Рецепт семейного счастья

Вторая беременность и роды Национального Героя вымотали окончательно, и врачи настойчиво советовали ему какое-то время отдохнуть. Люциус и Северус тоже объединились в стремлении заставить Гарри оздоровиться и посвятить себя детям. В кои-то веки Драко тоже поддержал их, и гриффиндорцу ничего не оставалось, как сдаться под этим дружным натиском и заявить, что в ближайшее время он с детьми отправится на море. Министр тут же вскользь обронил, что пока что дела не позволяют ему сопровождать их в этом путешествии, но как только Гарри определится с местом, куда хочет поехать, он тут же свяжется со своими знакомыми и решит проблему с жильем. Северус тоже не остался в стороне и многозначительно намекнул, что начинающийся учебный год в Хогвартсе то самое препятствие, которое он не в силах преодолеть, и, соответственно, сопровождать супруга в путешествие не может. Драко тоже попытался было отделаться от предстоящего путешествия, но укоризненно — умоляющие взгляды отца и крестного были столь красноречивы, что он лишь тяжело вздохнул и, философски пожав плечами, кивнул, соглашаясь. — Вот и прекрасно! — подвел итог беседе его рара. — Мой сын — ответственный человек, и лишь ему я могу доверить моего мужа и детей! Так что в ближайшие дни вы отправитесь к морю и там проведете пару месяцев, набираясь сил! А мы с Северусом, — он бросил оценивающий взгляд на зельевара, — непременно присоединимся к вашей компании, но несколько позже, как только дела позволят нам это! С понимающим видом переглянувшись между собой, профессор Снейп и аристократ кивнули друг другу, шагнули в камин и тут же исчезли, скрывшись в клубах дымолетного порошка в мраморном камине гостиной. Драко озабоченно взглянул на Национального Героя и с тревогой спросил: — Гарри, ты очень расстроился? Ну, что эти двое спихнули тебя вместе с детьми на меня, а сами останутся здесь? К его удивлению, Поттер расстроенным не выглядел. Наоборот: широкая, довольная улыбка коснулась его губ, и он весело рассмеялся: — Не поверишь, но я наоборот только рад, что мои мужья останутся здесь! Если бы они поехали с нами, то каждый день изводили бы меня своими советами и надзором! Правду сказать, я собираюсь не просто отдохнуть, но еще и поработать. Мне поступил заказ из Трансильвании, на создание артефакта, и потому присутствие моих супругов лишь помешало бы воплощению моих планов подзаработать на жизнь. Слизеринец страдальчески поморщился и вздохнул: он уже видел красноречивые примеры этому и где-то в глубине души согласен, что озабоченные благополучием Национального Героя мужья частенько перегибают палку в своем стремлении позаботиться о гриффиндорце. — Надеюсь, ты не станешь читать мне морали о том, как дόлжно вести себя после родов, о том, как должен вести себя член семьи Малфоев… — провокационные нотки в голосе Поттера заставляют Драко улыбнуться, но при этом он назидательным тоном говорит: — И не надейся! Если будешь слишком много работать, то я наябедничаю рара! Так что будь осторожен и не заставляй меня прибегать к крайним мерам — вызову моего бывшего декана для разборок с тобой, не постесняюсь! А потом младшему Малфою пришлось поспорить с Национальным Героем, решая, куда бы им поехать. Слизеринец настаивает на Франции — там у Малфоев есть родственники и поместье, с прекрасными виноградниками и к тому же почти у самого моря. Минут десять — пятнадцать пешком, и к их услугам частный пляж, скрытый от чужих глаз небольшим перелеском. Когда-то давно, еще в детстве, Драко с родителями ездил туда, и приятные воспоминания живы в нем еще до этих самых пор. Поттеру же больше хочется куда-то в Италию, богатую фруктами и жгучими страстями. Однако какое-то определенное место он назвать не может — в детстве уж точно его никто на моря не возил — и потому вполне ожидаемо проигрывает в споре с оппонентом. — Ну вот чем тебе Франция не угодила? — недоуменно допытывается Драко. — Сам посуди: фрукты и там найти проще простого, в поместье есть роскошные сады, виноградники и подвал с изысканными винами, страстности и во французах не меньше, чем в итальянцах, а быт уже практически обустроен. Мало того — местность я примерно знаю и представляю, с чем придется столкнуться, море там чудесное: дно без обрывов, постепенно становится глубже, ко всему прочему, на частную территорию никто без разрешения не полезет. Я лично обо всем узнавал! Тяжело вздыхая из-за недостатка аргументов, Гарри сдается на милость победителя и с чуть разочарованным выражением лица ворчит: — Ладно. Твоя взяла. Едем во Францию, так тому и быть. Уговорил.

