When Lightning Strikes

Эмма валялась в тёмной комнате уже несколько часов без сна. Генри пришёл домой полчаса назад, перед тем как отправиться спать, а до этого всю неделю провёл с Реджиной. Он хотел прийти и поговорить с ней, но так и не смог попасть к ней в спальню. Парень рассказал ей, как сильно по ней соскучился, что уже не может терпеть даже ещё один день. Он рассказал, как проводил время в доме Реджины, о том, как она разрешила ему поздно возвращаться домой, ведь он уже взрослый, и о том, как она купила ему мороженое до того, как пришёл сюда. Реджина приезжала к Мери Маргарет и даже не сделала ни единой попытки, чтобы подняться наверх повидаться с Эммой. Именно эта мысль не давала девушке уснуть последние пару часов с тех пор, как Генри отказался от своих попыток разговорить её и ушёл спать. Эмма была уставшая не только от этого. Она со своей мамой говорила несколько часов. Спасителя прорвало, и она рассказала обо всём, что с ними случилось во время этого проклятия, всё, что она знала. У неё не было такого жизненного опыта, как у Реджины, так что ей нечего было скрывать. С души словно камень свалился, хотя у Снежки в глазах стоял испуг, когда она сказала, что Реджина не один раз, а целых два раза прыгала в портал одна и… ну, ей даже не нужно было ничего говорить, как так выражение лица блондинки всё рассказало её матери, и та сама смогла сделать свои выводы. В какой-то степени блондинка была даже рада, что Реджина не стала вдаваться в детали. За исключением… Я спала с тобой! У нас был секс. Он длился часами! Это было всем, что нужно было знать Эмме на тот момент, но возвращаясь мыслями в прошлое… Реджине не было неприятно это говорить, или что ей было противно то, что с ней произошло. Факт в том, что она почти отчаянно пыталась донести до неё эту информацию, уже больше не страшась своих собственных чувств. Когда же Эмма спала, то всё время просыпалась от снов, мокрая от пота и с дикой пульсацией между ног, от которой не могли избавить даже её пальцы. Потом она думала о том, что не плохо бы было снова почувствовать губы Реджины на своих, какими они были тёплыми и мягкими, каково это снова почувствовать её, прикасаться к ней, снова ощутить то чувство похожее на взрыв, когда они целовались. Сегодня не было исключением. Эмма не могла уснуть и думала о Реджине. Она просто не могла иначе, особенно, когда Генри пытался поговорить с ней через закрытую дверь о своей матери. Не помогло и то, что она часами выговаривалась своей матери о том, что с ними было во время проклятия, и особенно о поцелуе, который в последствии привёл их к ним в квартиру. И это абсолютно не помогало, потому что она всё время думала, чем же занималась Реджина, когда одна проходила через портал. Воображение подкидывало бесчисленное количество фантазий. Прикусив нижнюю губу, она провела правой рукой вниз по телу и скользнула ею в штаны. Она вздохнула, когда её пальцы коснулись ноющего клитора. Она резко закрыла глаза, представляя, что это были пальцы Реджины. Волна раньше не испытываемого удовольствия прокатилась по её телу. Она спиной упёрлась в матрас, чтобы немного приспустить пижамный низ, обнажая себя для холодного воздуха. Ей так сильно нужно было ощутить и прийти к оргазму. Это нужно было с тех пор, как Реджина поцеловала её. Эмма Свон не была новичком в сексе с девушками, но это никогда ничего для неё не значило, всего лишь себя удовлетворить на некоторое время. У неё никогда не было связи, в которой бы она чувствовала такую страсть, напряжение, смысл, где она могла бы испытать такой оргазм, которого у неё не было никогда в жизни. Она всё сильнее хотела этого. Введя в себя два пальца, она простонала от этого чувства, когда её телефон ожил, завибрировав на столе, показывая тем самым, что ей пришла смс-ка. Она поспешно схватила телефон, пальцы продолжали двигаться внутри, входя и выходя, кончиками пальцев давя на точку-G. Она жаждала испытать оргазм. Я хочу встретиться с тобой. Эмма тихо простонала, прочитав смс-ку от Реджины. Она откинула телефон в сторону, а другой рукой скользнула под футболку, чтобы зажать сосок, представляя, в каком виде её хочет видеть брюнетка. Она боролась с собой, чтобы сдерживать стоны, не желая перебудить всех в квартире, но было довольно сложно, потому что телефон снова засветился, ещё одна волна прокатилась по её телу. Но этого было недостаточно, чтобы достигнуть