно не станет.       На самом деле может. Ещё как, блядь, может.       Я немного прищурила глаза и надула губы, не произнеся ни слова, но также упрямо смотря на череп нового друга.       — Вечно в себе нельзя держать, — продолжил он, смотря, как я сохраняю немой протест тому, чтобы говорить вслух. — Это довольно вредно, знаете ли. Из-за того, что вы в себе всё держите, вы можете со всеми только отдалиться, надумывая невозможное.       На мою макушку опустилась костяшка и погладила по растрёпанным локонам. Я не стала откидывать ладонь, а лишь поудобнее устроила голову.       Я вдруг вспомнила, как он страшно удивился и обрадовался тому, что я живу вместе с парнями, и то, как на ночь он старался погладить по голове кого-нибудь. И пусть эти кости источали холод, было до невообразимого приятно. Мой отец тоже не сдерживал ласки и любил дарить их мне и брату, таким образом выражая свою привязанность, даже несмотря на то, что он постепенно забывал что-то из вороха воспоминаний. Так поступала и Книгоманка, когда я делала успехи в изучении местного языка. В награду.       А сейчас… просто так. Будто хотел утешить, но ещё не понимал, каким образом.       — Всё… — открыла я рот и сильнее зажмурилась, сжимая руки на согнутых коленях, — …довольно сложно, Брук.       — Не волнуйтесь, — успокаивающе произнёс тот и похлопывал по голове, опуская костлявую руку на плечо и подтягивая ближе к себе. Было бы у него кожа, он бы по-доброму улыбался, Мавр уверен. — Нет вещей, которые бы оказалось трудно понять, а если и есть, то их стоит просто принять, какими бы они неприятными ни были. Во всяком случае стоит попробовать, так ведь?       Хотелось его послать куда подальше, сорваться на нём, выкинуть какую-нибудь остроту, но у этого старика было слишком слабое «сердце». Или ранимое. Да и новеньким был, слишком добрым, пусть иногда и справедливым: давая мне подзатыльник за бессмысленную ругань. Но тогда он получал пинок по костям.       Луффи с удочкой чуть не упал снова за борт — его успели поймать за штаны, открывая миру взор на его девственные розовые ягодицы. Ох, ебать… Без неприятностей не проживёт даже на ровном месте.       Я недолго обдумывала слова. Просто если не этому старикашке, то кому я ещё могла бы поведать свои мысли без всякого осуждения? Мугивары строят свои принципы по стилю своей жизни, по собственным судьбам, и они знали, что я совершала много плохого для них и доверия иногда совсем не оправдывала. Брук был новеньким, ещё не особо знакомый с моими действиями. Хотя прошло не так много времени, и тот успел лицезреть мой гадкий характер.       — Чем дальше мы плывём, тем сильнее противники, — начала образно, снова поворачивая голову к остальным: ребята уже накрывали поляну, и уже совсем скоро позовут нас помогать. — Мы можем с ними не справиться, если не станем сильнее.       — Я слышал, что дальше нас ждёт больше опасности из-за Морского дозора.       — Да. И не только. Морской дозор — лишь малая часть той беды, которая нас ждёт на этом пути. И какова она — Мавр не знает. Могу лишь догадываться, и меня это пугает. Обычно нетрудно предсказать то, что будет в дальнейшем, но сейчас всё так усложнилось, что прекратить бояться за будущее Мавр так просто не может. — Вздохнула я глубоко и поспешила добавить, предупредительно смотря на высокого раба: — И полагаться на команду также нельзя. Это не то, что можно просто оставить в покое, отдавая свою судьбу в чужие руки.       — И что за напасть такая, которая не даёт вам покоя? — спросил он, убирая руки и помогая встать, так как нас уже позвали накрывать, пока наш любезный кок готовил ту рыбу, что успели наловить ребятки.       — Йонко, Скелетон, — мрачно поделилась я, думая, а не подслушивала ли на этот раз Книгоманка чужие разговоры. По моим наблюдениям вокруг — вроде бы нет.       — Йонко… — повторил достаточно угрюмо, и уже его надбровные дуги заметно нахмурились, а голос стал достаточно то ли злым, то ли сильно обеспокоенным: — Вы так сильно наперёд думаете?       