***

Как и ожидал Драко, путешествие было крайне утомительным и обременительным. Четверо домовиков, которых отправили с ними, вполне справлялись со своими обязанностями: заботились о детях и охраняли путешественников пуще глаза. Однако, едва в пунктах аппарации узнавали Гарри, начинался сущий бедлам. Национального Героя тут же со всех сторон окружали зеваки, фанаты и непонятно как оказавшиеся при этом журналисты. Они надежно блокировали гриффиндорца от спутников и пытались взять автограф, интервью, либо умыкнуть что-то из мелких предметов, находившихся в карманах, а один особо страстный коллекционер попытался оторвать карман у мантии Поттера. Вилли — личному домовику Гарри едва удалось предотвратить этот акт вандализма, и после этого они вместе с Драко навели на Национального Героя чары гламура и не узнавания. Полегчало. Во всяком случае, на них уже никто не косился и к гриффиндорцу никто не бросался с приветственными криками и воплями: «Это же мальчик-который-выжил!» Пусть даже мальчиком Поттер уже давным-давно не был. Франция встретила их солнцем и теплой погодой. Впрочем, это было и не удивительно: в это время года на юге Франции всегда солнечно, но не жарко — удушающий летний зной к сентябрю уже отступил, а тепло, ласковое и приятное, осталось. Вышагнув из очередного камина, а они их преодолели уже Бог знает сколько с момента прибытия в Центральный Зал Международных Аппараций, что находился в Париже, младший Малфой с облегчением вздохнул — это, по его подсчетам, был уже последний из тех, что им нужно было преодолеть на пути к их цели. С любопытством оглядываясь по сторонам, молодой человек глазами искал месье Антуана, который управлял поместьем в отсутствие хозяев и должен был встретить и проводить их до конечного пункта их путешествия. Искомый объект нашелся почти сразу же. Во всяком случае, по предположениям слизеринца, никем иным и быть не мог незнакомец, сидевший в углу небольшого зала и с любопытством рассматривавший вновь прибывших. Незнакомец был молод: по мнению Гарри, лет двадцати двух — двадцати трех; симпатичен: русоволосый, голубоглазый, с тонкими чертами лица и вполне спортивной фигурой. Он с легкой улыбкой рассматривал Поттера и сопровождавших его домовиков с детьми. Когда же взгляд его переместился на Драко, улыбка тут же пропала с его губ, а сам он подхватился и метнулся к слизеринцу. — Что, уже нашел себе новую подстилку? — с яростью прорычал он и схватил блондина за грудки. — Да что вы себе позволяете, месье?! — вызверился опешивший в первый момент младший Малфой. — Я с вами на брудершафт не пил, и мы не настолько близки, чтобы позволять себе подобный тон и претензии в мой адрес! Молодой человек, словно не доверяя своим глазам, склонился ближе и провел рукой по белоснежным волосам и горестно выдохнул: — Что ты сделал со своими волосами? Зачем ты обрезал их? А? — и столько в его голосе было ужаса, горечи и обиды, что даже прекрасно знавший о том, что слизеринец со своими волосами ничего подобного не делал Гарри и то удивленно посмотрел на Драко. — Ничего я не делал! — возмущенно отпихнул незнакомца младший Малфой. — И вообще: с какой стати я буду давать вам отчет в своих действиях, если мы с вами еще даже не знакомы? Молодой человек потрясенно всхлипнул и неверяще переспросил: — Не знакомы?! То есть ты даже не желаешь признавать, что мы с тобой не только прекрасно знаем друг друга, но и собирались пожениться?! — Пожениться?! — возмущению и удивлению Драко не было предела. — Да я вижу вас впервые в жизни! С чего бы вдруг я решил на вас жениться?