оргазма, которого она так искала, и Эмма схватила телефон, в раздражении застонав, когда её пальцы вышли из неё и снова поднялись к клитору. Ты до сих пор меня игнорируешь? Эмма посомневалась, прежде чем пальцами левой руки набрать ответ, а правая продолжала массировать пульсирующий клитор. Мозг чуть ли не отключался от миллиона мыслей, которые приходили о том, чтобы могло с ними быть, если бы они были вместе прямо сейчас. Нет. Ответ Реджины тут же пришёл. Приходи. Эмма простонала, её клитор сжался на это слово, которое она прочитала. Сейчас? Да. Окей. Эмма чуть не упала с кровати, влетая в прикроватную тумбочку, так как её ноги запутались в простынях и её штанах, которые так и остались спущенными до середины бёдер. Она выругалась про себя, собираясь с силами. Когда она вышла из своей спальни, то телефон был в одной её руке, а ключи от машины — в другой. Каждый шаг по лестнице сопровождался громким скрипом ступенек. Это было явно громче, чем хотелось бы, и она вздохнула с облегчением, когда оказалась на улице и прошла к жуку. Девушка не была уверена в том, что произойдёт, когда она покажется на пороге дома Реджины, но часть её была благодарна тому, что Генри не ночевал там сегодня. Когда Эмма почти приехала к дому на Миффлин стрит, девушка замедлилась и не могла определиться, куда же поставить машину: на улице или на подъездной дорожке. Едва заметная улыбка скривила её губы, когда она припарковалась за машиной брюнетки. Тормоза заскрежетали, когда она останавливалась. Свон вспомнила, что видела уже свою машину припаркованной именно так, когда они тогда переносились на несколько недель вперёд. Тепло разлилось в её груди, когда она вспомнила то, как видела будущую себя и Реджину на кухне, когда они целовались, как ненасытные подростки, блуждая руками в кое-каких местах, в которых сейчас необходимы на её теле руки Реджины. Эмма оттянула ворот серой толстовки, которую успела накинуть на себя, прежде чем уйти из квартиры. Она даже не заморочилась тем, чтобы переодеться из пижамы. Тело приятно пульсировало от возбуждения, а мысли сразу исчезли, оставив всего одну единственную — что же может произойти, когда Реджина откроет дверь. Судорожно дыша, Эмма посмотрела в своё отражение в зеркало заднего вида, и провела пальцами по волосам, нервничая при этом как никогда. Она потрясла головой, выбралась из машины и быстро прошла по дорожке к двери. Свон едва дошла до первой ступеньки, как дверь открылась и Реджина появилась по другую сторону порога. Игривая ухмылка танцевала на её губах, когда она в открытую стала рассматривать тело Эммы. Блондинка с трудом сглотнула, смотря на Реджину, одетую лишь в длинный халат. Даже при его наличии, можно было увидеть, что под ним ничего нет. Блять. Реджина поманила её, и девушка сделала первый шаг, вызывая при этом тихий смех от брюнетки, ожидающей её. Эмма была слишком заведена, чтобы беспокоиться о блуждающей усмешке на лице Миллс. Она неловко подалась вперёд, преодолевая оставшийся путь, её мозг был слишком сосредоточен на том факте, что пальцы левой руки Реджины гладили край халата на груди. Эмма ахнула, когда Реджина внезапно схватила её за толстовку и притянула в дом. Миллс откинула дверь, закрывая её, и Эмма оказалась прижатой к ней, рука брюнетки незаметно скользнула под кофту и уже сжимала её грудь. Карие глаза уставились в зелёные. - Реджина, я… Она не могла больше ничего сказать, манящие губы оказались на её, и блондинка простонала, когда тело Реджины вжалось в её, сильнее прижимая к двери. Она отвечала с той же страстью, которой делилась с ней Миллс. Всё её тело отвечало на поцелуй, на поведение женщины. Её руки тут же оказались на бёдрах брюнетки, когда поцелуй перешел из жадного и похотливого в нежный и медленный, и ещё более страстный. Реджина оказалось той, кто разорвал поцелуй, оставляя обеих тяжело дышать, пока они с диким желанием смотрели друг другу в глазах. — Это было что-то вроде приветственного поцелуя? — прошептала Эмма, и Реджина улыбнулась, облизнув губы, и даже не думая, отшагнуть от Спасителя. — Если бы я не знала тебя так хорошо,то обязательно решила, что ты пригласила меня соблазнить. — Вы так правы, мисс Свон. Это заявление заставило её ещё сильнее намокнуть. То, как Реджина называла её, заставляло тело дрожать. То, как Реджина смотрела на неё, она ни на мгновение не сомневалась, что брюнетка может взять её прямо здесь, прижав к