Мавр ничего не знает: Невезение

      Стоило мне отдохнуть, узнать, в какой стороне находится шестой уровень, убедиться, что с Книгоманкой всё в порядке, как я дала деру. Ни братья, ни Иванков не могли меня остановить. Да и не давала им шанса меня догнать. Нико оставалась отдыхать, так что о ней можно было не беспокоиться, ведь она теперь под присмотром.       Связки ключей от всех замков шестого уровня я держала крепко, чтобы ненароком их не выронить. За это спасибо Двумордому, Иванову и его тусе. Всё-таки были свои плюсы от того, что кто-то находился в этой тюрячке и знал каждый угол и дверь. Да и секретные туннели делали в обход стражи.       В общем, полезные классные зэки. Даже ругаться на них перехотелось.       Опустим тот факт, что изначально я просто планировала сюда попасть ради того, чтобы уничтожить это место и, на всякий случай, быть на месте, если всё-таки Эйс стал долбаёбом и не послушался бы меня. Или если канон бы давил, а я вообще хуй пойми где находилась бы, так что я планировала заранее свой поход в тюрягу.       Кто ж знал, что всё этим обернётся?       Забрала шляпу у Робин, которую отдала ей ещё на первом этаже — и хорошо, потому что со мной что только не произошло в этой шарашкиной канторе пидорасов. Зато она цела. (Ура! Я не получу люлей!) И сейчас возвращалась к своему хозяину. (Зато он сейчас получит пиздюлей!) Шляпа снова болталась у меня за спиной, вися на той резиновой верёвочке, что я когда-то пришивала к шляпе.       Я не бежала. Летела.       Эйс с Сабо остались позади, в шоке переговариваясь между собой про «второе дыхание». Я ориентировалась даже не по Воле, а на какое-то внутреннее чутьё. Сердце билось сильнее с каждым шагом. Руки дрожали от волнения.       Я словно уже знала, где он находился, видела перед глазами, как он с усилием поднял голову и улыбнулся. Ответил на мой шутливый вопрос.       В горле застрял ком. Я решительно вздохнула, собрала яйца в кулак и подняла связку ключей.       Сначала сама тёмные решетчатые двери камеры. А после, как я уже зашла внутрь, послышался грохот чёртовых цепей. Я сделала всё так быстро, как могла.       Секунда — он на свободе.       Мои колени ныли от холода, боли от резкого падения на каменный пол камеры, когда я ловила пацана. У него не было сил после контакта с кайросеки. И теперь я сама держала капитана в крепком объятии. Слабыми руками Монки Д. обнял в ответ и сопел мне в ухо. Сейчас это самый долгожданный момент.       Объятья стали крепче.       Как я, оказывается, скучала по этому. Как отвыкла за эти дни без него и команды… Как я скучала по паническим возгласам Усоппа, ворчанию и возмущениям Нами, по топоту копытцев Чоппера, по храпу Зоро, запаху табака Санджи, по матерным строительным выражениям Френки и его крику «Супер!», по привычке Брука по утрам музицировать, постоянно нас трогать за плечи и проверять, живы ли и не плод ли мы его воображения…       Луффи тяжело дышал. Я старалась держаться, чтобы не заплакать. Он тоже замер в объятиях.       Я прижалась лицом к его плечу, испытывая огромное облегчение.       Успела!       Никакой казни этим мразям. Никаких убийств. Только Хэппи Энд, даже если для этого мне пришлось бы глотку рвать и вступить в долгожданный бой с Невезением и Каноном, от которых я бегала все эти месяцы. Я стиснула зубы и сжала пальцы на потрепанной жилетке парня. Казалось, я не видела Мартышку вечность. А прошло всего пять дней. Это было слишком долго. Весь этот путь до него — слишком. Внутри всё разлилось горячей нежностью от того, как я скучала по нему.       Он был сейчас рядом.       Как я боялась за него. Он с дрожащими руками обхватил меня за плечи, словно сам проверял, реальна ли я.       Луффи постепенно поднимался со мной.       Как меня распирало от страха те три дня до газеты со срочным выпуском. Как меня распирало от той пустоты, когда всё пошло по пизде, а Луффи занял моё место, лишь бы защитить нас с Робин.       Я ещё раз вздохнула и привела в порядок мысли. Точнее, пыталась.       Слегка отстранилась. Парень улыбнулся так широко, так знакомо. И этот тупенький парень мне нравился… От переполняющих чувств, казалось, я сейчас свалюсь от сердечного приступа.       Он погладил меня по плечам и бережно похлопал по спине.       — Ши-ши-ши, всё хорошо, — успокаивал Монки Д., когда это делать должна была я. На секунду мне захотелось заплакать. Надо было держаться. Не сейчас. Не перед ним. — Мавр, я знал, что ты придёшь.       Ага, блять, пришла. Столько усилий к этой чёртовой тюрьме… Сколько людей пришлось собрать, через скольких людей пришлось пройти. Угнать один корабль Йонко, собрать самоубийственную тиму, ворваться в самую защищённую тюрьму, играючи пробраться до самого низа с перерывом на смертельный бой с Магелланом и настроить заключённых на «Побег из Шоушенка», приостановку на революционную армию и заручиться поддержкой у них, и вот я тут…       Это я ещё Адреналин Раш не выпила, чтобы обрести крылья и второе дыхание. И только дивилась своей живучести. И тому, как выборочно действовало на меня невезение.       Я потрогала его резиновые щёки — Луффи счастливо зажмурился. Я ощущала пронизывающий холод с верхнего уровня и поняла, что юноша банально замёрз. Но ему придётся потерпеть пока. Взяла двумя пальцами за подбородок пацана, поворачивая голову в стороны, и недовольно цыкала, изучая раны. Луффи всего избили.       Внутри клокотала глухая ярость.       Желание его самого отпиздить за свой самонадеянный поступок угасло. Оно было. Но это можно было обговорить и устроить головомойку позже.       Меня не волновали улюлюкания за стенами злополучной камеры.       — Бежать сможешь? — почти шёпотом спросила я. От накатившего волнения мне будто бы не хватало воздуха. Мы встали, поддерживая друг друга. — Конечно, ты сможешь передохнуть, мы как раз по пути почти всех устранили… Время есть.       