Притяжение

      Эйлин с печальной улыбкой смотрела на своё отражение в зеркале. Белое платье ей невероятно шло — в нём она сама себе казалась нежной феей, непонятно как оказавшейся в этом мире. Жаль, что её свадьба уже состоялась, и у неё нет повода по-настоящему надеть это платье, ощутить себя невестой и под сотнями восхищенных взглядов пройти к алтарю, к любимому мужчине.       — Вы прекрасны! — восхищенно воскликнул Боб, отходя на пару шагов в сторону, чтобы лучше рассмотреть девушку и, естественно, созданное им платье. А посмотреть было на что — дизайнер не стал шить пышное традиционное платье с огромной юбкой и множеством блесток. Нет! Это был абсолютно новый и дерзкий для Фиора фасон. Обтягивающий лиф из кожи белой змеи идеально подчеркивал большую грудь, а рисунок самого материала придавал объёмности и рельефности наряду, но при этом не смотрелся пошло или нелепо, узкая юбка обтягивала бедра, привлекая взгляд к стройным ножкам. Это было смелое и откровенное платье, хотя оно и скрывало тело практически полностью.       — Это бесподобно! Вы настоящий мастер своего дела, и я рада, что доверилась именно вам, — девушка улыбнулась довольному похвалой мужчине. — Любой другой сделал бы из меня куклу в пышном и блестящем наряде.       — Как можно?! Это недопустимо!!! Вы достойны самого лучшего! Скажу, не таясь, Эйлин, вы стали моей музой! Ваш цвет волос, глаза, характер — все это вдохновляет меня. Такие, как мы, не должны следовать моде! Нет!!! Мы должны создавать и диктовать её!       — Ха-ха-ха! — звонко рассмеялась Скарлетт. — Абсолютно с вами согласна! Зачем носить тоже самое, что другие, когда можно сделать так, чтобы все пытались скопировать именно тебя?!       — Мы с вами прекрасно понимаем друг друга, — Боб сощурился, в его взгляде промелькнуло недовольство, свойственное каждому истинному художнику. — И всё же платье еще не готово. Пара деталей будут совсем не лишними, так что снимайте платье, и я продолжу творить.        Стоило Эйлин потянуться к потайной застежке для того, чтобы выполнить просьбу дизайнера, как двери комнаты открылись и появился не кто иной, как король Антонио Фернандес. Мужчина бегло оглядел помещение, лишь на пару мгновений скользнув взглядом по девушке.       — Боб, оставьте нас, — холодно произнес монарх.       — Да, ваше величество, — низко поклонившись Антонио и позабыв свои инструменты, дизайнер смешно выбежал из комнаты. Король испортил весь его настрой, прогнал своим хмурым видом вдохновение и попросту напугал Боба.       — Что-то случилось? — Эйлин оставалась спокойна и невозмутима. Теперь, когда она знает о Грехе и собственной судьбе, девушке было легче контролировать себя, в некотором роде Скарлетт даже чувствовала свое превосходство над королем. — Вам не нравится мое свадебное платье?       — Оно необычно, — безразлично ответил Антонио, не скрывая своего раздражения и злости, смотря на жену своего сына. Он не понимал, как Багряной деве удалось все изменить и покорить холодное сердце принца. Да, она красива и умна, но это точно недостаточно! — Я хочу поговорить с тобой о Зигрейне.       — Я внимательно вас слушаю, ваше величество, — Эйлин намеренно держалась отстраненно и холодно, соблюдая дистанцию между собой и будущим родственником. Она понимала причины его поведения и действий, но это не значит, что подобное заслуживает одобрения.       — Скажи, на что ты готова ради него? — Антонио, не отрываясь, смотрел прямо в глаза девушки.       — О чем вы? — голос девушки предательски дрогнул, а сердце неприятно сжалось в комок. Она точно могла сказать, что что-то произошло, и это плохо для нее кончится. — К чему все эти вопросы?       — Эйлин… Ты умная девушка, так что давай не будем играть в эти никому не нужные игры. Мне доподлинно известно, что Зигрейн рассказал тебе о Грехе и даже пытается спасти, знаю я и о том, что вы уже женаты и мой глупый, неразумный сын даже потребовал провести изначальный ритуал. Так что давай обойдемся без притворства.       — Что вы хотите? Чтобы я добровольно взошла на алтарь? — сквозь зубы прошипела девушка, сжимая кулаки от напряжения.       — Да, — спокойно и уверенно ответил король.       — Этого не будет!       — Даже ради него?       — О чем вы?!       — Зигрейн арестован за предательство и попытку государственного переворота, — тяжело вздохнул Антонио, не собирающийся отступать. Так или иначе, но он успокоит Грех, дав ему то, что тот желает!       — Это всё ложь и клевета! Зигрейн никогда даже не помышлял о подобном! — дыхание сбилось, а в голове наконец появилось осознание того, что происходит.       — Знаю, но это официальная версия. За эти преступления предусмотрена суровая кара, и если ты не пойдешь мне навстречу, мне придется подписать весьма неприятный указ о казни собственного сына.       — Вы не посмеете! — ноги подогнулись, и Эйлин опустилась на пол. Сама мысль о том, что её муж может пострадать, была невыносима и лишала последних сил. Они наивно верили в победу, но всё оказалось напрасным — боги распорядились их судьбами иначе.       — Я — король и должен думать о своей стране и народе, а не о личных интересах. Если ради всеобщего блага мне придется убить тебя, я это сделаю, если потребуется избавиться от собственного сына… Что ж, значит такова судьба, и я готов к этому. Это долг правителя и я исполню его с честью! Я даю тебе выбор, Эйлин, либо ты добровольно взойдешь на алтарь ради Зигрейна, либо его казнят у тебя на глазах уже сегодня. Решайся, все в твоих руках.