двери. Хоть это и было в её фантазиях о себе и чертовски сексуальной брюнетке, но ей нужно было другое. Медленно. Ей хотелось, чтобы всё произошло медленно, или же она быстро передумает и сбежит. Реджина могла почувствовать сомнения девушки, и нежно поцеловала её, желая намного большего, отдавая ведущую роль блондинке и позволяя случиться этому именно так, как захочет Эмма: быстро или медленно. Поцеловав в последний раз, Реджина оттолкнулась от Свон, пока не поняла, что её притянули обратно, Эмма пальцами вцепилась в её бёдра. Их губы снова встретились в чувственном поцелуе. — Можем мы… подняться? — уверенно спросила Эмма. — Если это то, чего ты хочешь. — Хочу, — улыбнулась Эмма и развернулась так, что больше не была прижата к двери, начиная отступать в фойе. — Как бы я ни наслаждалась мыслью, чтобы ты взяла меня тут, прижав к двери, всё же предпочитаю кровать. Твою кровать. Реджина поцеловала её, тело больше не ощущало последствия заклятия Голубой феи. Сейчас Эмма была здесь, в её объятиях, желая быть с ней. Брюнетка позволила, чтобы её медленно вели к лестнице, пока она теряла себя в поцелуе, надеясь, что сегодня Эмма проведёт всю ночь в её объятиях и при этом не скажет ни слова. Опять же Эмма до сих пор сомневалась, пока Реджина не поняла, что блондинка ведёт в её спальню, в комнату, где никогда не была. Проведя руками по сильному телу Эммы, она взяла её за руку. Брюнетка поморщилась, когда их пальцы переплелись, и Реджина медленно пошла к своей спальне, давая Эмме шанс сдать назад, если это было чем-то, к чему она была не готова или не желала. Когда она отсылала Эмме сообщение, она даже не намеревалась её приглашать к себе, но Блондинка в её кровати — скоро станет их кровати — было чем-то, что не выходило из её головы, заставляя бодрствовать всю ночь. Как только Эмма ей ответила, она написала слово "приходи", думая, что Эмма ответит ей, что не может или просто не придёт, проигнорировав сообщение. «Сейчас» заставило тело Реджины гореть от желания, и она обнаружила, что быстро печатает ответ. Она, не глядя на ответ, начала переодеваться из фиолетовой атласной пижамы, натягивая на себя самое сексуальное белье, которое у неё было. Она знала, что после целой недели их разлуки, она найдёт способ соблазнить Эмму Свон, даже если придётся оставить полный контроль ситуации. Когда они дошла до спальни, брюнетка потянула пояс, развязывая халат и улыбаясь про себя, затягивая Эмму внутрь, где тускло блестел свет. Она повернулась и сняла халат, позволяя ему упасть на пол, обнажая черно-красный лифчик и едва прикрывающие что-то трусики, завоёвывая тем самым полное внимание Эммы. Её глаза с жадностью блуждали по телу. Блондинка так и молчала не в силах отвести взгляд от Реджины, когда та сделала шаг, сокращая между ними дистанцию. Она улыбалась ей, поднимая руку, чтобы расстегнуть толстовку Эммы. Посмотрев на неё, ожидая какого-нибудь сопротивления, а после медленно стала вести молнию. Её взгляд опустился, а потом глаза расширились от удивления, когда она обнаружила, что Эмма ничего не надела под низ. Она полностью расстегнула толстовку, но так и не сняла. Пока что. Теперь, когда тёмная магия исчезла из Реджины, она могла больше чувствовать Эмму. Ведь она теперь могла ощущать лёгкость. Пальцы выводили узоры на животе блондинки над пупком. Она полностью могла почувствовать Эмму. Она схватила отвороты толстовки и притянула девушку в ещё один поцелуй, медленно отступая к кровати. Руки Эммы так и лежали на бёдрах брюнетки, пальцы дразнили прикосновениями, она могла почувствовать каждую её клеточку. Эмма двигалась с женщиной, пока они не упали на кровать вместе, их губы снова соединились в голодном поцелуе. Реджина подразнила кончик языка Эммы, тяжело дыша, проникая пальцами под толстовку, гладя нежную кожу спины блондинки. Реджина тёрлась о тело Эммы, наслаждаясь весом, который придавливал её к кровати. Одной рукой она пробралась под штаны девушки и усмехнулась, когда обнаружила, что под ними тоже ничего не было. Она не торопила Эмму. Она просто глубоко целовала её, наслаждаясь тем, что целует Спасителя так, словно они уже вечность были вместе, исследовали друг друга, любили друг друга без остатка. Реджина почти провыла, когда Эмма провела рукой по её боку и поверх кружевных чёрно-красных трусиков к внутренней стороне бедра. Они обе выдохнули в поцелуй, когда ладонь Эммы легла на плоский живот