Россыпь подарочных однострочников

Длинная лента с двумя колокольчиками завязана большим бантом на шее. Ленты от банта настолько длинные, что когда Нацуме сидит на коленях, колокольчики лежат на полу. Эта же лента прикрывает кадык и становится непонятно кто перед тобой – парень или девушка. Такой же колокольчик на волосах – они собраны с одной стороны. Несколько кимоно надеты одно на другое, каждое из них расшито вручную – клуб реконструкции гордится своей работой и с радостью вещают всем и каждому, сколько на это ушло времени и материалов. Когда Нацуме тянется за чашей на сцене, многослойные рукава открывают хрупкие запястья с тяжелыми браслетами – согласно истории рассказчика эти браслеты ни что иное, как удерживающие печати. Ведь жадные люди пленили бога, который им помогал, и сделали из него жреца самого себя. Бог был слишком добр и слишком хорошо относился к людям, поэтому теперь он заперт ими в клетке человеческого тела и обречен на вечное служение. Матоба думает, что мог бы понять людей из истории – такого сильного и красивого надо было пленить и оставить только для себя. Но в тоже время ему немного жаль его. Попасться из-за того что доверяет настолько сильно. Это явно было больно. Но при этом дух не хотел отомстить, он всего лишь продолжил помогать своим пленителям и надеяться, что однажды они отпустят его по своей воле. После представления, Матоба с легким смешком покупает фотографии юных актеров и думает о том, как бы половчее уничтожить всех этих наглых духов вокруг. Духи смотрят на воплощение истории. Легенды даже среди них. О юном боге, что всего себя отдал людям. Юный Нацуме похож на него, даже слишком сильно. Словно переживаешь это снова и снова. Духи ненавидят браслеты, многослойное кимоно и с жалостью смотрят на потомка тенгу – служителей бога не захотевших уйти, оставшихся беречь, как могли. Они были вынуждены породниться с людьми, растворить свою кровь в потомках. Чтобы эти капли резонировали с теми, кого нужно защищать. Мисудзу ненавидит этот наряд и эти украшения. Они напоминают о дорогом друге, который был слишком добр. Наверное, поэтому он не хочет уходить от юного Нацуме – тот так на него похож. Мисудзу выглядит сейчас как человек, но он по глазам видит – Нацуме его узнал. И улыбка стала мягче, ведь он не чужой. Он свой. Тот, кому можно улыбаться свободно и не бояться того, что тебя не поймут. Одноклассники с недоверием смотрят на улыбающегося неизвестному гостю Нацуме. Он сейчас выглядит, словно призрак прошлого – с Танумой в легких доспехах за спиной и разговаривающим со странным мужчиной в кимоно. Девушки с завистью смотрят на слегка вьющуюся гриву черных с пеплом волос, парни смотрят с опаской – что-то такое чувствуется от этого человека. Будто он выше их всех, старше, сильнее и еще какое-то странное чувство, будто он что-то большее. Такого чувства нет от учителей или родителей, оно древнее, как страх темноты или глубины. И чем страннее гости подходят к ним, собираясь в свой круг, тем органичнее среди них смотрится Нацуме. Как один из них, как равный. Танума слегка выбивается, словно чего-то ему не хватает, а вот Нацуме хватает всего. Когда Таки в своем воображении надевает на Тануму маску екая, она словно чувствует дрожь – он тоже становится частью круга. Хиное смеется, когда Нацуме слегка хмурится на трубку, взъерошивает ему волосы и прячет ее в рукав. Мальчик рядом с их другом скоро пробудит свои силы и тогда ей будет спокойнее – ведь Мадара не может быть с ним постоянно, да и не понять им до конца человеческий мир. А ведь Нацуме пока за него держится крепко. Он нашел свой дом и пока не хочет его отпускать. Пусть. Рейко не захотела остаться с ними. Ушла в свое время дальше, чтобы встретиться с тем, кому пообещала всегда идти вместе. А вот Нацуме… Ведь все уже поняли это. Их старый друг снова вернулся. Пока что он еще не готов отпустить мир людей, но они готовы ждать. Хозяин леса был рад, что нарушил свое слово – ведь такие новости этого стоят. Он с интересом осматривается на человеческом празднике и с болью смотрит на браслеты – так похожи! Именно он когда-то познакомил своего друга с людьми. Вывел его из леса и позвал с собой на праздник. И именно там началась печальная история служения. Человеческая неблагодарность страшна, люди словно считают что так и надо. Что они не делают ничего плохого. Даже не понимают что творят. Но еще страшнее те, кто понимают все и все равно продолжают делать то же самое. Хозяин леса все еще любит людей, но не любит экзорцистов. Поэтому он старается собрать свою силу, чтобы не причинить вреда, чтобы не обратили внимания и прошли мимо. Натори не может улыбаться. Он помнит эту легенду и чем больше духов вокруг Нацуме, тем меньше радости в его глазах, тем угрюмее лицо, тем глубже складка у губ. Он помнит эту легенду, ведь именно его предки сделали эти браслеты, расшили кимоно знаками и символами, ограждающими и запечатывающими. Продали доверие друга за деньги и влияние. И тем дольше он смотрит на смеющегося Нацуме, тем глубже расцветает в сердце ненависть к прошлому и стыд к себе. Прощение за такое не вымолить, ведь стыдно даже глаза поднять. Остается только смотреть на него и понимать – тебе нет там места. Фотографии с фестиваля разошлись по всей округе, а через десять лет Нацуме Такаши пропал после смерти своих опекунов. И только потомок тенгу и наследница заклинателя иногда заваривают третью кружку чая и отправляют детей к дедушке – их друг их дождется, а пока что можно просто сидеть, смеяться простым историям и слушать звон колокольчиков на ветру.