Притяжение

      Эльза никогда не была набожной, но всегда с почтением относилась к религии и Двуликому богу, чьи храмы в огромном количестве стояли по всему Фиору. Вера была важной вехой в жизни народа, она влияла на все сферы жизни, начиная с политики и экономики и заканчивая личной жизнью людей. Скарлетт, как и другие жители Фиора была убеждена в том, что именно Двуликий хранит хрупкое мировое равновесие, принося в мир, в равной мере и хорошее, и плохое, именно по его воле происходили все события в мире. Хотя, иногда девушка начинала сомневаться в этом — нельзя все сваливать на бога, люди сами виноваты в том, что происходит с ними. Но, эти мысли не часто посещали голову Эльзы, предпочитающей не думать о подобных вещах — она солдат, а не философ. Хотя в скором времени это изменится, ведь ей предстоит стать женщиной.       Сейчас, находясь в храме, Скарлетт вовсе не молилась, а рассматривала шикарные интерьеры, завораживающие своей роскошью, изящностью и утонченностью. Но так выглядела лишь половина храма, если зайти со второго хода, которым почти никто не пользовался, то можно увидеть совершенно иную картину. Пустые, практически аскетические залы, безо всяких украшений, черные светы, полумрак и ощущение давления и безнадежности, да и жрецы там ходят в черных невзрачных рясах, они служат второй половине Двуликого бога. И на удивление та простота нравилась Эльзе намного больше, чем роскошь светлой и радостной стороны.       — Бедняжка…       Девушка вздрогнула и обернулась в сторону, откуда исходил шелестящий шепот, но рядом никого не увидела, лишь промелькнула тень. Сердце непроизвольно сжалось от неприятного предчувствия, Скарлетт казалось, что это слово обращено именно к ней. Странное ощущение тревоги поселилось в душе Эльзы, не желая её отпускать.       — Что это? — девушка сделала небольшой шаг в сторону, куда скрылась тень.       — Куда собралась? Я же просил быть здесь! — голос принца был полон раздражения и злости, но вместе с тем девушка уловила в нем нотки усталости и беспокойства, можно даже сказать, что страха. Да, что же с ним такое происходит?!       — И я все еще здесь! Незачем кричать и топать ногами, — нахмурилась Эльза, оборачиваясь. Жерара не было всего минут двадцать, но он уже выглядел измотанным, казалось, что его терзают какие-то сомнения и неприятные мысли, а разговор с настоятелем был тяжелым. — Что-то случилось?       — И да, и нет, это сложно объяснить, — Фернандес взял девушку за руку, сжимая ладонь с такой силой, что вполне мог бы сломать её. — Идем, пора возвращаться домой. У нас много дел… Тебе стоит поторопиться с передачей своих полномочий и сосредоточиться на предстоящей свадьбе.       — Хорошо, я и сама понимаю, что теперь у меня другие обязанности, — Скарлетт покорно шла за Жераром, даже не пытаясь сопротивляться или вырвать руку. Сейчас по её телу разливалось приятное тепло и непонятно откуда взявшееся чувство уверенности и спокойствия. А в голове возникали смутные образы, в которых она была с принцем, она была счастлива, и не было никаких сомнений. Что это? Неужели её фантазии? Эльза не могла в это поверить, ведь она была совершенно другим человеком, женщиной, которой не свойственны глупые мечты. Что-то происходит… Что-то неправильное и непостижимое, она осознала это еще во время вальса, мелодия которого не выходит у нее из головы. Ей непременно нужно разобраться в том, что творится и как можно скорее.       — Да, другие, ты должна все время быть рядом со мной, иначе никак. Но это даже к лучшему, ты же сама говорила, что нам нужно поближе узнать друг друга. Так что я собираюсь вплотную заняться этим вопросом.       — Это обнадеживает, — неуверенно произнесла Скарлетт. Да что же с ней происходит, когда Жерар рядом?! Она совершенно не такая! Но стоит этому мужчине появиться на горизонте, как от холодного и расчетливого офицера королевской гвардии ничего не остается. Это неправильно! Эльза взглянула на прямую спину принца, идущего чуть впереди — принц был напряжен больше, чем обычно, и это вызывало беспокойство. — О чем ты говорил с настоятелем Бикслоу?       — О нашей с тобой свадьбе.       — И? Что он мог сказать такого, что ты сам не свой? Неужели Двуликий против нашего союза? — поинтересовалась девушка, неожиданно ловя себя на мысли, что ей бы не понравился такой исход. Ну, и как это называется? Она что, реально хочет стать королевой? Скарлетт окончательно запуталась в своих мыслях и чувствах, а в голове вновь, как назло, заиграла мелодия злосчастного вальса. Может, к врачу обратиться?       — Мне плевать на мнение Двуликого по этому поводу, — раздраженно бросил мужчина, сильнее сжимая ладонь Эльзы. Разговор с настоятелем прошел так, как надо, так что можно сказать, что Бикслоу на его стороне, но все равно Жерар боялся очередной неудачи. Это было сильнее его, да и его вера в успех успела пошатнуться. Принц понимал, что долго не выдержит это напряжение и может сам все погубить. Наверное, это к лучшему, он и сам устал бегать по кругу, пытаясь все изменить.       — Так что же он сказал?       — Мы обсудили дату свадьбы.       — Отлично, и когда же состоится это знаменательное событие?       — В день празднования восхождения династии Фернандес на престол, так что нам стоит поторопиться. Уже сегодня я переговорю с отцом, и мы ускорим все приготовления.       — Так скоро…       — Ну, в гонке ты успеешь поучаствовать. Это останется неизменным, я не могу лишить этого удовольствия ни тебя, ни меня, — усмехнулся Жерар. Они покинули стены храма, и ему стало значительно лучше. Принц давно недолюбливал подобные места, здесь он всегда ощущал на себе недовольный и осуждающий взгляд Двуликого, причем обоих его половинок. И это не удивительно, ведь он самый большой грешник не только в Фиоре, но и во всем мире, тот, кто осмелился пойти против богов и самой жизни, человек, обретший невероятное могущество, способное уничтожить все и всех.       — Ну, хоть что-то приятное в моей жизни будет.       — Поверь, брак со мной покажется тебе намного приятней, — самоуверенно заявил принц, галантно открывая перед своей дамой дверцу автомобиля.