Реджины и стала медленно подниматься, блондинка успела в это время втиснуть бедро между ног брюнетки, полностью перенося вес на колени и левую руку. Миллс нуждалась прикосновениях и почти молила об этом, но вновь потерялась в поцелуе, когда Свон медленно провела рукой по её груди. Она простонала, когда бедро Эммы прижалось к её горячему местечку, и она качнула бедрами навстречу сильному накаченному бедру, снова простонав, когда пальцы поддразнили её грудь через лифчик. Её соски уже ныли и, желая прикосновений, затвердели. Ведь до них так и не прикоснулись как следует. Она тихо проскулила, когда губы Эммы исчезли с её. Брюнетка закрыла глаза, пока Спаситель целовала шею, а ладони продолжали мять грудь. Реджина с силой заставила себя открыть глаза, чтобы увидеть, как блондинка провела языком по краю кружевного лифчика, пальцами дразня затвердевший сосок. Собственные руки брюнетки поглаживали спину Эммы, а после накрыли её грудь, вызывая этим тихий стон, когда Реджина приподняла ногу между бёдер Эммы. Реакция последовала незамедлительно. Дыхание перехватило в груди, когда Эмма откинулась назад, садясь на колени. Ощущалось, как Свон задышала быстрее, когда руки Реджины упали с её груди. Девушки упивались видом друг друга. Вот только Реджина уже знала каждый сантиметр этого тела, а Эмма никогда ещё не видела тело брюнетки в таком положении и обстановке — ни открытой, ни обнажённой. Реджина обычно не была тихой любовницей, но для них молчание говорило больше, нежели тысяча слов, больше, чем они могли сказать самим себе. Эмма стащила толстовку, обнажая торс и давая Реджине полюбоваться. Тёмно-розовые соски были затвердевшими, от чего Реджина почувствовала себя так, словно её пытают. Она так сильно хотела обхватить губами каждый и с силой всосать в рот. Но как только Реджина села, чтобы осуществить желаемое, Эмма спрыгнула с кровати и, большими пальцами подхватив пояс штанов, сняла их. Дикое желание и похоть блестели в её потемневших от страсти зелёных глазах, когда она обнажала себя перед брюнеткой, не сомневаясь в своих действиях. Блондинка вернулась обратно на кровать Мэра и тут же уселась на неё, начав кончиками пальцев дразнить живот, а после быстрым движением подняла её руки и зажала над головой Реджины одной ладонью. — Позволь мне любить тебя, Эмма, — прошептала Реджина. Потребность в касаниях возрастала с каждой секундой, особенно тогда, когда она чувствовала влагу блондинки на своём животе. Это сводило с ума. Эмма отрицательно покачала головой и прикусила нижнюю губу, не сказав ни слова, проникнув свободной рукой между своих бёдер. Пальцы исчезли, а вот Реджина смотрела на неё с широко распахнутыми от удивления глазами. Брюнетка чувствовала, как тыльная сторона ладони трётся об её кожу. Касания были едва заметны, пока Эмма ласкала себя. — Ты не дала мне закончить. — Что? — прошептала Реджина, её голос осип, пока она смотрела в лицо Эмме, которое зависло над её всего лишь в нескольких сантиметрах. — Закончить что? — Ты знаешь, что я делала, когда ты мне написала, Реджина? Её либидо было под контролем тела и мозга. Так что она лишь облизнула губы и кивнула, полностью понимая то, о чём ей пытается рассказать Эмма. — Я не смогла кончить, — продолжила Эмма, её пальцы стали двигаться быстрее, и Реджина почувствовала, как сама становится в разы мокрее. Её дорогостоящее кружевное белье пропиталось влагой. В этот момент она желала, чтобы это её пальцы входили в Эмму вместо дурацкой пытки, пока Эмма сидит на ней, и сама же себя и трахает. — Ты мне всё время снишься. Сны о нас. Сны о тех вещах, которые мы могли бы делать каждую ночь с тех пор, как разрушили проклятие. Реджина стала извиваться под блондинкой, пытаясь освободиться от крепкого захвата руки, на которую опиралась девушка, тем самым крепче вжимая руки Реджины в матрас. Всё её тело горело от желания. Часть неё не могла поверить, что Эмма Свон была настолько дерзкой, настолько свободной, но сейчас она полностью поняла и ощущала, насколько та была заведена. Она ощутила это с самого начала их встречи. Эмме нужен был оргазм, и она не позволит Реджине прикоснуться к ней. Пока что. Губы Эммы едва касались губ брюнетки. Обе тяжело дышали, их дыхание смешивалось, а Реджина подавалась бёдрами вверх, заставляя девушку входить в себя быстрее и глубже. Брюнетка никогда ещё не была заведена настолько, смотря в зелёные глаза, в которых плескалась