Я заговорила быстро, сбивчиво, будто боялась, что Мугивара действительно сейчас снова свалится без сил. От Невезения можно ждать чего угодно! А я уже на деле выяснила, что оно касалось не только Мавра, но и не гнушалось полапать других. Парень лишь смеялся, разминая привычно руки, и резко снова обнял, приподнимая и кружа в своей бывшей камере. Я не могла не обнять его ещё раз, почувствовав долгожданный покой.       Эту беготню, эту спешку, этот страх можно оставить позади. Все эти дни были сущим кошмаром, в который я не могла поверить до сих пор. Вдали от накама мне было так боязно…       В такие моменты не хватало стальной веры Ророноа. Закрывала глаза и представляла, как несправедливо я со всеми поступила, как я сама себя обрекла на эти страдания. На все эти самокопания. Что именно из-за меня наш солнечный капитан угодил в ад на земле.       Я старалась не зацикливаться на подобных мыслях. Сконцентрировавшись больше на спасении Мартышки. Но я могла признаться себе точно. Я не могла отныне представить, что когда-нибудь оставлю своих накама, как когда-то в начале пути. И не могла больше думать ни о чём другом, кроме об их благополучии. Наверное, это и есть магия дружбы? Или это моя совесть проснулась от простой человеческой (почти) доброты? Или это сила Мугивары, о которой когда-то говорил Михоук ещё у Барати?       Теперь Мугивара снова был рядом, и мне больше нечего бояться. Луффи в каноне штурмовал эту тюрьму почти в одиночку, так чего мне волноваться-то?       Помимо того, что мы уебали уже главного злодея и вонючку тюрячки, по факту, больше не о чем. Да и я собрала дрим-тиму. Если только… Нет-нет, фу-фу, даже думать не буду, иначе Невезение точно услышало бы.       — Всё в порядке! Я сейчас уже буду в норме! Ши-ши, я же снова свободен!       Он поставил меня на землю. Его широкая улыбка снова была на месте. Я облегчённо выдохнула, словно камень с души сняли. Луффи меня осмотрел, заметив свою шляпу. Сама сняла с себя шляпу и протянула ему обратно.       — Возвращаю, Луффи.       Его лицо словно озарилось светом. И мне на душе стало спокойно, когда он тут же надел её. Эта шляпа наконец-то на своём законном месте. Если Шанксу надо будет вернуть её, то явно только для того, чтобы он её подержал и вернул обратно. Иначе я заставлю кого-нибудь сделать идентичную копию. Или как-нибудь каким-нибудь способом отпизжу или перепью (скорее всего, заставлю Зеленушку) этого красноволосого придурка ради возврата шляпы…       Луффи без шляпы, как без своей фирменной беззаботной улыбки — неканон. И я такое не одобряю. Я брезгую.       — Спасибо, Мавр!       Я без слов схватила парня за руку и потянула к выходу. Я чувствовала через ещё включенную Волю на краю зрения, как к нам приближались его братья. И я не была, блять, уверена, что могла её как-то выключить. Сейчас явно не время для меня, чтобы разбираться со всей этой сложной Волей. Или её звали Хаки? Какой перевод в этом моём мире Ван Писа употреблялся?       Ладно. С начавшейся мигренью от обилия «сигналов» в голове я пока могу смириться. Похуй, пляшем. Разберусь как-нибудь на полпути к свободе.       Первым оказался в тёмном коридоре Грелка, который на всех парах махал ему рукой.       — ЛУФФИ! — счастливо орал пират, а рядом с ним Джентльмен резко заулыбался. Вместе они ускорились, видя его невредимым и без наручников.       — Эйс? — шокировано переспросил у меня Мугивара. Его улыбка становилась всё шире и шире. Буквально чуть ли не светился от счастья, хотя был весь побитый, как после плохой драки. Я внезапно крепко сжала его ладонь, капитан обратил на меня внимание, и посмотрела прямо в глаза.       — Да, это он, — на выходе ответила я, сконфуженно усмехнулась. — Я собрала твоих братьев для спасения капитанской задницы.       — Братьев? — нахмурился Луффи и уставился на бегущих к нам парней. — Как это? У меня же только Эйсу…       Братья остановились прямо перед нами, и я отпустила его руку и сделала пару шагов назад. Давала больше пространства им. Грелка сразу же накинулся на целого Мартышку, его голос дрожал. Портгас Д. испустил глубокий выдох. Усталость, счастье, облегчение читалось по его лицу. И Луффи был не менее счастливым, увидев старшего брата после нескольких месяцев разлуки.

      Мартышка, наверное, думал, что только я и Робин его спасём. Ха! В такой охраняемый объект мы бы с ней завалились, то отхватили бы большого леща в процессе. Сидели бы в соседних камерах, пожиная плоды моего невезения. Так что хорошо, что с нами были его братья-танки. Удачливые засранцы, между прочим, как и их младший брат.       Луффи же, несмотря на крепкие объятья старшего брата, недоумённо смотрел на стоящего немного в стороне Сабо. В его глазах не читалось узнавание. Но чем ближе Сабо медленно приближался к братишке, тем больше шока в глазах юноши становилось.       Его улыбка медленно гасла. Он пару раз моргнул.       Он посмотрел на Эйса, потом на Джентльмена, снова на Эйса. Его рука потянулась к шляпе, словно он искал ещё опоры.       Джентльмен явно сдерживался от слёз и резких обнимашек. Я затаила дыхание.       — Эйс? Мавр? Это… — оборвал себя Луффи, немного отстраняясь от Портгаса. Капитан сделал ещё шаг назад. Его дыхание стало неровным, но я заставила себя держаться на месте, не лезть. Именно ради таких моментов и стоило того, чтобы вмешаться в историю! Мои любимые братья «ASL» снова вместе. Даже если это долбаёб на Эйсе. И на капитане. Но для Луффи, конечно, это могло быть слишком. Особенно после пяти дней заточения в тюрьме. После стольких лет мысли о том, что у него из братьев остался только Грелка. — Кто… это?       Грелка понимающе улыбнулся. Казалось, что комдив сейчас заплакал бы, если бы не важность момента. Эти же дурни вокруг очень эмоциональны и открыты, так что, видимо, он держался из последних сил. Эйс протянул руку к Сабо и подтолкнул его к младшему братишке. Джентльмен снял цилиндр со своей головы, сделал шаг вперёд. Он сильно сжал цилиндр, что пальцы от схватки побелели.       — Привет, Луффи, — вот всё, что смог из себя выдавить революционер. Сабо сам попытался улыбнуться, но выходило криво. Юноша весь дрожал. — Извини, что заставил ждать. Я немного… заплутал, — его голос предательски сорвался.       Юноша неловко зачесывал затылок, вся его выдержка будущего замкомандира Революционной Армии куда-то испарилась. Он смотрел на Луффи со своей неуклюжей улыбкой, с надеждой, глубокой тоской и неприкрытым счастьем.       Луффи замер. Не двигался. Просто смотрел. И постепенно я поняла, что у Мартышки буквально на глазах разворачивались далёкие детские воспоминания. Постепенно его глаза увлажнились. Нижняя губа задрожала.       Монки сделал шаг вперёд, потом второй. Его глаза стали больше, первые слёзы по катились по лицу.       — САБО?! — Его крик эхом отдавался по подземелью шестого уровня. Мугивара чуть не споткнулся о собственные ноги, пытаясь сделать ещё шаг, но за два огромных шага прервал их расстояние. И вот Луффи уже полноценно прыгнул на своего потерянного брата и ревел в три ручья. — САБО! БРАТИК! ТЫ ЖИВ!       Сабо словил его.       Они заплакали вместе. Эйс кинулся к ним.       Я отошла ближе к Иванкову, который растаял от воссоединения братьев и заплакал не хуже. Я сама держалась из последних сил. Хоть кто-то должен был НЕ реветь. Хотя хотелось очень-очень. Луффи же там ревел белугой и руками обнимал обоих братьев. Сабо и Эйс зажали Луффи в слезливых объятиях.       Плакали и смеялись своим плотным клубком.       Или нет, я, может, всё-таки заплачу, потому что от этого облегчения у меня дрожали ноги. Я почувствовала небывалую усталость. Поддалась слабым ногам и опустилась на корточки. Пятки прижала к полу. Даже в ослабленном и эмоциональном состоянии я не посмела бы поднять пятки и «потерять район». Руки казались почему-то очень тяжёлыми. И голова так закружилась. Это всё последствия открытия Воли? Глаза защипало, в носу засвербело. Я постаралась закрыть лицо руками.       Протерла я глаза от пары слезинок и вдохнула-выдохнула, пришла в себя. Все заключённые в камерах так же умилялись и плакали. Хотя видели всех нас впервые в жизни.       Видимо, один Мавр — сухарь. Слишком реалистична для этого эмоционального мира.       Или сильно переобщалась с Зеленушкой, чтобы «плакать» навзрыд даже на таком счастливом моменте.       Эйс хохотал сквозь слёзы, хлопая Луффи по спине.       — Вот и собрались все вместе! Все трое!       Цилиндр Джентльмена упал на каменный пол с глухим стуком. Этот клубок парней упал на пол, продолжая реветь и счастливо смеяться, болтая о чём-то о своём. И пока я шла за шляпой блондина, чтобы поднять и вернуть обратно, как увидела побитого и охуевшего от жизни Джимбея за соседней решеткой от камеры Луффи.       Ну, привет, Чудо-юдо рыба-кит.       Тут я резко вспомнила, что помимо того, чтобы вытаскивать отсюда Луффи, надо бы ещё вытащить парочку другую заключённых. Но, увы и ах, шестой уровень не так просто назвали секретным — или, сказать точнее, уровень, куда всех кидали, чтобы мир о них забыл. И Мавр о них забыл в том числе: кроме Шичибукаев и бывшего начальника тюрьмы, я не помню почти никого, кто был в этой тюрьме очень важным.       Я провела в этом мире чуть меньше года, имела право что-то забыть! Если реально забыла, значит, это не такая важная информация?       Только, увы и ах, после такого фиаско и вторжения наших больших преступных персон о шестом уровне будут знать каждый, если правильно распространить информацию. Но так как я собиралась разрушить это всё, вытаскивать отсюда надо было либо очень выгодных преступников, либо сильно важных для канона.       Чтобы не облажаться хотя бы… И понимать, что и куда по канону мир двигался. Наверное? Если Мавр его окончательно не сломал.       Один из важных лиц был Джимбей. И Хэнкок. Хотя казалось бы — нафига нужна последняя? Поэтому я не узнавала о ней у окамы, а только о рыболюде, который в будущем мог быть даже будущим накамой… Но я уже не знала точно. Мои знания заканчивались на начале арки Тотленда, так что не могла сказать точно насчёт рыбочеловека — он вообще в каноне был на тот момент членом команды Биг Мам.       В будущем, получается, против нас? Сомнительно его вытаскивать тогда.       Насколько я помню по арке Маринфорда, он вроде хорошая боевая единица. А это дерьмо на арке войны я помню не очень, кроме важных сцен. Да и нечего там запоминать.       Вообще, Хэнкок важна чисто по бывшему сюжету только для поддержки Луффи в критический момент в той войне и «безопасного» места для его тренировок. И то как комедийный элемент, но сейчас всё перевернулось. Хэнкок никогда не встречала Луффи, не влюбилась, нам она никто, звать её никак, и сейчас женщина сидела где-то тут за то, что была пиратом, тем самым обезопасив своих сестёр и народ с Амазон Лили от набега Морского Дозора. Наверное?       Но это уже мой мир. И я пока не видела смысла спасать эту женщину. Она могла быть как и союзником, так и занозой в заднице. А мне такой «джокер» не нужен, а Рейли сам её задефал бы, так мы по факту ей не нужны. Так что на горизонте выклёвывался один подобный важный типчик.       Вот Биг Италити Босса — да, берём. Он был полезен в каноне, мог и сейчас. Главное — грамотно освободить его. Если нам перекрыли выход из шестого этажа, то далеко на способностях Двумордого мы не уйдём, даже с такими танками, как Мугивара, как только пацан придёт в себя, Огненный Кулак и члены Революционной Армии.       Луффи тут же очнулся от счастливого драйва в своём братском клубке, как только я подошла с цилиндром для Джентльмена. Сабо взял шляпу и со слезами на глазах поблагодарил ещё раз. Я, скрывая внутри неловкость, отмахнулась. Мавру не надо было повторять со всеми вашими слезливыми…       И на меня накинулся Луффи с обнимашками.       — МАВР! ТЫ НАШЛА БРАТИКА! САБО! — орал мне до пизды счастливый Мартышка, а я смягчилась и не стала его поправлять, что я всего лишь передала инфу Грелке. Чтобы он не ныл, не сдыхал и не устраивали цирковую войну за свою действительно тупую голову. — Смотри, Джимбей! Я же говорил тебе! За мной пришла Мавр! Моя суженая! ВИДИШЬ?! Мавр! Это Джимбей! Он крутой дядька! Он много чего о Гранд Лайне и о море знает! Он здесь, потому что был против моей казни! Давай его тоже освободим?       Из всего этого потока я зацепилась за одно незнакомое слово. И тут ахуела не только я, но и братья с Иванковым. Кажется, даже сам Чудо-юдо в этот момент выпал в осадок от словесного потока Мугивары.       Суженая?! WHAT THE FUCK?!       Это где ты такие слова понабрал? Кто тебе такое сказал?       Я повернулась с пустой миной на Чудо-юдо. На бедного рыбочеловека, по всей видимости, уставился весь шестой уровень, и мы слышали, как он громко сглотнул. Видимо, осознал уровень «пиздеца».       Может, он поэтому синий? Не потому, что это кожа другой расы, а потому, что он набухался до синьки?       — «Суженая»?! Погоди… что? Чего я, блять, ещё не знаю, Луффи? — ахуевал не меньше моего Грелка, подойдя ближе к решётке своего синего не-алкоголика. Я кинула ему связку ключей, с прищуром наблюдала за ним. Парень ловко принял связку, принимаясь за дело. Я же пока пыталась оторвать себя от резиновых объятий и осознать, что там Мартышка сморозил. Точнее, как он умудрился поставить «Мавр» и «суженая» в одно предложение. — Рад видеть тебя, Джимбей. Жаль, что в тюрьме. Я «за», чтобы вытащить тебя, но откуда ты, — юноша повернулся к нам, впиваясь страшным взглядом в весёлого брата, что до сих пор не отпускал меня, — Луффи, таких «страшных» слов понабрался?       — Это мне Джимбей объяснил, что Мавр — моя суженая.       — Нет! — тут же пошёл на отказ бывший Шичибукай, от паники или сложившегося недоразумения обильно потея. — Он просто меня неправильно понял, как и я его. Я, как и все люди, думали, что Мавр — капитан соломенных Шляп, а Луффи — её подчиненный. И поэтому судьба свела их, и что она, как Капитан, вытащит своего накама…       — Да нет, — надувшись, начал препираться Луффи и отпустил меня, и я смогла выдохнуть, смотря на этот «цирк». Сердце, отбой паники. Голова, начинай думать. — Всё верно! Хорошо, что мы встретились! Без неё я бы реально мечи Зоро не нашёл. Всё так, кроме того, это не судьба, что я — капитан, а Мавр — моя Накама! Это наш выбор — быть вместе! Я же говорил, что выберусь отсюда!       — Луффи-кун, ты даже меня не дослушал, когда я пояснял тебе про значение.       — Да пофигу!       Эти трое препирались между собой, пока пытались освободить здоровяка ростом под три метра. Я мысленно отключилась от диалога, поняв, что ничего страшного не произошло. Моё сердечко успокоилось, разум остыл. Мне волноваться не о чем. Мартышка, как всегда, всё не так понял, а я тоже ничего не поняла и не собиралась этого делать, пока мы отсюда нахуй не съёбемся.       Можно, мы не будем в Импел Дауне выяснять отношения, Мир? Дай Мавру ну совсем чуть-чуть поблажек.       Сабо и Иванков ржали рядом с братьями и Чудо-юдо. И я не знала: присоединяться к ним, потому что абсурдность ситуации достаточно весела, или состроить кислую мину, потому что неудача мне опять поднасрала. Кто бы мог подумать, что Мавр услышит слово «суженая»? Так ещё и от юного капитана, который, как мне казалось, и большей части фэндома Ван Писа, был незрелым человеком с сознанием ребёнка, который и половину взрослых вещей не понимал.       Я вознесла молитвы Велламо и тяжко вздохнула. В конце концов, всё свелось к тому, что Джимбей неправильно понял Луффи. И сам Мугивара не так понял Шичибукая. Все всё не так поняли.       — Злобный гремлин всё же здесь и даже не заключённая, — послышался знакомый грубый хриплый голос из ещё одной близкой камеры, и я оглянулась в ту сторону. Вид потрёпанного Крокодайла вызывал во мне кучу удовлетворения. Хорошо его отделал в своё время Луффи. Ему здесь самое место. — Я удивлён.       — А Мавру так просто удивить тебя, бывший Бо-о-осс, — притворно удивилась я, полностью поворачиваясь к нему, состроив издевательскую мину и полностью сосредотачиваясь на мужчине, лишь бы не продолжать думать о неловких вещах. А ещё этот урод называл Мавра гремлином… Наверное, тут ты за это и подохнешь. Я включила внутреннего гопника. — Хорошо теперь живётся? Наверное, это лучший Рай, о котором ты так грезил? Пусть и не на территории пустыни, да?       Мужчина скрипнул зубами, чуть не проломив свою сигару, и прожигал одним взглядом во мне дыру. Но! Я тоже не лыком шита! Я тут встречала чуваков, которые стреляли взглядом покруче тебя и имели стальные яйца! И я со времён Арабасты с Зоро тренировалась — у кого страшнее взгляд! Этим меня больше не проймёшь!       Мавр больше не ссыковал! Мавр перешёл на уровень выше, чем Врунишка!       — Его мы не вытаскиваем! Этот рукокрюкий засранец меня и Виви тут опять оскорблял! — влез со своими пятью копейками недовольный Мартышка, снова подпрыгивая ко мне, аки резиновый мячик.       Италити Босс и Мугивара столкнулись взглядами. Файт! Кто победит в этот раз?       — Соглашусь с капитаном, — согласилась я с ним, не имея ничего против. Конечно, будет немного муторно выбираться отсюда, но и у нас не те жёсткие условия канона. Может, всё-таки обойдёмся без него. У нас всё же схема Джентльмена имелась, и Робин со своими шпионскими способностями и куча мужиков-танков. Прорвёмся. — Мавр здесь только за ним. Мне нет дела до остальных. Если ему что-то надо, то это уже другой вопрос.       — Мне больше нет дела до окружающего мира. Скоро… перекроют все выходы с уровней. Шпионка, вы наделали слишком много шуму, — начал затирать свою шарманку и перевёл на меня суровый взгляд Песочный мафиози. Он моментально стал деловитым и чуть собранным. — Все уровни закроют решётками из кайросеки и могут послать усыпительный газ. И вам понадобятся разные силы, чтобы выйти отсюда живыми. Я могу проделать выходы сквозь эти камни. Освободите меня, с моей силой я и все вы сможем сбежать!       — Он действительно может быть нам полезен, — внезапно вклинился согласился Джентльмен, а после его поддержал Иванов:       — Да, му-фу-фу, его тоже можно освободить, его песочная сила в наших руках может стать полезным инструментиком. Давненько не виделись, Малыш Крокодильчик.       Тут Крокодайл сразу заткнулся и обосрался, увидав знакомую рожу нашего Ванечки в секси-боди. Он даже сделал шаг назад от решётки. Луффи обиженно засопел, скрестив руки на груди. С их битвой взглядов Кроки слился. А я пока в уме прикидывала: какую выгоду можно было бы получить от Крокодайла. Мои знания о нём заканчивались на моменте арки Маринфорда, а дальше он пропал и было только видно по спойлерам с обложками, где рисовал Ода разных персонажей с мини-историями. Но он достаточно сильная фигура, чтобы упускать из виду.       Невезение могло бы поднасрать специально, сделав его снова одним из будущих потенциальных противников за Ван Пис — сейчас он мог затирать что угодно, лишь бы его освободили, а я могла бы упустить шанс на то, чтобы иметь рычаг воздействия на такого важного ключевого элемента в криминальном мире. Помимо Дофламинго, которого вряд ли можно взять шантажом о секретиках.       Но этого Обламинго мы и так уебём, а вот этого…       — Он не тот, кому «на слово» можно доверять. Не волнуйтесь, если он попытается нас кинуть, то я сам его усмирю, — ласково подмигнул — это было даже не атакой — Иванков Песочнику, и походкой от бедра прошёлся до камеры, вращая на своём коготке ключи от камер, взятых у братьев. — Я знаю о его слабости!       И тут моя внутренняя гопота, требующая наёбки для уёбка, и фанатская сторона, жаждущая ответы, не сумели удержаться на месте:       — То, что он — матушка Луффи?       Иванков шокировано повернул ко мне свою здоровенную голову, Песочник просто упал за решёткой, видимо, от потрясения. Джимбей только отошёл от первоначального шока и словесных перепалок о недоразумении, как снова завис на месте, вылупившись на меня, словно я была инопланетянином. Эйс с Сабо уронили свои челюсти. Двумордый, аки заправский похуист, лишь поднял брови из-под очков.       — ЧЁ?! — охренел даже Мартышка, смотря на затянувшееся молчание всех присутствующих, и побелел. — Матушка?! Этот засранец?! ПРАВДА?!       — Знаешь, — выдавил из себя Грелка с всё ещё выпученными глазами, — с твоими родственниками, я не удивился бы, окажись, это правдой.       — НЕТ! — заорал не своим и очень злым голосом Песочник. — Это не правда!       — А жаль, — истинно расстроилась я. — Мартышка, можешь звать его «Матушкой». Кажется, ему нравится.       — НЕ СМЕЙ!       — Спокуха, Матушка, не стоит так нервничать. Вся правда так или иначе всё равно вырвется наружу.       Мартышка призадумался, посмотрел на мою хитрую моську и попытался также улыбнуться.       — Хорошо, Матушка, мы освободим тебя, — издевательским тоном повторял за мной Мартышка. Я хотела хвататься за сердце снова от гордости за своего капитана. Учится самому хорошему у лучших, мать твою! — А Ива-чан тебя проконтролирует.       Кажется, «Матушка» пожалел о своём предложении и начал серьёзно обдумывать о том, как он хотел отказаться уже от такого предложения и остаться в Импел Дауне. Тем слаще я хотела всё больше и больше называть его «Матушкой» и освободить песочного гада. Что ж, минус потенциальный враг за Ван Пис, если он решил бы остаться. Уебошу вместе с тюрягой.       Я видела в любом исходе одни плюсы.       К нам присоединились Сабо и Эйс, которые с нами старались не ржать — получалось плохо. Пока что Крокодайл прожигал в нас дыру своими злыми глазами. Если раньше я бы от страха сглотнула бы и опустила взгляд, то сейчас не-а, нетушки, нет. Со мной такая тима сильных мужиков, что Мавр от страха трястись даже не положено.       Я бы тоже могла бы представить, что у меня стальные яйца, когда за мной такая ахуенная дрим-тим.       — В общем, Крокодайл. — Я злобно усмехнулась и позволила себе подойти ближе к решётке под внезапную тишину. — Слушай сюда внимательно. Мы освобождаем тебя не просто так. Будешь должен. В будущем, когда понадобиться помощь, то ты будешь обязан прийти и помочь. Мавру плевать, кем ты будешь, с кем будешь драться. Хоть с самим Ньюгейтом за право стать одним из Йонко. — Позади меня задохнулся от возмущения Портгас. — Один раз, не считая сегодняшнее. Не выполнение сделки — и «Ванечка» действительно расскажет твой маленький секретик.       Луффи встал позади меня и положил руку на плечо. Я боком повернула голову к нему, заметив его недовольное и недоуменное выражение лица. Я похлопала по руке ладонью и подмигнула. Но Мугивара так ни слова не сказал против, уставившись на бывшего Песчаного Шичибукая.       — Одноразовая помощь в будущем? Я правильно понял? Такова цена моей свободы?       — Так сказала Мавр, Матушка, — сказал с каким-то скрытым удовольствием Монки, удивив многих и меня. — Ты либо с нами, принимаешь наши условия, либо остаёшься гнить тут. Выбор за тобой.       На самом деле выбор состоял в том: сдохни или умри. Но никому пока среди заключённых этого злосчастного этажа знать не надо было. Панику раньше времени ещё поднять могли.       Со стороны заключённого мужчины послышался гвалт других голосов, которые были только «за» такие условия освобождения и сами просились наружу. Тишина со стороны Песчаника не продлилась долго. Мужчина угомонил сокамерников мощным пинком, откидывая к стенам камеры, и подошёл к решёткам и протянул руки с кандалами.       Один раз мужик выверенно кивнул, ни сказав ни слова.       — Отлично, — довольно улыбнулась я, звонко давая пять весёлому Монки Д. — Мы помогаем сейчас друг другу выбраться, а в будущем уже нам поможешь ты сам! Ванюша! Освобождай Матушку!       Иванков, вообще никак не реагируя на своё новое прозвище от меня, освобождал Кроки и старался его волосы пригладить. «Матушка» тут же начинал брыкаться.       — Не смейте называть меня «матушка»!..       — Нет, — отклонил приказ песочника Луффи, — Мавр называла тебя «Матушкой», значит отныне так и будешь.       Омайгад, как мило!       Остальные заключённые начали свою бучу, но мы их быстро затыкали. Окама своим смертельным подмигиванием, Матушка песком в камеры, Грелка огнём на особо ретивых, а мы с Луффи и Джимбеем бежали к лестницам и лифтам. Сабо контролировал наш отход. Времени попиздеть будет позже. Нас ждала Робин и желанный выход из этого ада.       Такой вот гоп-кампанией по спасению задницы Мугивары мы попытались выбраться, но Невезение бдела! Я даже не удивилась. Лифт завалили шипастыми гирями. Меня вовремя оттащил назад Чудо-юдо, схватив за шкирку. Потом лестницу заблокировали решётками и пустили газ, как и предсказывал Крокодайл. Но мы уже были готовы к такому исходу событий. Заключённые заорали не хуже любой сирены оповещения. Мы поспешили уйти, пока нас не снесло.       Грелка, подверженный нарколепсии, тут же свалился в сон. Благо, рядом с ним был Чудо-юдо, поймавший комдива и дальше несший его на плече. Вторым начал сдавать позиции пока ещё ослабший Луффи, но я и Сабо были рядом, чтобы не дать ему упасть и заснуть.       Так что с помощью Двумордого сделали винтовую «лестницу», Матушка проделал в потолке с помощью силы фрукта дыру, тем самым мы выбрались в служебные коридоры пятого этажа. А оттуда мы выбрались к пять с половиной этажу за Робин и остальными окама и освобождёнными преступниками.       Луффи при виде Дитя Демона кинулся обнимать, а сама Книгоманка оживилась. Монки Д. начал уже рассказывать ей и мне обо всём, что с ним произошло, и воровать еду со всех столов и бара, пока все остальные перестраивались, собирали все свои монатки и наконец-то готовились к долгожданному побегу.       Справедливости ради, я с Нико только подкладывали капитану побольше еды. И наслаждались небольшим отдыхом перед важным актом нашего вторжения сюда.       Да здравствуют свободные попугаи!       Чудо-юдо обработали раны и дали откуда-то чистое кимоно его размера, Крокодайл неведомым образом нашёл свои вещи: костюм, нормальный крюк, а не тот обрубок, что был у него в камере, и шубку. Луффи тоже уже обработали, и на нём красовалась такая же куча бинтов, как и на Джимбее.       И я уверена уже на все сто процентов, этот день многим запомнится как самый шумный и грандиозный «взлом» тюрячки.       — Какие люди… — презрительно и также недоумённо проговорил подошедший к нам Матушка, весь на пафосе, в сигарном дыму. Фу, ну что за вонючка? — Мисс Олл-Сандей? Только не говори, что ты в команде этих малолетних безумцев?       — О, — усмехнулась в ладошку наша Книгоманка, ничуть не смущённая встречей с бывшим Боссом и только ближе подсела к капитану. — Матушка-чан завидует? Не стоит, просто вы неудачник, а я за своими Капитан-саном и Советник-саном пойду куда угодно.       Кроки тут же скривился, и мы с Луффи, не сговариваясь, показали ему язык, и обняли с обоих сторон нашу прекрасную накама. Вот! Вот она, самая прекрасная женщина мира, а не эта ваша Хэнкок!       — Да-да, Матушка, не завидуй. Робин теперь наша накама!       — Да, кыш отседа, Матушка, — показала я мужику фак, обнимая Книгоманку с левой стороны, а женщина мягко смеялась и гладила нас по плечам, — не мешай накамам общаться между собой. Ты тут секретиков не услышишь, а Мавр с радостью узнает твой у Ванечки!       Матушка опять скривился и гордой походкой удалился дальше по коридору.       Чудо-юдо был с Грелкой, и после того, как они между собой что-то решили, отправились к нашему небольшому столику. Грелка пытался присоединиться к небольшой обжираловке младшего брата, но я быстро шлёпнула по наглой руке, не давая ему прикоснуться к еде. Парень в шоке уставился на меня. Попытался ещё — я снова шлёпнула под удивление и смех Мартышки и Книгоманки.       — Спасибо, Мавр! — благодарил меня Луффи, сожрав почти всё до отвала, пока Грелка обиженно сопел передо мной.       — Это чё такое? Ты почему не давала мне… — пытался возмутиться вроде бы взрослый полуголый мужик.       — Цыц, Грелка, не ты тут просидел на хлебе и воде, если ему вообще давали еды и воды. Так что если пацан хочет жрать, то пусть жрёт, — возразила я, строго смотря на вроде бы старшего брата моего обалдуя. Но, видимо, он «старший» иногда был лишь на словах. Из-за моей спины Мугивара дразнил брата и кривлялся. В общем, сидел и радовался, что скоро будет на свободе. И я с Книгоманкой хотели продлить это чувство надежды.       Нас нельзя было в этом винить. К тому же, сытый капитан — сильный капитан. А это значит, что сможет продержаться в этом забеге к свободе дольше, чем я и Книгоманка. Защитил бы своих накама, когда это будет нужно. Главное, чтобы не как в тот раз на Сабаоди.       — Ты его слишком опекаешь, Мавр, — покачал головой Грелка, тяжело вздыхая и изображая всезнающего брата, который видел Мугивару насквозь.       — И что? Вместо того, чтобы забрать у него еду, лучше бы принёс новую. Хотя бы потому, что старшие братья обычно помогают младшим восстановиться, а не крадут их еду.       Конечно, это пиздёж.       Сама, как старшая сестра, не особо проявляла заботу к младшему. И у меня был лучший друг, который был мне, как старший брат, и он тоже не был замечен в таких мелочах. По крайней мере, я об этом плохо помню. Но не осуждать его не могла.       Грелка лишь закатил глаза и будто бы собирался читать нотации, как к нам пришёл Чудо-юдо и Джентльмен. А это означало одно. Мы выдвигаемся дальше.       Ребята отошли, начав обсуждать планы по тому, как они будут выбираться, и все отдалялись от нас. Я хотела последовать за ними, хотя ноги ужасно болели после этих набегов. Однако рука Мугивары остановила, не давая мне даже встать из-за стола. Он пристально посмотрел на меня, а я перевела взгляд на Нико. Женщина тяжело вздохнула, перевела понимающий взгляд на капитана.       