Я посмотрела на скелета и усмехнулась, замечая, что это достаточно ироничный вопрос. Или риторический.       — Мавр ничего не знает, — хмыкнула я по стандарту, больше для того, чтобы тот привыкал к излюбленной фразе, чем воспринимал всерьёз. Но прежде, чем он что-либо сказал ещё, и мы подошли к остальным на своеобразный пикник, я добавила не менее строго: — Мавр точно в этом убеждён.       Отвернулась и с раздражением начала чихать снова, потому что Цитрус снова надушилась. К моему злорадству, ко мне присоединились остальные, говоря, чтобы та шла мыться, а не стояла тут и благоухала вонючками-цитрусами. Брук же снова стал шутить и разговаривать с остальными так, будто между нами не состоялось подобного разговора. За это я была немного благодарна.       Вполне возможно, Скелетон и правда был подобен мертвецу, хранящему на дне морском самые страшные тайны или какие-нибудь неприятности. И уже неважно: свои или чужие.       Брук был хорошим другом, пусть и немного приставучим. Но его однозначно ждало повышение в глазах Советника команды.       Вечеринка была, как всегда, шумной, бурной, с кучей выпивки, весёлой и музыкальной, благодаря новому накама, что повышало его значимость в глазах остальных так же, как и то, что он хороший боец. Но об этом они узнают чуть позже. Главное сейчас то, что я только очнулась от пьяного сна, слезая с огромного живота обожравшегося Монки. Ноги подкосились, и я в итоге упала на траву, смотря, как в две дырки сопит Спиралька-сан, обнимая четыре бутылки сухого белого вина. Все остальные также придавались крепкому сну либо на травке, либо уже у себя в спальнях: не досчиталась вокруг я девчонок и Ророноа.       И как я только залезла на живот Мартышке?.. Он же такой огромный, мягкий, тёплый…       Пьяный угар — не иначе — виноват в этом. Кажется, я немного переборщила. Или это я у Ророноа, как обычно, стащила бутылку рома? Я опустила бутылку на траву, увидя, что то был не ром. Нечто покрепче. Абсент. Без разбавки.       — У-у-у…       Тогда, бля, понятно, чего башка у меня словно опухшая.       — Мавр, нам стоит поговорить, — прозвучал за спиной знакомый и немного сонный голос, а за руку схватили достаточно крепко, что я опять же упала, смотря на великолепное, даже шикарное небо, усыпанное звёздами, которые расплывались перед моим взором. Трезветь что-то тело Мавр явно не собиралось. Поэтому борясь с тошнотой и кругами перед глазами, я повернулась голову к ожившему капитану, который пытался втянуть в себя свой большущий живот.       Надёжный, как швейцарские часы, ёпт-твою-мать, друг! Охуительный «друг», который разболтал мои переживания Мартышке! Сука, блядь, Скелетон! Не жди скидки на трусики!       — О чём? — пытаясь не улететь в ебеня, оставаясь на плаву сознания и самой не улететь, спросила уже я у Мартышки, которому успешно удалось задуманное из-за особенностей резинового тела, пытаясь убрать его руку со своего запястья. Я вряд ли сейчас могу встать.       Руку послушно убрали, не видя моих дальнейших поползновений убраться отсюда подальше и не уснуть. И я смогла сложить ручки под грудью, пытаясь унять позывы выброситься за борт, чтобы облегчить себя от дальнейшего похмелья. Он похудел, покатился ко мне ближе колбаской, по травке, похихикивая, потому что она явно его щекотала.       — То, что ты сказала Бруку, правда? — тихо и почти будничным тоном поинтересовался парнишка, лежа со мной рядом, соприкасаясь только лишь локтями. Будить никого не хотелось, да и на громкие разговоры-возмущения я не была способна.       Так что кричать о том, что Мавр ничего не знает, а потом сбежать… вариант хороший, да только уже не такой действенный, как раньше. Тц, все старания насмарку.       — Да, — не стала отпираться. Прикрыла глаза. Ох, ну будь что будет. Я немного устала.       В ответ я услышала короткое довольное мычание. Умоляю, заткнись, Мугивара. Если ценишь меня, как накаму, заткнись, и дай мне сделать то, что я хочу сделать.       — А Йонко сильные? — начал с любопытством спрашивать меня, явно пододвинувшись поближе. Я с недовольством открыла глаза. Надо мной нависло пухлое и до жути любопытное лицо пацана без своей излюбленной шляпы.       — Сильнее Адмиралов, — прошипела я, понимая, что обрекаю себя на допрос с пристрастием. Потому что Луффи выглядел как огурчик, бодрый, любопытный, нисколько не осуждающий и готовый слушать. — И сильнее того ледышки, которого ты даже пальцем тронуть не успел, — напомнила про его провал, чтобы он хоть немного осознал, в какую жопу нам предстоит попасть по собственной воле.       Бесит! БЕСИТ МЕНЯ, БЛЯДЬ!       Что за грёбаный читер?! Он что, совсем спать не хочет? Если да, то пусть идёт нахуй, я зато хочу! И желательно в тёплой постельке. Под открытым небом прикольно пару раз, но сейчас ветер холодный! Так что не вариант. Я поёжилась, не столько под пытливым детским взглядом, сколько уже от прохладного ветра.       — Вика, как обычно, много знает, — радостно прошептал он, когда я пыталась немного привстать на локтях, но он тут же обвил вокруг меня свои руки-змеи, а голову устроил на моей груди.       Ну охуеть, даже уйти не даёт! Вот ведь зараза! Умный только тогда, когда ему это надо, что за пиздец! Мавр всегда знал, что этот негодяй скрывает своё интеллектуальное развитие! Мавр ведь старался сделать его образованным, как и остальные! А он, как партизан, молчит об успехах, применяя ум там, где это не очень-то и стоило делать.       По макушке я всё ещё вдарить могу.       — Отъебись.       Локтями пыталась отбиться. Парень лишь снова захихикал. Да что, блядь, за непруха?!       — Не-а, так ведь теплее.       — Мавру похуй.       — Да брось, тебе ведь тоже тепло, — удовлетворённо выдохнул он, устраивая свою голову поудобнее, опираясь щекой о мою грудь.       Ну охуеть, я в резиновом плену! Тёплом, мягком, но… Блядь, пусть хоть не молчит, а то спать мне так неудобно будет.       — Ты слишком много думаешь, Вик, — упрекнул он, заглядывая в глаза и удерживая на месте, как бы я ни брыкалась. Силён, пидрила. А копьё с браслетом я оставила под подушкой в каюте. Пиздец.       — А ты вообще нет.       — Неправда! — негодующе воскликнул тот, а я стукнула локтем его по губам и подбородку, одновременно шикая на него:       — Тихо ты, а не то разбудишь остальных, и нам обоим будет пизда.       — Извини, — искренне раскаялся, глазами, полностью чёрными из-за малого освещения, осматривая остальных. Лишь перевернулись некоторые в другие позы, а кто-то остался таким же глухим. Вон, кок продолжал расцеловывать пустые бутылки. — Уф, не проснулись.       Блин, а ведь это идея — всех разбудить. Спиралька и Скелетон могут защитить меня от дальнейшего разговора, а остальные просто утащат спать. Хороший план.       — Проснутся, если ты с Мавр не слезешь, — угрожающе прошипела снова ему прямо в удивлённое лицо. Вот как можно быть таким чурбаном?       — Но поговорить надо, — надул он губы и привстал, отпуская моё тело. Я снова поёжилась из-за прохладного ветерка, обнимая руками себя, чтобы согреться. — Пойдём на камбуз, там лучше.       Он подал руку, склоняясь ко мне. В другой держал соломенную шляпу. Вид у него не был таким уж опечаленным или оскорблённым, да даже не злым. Может, стоит поговорить? Просто ради того, чтобы сказать ему про Йонко? Не охватывая того, что уже на Сабаоди нас ждёт полный трэш? Думаю, стоит попытаться. Он ведь иногда сообразительный. Он ещё не совсем потерянный для нормального общества.       Ха, какой Мавр наивный. Мугивара давно потерян. Но надежда на то, что он мог вполне вникнуть в мои опасения, ещё теплилась в груди.       Я взялась за тёплую руку, удерживалась за его плечо и опиралась в целом, чтобы унять головокружение. Юноша в этом помог, а дальше помог дотащиться без травм до камбуза, где затем включил свет, и уже через минуту я грела себе крепкий кофе в чистой турке, чайник уже стоял на плите. Извини, Спиралька-сан, Мавр похозяйничает. Кок уже успел всю посуду помыть, так что пришлось тянуться к шкафу за чашкой для себя и для Мартышки. Ему надо было сделать чай, а то уже начал зевать — а это было довольно заразно.       Уже пару раз зевнула и чуть не опрокинула сахарницу.       — На острове Рыболюдей будет ловушка? — спросил он напрямик, сидя за барным столиком и неспешно поедая печенья с мюсли, которые я поставила перед ним. Хрум-хрум-хрум.       Эх, мне печенья не видать.       — Ещё до него, но однозначно, — кивнула я, не оборачиваясь. Прекрасно и так знала, что он сверлит меня взглядом. Лопатками чувствую. Бр-р, жуть какая. А я думала ещё, что взгляд Зелёнки мрачный и предвещающий беды! Ха-ха! Мугивара, оказывается, может его переплюнуть, несмотря на то, что сам ещё тот ещё сопляк. — И не только для нас, а для всего «Худшего поколения».       — «Худшее поколение»?       — Так назвали с десяток человек, у которых награды за голову превышают сотню лямов белли. — Протяжное и понятливое «а-а-а» послужило мне ответом, на который я закатила глаза. Мартышка очень любил фильтровать информацию. Сколько раз ему ни говори, всё равно не запомнит. Хрен ему это название не сдалось. Я неспешно заваривала ему чай с помощью металлических щипцов с чайными листьями. Весь чай варить бессмысленно пока что. — Скорее всего, у нас не будет там много времени, чтобы оставаться там до нашего отбытия к острову Рыболюдей. Сам остров находится под водой, и нам обычным способом туда не добраться.       — Правда? ОБАЛДЕННО!       Я так и видела, как в его глаза звёздочки появляются, сумев это распознать только по голосу. Что ж, это не так уж и трудно. Я улыбнулась и наконец обернулась, чтобы отдать ему чашку. Печенья осталось немного, а куча крошек была разбросана по столу и по его лицу. Скривилась и подала ему полотенце, за что получила благодарную моську.       Ебанутый ребёнок.       Снова встала возле плиты, чтобы снять турку, и пододвинула подготовленную чашку.       — Это и правда нечто, как Мавр слышал, но с этим возникают большие проблемы, — снова начинала я пояснять, потому что потом вместо меня это будет объяснять другой человек. И я примерно знала, кто именно. — Если в общем, то корабль покрывают смолой, чтобы он смог погрузиться на дно морское и спокойно доплыть до Рыбо-острова. — Кофе в белой чашке был чёрен, как моя тень, и крепок. Так что я положила в чашку только одну ложку сахара. С удивлением думая, что сумела не обжечься, я наткнулась на восхищённое лицо Мартышки.       Ах да, удача некоторых иногда помогает избавиться от невезения. Не всегда, но сейчас помогло.       — Суть в том, что все пираты прибывают на специальный архипелаг, чтобы покрыть свой корабль для спуска вниз, и он единственный в своём роде. Только на нём можно это сделать. И там будет ловушка от Дозора. Если мы не успеем, то мы ничего не сможем сделать.       Я сделала глоток и чуть не обожглась. Кипяток. Лучше подождать.       Как ни странно, Монки Д. пил молча, не выкрикивая свои возражения. Кивнул и пил чай, смотря на оставшиеся вкусняшки. Хмыкнула, криво усмехаясь, и пододвинула блюдо к нему ближе. Брюнет спокойно улыбнулся с радостными глазами и доедал печенюшки. Не так уж и хотелось. После пира уж точно нет.       Пусть и жалко. Жадной душе всегда будет жалко.       — Из-за этого ты беспокоишься? — прямолинейно продолжал он, пока я медленно дула в чашку, пытаясь остудить кофе. Неопределённо пожала плечами, ничего не отвечая, но это было и так ясно. — Значит, там правда может быть так опасно?       — Адмиралы не так просто получили свои звания, — фыркнула я и съязвила, локтями облокачиваясь на стол: — Хотя кто их знает, может и правда через постель.       — Зачем им через постель перелазить? — недоумённо переспросил тот, а я только могла весело хрюкнуть, злорадно хихикая.       — Мавр ничего не знает, Мартышка, — улыбнулась ему я, ставя чашку на стол. Ужасно горячий, немного стоит подождать. — Кхм, бля. В общем! С одним из них мы столкнулись, да и с некоторыми Шичибукаями тоже, так что ты вполне можешь оценить, что в море полно силачей, которые могут тебя и нас всех уделать. Некоторым просто не до нас, некоторым тяжело до нас добраться, а некоторым невыгодно. Врагов полно, Мартышка, просто так получилось, что мы повстречали некоторых, и нам повезло уйти.       — Но ведь не всё так просто? — измученно выдал он, слегка покраснев от напряжения своего мозга. Жалеть я его не стала. Вот ещё! Мучайся, ебанько, нечего тут посреди ночи Мавра допрашивать. — И Йонко тут тоже неспроста, да?       Я промолчала, пытаясь сделать хотя бы глоток своей жижи, выразительно смотря на потуги капитана. Хороший прогресс для него. Мавр покровительственно кивнул.       — Если ты хочешь быть Королём, то придётся пойти против всех, — широко расставила руки для того, чтобы тот точно понял, — и против Адмиралов, и против своего дедка, и против правящих во Гранд Лайне Йонко, и против некоторых друзей из других команд, если таковые есть, — намекнула ему на Грелку, и тот поджал губы, смотря в отражение в оранжевом чае. — Это неизбежно, Луффи, потому и волнуюсь сейчас. Ибо то, что ты сейчас слаб, видно невооружённым глазом.       Твёрдый и непоколебимый взгляд я встретила сурово и не дрогнула.       — Я не слаб.       — Слаб, — резко опровергла. — Для второй половины Гранд Лайна слаб, для Адмиралов — слаб, как и для Йонко, как и для друзей. Недостаточно силёнок, их не хватит, чтобы даже нас всех защитить.       — Неправда, — тихо возразил он, не теряя веры. — Я победил членов Шичибукай.       — Да, но не всех и не всегда с первого раза. Это не показатель. С каждым островом люди сильнее предыдущих, не заметил? Да и если быть откровенной, тебе везло в этом направлении.       — Везло, — глухо повторил он и отвёл взгляд, что порядком меня удивило.       — Позволь пояснить. Мавр тут, чтобы ты спустился с небес на землю, как Мавр сделал это с твоим старшим братом, — насупилась я, не понимая, чего это он, и начала перечислять. — Багги недалёк, немного глуп, но если бы не это, это стало бы помехой. Если бы Арлонг так не был ослеплён своей силой и властью, то ты не смог бы победить без потерь. Смокера с Логтауна тебе не удалось одолеть. С Крокодайлом тебе пришлось потрудиться. Ты вовремя раскусил его главную слабость, но только от того, что ты ему до этого проиграл. С Энелем тебе повезло в том, что ты его природный враг по дьявольскому фрукту, будь это не так — нас всех могло уже и не быть. Он логия, как и твой брат, обладатель одной из сил стихий. Фокси ты одолел потому, что тот слишком сильно полагался на свою силу дьявольского фрукта. Адмирала ты не одолел, а с треском проиграл. Не знаю, как ты одолел Роба Луччи, но и СР-9 были не лыком шиты, да и у тебя пробудилась Королевская воля, — встретив его недоумённый и тоскливый взгляд, я покачала головой, — потом объясню. И вот сейчас ты встретил двух Шичибукаев: большого рогатого и Куму. Одного едва одолел, и то благодаря чужой силе и силе остальных, а Куму…       Опущенные плечи парня говорили, что тот уже всё понял, и в красках всё вспомнил. Не знаю, понял ли тот, что всё это для него удача и в некотором роде немного подобие моего невезения, или нет, эффект был на лицо. Мугивара выглядел даже побитым, не таким шокированным и пришибленным, как и его старший брат, но вёл себя куда лучше. Спокойнее, без криков и препирательств, которых я также ожидала и к которым готовилась.       — Хватит, — убито прошептал он. Если бы он шмыгнул или потрясся, я бы поверила, что он плачет. Но нет. Ничего такого не было. Даже пощёчины не дал.       Это что? Всё? И всё???       — Это неприятно, Мавр знает, — поделилась я, грея руки о чашку кофе. Мугивара молчал — и это было странно. — Просто я беспокоюсь о том, что каждый раз тебе удавалось изворачиваться. Я доверилась той мысли, что ты достаточно силён и упрям, чтобы дойти до победного конца. Я вверила свою судьбу в твои и ребят руки, пока я оценивала все шансы на победу и делала ставку на тебя. Сейчас всё дошло до того, что шансы на успех даже ниже обычных моих ожиданий.       — Хватит…       Я тяжело вздохнула и ощутила, как моя голова снова потяжелела, но надо было закончить.       — Там будут Адмиралы, множество бойцов, не буду удивлена появлению Смокера, который отправился за твоей головой из самого Ист Блю на Гранд Лайн, Мартышка. Там будут люди, которые будут сравнимы по силе также и СР-9. И все они будут охотиться на нас, чтобы не пропустить на другую часть Гранд Лайна. Шизоиды сидеть на месте не будут, будут жертвы, пока мы придумываем план…       — ХВАТИТ! — крикнул он на меня, схватив за грудки кофты, притягивая к себе и смотря бешеными глазами. — Хватит, — прошептал он, глядя на меня с мольбой. — Хватит, Мавр! Достаточно…       Он отпустил меня, и если бы не держалась я от шока за стол, то свалилась на пол. Парень схватился за голову, не обращая внимания, что горячие напитки разлились по столику и уже устремлялись на пол. Спиралька будет не рад. Я смотрела на него и изумлялась, теряя дар речи.       Луффи был в панике. Он тянул себя за волосы, тихо скулил от боли и скрежетал зубами или стучал ими, я понять до конца не могла. Но он сгорбился до невозможного, что мог спокойно биться лбом о стол. Я застыла, не зная, что делать. Ситуация до боли казалась знакомой. На себе знала, каково это. Я не смогла позволить себе тронуть его, хотя желание однозначно было.       Я заставила себя сначала прибрать беспорядок, пока Мартышка не двигался и пялился на стол, закрывшись от всего мира отросшей чёлкой и руками. Чашки не разбились, тряпка для подобных случаев всегда находилась на небольшой сушилке возле раковины. Сделав всё, я обошла стол и встала рядом, совсем рядом, так, что дышала в затылок, после чего, не сказав ни слова, обняла, прижавшись щекой к его плечу. Молча, тихо, ненавязчиво.       Тяжело всё так переваривать. Особенно после того, как указала на грешки, как гадости и неприятную правду произносила. Я чувствовала себя отвратительно, пусть в душе немного радовалась. Он начал обдумывать всё, а не просто принимать как факты. Уже радовало то, что это не просто прогресс, а прогрессище для самого Мугивары. Он был проницательный в меру, к сожалению, редко над этим работал до того, как я за него с ребятами взялась.       — Есть суп, — как бы невзначай буркнула я, едва ли не засыпая. Хотя стоять было жутко неудобно, но оставлять в подобном положении самого Мартышку было ещё хуже.       — С мясом? — спросил он заинтересованно, оборачиваясь. Он шмыгнул носом, убирая сопли, а я вытащила из кармана салфетку и прижала к его носу, чтоб тот высморкался. Что собственно и сделал, смотря на меня красными глазами, будто плакал. Смотря на его мокрые руки, я с удивлением отметила, что да. Блядь.       Видимо, я всё же сука, что заставила парнишку плакать.       — Мой борщ, — со вздохом поняла, что, видимо, остальным не видать его, ибо он весь достанется парнишке с огромным желудком.       — Русский?       — Да, блядь. Ты будешь?       — Буду, — довольно буркнул он, начиная улыбаться.       — То-то же.       Я отпустила его, чтобы пойти и разогреть суп. Видимо, придётся всю кастрюлю греть для него одного. Но я остановилась, так как руки парня обняли меня за талию, а лбом он прижался к моему плечу и прохрипел:       — Ты поможешь?       Мне в этот момент хотелось ему многое сказать, потому что мне было дико дискомфортно, да и со спины это просто пиздец, ненавижу, когда со спины подходили и такое делали. В обычные дни я его просто послала бы в жопу и по башке надавала. Кажется, данный урок не усвоил. Но сейчас было не то время, не то место, да и сказать ему всегда успею…       Голова тяжелая, и кажется, я даже не сумела протрезветь.       — Мавр сделает всё, чтобы вас спасти, — на этот раз ответила искренне. Но вместо того, чтобы ослабить объятия, Мугивара сделал хуже: обхватил руками и ногами, как самая настоящая обезьянка, и повис на мне. Тяжёлый, горячий и, сука, увесистый! Я вместе с ним под мой матерный визг повалилась на пол, где я его привычно отдубасила и наваляла ему по первое число, пока он хохотал и катался по полу.       Ненормальный! И я его накама! А он ещё капитан! Господи, ёдрена-матрёна, куда моя жизнь катится, если этот чудила всё время ржёт, жрёт да дерётся?       Можно я съебусь куда подальше? Невезение, я думаю, тебе такой вариант понравится, вместе с каноном будете чечётку отплясывать!