страсть и похоть, и утопая в них, пока Шериф доставляла себе удовольствие. Миллс подавалась бёдрами вверх, помогая Эмме трахать себя, зарабатывая этим стон от блондинки, которая позволила ей задавать темп. Реджина едва моргнула, когда Эмма отпустила её руки и внезапно вес исчез, когда брюнетка оперлась на локти, глядя как Эмма медленно вытащила из себя блестящие пальцы. Реджина разомкнула губы, когда Эмма немного отсела. Брюнетка почувствовала, как нижняя губа дрожит, когда Эмма развела ноги, устраивая их поверх коленей Мэра. — Дотронешься до меня, и я остановлюсь, — хрипло прошептала Эмма, опираясь на заведённую назад руку, а другой провела по своей обнажённой груди, — просто… смотри и позволь мне сделать это для тебя… Реджина прохныкала, но кивнула, показывая, что будет держать руки при себе. Пока что. Эмма заплатит за то, что дразнила её, за всё это шоу, которое устроила. Миллс не знала, что привело Эмму к такому поведению, но определённо не хотела жаловаться, учитывая то, что она видела перед собой. Её собственное тело уже готово было сгореть от желания, пока ей нельзя было дотрагиваться до Эммы. Вот только блондинка не сказала, что нельзя дотрагиваться до себя. Она переместилась так, чтобы сесть, и медленно провела руками по краю лифчика, смотря в глаза Эммы, которая пристально следила за ней. Соблазнительно усмехнувшись, Реджина расстегнула застёжку лифчика, находящуюся спереди. — Реджина… — ахнула Эмма, её пальцы лениво массировали клитор, — скажи мне… Её губы дёрнулись в удивлении. Реджина никогда бы не подумала, что Эмма любит грязно разговаривать во время секса, но это всего лишь ещё одна вещь, которую ей предстоит узнать в этой восхитительной блондинке, когда они будут в постели. — Я хочу увидеть, как ты введёшь в свою чертовски манящую дырочку эти длинные пальцы, — хрипло прошептала Реджина, и она могла почувствовать, как волна удовольствия прошлась по телу Эммы, словно это тело было её собственным. — Два. Я хочу, чтобы ты на самом деле оттрахала себя, а я буду смотреть, как ты кончаешь. — Мать твою, — выдохнула Эмма, безоговорочно следуя приказу Реджины. Рот брюнетки наполнился слюной при виде того, как два пальца с легкостью вошли в блестящую от выделений вагину. — Да, дорогая, именно так я и хочу, чтобы ты отымела себя для меня. Её собственная похотливость удивляла её, ведь она никогда не давала себе волю. Пальцы продолжили дразнить края расстёгнутого лифчика, прежде чем она рыком открылась. Она подвигала плечами, чтобы снять его, обнажая себя перед блондинкой. Реджина разрывалась между тем, чтобы смотреть, как Эмма себя трахает, и её голодным, похотливым и благодарным взглядом. Опершись на левую руку, Реджина игриво провела кончиками пальцев по затвердевшему соску, а язык смочил поверхность сухих губ. Она царапнула ещё раз по соску, а потом с силой сжала грудь. После этого она провела рукой к другому соску и зажала его между пальцев. Брюнетка простонала от напряжения в своём теле, которое так жаждало освобождения. Даже, если ей придётся поработать самой, как Эмма. — Тебе нравится трахать себя для меня и при этом угрожать мне остановиться, если я дотронусь до тебя? — спросила Реджина, её голос был игрив, когда она провела рукой вниз по своему животу. Действие возымело успех, так как Эмма простонала в ответ. — Ты сказала мне, что я не могу дотронуться до тебя. Разве это значит, что я не могу ласкать саму себя? — Бля. — Ты так меня заводишь, Эмма. То, что я не могу тебя ласкать, а только смотреть, как ты трахаешь пальцами свою маленькую дырочку, а не я, уже сводит меня с ума. Эмма пробормотала что-то невнятное себе под нос, тяжело дыша. Реджина знала, что та близка. Она почти чувствовала, что блондинка вот-вот кончит. Она невероятно, даже отчаянно, этого хотела. — Я могу почувствовать тебя, — слабо простонала Реджина, проникнув рукой под кружевные трусики, ощущая, насколько Эмма её сделала мокрой. — Ты можешь… почувствовать меня? — Да… твою за ногу, я чувствую тебя, Реджина! — Эмма почти прокричала это, бёдра стали подаваться навстречу её руке, пальцы быстро входили и выходили из неё. — Я хочу увидеть тебя. Я хочу увидеть, как ты ласкаешь себя. С соблазнительной усмешкой Реджина скользнула пальчиком в себя и тут же подстроилась под ритм Эммы. Она могла почувствовать, как магия проходит сквозь её тело, эта магия была другой на вкус, другие ощущения от неё… и