Тут он медленно отпустил руку, и я села обратно, пока он доставал свой конверт из потайного кармашка своей безрукавки.       Юноша положил запечатанный конверт на стол. И снова посмотрел на меня и спокойно спросил:       — Что это значит, Мавр?       Робин уже знала, кто я, зачем я была тут. И мне даже было как-то легче, когда кто-то знал мою не то что бы тайну, но нежелательную информацию. Я собралась с духом и распечатала сама его конверт, который тщательно выписывала по ночам до самого архипелага.       — Думаю, надо было сказать, — начала я, аккуратно распечатывая конверт и доставая небольшой листик. Я подняла взгляд на парня и не открывала пока лист, сложенный вдвое, и взяла руку капитана в свою, — но чем меньше кто-то бы знал, тем больше шансов у Мавра получилось бы всех нас уберечь.       Луффи не отстранялся, сжал мою руку и поджал губы.       — Скажу просто: мы не готовы к Новому миру, мы не могли плыть дальше, как ты хотел, — мягко и чуть тише высказала я пока предыстории, чтобы нас не просто было подслушать и сразу понять. — Новый мир — это как новый и очень сложный уровень с одними боссами на каждом шагу, Луф. И… я знала, что будет на Сабаоди.       Глаза Луффи расширились. Его рука сжала мою ладонь сильнее. Его взгляд был пристальным. Внутри меня всё замерло. Я ждала хоть какой-нибудь реакции от капитана.       — Ты по этому со мной спорила на Триллер Барке, когда говорила, что иногда надо менять маршрут? — по-своему понял Мартышка, говоря совершенно спокойно, и Книгоманка и я слабо улыбнулись. — Это отстойно… Как ты вообще это поняла?       — Мавр… — начала я, а после покачала головой. Вдохнула поглубже и почувствовала женскую руку на своей ладони с листом. Я коротко взглянула на подругу и решительно повернулась к капитану. — Не буду притворяться. Я кое-что знаю о том, что нас ждало впереди. Это доставляло мне немало тревог. Просто знай: мы не готовы. Мы должны стать ещё сильнее, лучше и крепче к будущим приключениям. Особенно в Новом мире. Он нам не простит ошибок, которые Рай прощал нам. Ты и сам видел, что было на Сабаоди. Если бы не помощь со стороны, если бы я обо всём не договорилась с Кумой ещё на Триллер Барке, то нас ждал незавидный конец. Мы новички на Гранд Лайне. Перспективные и сильные, но всё ещё новички.       — Хорошо, — ответил он просто и нахмурился.       Я перевела дух, собравшись с мыслями и поняла, что сказала всё правильно. Однако я решила поднять вопрос о конвертах, который ждала ответа Робин. Женщина и так после моей исповеди поняла, что там, но напрямую я не сказала, что там было на самом деле. Надо было прояснить этот момент, пока у нас есть реальная возможность это сделать.       — Ты хотела остаться там. Одна, — внезапно и почти раздражённо ответил мне Луффи. Его лицо исказилось. И моё сердце упало. — Ты хотела остаться там, ты опять хотела пожертвовать собой ради нас. Мы кучу раз это обсуждали, а ты опять за своё. Ты опять принимаешь решение за нас! И не думаешь о себе! Я злой на тебя!       Он опустил голову, крепко сжимая мою ладонь.       А вот мне что-то торкнуло, и я с силой выдернула ладонь из его рук. Это, конечно, правда, но было слишком обидно слышать это от него. Он поднял голову, и я зашипела на него:       — И что? И что с того? Ты тоже принимаешь решения за команду, никак не сообщив нам. Просто ставишь перед фактом. И тоже ни разу не думал о себе! Думаешь, мне или ребятам приятно знать, что каждый раз, когда мы влипаем в неприятности, ты буквально доходишь до своих пределов в битве с врагами?! Это каждый раз случается! Каждый раз бедный Чоппер чуть ли не молится, пытаясь вытащить тебя едва ли не с того света! Мне что, смотреть, как ты пытаешься сам защитить? Я тоже хочу и могу всех защитить! И тебя! Хотя бы от самого себя.       Я не знала, что на меня нашло, но, возможно, все эмоции, что я испытывала всё это время, просто нельзя было не выплеснуть, когда он так легко задел меня, ткнув носом в правду.              — Я капитан! — заорал Луффи, вскакивая со стула, который гулко упал, и гневно посмотрел. — Это я должен вас защищать! Так надо! Я же со всем справлялся!       — Да едва ли! — заорала на него в ответ я, тоже вскакивая. Я не собиралась терпеть то, как он надо мной возвышался и начал обвинять. Мы же только что его освободили, у нас была небольшая передышка, чтобы узнать, что там на верхних уровнях. А тут ещё и это! — Если бы я иногда не пыталась сгладить ситуацию, которую ты, блять, не видишь нихуя, мы бы пострадали гораздо больше в наших похождениях по Гранд Лайну. Если бы я сама не вмешивалась, то нашу Робин могли бы вообще увезти в Эниес Лобби! Хорошо, что она жива осталась! Ты в это время старался не ругаться с Усоппом! Хорошо, что я успела вмешаться до того, как вы поругались, и он чуть ли не ушёл из команды! Бедный пацан проецировал себя на Мерри, думал, что ты также бросишь его, как окажется, что он слаб! Или тебе напомнить, что тебе на Триллер Барке тоже пришлось принять чужую помощь, потому что свою тень одолеть не смог! Мало того, что проебал, так ещё после победы окончательно отключился, а по твою душу отдельно прибыл тот самый Кума! Никто! Слышишь! Никто не мог ему что-то сделать, ясно? Ты в отключке, Зоро и остальные едва держались на ногах! Мне пришлось выкрутиться! Не смей говорить мне, что ты со всем справлялся!       — ДА! Ну и что?! — Он внезапно схватил меня за грудки и притянул ближе, чтобы всмотреться в меня своими бешеными от злости, от чего-то ещё, что я не поняла, и от обиды глазами. Я схватила его руки, кипя от негодования, пытаясь хоть за что-то зацепиться. — Так бывает в приключениях! И мы справились. Если ни на кого не полагаться, то ты так никогда не заведёшь друзей! Мы же накама, мы помогаем друг другу. А ты… ты так вообще нам ничего не доверяешь! Иначе бы всё сказала!       — Сказала «что»? Что каждое приключение пойдёт по одному месту? И что тогда? Ты бы послушался меня? Нет! НЕТ! ТЫ никогда никого не слушаешь. Ты услышал меня только недавно! И то криво и боком. Или когда мы чуть не сдохли? На Вотер Севен, когда меня взяли в заложники, и я буквально не могла к вам прорваться, потому что хотела быть живой и снова плыть с вами? А вы мне тогда устроили целый бойкот! Или на Сабаоди — распинаться и объяснять весь свой план, когда у нас всего считанные секунды? Или когда?       — Неважно! Ты всегда можешь что-то сказать! Тебя обычно вообще не заткнуть! Ты просто нам не доверяешь!       — Но это не так!       — ТЫ. ВСЁ. ЗНАЛА! Ты не сказала нам ничего. За всё время. Я не хотел поднимать эту тему, но ты продолжала молчать и творить херню!       — Потому что вы упрямые безумцы! Не только не послушаете, но всё равно сделаете всё по-своему! Зачем мне распинаться, когда всё равно всё будет так, как вы сами решите? Я к вам в душу не лезла. Не указывала, как вам быть! Как жить! И как драться! Я лишь старалась сохранить нас целыми, живыми! Чтобы вы шли к своей мечте! И я в этом виновата, что ли?! Даже если я подвергаю себя опасности — это мой выбор! Не ты ли это ценишь больше всего?! А теперь орёшь на меня, потому что я потопталась на твоём ущемлённом эго?!       — Я не хочу твоей защиты! Я хочу твоей веры!       Его слова оглушительны, словно весь зал замер, смотря на наш внезапный конфликт.       Но внутри меня проснулась злость. Не чёртово облегчение, которое я хотела бы почувствовать после его слов. Злость.       — Ты не веришь в нас. — На лице Мартышки впервые я увидела такую горькую досаду. — В меня!       — Если на одной вере в накама можно было бы всё уладить, то мы бы давно уже бороздили новые воды Гранд Лайна, — возразила я. — Но оглянись вокруг! Если бы ты не упрямился. Если бы ты не старался так всех защитить — я бы просто попала в эту тюрягу. И просто спокойно бы отсюда вышла! Поверь уж мне, даже с невезением у меня бы это вышло просто всем на зло!       Я руками размахивала в стороны стен местного уровня, на те ржавые трубы, на далёкий гул сирен.       — Но здесь ты! Ты — капитан Пиратов Соломенной Шляпы! Тот, за кем охотится полмира! Тот, ради которого они устроят тебе личный эшафот, как при бывшем Короле пиратов, просто за то, что ты сын Драгона! Твоего папаши, между прочим, если ты не забыл. Чтобы выманить главу Революционной армии! И армию в придачу. Ты, мать его, приманка!       Парень открыл рот, но я ему зажала его. Я ему не дам ничего сказать. Я не дам ему перебить меня.       — Я решила для себя, что лучше я буду знать, что вы все в безопасности, даже если вы меня будете ненавидеть, презирать, чем мне быть в неведении о вашей судьбе. Которая мне небезразлична.       Я почувствовала горькие слёзы на своих щеках слишком внезапно. Эмоции били через край. Но я была слишком сосредоточена на долбанутом капитане.       — Может быть, я не права. Но разве ты не нарушаешь свою свободу выбора? Ты решил всё за меня. Ты полез драться с врагами, которые тебе не по зубам, когда я уже всё уладила. Ты рискнул собой в который раз! И я была вынуждена смотреть на то, как ты уходишь, ещё и свою Шляпу оставляешь! Ты представляешь, что я тогда думала?!       Я больше не кричала. Отпустила руку и отошла от него, выдернув его руку с моей одежды.       — Ты говоришь про веру, Капитан, — отвратительно выплюнула я это слово, словно физически оно причиняло мне боль в эти минуты ссоры. — А где твоя вера в меня? Ты же доверился мне. Ты должен знать, что я знаю, что делаю. В то, что я способна сама за себя ответить?       Он не кричал. Смотрел своими большими глазами и тяжело дышал.       — А ты спросила нас: хотели ли мы такой безопасности? Без тебя? — внезапно спросил он без крика. — Ты ругаешь меня за то, что я сделал по-своему. А ты спросила меня? Ты спросила меня, хочу ли я, чтобы моя накама торговала собой за мою шкуру?       Сердце замерло от такой формулировки. Я не успела ничего ответить, потому что в голове была тишина. А есть разница, как спасать других?       — Так и думал.       — А что мне делать? Смотреть, как вы исчезаете из моей жизни?.. — внезапно прошептала я, смотря на него и на поражённую Нико Робин. Я поняла, что сболтнула лишнего. — Возможно, я зашла слишком далеко. И что я не права, что я ничего вам не говорила. Может быть, я вообще ошиблась сотню раз. Я всего лишь обычный человек. И я, увы, по-другому не умею. Я знаю достаточно, что и кто принёс бы беды, а я не хочу! СЛЫШИШЬ?! Не хочу ни видеть, ни слышать, ни даже знать, что мои близкие люди страдали! Даже если они сами это выбрали!       Я вздохнула, набрав больше воздуха, и сделала ещё шаг назад. Робин испугалась и поднялась, пытаясь схватить меня за руку. Я ей не дала. Луффи пристально смотрел на меня, не говоря ни слова.       Так и надо.       Я бы не выдержала, если бы он ещё что-то сказал.       — Я жестокая, беспощадная девушка. Ты знал об этом. Принимал такую, какая есть, даже не зная всего обо мне. И сейчас говоришь, что ты зол, что ты верил, что я спасу, но не верил мне на архипелаге. Я защищала, как умела. Я теперь подорвала твоё доверие, да? Что ж, ты — капитан. Это только твоё право решать…       Я замолчала. Внутри будто замкнулся узел, который лопнул. От усталости.       Я закрыла глаза и опустила голову. Ещё шаг назад. Я проигнорировала руку, которая тянулась ко мне, и не хотела смотреть на него.       — Не нравится, как я решаю проблемы, то… ладно. Я больше не буду пытаться. Я перестану делать всё это. Раз всё так, то с Мавра хватит. Капитанствуй один, Мугивара но Луффи. Видимо, я слишком не такая, какая нужна вам, слишком слабохарактерная, Капитан Мугивар. Вы — творцы собственной судьбы. Вот больше никого и не будет впредь, чтобы кто-то вам мешал решать или защищать.       Я развернулась. Не обернулась.       — Мы больше не накама, Монки Д. Луффи, — спокойно и твёрдо произнесла я, направляясь к Джимбею и Иванкову. — Я скажу Робин, где искать остальных.