она просто закрыла глаза на секунду. Реджина почувствовала, как её дорогостоящие трусики исчезли. Они голые лежали друг напротив друга, раскрывшись в буквальном и фигуральном смысле. Хоть Реджина никогда не позволяла себе такого с другими, с Эммой это казалось правильным, словно это было именно то, чего им не хватало для развития отношений, некий элемент того, что ни одна из них не испытывала. Реджина смотрела в полуприкрытые глаза Эммы, когда оргазм накрыл её с головой, тело судорожно дёрнулось и задрожало. Реджина никогда не видела более красивого зрелища в своей жизни, и она знала, что никогда не устанет смотреть на то, как кончает Эмма Свон, её удовольствие и страсть можно было легко увидеть. Страсть и связь с блондинкой она чувствовала из-за магии, которая трещала между девушками. Она смотрела, как Эмма упала на спину, тело ещё подрагивало от оргазма. Реджина вышла из себя и воспользовалась преимуществом того, что блондинка была сейчас удовлетворена. Реджина быстро оказалась между раскрытых ног Эммы и, проведя руками по внутренней стороне бедра, она медленно облизнула свои губы, когда пальцы девушки вышли из неё. Реджина аккуратно взяла её за запястье и подняла мокрые пальцы к своему рту. Реджина знала каждый сантиметр тела, который был под ней, и хотело только одного — показать Эмме, какое удовольствие она может ей доставить. Брюнетка облизнула влажные пальцы, их взгляды встретились, а после блондинка поманила Мэра к себе, чтобы та легла на неё сверху, целуя её и лаская. — Ты такая красивая, — прошептала Реджина, поудобнее устраиваясь сверху, но так и не касаясь девушки телом. — Так же, как и ты, — тихо произнесла Эмма, но её голос не дрогнул, когда она медленно провела руками по телу Реджины, желая, чтобы та легла на неё. — Так было и до этого? — До этого? — Когда ты была со мной… ну, будущей мной… когда проделывала это с будущей мной. Это похоже на то, что произошло сейчас? — Нет, — ответила Реджина и улыбнулась, когда понимание проступило на покрасневшем лице Эммы. — Сейчас было намного лучше. Эмма ухмыльнулась, когда брюнетка откинула несколько её прядей, которые упали, загораживая зелёные глаза. Её тело вибрировало под прикосновениями рук блондинки, которые, казалось, были везде. Атмосфера изменилась. Похоть между ними переросла во что-то другое, нечто более мощное, что Реджина ещё не могла разгадать. — Я ощущаю тебя совсем по-другому, — прошептала Эмма, проводя пальцами по спине брюнетки, пока они смотрели друг другу в глаза. — Я не знаю, как это объяснить… я знаю, что никогда до этого не спала с тобой…, но я чувствую тебя по-другому, Реджина. В хорошем смысле. — Магия, — улыбнулась она, — то, что ты чувствуешь, это магия. — Но почему она сейчас ощущается по-другому? — Потому что, то, что ты чувствовала раньше, была тёмная магия, и это не супер приятные ощущения. То, что ты ощущаешь сейчас, моя светлая магия, которая смешалась с твоей. — Извини? Я не понимаю. — Поймёшь, — тихо рассмеялась Реджина, нежно целуя Эмму в губы. Она хотела рассказать ей и понимала, что сможет всё объяснить, но лучше это сделать в другое время. Брюнетка хотела, чтобы Эмма сама это ощутила, и она это сделает, когда Реджина сделает то, чего так давно желала. — Позволь мне любить тебя, — повторила она снова, голос осип от эмоций и желания. Рот Эммы чуть приоткрылся, и тихий стон слетел с её губ до того, как Реджина поцеловала её, а после тёплыми поцелуями перешла на шею. Язык облизнул тёплую кожу под ухом. Хотя её светлая магия была тем, к чему она легко бы привыкла, если бы достаточно сосредоточила свои усилия. Она отдалённо чувствовала прикосновения и каждую волну удовольствия. Она усмехнулась в кожу, зная, насколько всё может пройти весело, потому что знала, что, если она сама может это почувствовать, тогда и Эмма сможет. Она всосала кожу над бьющейся венкой, а затем укусила, оставляя засос. Она лизнула его языком, а после продолжила спускаться по телу блондинки. Обхватив губами затвердевший тёмно-розовый сосок, провела руками по боку Эммы и провела ногтями по коже бедра, когда Свон обвила её ими, чтобы ближе к себе прижать. Реджина застонала, когда Эмма подняла другую ногу и прижала бедро между ног Реджины, и качнула бёдрами, чтобы потереться ноющим клитором о крепкое бедро блондинки. Она ещё сильнее всосала сосок, а после отпустила с громким чмоком. Руки Эммы продолжали блуждать по её спине, а после поднялись по её телу вверх, и она зарылась пальцами в тёмные волосы, чтобы чуть оттянуть её голову. Блондинка на мгновение посмотрела на женщину. Это был тот самый момент, когда Реджина хотела сказать, что любит её, но не посмела, чтобы такие слова слетели с её губ. Не сейчас. С улыбкой на губах Реджина наклонилась и поцеловала Эмму между груди, а после медленно двинулась к правому соску, чтобы поддразнить его кончиком языка. Женщина, не отрываясь, смотрела в полуприкрытые глаза Эммы, подмечая каждую эмоцию, которую можно было легко рассмотреть в глазах блондинки. В глазах, которые также неотрывно следили за ней. Она ещё раз провела ногтями по задней стороне бедра, передвигаясь так, чтобы оказаться между разведённых ног девушки. Губы дотронулись до тёплой кожи живота, а язык поддразнил пупок. Эмма стала дышать тяжелее, а Реджина двинулась выше и оставила поцелуй на груди. — Я чувствую нашу магию, — прошептала Эмма, ахнув, когда Реджина нырнула вниз, удобно устраиваясь между её ног, и дразняще провела указательным пальчиком по внутренней стороне бедра. — Бляха… Реджина, мне нужно… мне нужно, чтобы ты… — Дотронулась до тебя? — прошептала Реджина, дыхание опалило пылающий клитор Эммы, пока пальцы брюнетки поглаживали влажный вход. — Попробовала тебя? — продолжила брюнетка и, подавшись вперёд, провела языком по всей промежности Эммы, заставив ту извиваться, а затем и выгибаться в спине, когда губы захватили затвердевший, пульсирующий бугорок, чтобы начать его посасывать. — Боже, — вдохнула Эмма, когда Реджина внезапно оторвалась от неё. — Ты так, твою мать, любишь дразниться, не так ли? — Да, мисс Свон, — рассмеялась Реджина, глядя, как вход Эммы сжался на то, как она назвала Спасителя. Это заставило её ухмыльнуться. Она всегда знала, что, заводила этим девушку. — Я так, мою мать, люблю дразнить, прямо как ты, когда устроила мне маленькое… представление, удовлетворяя себя, но не позволяя мне касаться тебя. Эмма едва осталась жива от слов Реджины, и брюнетка стала довольствоваться наблюдением, как волны удовольствия прокатывались по податливому, сильному телу Эммы. Она могла чувствовать неудовлетворение блондинки. Миллс глубоко вдохнула мускусный сладкий запах, который вскружил ей голову, прежде, чем начать энергично и с силой вылизывать блондинку, отложив поддразнивания для другого, более подходящего случая. Пальцами она развела складки девушки, чтобы выпить её полностью. Эмма ахнула и застонала, посмотрев вниз на Реджину, которая лежала между её ног и умело работала язычком. Казалось, что комната начала вращаться, пока язык Реджины не останавливался и ласкал её клитор и вход, иногда заглядывая внутрь. Она сжала простынь левой рукой, а правой зарылась в волосы брюнетки, стоны не утихали. Она едва могла сдерживаться, чтобы не начать подаваться бёдрами навстречу Реджине, чтобы она смогла трахать её языком быстрее и глубже. Спаситель закричала, когда ладонь брюнетки оказалась внизу её живота, а потом ногти прочертили красные полосы на коже. Столько новых ощущений испытала Эмма, что это переполняло её. Это было слишком. Она зажмурилась, простонав имя Реджины, когда почувствовала, как мощный оргазм зарождался в ней. Миллс простонала в ответ, и губами обхватила клитор, сильно всасывая его, когда пальцы скользнули внутрь девушки. — Реджина! — закричала Эмма, царапая кожу головы ногтями, когда оргазм волной прошёлся по телу, согревая и наполняя ей тем, чего так не доставало. Она моргала, чувствуя, как слёзы жгут глаза от эмоций и удовольствия, который она испытала. Блондинка улыбнулась, почувствовав разгорячённую Реджину, тёплые губы которой проделывали дорожку из поцелуев вверх. Их поцелуй был медленным и глубоким, и всё, что Эмма чувствовала к Реджине, было в нём. Эмма утопала в чувственном поцелуе, зная, насколько Реджина сама близка к оргазму, и ей не хватало совсем немного. Она кончила дважды. На два раза больше, чем брюнетка, и слегка нахмурилась, так что женщина оторвалась от неё. — Что-то не так, Эмма? — Нет, — прошептала она, едва улыбаясь, и воспользовалась замешательством Реджины, чтобы перекатить её на спину. — Я просто хочу заставить почувствовать тебя так же хорошо, как я себя ощущаю. — Ты уже это сделала, дорогая. Эмма снова улыбнулась и сдвинулась так, чтобы их центры совместились. Поцеловав напоследок, Эмма откинулась назад и качнула бёдрами в Реджину, наблюдая, как лицо брюнетки искажается в удовольствии от слишком приятного их прикосновения. Спаситель протиснула руку между их телами и провела пальцами по очень влажному клитору Реджины, разводя складки и входя в неё. — Эмма, ох… не останавливайся, — простонала Реджина, её руки взметнулись на бёдра блондинки, направляя её так, чтобы они двигались синхронно. — Эмма… блять! — Отпусти, — скомандовала Эмма, сосредоточившись только на том, чтобы доставить Реджине удовольствие, а заодно и оргазм, который та так сильно жаждала. Она тяжело дышала и улыбалась, глядя, как Реджина выгибается на кровати. Её оргазм был настолько мощным, что Эмма тоже его почувствовала. Их тела блестели. От них исходил мягкий свет. Эмма чувствовала всё то, что Реджина, и своё собственное возбуждение, так что ещё один оргазм для Эммы стал делом нескольких секунд. Реджина, притянув её к себе вниз, жадно начиная целовать, пока они нежились в объятиях друг друга. Блондинка могла почувствовать обожающее чувство в своём сердце, отчего у неё перехватывало дыхание ещё больше, чем от поцелуя, после того, как они оторвались друг от друга. — Реджина… — прошептала она, обе продолжали слегка покачиваться в объятиях, скользнув бёдрами между ног друг друга. — Это… то, о чём ты говорила, когда сказала, что наша магия смешивается? — Это только начало. — Афигеть как ярко! — ухмыльнулась Эмма, целуя Реджину в лоб, а после захватила её губы в очередной страстный и медленный поцелуй. — Так будет всегда? — Да. Скорее всего, да. — Как ты ощущаешь это? — спросила Эмма, пока они лежали, отдыхая в объятиях друг друга. — Ничего подобного я никогда не испытывала раньше. Это просто невероятно. Ты невероятная. — Ты удивительная, Реджина, — улыбнулась Эмма в ответ, обожая то, как руки брюнетки обвивают её, пальцы выводят узоры на пояснице, — я никогда не думала, что такое возможно между мной и тобой. Я никогда не думала, что я… — Я знаю, — улыбнулась Реджина, целуя, лишь желая сохранить ощущения любви и магии в себе. Светлая магия заполняла её чёрное сердце, забирая остатки темноты, чтобы она могла ощущать всё не только сердцем, но и своей душой. — Я люблю тебя, — прошептала женщина. Ей нравилось то, как эти слова ощущаются, когда губы их произносят. — Я люблю тебя, Эмма Свон. — Я тоже тебя люблю. Эмма закрыла глаза и пообещала себе, что всего лишь на минутку, но тут же провалилась в глубокий сон, так и не сдвинувшись в тёплых объятиях. Во снах к ней приходила только Реджина и только она, что в реальности так крепко и с любовью обнимала её всю ночь. Пение птиц разбудило Эмму солнечным и ранним утром после того, как она ненамеренно заснула. Они были накрыты простынями, и она не помнила, когда те появились. Но Свон знала, что ночью в какой-то момент Реджина накрыла их обеих, чтобы сохранить тепло холодной ночью. Ранним утром солнце било сквозь окно, освещая комнату и позволяя Эмме, подняв голову, наблюдать за спящей женщиной, разбудив потом её поцелуем. Она улыбнулась, желая понять, почему у них ушло так много времени, чтобы найти друг друга. У них было довольно-таки жёсткое начало, прошлое, которое в какой-то момент изменилось и продолжило меняться в течении нескольких лет. Если бы не проклятие с порталом, которое Мэр неосознанно создала, они никогда бы не поняли, что счастье было совсем близко. Истинная Любовь. Эмма не хотела даже думать о том, что никогда бы не узнала, какого ощущать всё то, что произошло сегодня ночью. Всё случилось довольно неожиданно, но каждый момент, что они разделили с Реджиной на двоих, был таким приятным, таким правильным, что они больше не могли отрицать, что им стоит быть вместе. Потому, что с каждой молнией, прежде чем открывался портал, они приближались к тому, где оказались сейчас. — Доброе утро, любовь моя, — улыбнулась Эмма. Глаза Реджины, затрепетав, открылись, и она стала упиваться очаровательным видом и улыбкой блондинки. — Доброе утро, красавица. Они лениво поцеловались, начиная блуждать руками по телам друг друга. Притяжение, которое чувствовала Эмма, точно было не магией. Это были их души, которые сплетались, не желая когда-либо расставаться. — А ты… — тихо начала Эмма, их руки продолжали исследовать тела, пока они смотрели друг на друга. — А ты прошла бы через всё заново, если бы тебе представился шанс? — Да, — прошептала Реджина в губы Эммы. — Я сделала бы это снова, если в итоге оказалась бы тут с тобой…